Drink Butterbeer!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Drink Butterbeer! » Time-Turner » 17.03.96. Gravity wall


17.03.96. Gravity wall

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

https://64.media.tumblr.com/b394ec8e5e343ecd155cbff8d3f7def6/tumblr_pxyhsxsD2o1yqzlz8o1_500.gifv
Draco Malfoy,Peter McLaren.
17.03.1996, сильно стемнело
Поле для квиддича, трибуны и окрестности

Чем ближе матч — тем больше ажиотажа он вызывает в замке. Каждая команда тренируется на пределе своих возможностей, стремясь успеть отработать как можно больше элементов, тренируясь как можно чаще. Деканы факультетов идут навстречу своим командам, бронируя для них поле с максимально допустимой частотой. Желая увидеть стремление каждого члена команды, Питер пришёл на тренировку сборной Слизерина. Трибуны не были пустыми: большие матчи привлекали «разведку» вражеской команды, которые стремились побольше узнать о тактике команды, чтобы затем донести своим. Среди таких учеников затаился и Макларен: сидя высоко на трибунах, делая пометки на одном листе, отмечая перемещения игроков на другом листе, палочкой передвигая фигуры на получившейся импровизированной схеме. Питер был так погружен в анализ, что решил не возвращаться в замок прежде, чем придёт к какому-то выводу, даже когда тренировка закончилась и игроки направились на заслуженный отдых. Однако, Макларен был не один в своем стремлении выжать максимум из предоставленного ему времени: Драко Малфой оставался в воздухе ещё какое-то время после того, как тренировка закончилась, видимо, работая по своей индивидуальной программе. Питер отметил его тренировки для себя, но, прежде чем брюнет успел ретироваться с трибун, ловец сборной Слизерина оказался с ним в одном секторе трибун, видимо, желая получить ответы на свои вопросы.

Отредактировано Peter McLaren (08.02.21 23:36)

+1

2

После поражения сборной Слизерина тренировки участились: капитан, по-видимому, намеревался выжать из команды всё, что только возможно, и нередко приходилось прибегать к помощи чар, дабы устранить последствия изматывающих тренировок. Впрочем, он не жаловался: квиддич был его страстью, его отдохновением от всего, что происходит обычно в школе, и каждую тренировку юноша ждал с нетерпением. Взмывая на метле вслед за золотым снитчем (вопреки всем маггловским законам физики), он раскрывался навстречу ветру, солнцу, голубому чистому небу, вдыхая свежий прохладный воздух всей грудью. Чуть прищурился, всматриваясь вдаль, разыскивая крылатый мячик, от которого зависит победа в игре... а заодно и окончание тренировки. Откуда-то снизу был слышен голос капитана, раздававшего указания команде в своей привычной резковатой манере. Впрочем, Драко к этому давно привык. Крэбб и Гойл летали туда-сюда как два шарика с битами: удивительно, как ещё выдерживают их мётлы. Играли они, к слову, сегодня неплохо. Интересно, и что на них так подействовало?.. Неожиданно юноша стрелой рванул вниз и едва не сшиб кого-то из охотников, в последнее мгновение успевшего отклониться. Почти у самой земли, у трибуны комментатора и судьи блестел золотой снитч, его-то и заметил Малфой. Он вытягивает руку вперёд, ещё чуть-чуть, самая малость, вот уже он касается заветного приза... Сердце бешено колотится, а в голове одна мысль: поймать, поймать, не упустить. Он выныривает в полуметре от земли, сжимая в руке золотой мячик с трепещущими серебряными крылышками. Команда начинает расходиться.

- Вы идите, - говорит он Крэббу с Гойлом, - я хочу потренироваться ещё. Позже вернусь сам. - На самом деле, просто хочется полетать ещё, одному, без кучи зрителей. Заодно можно повторить финты, придумать способы перехитрить противника, обманные манёвры... Время летит незаметно, и вот уже над полем сгущаются сумерки. Холодает. Пора возвращаться: и так тренировались нынче долго. Поймав снитч, юноша собирается уже спуститься, когда замечает сидящего на трибунах молодого человека. И это в то время, когда зрители давно ушли. Как интересно... Подлетев ближе, Драко узнаёт Питера, однако вопросов это не снимает. Изменив курс, Малфой спикирует не на поле, а на трибуну рядом с однокурсником. Прислонив метлу к сиденьям первого ряда, он подходит и заглядывает через плечо, пытаясь рассмотреть схемы.

- Что записываешь, Питер? Ты, случаем, не записался в разведчики? - с дружеской усмешкой насмешкой вопрошает он слизеринца. Конечно, оба понимают, что это не более, чем шутка, ведь предательства на этом факультете не потерпят. - Ты не собираешься возвращаться в гостиную? - присаживается он рядом.
- Да что это?! - наконец не выдерживает Драко. - Я видел: ты и во время тренировки постоянно что-то записывал или рисовал. Сверху, знаешь ли, открывается отличный обзор. - Снова усмешка. Но теперь ему и вправду интересно.

+1

3

[indent] Следить за собственной командой намного проще, чем за командами других факультетов: его присутствие вызывает намного меньше вопросов, легче затеряться в толпе и остаться незамеченным. На тренировках сборных остальных факультетов Питер чувствовал себя чужим, и отношение к нему было соответствующее: у Слизерина была определённая репутация факультета, который не играл по общепринятым правилам, и представитель факультета на чужой тренировке в лучшем случае воспринимался как лазутчик. В худшем случае Макларен чувствовал висящее в воздухе желание запустить в незваного гостя чем-то потяжелее.

[indent] Макларен предпочитал приходить на стадион раньше, чем начнётся тренировка, стремясь занять наиболее удачное для наблюдения, устроиться поудобнее. Сегодняшняя тренировка не стала исключением, и когда игроки взмыли в небо, Питер уже занимал привычное место, обложившись пергаментом и делая записи. Каждый отдельный элементы игры, каждый игрок, от вратаря до ловца, Макларен старался не упустить ни малейшей детали. Данных для анализа было более чем достаточно, и, когда команда закончила тренировку и игроки отправились в сторону замка, Питер задержался, заметив, что ловец команды также предпочёл остаться, чтобы поработать по собственной программе, в одиночестве. Брюнет улыбнулся уголками губ и кивнул, внимательно следя взглядом за светловолосой фигурой на метле, делая, когда это необходимо, пометки и отмечая дополнительные детали в стиле полета Драко.

[indent] Даже когда начало темнеть, Питер не спешил обратно в замок, старательно вглядываясь в перемещающиеся по миниатюрному полю точки, сверяясь с записями. Недостающее естественное освещение подросток компенсировал светом от палочки: Макларен полностью отдавал себе отчет в том, что превращается из незаметного наблюдателя в, фактически, маяк, но подросток решил, что риск стоит того. Брюнет решил для себя, что как только закончит с анализом игры загонщиков сборной, сразу же отправиться обратно в замок. А когда рядом с ним оказался ловец сборной, Макларен кивнул в знак приветствия, и, улыбнувшись шутке слизеринца, негромко ответил:

[indent] - Никогда бы и не подумал об этом, Драко. И нет, я пока не собираюсь в замок. Но, чуть позже можем пойти вместе.

[indent] Появление однокурсника немного изменило планы, однако не меняло картины вещей в целом. Решив, что с Драко будет намного проще установить контакт, чем с Грэхэмом, Питер не стал придумывать каких-то сложных по исполнению планов и попыток скрыть свои действия, потому, жестом подозвав однокурсника поближе, брюнет начал негромко, почти полушепотом, объяснять:

[indent] - Это, - взглядом Питер указывает на схему поля для квиддича, занимающую большую часть пергамента, - Это сборная Слизерина. От общих стратегий в атаке, предпочтений в защите, до излюбленных манёвров охотников и тенденций в игре загонщиков. Это сборная Слизерина, низведённая до её мельчайших составляющих, разобранная по частям, и изученная в точнейших деталях.

[indent] «Это – энциклопедический перечень всех проблем сборной.»

[indent] Последнюю мысль Питер, само собой, не озвучивает. Хотя бы внешне он должен остаться беспристрастным. Насколько это возможно.

+1

4

Но, чуть позже можем пойти вместе.
Драко кивнул: у него возникли интересные вопросы, которые как раз можно обсудить по пути.
Ответ оказался неожиданным. Значит здесь, на этой схеме, вся их сборная со всеми ошибками, недочлтами и... Да ведь это шанс! Взгляд стороннего наблюдателя, знающего и понимающего игру, будет им очень полезен перед предстоящим матчем.

- Как тебе пришла такая идея? - даже не скрывая восхищения, выдохнул Драко, когда понял, что можно сделать с этой информацией. - Как ты это сделал? Если показать капитану... Питер, ты отдашь мне эту схему? - Вопрос был задан так, словно не подразумевал отрицательного ответа. Подул ветер, и юноша полжился. Пока он летал, вечерний холод был почти не заметен, ведь он находился в постоянном движении. Теперь же Драко ощутил, как похолодели пальцы рук, которые ничем защищены не были. Это ведь тренировка.

Пристально изучив пергамент, Драко пришлось признать, что Питер действительно точно изобразил всех игроков, их манлвры, стиль и манеру игры. Здесь легко было угадать каждого члена команды. Он сам, как ловец, был изображён чуть вдали от остальной команды, словно являлся частью её и одновременно отдельным игроком со своей "миссией". Так, конечно, и есть на самом деле, но... что-то здесь было неправильное. Он не мог облечь мысли в слова, потому что ощущение это было больше интуитивным. Наверное, если бы кто-нибудь сказал бы о таком понятии, как командная работа, Драко бы удивился: от ловца всегда требовались быстрота реакции, ловкость и скорость, а умение работать слаженно, в паре, в команде - это к охотникам и загонщикам, пожалуйста. Юноша пока совершенно не представлял, как и что расскажет Грэму, но понимал: если грамотно использовать эту возможность, есть шанс стать лучшей командой школы. И упускать его точно не следует.

Отредактировано Draco Malfoy (04.04.21 02:26)

+1

5

[indent] Питер делает незаинтересованный вид, но сам очень внимательно изучает реакцию Драко. Похвала была неожиданной, и, хотя не была произнесена вслух, ощущалась в голосе, и лишь волевым усилием брюнет остановил себя от довольной улыбки, скрывая свои эмоции. Макларен не был готов раскрывать все свои карты и просто расставаться с результатом многомесячной работы из-за одного случая, но и не был готов портить отношения со старостой факультета, да и просто с человеком, который был ему по-человечески симпатичен.

[indent] - Драко, ты в порядке? – порыв ветра был резкий, прохладный, и даже Макларену, который одет куда теплее Малфоя, становится немного холодно. Вопрос о судьбе пергамента брюнет осознанно опускает, решив отложить решение, хотя бы ненадолго.

[indent]- Лучше действительно отправиться в замок сейчас, а не позже. Не хватало ещё, чтобы ловец сборной Слизерина был не в лучшей форме из-за простуды, - Питер мягко улыбается однокурснику, поспешно собирая вещи. В его словах нет тонкой иронии или сарказма, попытки приуменьшить важности роли, которую в команде играет Драко. В данном случае Макларен пытается проявить заботу о товарище, однокурснике, о человеке, на которого он возлагает большие надежды.

[indent]- Это было спонтанно, - Питер тщательно подбирает слова, собираясь играть с полуправдой и недосказанностью, - Мне не был интересен школьный кубок по квиддичу первые три года. Потом был чемпионат мира, - брюнет делает паузу, перебрасывая сумку через плечо, - Я не был впечатлен уровнем игры, но увидел некоторые тактики, которые посчитал интересными. Но, в тот год всем было не до квиддича, в замке проходил турнир иного уровня.

[indent]Питер бросает взгляд на однокурсника, бегло оглядывает его метлу. Следуя за вдохновением дальше, подросток продолжает:

[indent]- Отец много лет работал над новой моделью. Регалия. Я был… Я испытывал эту модель, итоговые дизайны. Почти всё прошлое лето я провёл в воздухе, и, управляя, возможно, лучшей метлой в мире, я задумался, каким может быть квиддич, на максимально высоком уровне. Максимальный потенциал спорта. И с этими мыслями я начал этот учебный год.

+1

6

- Да, в порядке. Благодарю, - улыбнулся уголками губ Драко. - О нет, не стоит, - пытается остановить однокурсника Драко. - Я просто забыл про Согревающее заклинание. Так увлёкся, что потерял счёт времени. - Да Питер и сам это видел. Обычно в это время Драко уже был в гостиной, но порой он, забывая про усталость, мог летать допоздна - только ради того, чтобы вновь и вновь ощутить, как треплет ветер волосы, вдохнуть прохладный вечерний воздух полной грудью, взмыть к облакам, насладиться пьянящим лучше любого вина ощущением свободы. Ведь, спускаясь на землю, он вновь становился учеником школы, старостой факультета, наследником рода, и бывало, что обязанности эти, такие обыденные, тяготили его. Только тут, в небе, он был просто Драко Малфоем - мальчиком, любившим летать.

"Я не был впечатлен уровнем игры" - и это о Чемпионате Мира! Сказал бы так кто-нибудь другой, да даже итер сказал бы до этой их беседы, и Малфой бы рассмеялся в лицо: "Как будто ты - великий квиддичист! Можешь лучше, так покажи!" О, он нашёл бы способ поддеть такого смельчака, бросить ему вызов, от которого тот не сумел бы отказаться - и проиграл бы непременно. Но сейчас он лишь с любопытством взглянул на Питера, и только тонкие брови, взметнувшись вверх (привычка), выдавали его удивление.

- То есть ты решил составить схему тактики и стратегии команды в целом и её игроков по отдельности, чтобы указать на ошибки и недочёты? Поразительно... Или - команд? - вдруг нахмурился юноша. - Ты сказал о максимально высоком уровне квиддича... Ты сделал это для всех команд, да?
В Драко говорила ревность за свой факультет, ставший вторым домом. Он желал Слизерину победы и сначала подумал, что Макларен тоже сделал это ради победы их сборной. Впрочем, его тт же осенила идея.
- Если ты так же наблюдал за тренировками других команд... Питер, ты можешь рассказать нам об их тактике то, что заметил? - Было бы здорово выиграть Кубок Квиддича в этом году и утереть нос всем, особенно гриффиндорцам: ведь без Дамблдора им никто не поможет.

Отредактировано Draco Malfoy (09.05.21 18:00)

+1

7

[indent] «Интересно. Драко сразу понял всю суть моего плана и моментально повысил ставки, зайдя с тех аргументов, которые мне будет очень сложно опровергнуть. Давно я не чувствовал себя так, словно охотник-любитель перед лицом японских загонщиков. Но, у меня ещё есть пара трюков в запасе.»

[indent]Драко был бесконечно прав, предполагая, что ту работу, которую сейчас Макларен проводил для сборной Слизерина, подросток также провёл и для сборных других факультетов. Питер сейчас обладал достаточными знаниями, чтобы склонить чашу весов в сторону любой из сборных, и, при этом, сделать это максимально незаметно и элегантно. Ему ничего не стоило бы стать обычным скаутом, подмечать слабости всех сборных, и делиться этой информацией только со своим факультетом, и тогда Слизерин бы раз за разом с лёгкостью разбивал бы противников в своих матчах, наперёд зная, что предпримут их соперники. В любом спортивном состязании способность видеть на несколько ходов вперёд даёт огромное преимущество, а если ты знаешь наперёд всю игру, каждый ход врага, его привычки и слабости – тогда победа становится лишь вопросом времени. И здесь Питеру приходилось разрываться, между верностью своему факультету, и верностью своим идеалам, своим задачам и стремлениям. И, как и подобает всякому слизеринцу, Макларен, не колебаясь, сделал выбор. В пользу себя, любимого, разумеется.

[indent]- Я могу так сделать. Посетить пару тренировок Гриффиндора, или Рейвенкло. Отметить слабости каждого игра, подметить привычки Чанг в воздухе или среднюю силу и направление удара Сэмуэльса. Я могу сказать, к какому из колец тяготеет Пэйдж, прочесть каждого игрока в школе как открытую книгу. У них нет секретов от меня, - уверенно констатирует Макларен, оценивающе глядя в глаза Драко.

[indent]« Я не могу отрицать, что хочу победы Слизерину. И я не могу предать факультет. Потому, я могу лишь сделать так, как считаю нужным, взывая к лучшим качествам Слизерина.»

[indent]- Это будет лёгкая победа. И ты будешь этим удовлетворён?

[indent]Питер откидывается обратно на сидение, расслабляясь и смотря снизу вверх на однокурсника, на ловца сборной и человека, которого он безмерно уважает. Смотрит решительно, уверенно в себе, и, что немаловажно, полностью уверенный в своих словах:

[indent]- Сборная Слизерина – сильнейшая сборная школы. И кубок школы должен принадлежать нашему факульту. Нашей сборной, - Питер не укоряет Драко, как представителя сборной, в провалах команды, а, скорее, наоборот, выражает свою поддержку команде факультета, - И я хочу, чтобы он был нашим по праву. Чтобы ни у кого не возникло и тени сомнения, что Слизерин является сильнейшей сборной в школе. И вопрос лишь в том, как ты хочешь добиться этого.

[indent]- Будешь ли ты удовлетворён этим, Драко? Держа в руках кубок, тебя не будет терзать мысль о том, что Слизерин выиграл не только благодаря тому, что ты был на голову лучше любого другого ловца в школе, а потому, что заранее знал, как будет играть твой соперник? Если ты сможешь спокойно засыпать осознавая, что не только своим талантом добился победы – я сделаю так, как ты просишь. Я сделаю это для тебя. Но, Драко, - Макларен берёт небольшую паузу, словно выделяя следующие слова, мягко улыбаясь - Я знаю, что ты можешь быть сильнейшим ловцом в школе.

Отредактировано Peter McLaren (09.05.21 19:26)

+1

8

Драко ожидал возражений, доводов, почему нельзя так поступить. Но Питер неожиданно ответил согласием. Он не стал отказываться и признался, что может это сделать для своего факультета, но...
— Это будет лёгкая победа. И ты будешь этим удовлетворён?
На этот вопрос у Драко не нашлось ответа.
- Я... - замялся юноша. Нет, он не будет этим удовлетворён. Или будет?.. Он не знает, не может понять, такого вопроса никогда раньше не возникало, девизом сборной была победа - любой ценой, и он знал, что их команда играет довольно жёстко по сравнению с другими факультетами.

А Питер тем временем продолжал, говоря о том, что сборная Слизерина - сильнейшая из команд. Драко всегда считал так - или же ему очень того хотелось, однако Макларен судил..непредвзято. Он знал все их слабости и ошибки и всё равно так думал. Или говорил, чтобы ему поверили. Люди легко верят в то, что им хочется. Оцепенение, вызванное неожиданным вопросом, наконец спадает, и всё ещё несколько недоумённый, Драко садится рядом.

- Я хочу добиться этого благодаря победе в матче. Чтобы все - вся школа - признала наконец Слизерин сильнейшим факультетом.
Но тут происходит то, к чему Драко оказывается совершенно не готов: Питер обращается с вопросом к нему лично, при этом умело используя его слабости - незримый внутренний "кодекс чести", гордость, талант, возможности. Вспоминается второй курс, когда ненавистные гриффиндорцы посмели обвинить его, что он получил место в сборной только благодаря подарку отца, а вовсе не тому, что он, он сам хорошо умеет играть в квиддич! Он поклялся себе, что непременно докажет всем, чего он стоит сам по себе. Он не должен давать поводов для сомнений, он должен стать лучшим!
И Драко стал одним из лучших учеников, но в квиддиче всё шло хорошо, пока он не сталкивался с Поттером. Гриффиндорец стал его личным проклятием. И теперь... у него появляется шанс. Всё исправить, стать сильнее, чем прежде. Неужели он его упустит?..

Драко Малфой колебался. Искушение было слишком велико. Он представил, что здесь сейчас находится Грэм и слышит этот разговор, слышит, что Питер предлагает ради него следить...за командами других факультетов, рассказывать обо всём... Монтегю - как, наверное, любой другой член команды - не сомневался бы в выборе. Как хорошо, что они одни. Что эта сцена есть лишь в его воображении.
"Но, Драко", - он вопросительно смотрит на однокурсника, пребывая в совершенной растерянности. Однако этот день полон сюрпризов для него.
"Я знаю, что ты можешь быть сильнейшим ловцом в школе". - Он встряхивает головой, не понимая, не ослышался ли он.
- Ты... - голос юноши слегка дрогнул, то ли от холода, то ли от волнения, - Питер, ты правда так думаешь?

Кто бы мог вообразить, что Драко Малфой, надменный "слизеринский принц", может за внешней холодностью скрывать сильные эмоции, за бравадой - неуверенность? Всегда, от всех, - родителей, товарищей на факультете, учителей, декана даже, - он слышал "ты должен", это окружало его с самого детства. И редко, чрезвычайно редко кто-нибудь говорил ему "ты можешь, я знаю" или "я верю". Он вбивал в себе в голову, что должен сделать, невзирая ни на какие препятствия, и никогда не показывал, что ему нужна поддержка. Питер каким-то неуловимым, волшебным образом это заметил. Но как?! Ведь он вёл себя как обычно. Что же его выдало?

Ответ стал совершенно очевиден. Слизеринцы - большинство из них - его не поймут. Но Драко чувствовал, что совершает правильный выбор. Правильный для него самого, а не с точки зрения других людей. Что-то не давало поступить иначе. Может быть, дело было в пронзительном взгляде Питера, в мягкой интонации товарища, который были сказаны эти слова, в том, что он может потерять уважение другого человека, который в него отчего-то верит... Он ведь тоже был подростком. Мальчишкой. Школьником.
Ох, знал бы Грэм, как могла достаться победа его команде. Он заставил бы, наверное, своего ловца согласиться. Но ни Грэма, ни кого-либо другого сейчас рядом не было, только они двое, трибуны вокруг них, квиддичное поле внизу и тёмное небо с первыми звёздами над ними. Где-то в кармане мантии, сложенный и закрытый, лежал золотой снитч. Пауза затягивалась. Юноша взглянул прямо в глаза однокурсника и честно ответил:

- Нет. Мне бы это не принесло удовлетворения. - Он убрал упавшие на лицо волосы и продолжил: - Но иногда личное не имеет значения. Главным был бы факт победы, и какая разница, что к ней привело, ведь победителей не судят, правда? - негромко проговорил он, вздохнув. Отказываться от себя ради общего блага было не впервой. Питер был прав. Во всём, что касалось его и квиддича. Он каким-то непостижимым образом разгадал его главную слабость - неуверенность. Тому, кто уверен в себе, не приходится ничего доказывать. Слизеринцев многие считают людьми без чести. Но они оба были слизеринцами, и им понятие о чести и честной игре было не чуждо. Был ещё один вопрос, который не давал юноше покоя.
- Питер, скажи, пожалуйста, - начал он осторожно, - если бы я согласился... Не подумай, тут нет никакого подвоха, нет ничего, я просто хочу знать... Если бы я сказал, что такая победа понравилась бы мне, ты бы действительно сделал это? Для меня? Почему?

Отредактировано Draco Malfoy (09.05.21 20:44)

+1

9

[indent] Питер улыбается однокурснику, пропуская в улыбку больше тепла, больше эмоций. Его слова находят цель, а действия находят отклик в душе Драко, и это было именно тем, чего Питер добивался. Он слушает ловца своей сборной, иногда кивая, но больше радуясь тому, что Драко, имея перед собой более легкий и более правильный вариант, выбрал правильный. Кажется, когда-то об этом говорил недавно упомянутый Дамблдор?

[indent]- Не только одним матчем, Драко. Тренировка за тренировкой, матч за матчем, каждый раз доказывая не только всем соперникам, но и самому себе, что твоё место на вершине – заслужено.

[indent]Вопрос Драко не застаёт Питера врасплох, скорее заставляет глубоко задуматься. Само собой, слова были сказаны с полной серьёзностью, и Макларен видел в нынешнем ловце Слизерина гигантский потенциал. Потенциал, который тот пытается реализовать тренировками, старанием и усердием, разбивался о бесконечный груз ответственности который Драко на себя взвалил, и именно эта тяжесть мешала ему развиваться, как игроку. Питер видел это в каждой тренировке, и то, как Малфой держался в воздухе, как уходил на крутой вираж, всё это выдавало подростка, позволяло Макларену заглянуть туда, куда, возможно, Драко предпочёл бы его не пускать. И, представляя то, через что ловец сборной заставлял себя проходить раз за разом, Питер не мог оставаться равнодушным, он должен был сделать что-то, что может помочь. Не только как слизеринец. Не только как эксперт в квиддиче.

[indent]- Да, я действительно так считаю, - кивает Макларен, - Но только после того, как победишь своего главного врага. Это не кто-то из сборной Гриффиндора, или какой-то другой команды. Твой злейший враг – ты сам, Драко.
Питер опускает глаза. Он не любит вот так прямо, в лоб говорить людям то, что они прячут от всех, и, в особенности, от чего убегают сами, что отрицают в себе. Возможно, Малфой сам знал это, или догадывался, но одно дело, когда эти слова произносит твой внутренний голос, твоя совесть, которую ты пытаешься заглушить перед сном, чтобы заснуть, а другое, когда их говорит тебе живой человек, особенно тот, перед которым ты никогда не открывался, и который точно не должен знать о тебе больше, чем остальные. Однако, Питер решил рискнуть, пойти до конца и попытаться быть хотя бы в одном вопросе максимально честным.

[indent]- Победителей не судят. Чемпионов не судят. Но, Драко, позволь мне рассказать тебе кое-что о победителях, о чемпионах. Настоящие чемпионы всегда несут груз ответственности за тех, кого победили. Каждый, кто занимается спортом и вкладывает в него душу, имеет мечты. Эти мечты имеют вес. Эти стремления, они что-то весят. Не может быть двух победителей, не может быть двух чемпионов, побеждает кто-то один. И он идёт дальше, с поддержкой тех, кто в него верит. Он несёт на себе свои мечты, поддержку болельщиков, и вес тех желаний, тех мечт, что никогда не сбудутся, потому что его мечта, его желание сильнее.

[indent]Брюнет поворачивается к однокурснику, встречается с ним взглядом, но не держит контакт дольше трёх секунд. Питер всматривается куда-то вдаль, где висят четыре флага, по одному для каждого факультета:

[indent]- То, что ты на себя взваливаешь каждый раз, когда берёшь в руки Нимбус, когда одеваешь зелёную форму, когда надеваешь на мантию значок, оно накапливается. Я знаю, что ты можешь стать лучшим. И, порой, нужно заставлять себя, стремиться дальше, тренироваться усерднее. Но вес, который ты несёшь в себе, вес твоих собственных ожиданий, желаний и надежд, вкупе с чужими надеждами и мечтами, может раздавить себя. Не потому, что ты слабый, - поспешно добавляет Питер, - А потому что ты сильный человек. Но чтобы стать сильнее, иногда ты должен научиться отпускать вес собственных ожиданий. Маски. Позволять себе вдохнуть полной грудью и реализовать себя. В жизни достаточно моментов, когда в себе можно сомневаться, но жить под гнётом собственных ожиданий – это не то, что я бы хотел для тебя, Драко.

[indent]Элегантным жестом подросток отправляет волшебную палочку внутрь рукава, и, немного подумав, кладет ладонь на плечо однокурсника. Фамильярно? Пускай. Что-то ему подсказывает, что сейчас это будет не так уж и плохо.

[indent]- Я сделал бы это для тебя, потому что иногда люди заслуживают большего, и просто слов поддержки недостаточно. Иногда нужно больше. Чтобы их вера вознаграждалась, и это невозможно без действий. Именно поэтому, я бы сделал для тебя то, что я предложил. Но я знал, что ты не согласишься. Потому что ты – это то, что нужно Слизерину. Не только бравада, не только «победа любой ценой».  А способность выбрать то, что правильно. Вера в себя. Понимание того, что тебе не нужна «победа любой ценой». Что дешевые трюки – удел слабых, и что Слизерин окажется на верху не потому, что прибегает к жульничеству и гнёт правила, а потому, что мы – лучшие. Потому что мы так решили. И Слизерин всегда добивается тех целей, что ставит перед собой.

[indent]Последующие слова сказаны намного тише. Пускай вся их беседа была не очень громкой, и едва ли кто-то мог их услышать и послушать разговор, но Макларен хотел, чтобы именно эта часть была услышана только его однокурсником, и никем кроме него:

[indent]- Я хочу, чтобы ты реализовал себя. Не того, каким тебя хотят видеть другие, не того, каким ты хочешь казаться. Я хочу, чтобы ты реализовал Драко Малфоя, парня, который любит квиддич, который готов пахать, ради того, чтобы быть лучшим.

+1

10

— Да, я действительно так считаю. Но только после того, как победишь своего главного врага. Это не кто-то из сборной Гриффиндора, или какой-то другой команды. Твой злейший враг – ты сам, Драко.
Питер заглянул слишком глубоко, куда обычно Драко предпочитал никого не допускать. И всё же Драко не вполне понимал смысл этих слов. Ему казалось, будто он их уже слышал. Но где? От кого? Не мог вспомнить. Драко подумал, что слова слизеринца были похожи с тем, что говорил отец о совершенстве и стремлении к нему, но в то же время звучали как-то... иначе.  Драко Малфой был таким, каким хотели видеть его отец и общество, в этом юноша почти достиг совершенного успеха. Оставаясь всё тем же подростком, про что порою забывали взрослые. Понять это мог тот, кто сам оказывался в похожих условиях. Они с Теодором, например, отлично понимали друг друга, имея схожее воспитание и взгляды, но даже с ним никогда не говорили о чём-то настолько личном: в их кругу это попросту было не принято.
Питер опустил глаза, словно сам побоялся сказанного. А Драко не знал, как следует к этому отнестись. Оттолкнув Макларена сейчас, он, вероятно, потеряет человека, способного его понять и помочь. Но Питер и так знает о нём много - слишком много, больше, чем кто-либо другой, и открыться ещё больше, ещё сильнее было... страшно. Отец назвал бы это сентиментальностью, слабостью. Никогда нельзя раскрывать свои сильные и слабые стороны, ведь это может быть использовано против тебя. И всё-таки он не остановил... Людям иногда свойственно совершать необъяснимые поступки.

"Тех желаний, что никогда не сбудутся..." - Странно, а ведь ему и в голову не приходило ничего подобного. "Победитель несёт ответственность за побеждённых". Драко всё с возрастающим интересом слушал однокурсника, не торопясь перебивать его. Он, который не терпел чужого вмешательства, которого раздражали слёзы, проявления ревности, попытки манипулировать им. Но Питер заглянул в самую душу юноши, удивительным образом увидев это через квиддич, через его поведение на поле... Потому что только в квиддиче Драко становился собой. Только поднимаясь высоко в небо, он сбрасывал все маски, и, подставляя лицо солнечным лицам, глядя на плывущие по небу облака, чувствовал себя по-настоящему счастливым.

Вес ожиданий. Он давит на плечи пятнадцатилетнего подростка тяжёлым грузом. У него в голове всегда образ отца и матери, и часто, собираясь что-то совершить, он представляет себе, что бы они сказали. Потому что их мнение для него важно в первую очередь. Он так сильно хотел поступить на Слизерин, что даже не оставил распределяющей Шляпе выбора. И пусть Драко сам не представлял себя на другом факультете, сейчас вдруг стало интересно: если бы не Слизерин, то что? Но от него ждали, что он продолжит семейную традицию, и мальчик чувствовал, что не имеет права разочаровать. Для него было естественно изображать "на публике" одно, думая о другом. Иногда он совершал опрометчивые, не совсем характерные для него поступки, что вызывало недоумение окружающих или даже неодобрение. Но перед ним всегда маячил долг. Но если бы ему предложили отказаться от этого, стать самим собой, делая то, что хочется, а не что нужно, он бы, пожалуй, не согласился. Потому что не знал бы, что ему делать, оставшись предоставленным самому себе. Растерявшись, не смог бы воспользоваться моментом.

От неожиданного прикосновения Драко вздрагивает, но руку не убирает, сдержав первый порыв: боится спугнуть момент искренности. Ему понадобится время, чтобы осознать тот факт, что есть человек, который принимает его таким, какой он есть, что и он сам должен сделать это - научиться принимать себя и других, но это сложно, его не учили, он не знает - как?.. Как такое возможно вообще?

- А если я хочу быть таким, каким пытаюсь казаться? - Слабая усмешка тронула губы юноши. Юноша качает головой, понимая: то, о чём говорит Питер, для него неосуществимо. Придёт время, и настоящий Драко Малфой исчезнет, явив обществу тот образ, что воспитывали годами в нём дома и в школе, на факультете - везде. Слизерин - уменьшенная копия того мира взрослых, куда попадут они по окончании школы, со своей иерархией, принципами и правилами. Иного пути нет. Выбора тоже нет - жить по-другому он не умеет.
- Нет, Питер, это почти невозможно. Я люблю квиддич, это правда. Люблю летать. Но я никогда не свяжу свою жизнь с квиддичем. У меня нет выбора, Питер, и никогда не было. Aut Caesar, aut nihil, понимаешь? Но ты прав: Слизерин всегда добивается желаемого. Знаешь, мне сейчас хочется верить, что победа в следующем матче будет за нами. Не знаю только, надолго ли хватит этой веры.

Однажды настанет день, когда Драко вспомнит эту беседу и всё, что было сегодня сказано, и осознает то, что осталось "временно недоступным" сейчас. Большие перемены ждут его впереди. И когда он будет готов, то, вероятно, поймёт и примет слова товарища. Возможно, ему даже удастся их воплотить. Когда-нибудь. Позже. Ещё не сейчас. Он думает о предстоящем матче и победа в данный момент интересует его более всего остального. Если победит, то докажет, наконец, всем, что он - хороший игрок, который принят благодаря своим умениям, желанию.. и, наверное, таланту.

- Повысить уровень квиддича - отличная идея, думаю, она тебе удастся, - староста кивнул в сторону пергамента, на котором была изображена вся их сборная. Он встал и поёжился: действие согревающих чар было недолгим, ведь заклинания напрямую зависят от силы волшебника. Как физической, так и магической, а он слишком устал после тренировок.
- Сегодня красивое небо, - заметил он вдруг. Звёзды ярко сияли на тёмном бархате ночи, укрывавшем землю и дарившему покой всей природе, всему живому. Где-то там есть и его созвездие. Созвездие Дракона.

+1

11

[indent]Брюнет остаётся сидеть, смотря снизу вверх на своего однокурсника. Зашёл ли он слишком далеко? Слишком сильно попытался пробиться? Возможно, всё дело в том, что Питер хотел верить в то, что он понимает Драко, хотя бы отчасти. Ожидания? Все ожидания, которые у молодого слизеринца были, он установил для себя сам. Едва ли отцу было дело до того, какие оценки получает его чадо: не тревожат громовещатели, не приходят письма от учителей с просьбой оказать влияние на сына – и то хорошо. Мама… Ей хватает забот. И Питер никогда не мог бы обвинить её, или кого-то в том, что он был предоставлен сам себе, и жил в мире ожиданий, установленных им самим. Малфою было сложнее: он принадлежал к чистокровному, древнему роду, и от таких людей ожидают намного больше, на таких людей всегда устремлено много взглядов. По правде говоря, едва ли Макларен понимал и десятую долю ответственности, которая лежала на ловце его команды, но то, что он понимал, говорило ему о тяжести ноши, которую нёс Драко. В жизни Драко есть люди, которые поймут парня лучше, чем это когда-либо сделает Питер, которые смогут поддержать его эффективнее, чем это сделает Питер. В нынешней ситуации брюнет был не больше, чем однокурсник. Лишь его талант к квиддичу, его способность читать людей через игру позволили ему заглядывать глубже, чем люди хотели бы его пустить, видеть больше, чем ему было положено. И этот диалог состоялся не потому, что Питер был хорошим человеком, хорошим другом, отнюдь, а лишь потому, что Питер был хорош в том, что раньше доставляло ему только стресс. Да и сейчас, наверное, доставляет. И едва ли из Питера вышел бы хороший друг.

[indent]- Ты в любом случае станешь тем, кем хочешь стать, Драко, - опустив голову, тихо говорит Питер. Теперь подросток более осторожен, словно осознав, что нарушил незримые границы, и делает два шага назад, как в мыслях, так и в словах, держа дистанцию, - Решение останется за тобой.

[indent]«Рано или поздно ты осознаешь, что никто не может диктовать тебе, как жить. Ты можешь принимать правила, ты можешь следовать им, соответствовать ожиданиям. Быть тем, кем хочешь казаться? Ты просто сделаешь этот образ частью себя, а не будешь поглощен им. Просто потому, что ты – Драко Малфой.»

[indent]- Прости, если я неправильно выразился, - всё так же глядя куда-то вниз, извиняется брюнет, - Когда я говорил, что хочу, чтобы ты реализовал себя, я не имел в виду то, что ты должен стать профессиональным ловцом и связать свою жизнь со спортом. Реализовать себя – это полностью раскрыть свой потенциал, а твой талант и умения не заканчиваются на квиддиче. 

[indent]«Странно, что я прекрасно представляю, что хочу от других людей, но не представляю, что хочу для себя сам. Наверняка, со стороны это выглядит лицемерно – сидеть, раздавать советы, и не иметь ни малейшего представления о собственном будущем. Я точно не буду играть в квиддич, и я никогда не свяжу свою жизнь со спортом. Я не стану таким, как отец.»

[indent]Подросток кивком головы благодарит однокурсника за одобрение идеи с повышением уровня квиддича в школе. Он сворачивает пергамент, убирает всё лишнее в сумку, и встаёт вместе с товарищем. Возможно, стоило предложить Драко отправиться вместе в замок, особенно учитывая холод и то, как стремительно темнело, да и одет Питер был теплее, чем ловец сборной. Но вместо этого подросток просто стоял рядом с однокурсником, послушно обращая внимание на звёздное небо, сомневаясь в своих словах, своих поступках.

[indent]- Ты готов отправиться в замок? – наконец нарушает тишину брюнет, бросая быстрый взгляд в сторону однокурсника.

[indent]Сегодня их пути пересеклись, ближе, чем когда-либо, но момент прошёл, и теперь каждому из них предстояло двигаться дальше своей дорогой.  Макларену не стоило задерживать однокурсника более – у него есть более важные дела, такие как учеба, тренировки и предстоящий матч, а также социальная жизнь старосты, сопряженная с ней ответственность, задачи. Питер же вернётся в тени и одиночествe, продолжит наблюдать за каждой сборной, за каждым игроком, в том числе и за Драко.

Отредактировано Peter McLaren (01.06.21 01:16)

+1

12

- Не стоит извиняться. Я понял тебя, но про квиддич - это был всего лишь пример. Я не могу делать, что хочу, хотя со стороны многим кажется наоборот. Впрочем, квиддич я действительно люблю. Да ты и сам это видел. - Лёгкая улыбка невесомо касается его губ. "Но ты не из тех "многих", Питер. Ты каким-то непостижимым образом смог разгадать то, что я пытался спрятать от всех, ты увидел больше, чем кто-дибо другой... И ты помог мне узнать себя, заглянуть туда, куда я не смотрел раньше". В конце концов, именно от Питера Драко услышал те самые слова, которые так нужно слышать каждому человеку: это слова о вере в него и о том, что его принимают таким, какой он есть. Ведь до этих пор, чтобы заслужить одобрение отца, похвалу учителей, восхищение прекрасного пола, признание в квиддиче, приходилось много стараться, работать над собой, отсекая всё лишнее, всё ненужное. Ему было недостаточно того, что есть, он всегда стремился к чему-то большему, потому что только так мог стать кем-то, кого можно за что-то любить или ненавидеть. Он думает об этом, смотря на небо, словно читая его, как книгу по звёздам вместо букв.

- Да, готов, - негромко отвечает Драко и берёт метлу. Странная, неожиданная идея приходит ему в голову: хорошо бы сесть сейчас на метлу и прямо отсюда, с трибун, поднявшись высоко в воздух, полететь к замку. Но Макларен, наверное, не согласится, думает Драко, и мысли так и остаются невысказанными. Он, наверное, никогда не сможет просто говорить прямо о том, что думает: слишком не так его воспитывали, а теперь это стало уже частью его самого.
Они спускаются по ступеням, двое похожих, но разных ребят, и решение о возвращении в замок уже не кажется верным, потому что там всё закончится, и они снова разойдутся, и будут видеться только на уроках да в общей гостиной. А это совсем не то, чего сейчас хочется. В эту минуту Драко отчётливо осознаёт своё желание. Сбудется ли оно? Возможно, если он сам этому поможет.

- Как ты думаешь, не стоит ли показать Грэму твою схему нашей сборной? Он всё же капитан, ему и принимать решение. Он тоже хочет победы, и если что-то может к ней привести, думаю, прислушается, - предлагает ловец. Зелёная квиддичная форма в ночи кажется тёмной, и только поблёскивающее в свете луны древко метлы выдаёт их.
Юноша задумывается. Некоторое время молчит, а затем наконец решается.
- Я не уверен, что скажу сейчас правильно, потому что иной раз бывает трудно облечь мысли в слова... Но... мне бы е хотелось, чтобы когда мы пришли в замок, всё стало как раньше. - Слизеринец проводит рукой по лбу, как бы утирая выступившие капельки пота и откидывая назад упавшие на глаза волосы. - С другого я бы взял обещание или даже клятву хранить всё в тайне, но я уверен, что нам с тобой этого не надо. Я не могу этого объяснить, просто знаю... - Возникает короткая пауза, во время которой юноша пытается собраться с мыслями. - Мы... могли бы стать друзьями. Если хочешь.
"Я никогда ещё не говорил ни с кем так, как с тобой сегодня. И я запомню этот день и эту беседу. Ты необычный, не похож на других. Мы учимся вместе пять лет, а я сейчас понимаю, что почти не знаю тебя".

Уже видны башни замка. Скоро пробьёт комендантский час. Но Драко совершенно не торопится, не боится опоздать - а может быть, точно знает, что успеют. И всё-таки у них есть ещё время до того, как оба вернутся в гостиную.

+1

13

[indent]Макларен молча отправляется вслед за однокурсником вниз, и какое-то время ничего не нарушает тишину кроме звуков шагов и шелеста мантий. Питер глубоко погружен в свои размышления, он все ещё не удовлетворен тем, что не закончил работу, ему хочется нанести завершающие штрихи на схему, но, одновременно с этим, подросток не хочет расстраивать Драко прямым отказом. Он понимает, что рано или поздно тема его наблюдений будет поднята, и, учитывая предстоящий матч, отказ Макларена помочь собственной команде может быть воспринят двояко. Брюнет сознательно не пытается начать разговор, словно пытаясь оттянуть момент, когда ему придётся выбирать между долгом и собственным комфортом, личными интересами и отношениями с однокурсником. И, когда Драко всё-таки задает вопрос о схеме, подготовленной Маклареном, подросток лишь усилием воли не вздрагивает, и, держа голос максимально непринуждённым и расслабленным, подбирает слова:

[indent]- Да, я думаю это будет хорошей идеей, - осторожно отвечает Питер, - Именно капитану решать, какой курс выбирает сборная, на какие аспекты в игре ей стоит обратить внимание в первую очередь.

[indent]Следующие слова Драко заставляют Питера остановиться на месте, ощутив, словно по телу проходит разряд, по спине бегут мурашки. Он с удивлением слушает ловца своей сборной, и изо всех сил старается сохранять спокойствие. Чем глубже, чем эмоциональнее социальное взаимодействие – тем сложнее брюнету сохранять спокойствие, держать маску безразличия. Когда ты наблюдаешь за людьми с расстояния, когда твоё взаимодействие с кем-то заканчивается на вежливых кивках в коридорах, обрывках фраз, брошенных друг другу на уроках, когда ты никогда не подпускаешь никого близко к себе – намного проще быть безразличным и спокойным. Питеру вообще не свойственно пропускать людей в свою зону комфорта, его друзей, наверное, можно по пальцам пересчитать, а близкий человек в школе у него вообще один. Однако это не значит, что парень не заинтересован в общении, скорее лишь то, что ему проще прожить жизнь в маске, никогда ни с кем не сближаясь, вечно находясь в тени. Так проще, так не разочаровываешься в людях, как у него когда-то случилось с отцом. Но, даже его он смог простить, и, если люди могут меняться, значит, стоит больше верить в них? А ему хотелось верить. И Драко? Он верил в него. Потому, когда однокурсник предлагает ему дружбу, Питер мягко улыбается уголками губ, протягивая ему руку для рукопожатия:

[indent]- Я бы хотел быть твоим другом, Драко.

[indent]«Надеюсь, я не разочарую тебя... Мне не хотелось бы этого. Я думаю, когда-нибудь я расскажу тебе больше о себе. Возможно, мы полетаем вместе. Ты можешь быть быстрее, можешь быть лучше, и я бы хотел помочь тебе. Не только в спорте. Человек… Человек не может быть один, и я думаю, что чем больше у тебя будет тех людей, которым ты доверяешь, тем лучше будет в итоге для тебя. И, хочется верить, что, когда ты узнаешь меня получше, ты не разочаруешься во мне. И не отвернёшься, потому что я точно не отвернусь от тебя.»

+1

14

Драко кивает и больше не спрашивает о схеме: наверное, действительно Макларену лучше самому поговорить с капитаном. А Грэм уже сам решит. Однако то, что эти схемы, изображающие каждого игрока по отдельности и всю сборную в целом, могли помочь им выиграть, было несомненно. Разумеется, только в том случае, если игроки захотят прислушаться, а иначе всё бесполезно. И всё же хотелось надеяться, что ради победы...

Драко вспоминается третий курс, поезд, наполненный холодом и дементорами. И среди хаоса - маленький лучик Люмоса, свет среди темноты. Страх. Ужас. И вкус шоколада. И неуверенный, робкий голос: "Давай дружить?" Гулко колотящееся в ожидании ответа сердце, вспотевшие ладошки, затаившийся страх, боязнь отказа. "Давай", - звучит в ответ, и на смену взволнованному ожиданию приходит несказанно-радостное облегчение. И улыбка расползется по лицу в то время, как пальцы смыкаются в рукопожатии.

Они похожи во многом. Драко тоже не привык подпускать к себе людей слишком близко, всегда сохраняя необходимую дистанцию, которая могла меняться в зависимости от..разных факторов, но - была. Но с Маркусом они не учились на одном факультете, не посещали каждый день одни и те же уроки, хотя общие были, не встречались постоянно в гостиной или за одним столом в Большом зале. Тем более странно, что до определённого момента они с Питером словно оставались невидимками друг для друга. Знали по именам, но редко говорили, и тем более так - откровенно. Искренне. Честно.
На Слизерине Драко учился с ребятами, большую часть которых знал с детства, и дружба и общение с ними были чем-то привычным, о чём он никогда не задумывался, просто зная, что оно - есть. Были ребята, с которыми он сдружился, будучи ещё ребёнком, на первом-втором курсе. Однако чем старше мальчик становился, тем сложнее оказывалось находить друзей. Ведь друзья должны хорошо понимать друг дружку, а для этого они должны быть, как минимум, одного круга, одних взглядов. Только став старше, юноша осознал, почему отец рекомендовал быть внимательным при выборе компании. Друг - тот человек, в котором ты можешь быть уверен. Насколько вообще можно быть уверенным в другом человеке. Который в случае необходимости не станет задавать лишних вопросов и придёт на помощь, сохранит твои тайны как свои и не позавидует удаче, ибо зависть - худшее, что может случиться с людьми, она разъедает душу, лишает покоя, заставляя человека совершать подчас плохие поступки. Но вот, например, Маркусу Драко не завидовал, скорее, восхищался умом и знаниями, стремлением к постижению нового, неизведанного и тем, как отдаётся он тем делам, что вызывают интерес. Друзья и родители были теми людьми, чьё мнение прежде всего имело значение для молодого человека. До остальных - всё равно. Но семейные узы и дружба священны.

Каждый год Драко говорил себе, что они непременно должны выиграть Кубок. Но Слизерин терпел поражение. Драко был не из тех, кого могли сломить неудачи, и всё же слишком большая ответственность лежала на нём, отчего в каждом проигранном матче он видел свою вину. Игроком он был неплохим, только частенько случалось ему на поле поддаться влиянию эмоций, хотя в обычное время легко справлялся с ними. Неожиданный этот разговор после затянувшейся тренировки дал ему много пищи к размышлению.
Малфой протянул руку в ответ, и холодные пальцы его коснулись руки слизеринца. Неожиданный контраст холода и тепла заставил юношу едва ощутимо вздрогнуть. Он слегка улыбнулся, стараясь передать в улыбке то тепло, которого не хватало рукам - не только сегодня, почти всегда. Светлые глаза стали оттенка ясного, чистого весеннего неба, какое бывает обычно в мае, когда близко лето.

И всё-таки одна мысль не желала отпускать его. Он ужасно боялся совершить ошибку. Что, если... надо было согласиться? Нет, он сделал правильно, но откуда эти сомнения? Прочь их, прочь. Драко помнил, что ответил ему Питер. И сейчас понимал, что если бы согласился - а ведь было искушение так и сказать - то разочарует... Он просто не мог этого допустить. Дементоры в поезде обнажили его страхи, но ему - тогда - удалось с ними справиться. И сейчас тоже сможет. Они выиграют.
Сегодняшний день тоже можно считать маленькой победой.
- Идём? - кивнул Драко в сторону школы. И юноши исчезли за массивными коваными дверями старинного замка.

+1


Вы здесь » Drink Butterbeer! » Time-Turner » 17.03.96. Gravity wall