Drink Butterbeer!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Drink Butterbeer! » Time-Turner » 03.08.92. Cat's in the cradle


03.08.92. Cat's in the cradle

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

https://forumupload.ru/uploads/001a/2e/af/430/715668.jpg
Robert Chambers, Ophelia Rushden
03.08.1992
Госпиталь имени Святого Мунго, Лондон

and the cat's in the cradle and the silver spoon
little girl blue and the man in the moon

but we'll get together then
you know we'll have a good time then

Отредактировано Ophelia Rushden (01.03.21 19:33)

+1

2

[icon]https://forumupload.ru/uploads/001a/2e/af/364/460650.jpg[/icon][pers]<b><a href="ссылка" target="_blank">Роберт Чемберс</a></b>, 13 лет[/pers][info]Рейвенкло, 3 курс[/info]

- Миссис Боджерс? Что стряслось?
- Вы же знаете, доктор Чемберс. Вечно колено ноет на погоду...
- Миссис Боджерс, кто пытался оторвать вам ногу?!
- Доктор Чемберс, понимаете, мне сказали, что поцелуй мантикоры помогает при болях в суставах...

- О, Мерлин! А с вами что произошло?
- Сами вы Мерлин, док. Доллибат - моя фамилия. Со мной все в порядке. Скажите своим дуболомам, пусть меня отсюда выпустят.
- Хм, а вы остряк! Кстати, у вас якорь торчит из головы. Не больно?
- Болит чуток - когда смеюсь. Так что не смешите меня, док, и лучше покажите, где здесь выход!

Была уже поздняя ночь. За окнами сгустилась черная мгла. Лампы в приемном покое больницы святого Мунго светили болезненно-резким, колючим желтым светом, разгоняя по углам отчетливые громадные тени. Роберт спешил вслед за отцом. Ему, вообще-то, не полагалось здесь быть. Но сегодня - в виде исключения, - папа разрешил остаться. Ведь сегодня в одной из палат на первом этаже лежал его младший братишка Уилл.
- Взорвался домашний котел, мальчика окатило горячим бодроперцовым зельем, - с дрожью во всем теле услышал Робин обрывок чужого разговора. - Бедняжка весь дымится, пришлось положить в отдельную палату.
- Ах, что, должно быть, сейчас чувствует доктор Чемберс!.. Его маленький сын!..
Роберт проводил взглядом болтающих целителей и снова догнал отца. Эрик Чемберс выглядел так же, как и обычно - непоколебимо-спокойный, бесконечно-усталый и немного ироничный. Он быстро шел больничными коридорами, темными в резких желтых пятнах света, подходил к ожидавшим диагноза пациентам, недолго говорил и что-то записывал в блокнот. Довольно часто исписанный листок складывался в бумажный самолетик и улетал куда-то в лабиринт коридоров и лестниц, откуда затем выходили целители в салатово-зеленых мантиях. Доктор Чемберс что-то говорил им, пациента забирали, а папа шел дальше.
- Послушай, - позвал отца Робин, - а завтра Уилла выпишут?
- Не думаю, - спустя пару секунд молчания откликнулся тот.
- Но с ним же все будет хорошо?
- Надеюсь, что так, Робин. Я так же волнуюсь, как и ты.
Роб внимательно взглянул на отца. Взволнованным доктор Чемберс не выглядел, разве что был чуть бледнее обычного. И слишком часто, слишком нервозно потирал друг об друга изящные, очень чуткие, но крепкие руки - руки целителя-волшебника.
- Я работаю, - объяснил он, заметив взгляд сына. - Это позволяет отвлечься.
- Может, я смогу чем-то помочь? - спросил Роберт. - Ну, там... тоже делом заняться.
Доктор Чемберс посмотрел на сына долгим, немного удивленным взглядом, проронил короткое "Хм, я подумаю!" и действительно ушел в свои мысли. Они вывернули из узкого, длинного коридора с редкими дверьми и вернулись в фойе больницы, откуда папа начал свой обход. Папа перекинулся парой слов с привет-ведьмой, удивленно чему-то хмыкнул и отправился снова в приемный покой. Здесь, кажется, появились новые лица. И точно - к новым посетителям больницы уже подошла медсестра, а Роберт вежливо отвел глаза, узнав девочку, которая училась, кажется, на курс младше.

Отредактировано Robert Chambers (22.03.21 21:06)

0

3

Так неудачно случается нередко - когда ловишь на себе чей-то случайный, короткий взгляд, и именно в тот момент решаешь поднять голову, чтобы коротко осмотреться.

Будь Офелия младше на пару лет, то непременно бы попыталась спрятаться за лимонным халатом ближайшей медсестры, ей много не нужно, чтобы стать незаметной. Но сейчас прятаться некуда, можно только втянуть голову в плечи и занавеситься отросшими за два года до пояса волосами. За всеми треволнениями прошедшего вечера она и думать забыла, что здесь можно случайно наткнуться на кого-нибудь из школы, и большое благо, что почти не знакомого. Мальчика, идущего за целителем, Офелия помнила в лицо - примелькался в рейвенкловской гостиной, но не знала, или не запомнила имени. Она вообще очень мало контактировала с кем-то вне своего курса, и более-менее близко из ребят постарше знала разве что Дункана Инглби, который часто собирал вокруг себя малышню, рассказывая им проходимые темы по истории магии в более доступной и интересной манере, чем умел профессор Биннс.

Дико горели щеки. Меньше всего хотелось, чтобы ее приметили здесь, в таком виде, потому что свои странности приходилось прятать и подгонять под жизнь среди ровесников весь прошедший год. Прошлой осенью Офелия пару раз просыпалась от собственного крика, напугав соседок по спальне, а потом приспособилась ложиться настолько поздно и вставать настолько рано, что организм попросту отключался, слишком уставая для того, чтобы видеть сны или бояться чего-то в темноте. И далеко не всякий шрам можно объяснить простыми происшествиями, случающимися с каждым, даже самым благовоспитанным ребенком. Офелия не любит лгать, не любит придумывать то, чего не было, она никогда этого не умела - но иначе объяснить, почему она здесь и сейчас, вряд ли сможет внятно.

Поэтому, пожалуйста, пожалуйста, пусть этот мальчик ее не узнает, и просто пройдет мимо.

Подошедшему целителю девочка молча протянула мятый талончик, который от самой стойки привет-ведьмы мусолила в руках. И, спохватившись, в несколько маловразумительных булькающих звуков выдала что-то похожее на "Здравствуйте".

На талончике - направление сначала сюда, потом к старшему целителю Йоланде Финч на пятый этаж.

Зачем нужен непременно пятый этаж, Офелия не знала. Она мало что знала о причинах, по которым ее сюда буквально притащили, подлатав только наспех то, что мать могла успешно вылечить и сама. Этель выглядела ужасно нервной, злой... и напуганной, что ли, поэтому Офелия не решилась подать голос ни пока собирались, ни внизу, пока мать требовала немедленного приема на пятом этаже, а сама девочка в ужасе пыталась вжаться в ближайшую стену - она почти никогда не видела Этель такой на людях. И куда страшнее думать о том, что станет твориться дома, когда происшествие дойдет до отца. А оно до него дойдет.

Что конкретно произошло, она тоже помнила плохо. Точно знала, что случайно грохнула на пол поднос, вполне ожидаемо получила оплеуху, а вот что потом, могла вспомнить только урывками. Кажется, отступила назад, подскользнулась на лужице разлитого джема. Кажется, ударилась головой, иначе как объяснить повязку на правый глаз и висок? Непонятно только, почему все застекленные дверцы и окна в столовой щерились осколками стекла, когда она пришла в себя, и почему все это стекло было на полу. Вокруг творился форменный хаос. Отца не было дома - он вообще появлялся там только на ночь глядя, и все чаще брал ночные дежурства. Илси, причитая какую-то дикую смесь из самобичевания и извинений непонятно за что, носилась следом за заколдованным совком, собирая осколки, тонко и пронзительно верещала напуганная сова, залетев на напольные часы. Ну а мать, бледная, как смерть, неласковыми, но четкими движениями, обрабатывала какой-то адски щиплющей жидкостью висок и щеку скулящей Офелии, распространяя вокруг душный запах ночной порции бурбона. Потом ее одели и за плечо затолкнули в камин. Совсем как куклу.

Спустя минут десять пререканий, явившаяся к стойке привет-ведьмы целительница - крепко сбитая дама с лучистыми голубыми глазами, аккуратным узлом светлых волос - принимать Офелию мягко, но категорично отказалась до того, как ее травмы осмотрят и залатают. Офелия безошибочно распознала на лице матери с трудом сдерживамую ярость, но продолжать спор та не стала - слишком уж много ненужного внимания она стала привлекать. Поэтому, сжав губы в тонкую ниточку, сдала девочку на поруки целительницы, вручившей талончик, проводившей, и оставившей здесь дожидаться приема. Офелия не решалась поднимать ни на что глаз, но и у стойки, и в лифте, чувствовала на себе беспокойный, пристальный взгляд, следом за которым обычно бывают вопросы. Было не по себе.

Сейчас тоже было не по себе. У мужчины, которому она отдала талончик, был точно такой же взгляд.

[status]caterpillar[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001a/2e/af/430/320520.jpg[/icon][pers]<b><a href="https://drinkbutterbeer.rusff.ru/viewtopic.php?id=1771" target="_blank">Офелия Рашден</a></b>, 12 лет[/pers][info]Рейвенкло, 2 курс[/info]

Отредактировано Ophelia Rushden (11.03.21 02:29)

+1

4

[icon]https://forumupload.ru/uploads/001a/2e/af/364/460650.jpg[/icon][pers]<b><a href="ссылка" target="_blank">Роберт Чемберс</a></b>, 15 лет[/pers][info]Рейвенкло, 5 курс[/info]
Док Чемберс внимательно посмотрел в талон, чуть поднял брови, но ничего не сказал. Присел на корточки перед миниатюрной девочкой, чтобы проще было заглянуть ей в лицо. Не увидев явных признаков шока или помешательства, он поднял глаза выше и потянулся было к повязке:
- Я посмотрю?.. - но тут, что-то сообразив, повернулся к сыну: - Робин, сходи-ка к Сметвику. Помнишь его? Спроси, помогло ли Амброзии Фоули зелье, которое он ей назначал. Это важно.

Сметвика Роберт помнил прекрасно - тот специализировался на опасных укусах. И поэтому на почти-знакомую рейвенкловку Чемберс-младший тотчас посмотрел с живым состраданием и почти испугом. Мало ли, кто ее покусал!
- Сейчас, минуту, - быстро согласился он и со всех ног умчался к лестнице.

Док проводил сына взглядом, и лишь затем начал осматривать пациентку. Рука у него была легкая - так многие говорили, - но все равно, всякий раз он шепотом предупреждал: "Сейчас может быть чуть-чуть неприятно..." или просто, по-домашнему, по-отцовски шептал: "Шшш...".

- Что случилось? - спросил он очень буднично, не прерывая осмотра, ни интонацией, ни взглядом не выделяя вопроса. - Вы из дома, мисс Рашден?

Отредактировано Robert Chambers (22.03.21 21:37)

+1

5

Глухая, болезненная пульсация в правом виске стала чаще, надсаднее, девочка напряглась, внутренне стянулась, как пружина, с силой стиснула в ладонях ткань юбки, чтобы вынудить себя не отшатнуться от протянутой к ней незнакомой руки. Лицо у нее было почти неподвижно, как у куклы, но глаза жили настороженностью и страхом, совсем как у маленького животного, которого кто-то насильно держит в руках достаточно долго, чтобы перестать сопротивляться.

Терпи. Так надо.

Отвечай. Будут неприятности, если не ответишь.

Хорошо, что мальчик ушел. Офелия на миг даже испугалась, что повязку будут снимать в его присутствии, она ведь даже не знает, как сейчас выглядит ее лицо, глаз превратился по ощущениям в темное, саднящее пятно.
Руки целителя - так надо - она может стерпеть. Вздрогнув и зажмурившись.

Пару раз, на пробу, моргнув, девочка коротко кивнула - да, из дома.

- ...Я упала, - упала. Не сама, но это не важно. Сейчас - не важно. Да и не сказала бы в любом случае, - Ударилась сильно.

Офелия говорит, как научена: ни слова лжи, и ни слова лишнего. "Сильно ударилась", да еще и таким тоном, звучит смешно, как будто играла в саду и разбила коленку, а не расшибла голову, повредив, похоже, правый глаз. Она не знала, что с ним точно, но видел он совсем плохо, обзор заволакивала дымная красная пелена.

- ...Много стекла побилось, - неуверенно добавила Офелия, вспомнив о порезах на ладонях. Они уже начали заживать, спасибо попыткам быстро ее подлатать, и довольно сильно чесались. Это, наверное, надо объяснить, но она так и не знала, считается ли такое запрещенным вне школы использованием волшебства. Палочку она не брала, но...

Нетрудно представить, как именно. Раз - и вылетели стекла, разлетелись на куски хрусталь и фарфор. Как будто ее крик был стократно усилен, или по гостиной прошла взрывная волна.
Девочка вздрогнула, на секунду опустила взгляд, а потом вновь посмотрела на целителя - внимательно, почти неподвижно. Он понял? Он знает? Что можно говорить, и что должна?

Все это уже было раньше. Далеко не один раз, но всегда - разрушительно. До того, как отец совсем перестал ужинать дома, и родителям вздумывалось перекинуться оскорблениями за столом, гнулись и плавились в лужицы расплавленного металла лежащие перед Офелией столовые приборы. Одним вечером запертая на засов дверь в подвал слетела с петель, пронеслась через весь коридор и разлетелась в щепки, ударившись о противоположную стену. За год до Хогвартса она едва не задохнулась дымом, когда загорелись вещи в шкафу. Ночью в темноте показалось, что там кто-то стоит, а после осталось только биться в закрытую дверь, и лезть в окно, когда не осталось другого выхода. Магия - сильная, яркая, заполняет ее, как горючий газ, и нужна только искра, чтобы раздался взрыв. Повышать голос - нельзя. Говорить что-то против - тоже. Слезами она сделает себе только хуже, это тоже давно усвоенная истина. Все это можно проконтролировать, стиснуть зубы, стерпеть. Но вот магия - совсем другое.

[status]caterpillar[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001a/2e/af/430/320520.jpg[/icon][pers]<b><a href="https://drinkbutterbeer.rusff.ru/viewtopic.php?id=1771" target="_blank">Офелия Рашден</a></b>, 12 лет[/pers][info]Рейвенкло, 2 курс[/info]

Отредактировано Ophelia Rushden (04.04.21 00:32)

+1


Вы здесь » Drink Butterbeer! » Time-Turner » 03.08.92. Cat's in the cradle