Drink Butterbeer!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Drink Butterbeer! » Time-Turner » 02.03.96. I wish I could say to you


02.03.96. I wish I could say to you

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

...I'm not going nowher

https://i.ibb.co/dBVJXKm/1.png https://i.ibb.co/9cZXNSH/4.png https://i.ibb.co/MkWB8bY/2.png
https://i.ibb.co/G5g018R/7.gif https://i.ibb.co/m0jNPxm/3.png https://i.ibb.co/tXCpXHV/image.gif
https://i.ibb.co/410dSsQ/ezgif-com-gif-maker-1.jpg

Seamus Finnigan, Lavender Brown
02.03.1996 года
Больничное крыло

Очнувшись в Больничном крыле, после неутешительных, для неё, итогов дуэли, Лаванда никак не ожидала увидеть Шеймуса.
Может им обоим уже пора перестать вести себя как дети и хотя бы ...поговорить?

   

*Спасибо Динь-Динь за помощь с картинорщками :3

Отредактировано Lavender Brown (04.04.21 03:27)

+3

2

Особая прелесть свободы была оценена Шеймусом после полуисчезновения Лаванды из его жизни. Полу - потому что все равно она мелькала где-то рядом, но у него в голове всегда было столько мыслей, столько дел, что совершенно не хватало времени, чтобы позволить себе подумать о причинах и последствиях их размолвки. Он даже не всегда здоровался с ней, пролетая мимо, но вряд ли это делалось намеренно, хотя подсознательно...возможно.
Как вообще могут нравиться...э не Шеймус? Нет, правда, у него самооценка завышенная, но не просто так- он милый. Но это уже личная заморочка Лаванды, которая никак не касались вечно тикающего разума Шеймуса: то ли часовая бомба тикала, то ли просто механизм всегда был в рабочем состоянии.
Ему очень нужны были эти занятия с Поттером, хотя бы потому, что нужен был кто-то, кто контролировал бы его, не дал подорвать самого себя, а Дин, к сожалению, всегда его поддерживал. Шеймус был весьма увлечен защитным заклинанием, когда услышал спиной предложение Гарри увести девочек. Он обернулся - Лаванда была в их числе. Шеймус закатил глаза - как всегда у нее что-то не получилось, потому что она витала в облаках. Он замечал за ней такое, что ей бывает сложно сосредоточиться, когда она кем-то увлечена, да-да, именно кем-то, и на занятия она пришла совсем не ради занятий, он был в этом уверен.
Как интересно, что никто не побежал ее спасать до предложения Гарри. Вот пусть знает, что она не шибко кому и интересна со своей блондинистой головой.
Шеймус не вникал в ее нынешние отношения, если они и были. А с Лаванды станется, что она специально играет роль.
-Не моя проблема, - зачем-то оправдался он перед Дином, когда тот бросил на него вопрошающий взгляд.

-Помочь?!- раздался голос Дина на весь туалет, хорошо, что они были одни.
-Не..нормально, мадам Помфри сейчас капнет и все заживет, - махнул он рукой, запихнул палец под проточную воду, которая мгновенно окрасилась в алый цвет. Ничего особенного, просто он оторвал заусенец больше, чем рассчитывал, а потом попытался прижечь, но что-то пошло не так.
Уже через пару минут он ввалился в больничное крыло и очень громко стал рассказывать мадам Помфри, что день наперекосяк, и он так торопится, так торопится. Однако размеренная мадам, как всегда отчитала его за невнимательность, за отсутствие такта и уважения пот отношению к больным, усадила его на стул, накапала зелье и сказала ждать ее возвращения, а главное - не пугаться, если зелье начнет пениться и пузыриться. Это как раз его не напрягло, даже веселило.
-О, Браун, живая? А я думал тебя уже давно отпустили или ты там капитально стукнулась? - он сделал вид, что увидел ее случайно, хотя наверняка знал, что она там, да и в отражении потемневшего вечернего окна видел, чья кровать за его спиной.

Отредактировано Seamus Finnigan (04.04.21 18:07)

+1

3

Ей чудилось слишком много света. Ослепительная белизна вокруг – казалось, что она не просто отражает лучи заходящего солнца, освещая невозмутимо перпендикулярные, как по линеечке выровненные ряды больничных кроватей, но и сверкает сама по себе, даря надежду на исцеление. Лазарет уже почти опустел, а взгляд Лаванды Браун, уже минут двадцать очнувшейся от забытья, бесцельно бродил по освещённому последними лучами закатного солнца, потолку.  Невероятная, по своей силе, головная боль, всё никак не унималась, а слабость, охватившая жертву недавней дуэли, не позволяла дотянуться до зелья, оставленного школьной целительницей – а зря, быть может оно и помогло бы улучшить её состояние. Лаванда никак не могла припомнить, чувствовала ли она хоть когда-то себя настолько же паршиво, как сейчас.

Звук шагов, и раздающиеся следом голоса, из которых лишь один принадлежал мадам Помфри, заставляет Лаванду испуганно вздрогнуть. Ритм сердца ускоряется, слишком уж хорошо она знает этот второй, тот самый, голос, который обращаясь к ней раньше, всегда окрашивался особыми интонациями, по которым она так отчаянно скучала.

Непродолжительная возня, и когда вроде все наконец стихло, воздух порывисто рассекают звуки. Как же она ненавидит, когда к ней обращаются по фамилии.

- Как видишь, - скептически отзывается Лаванда, с тоской отмечая что больше не слышит в голосе Шеймуса Финнигана тех самых, столь личных ноток. Она с трудом приподнимается на подушках – любое движение до сих пор отзывалось глухой болью, но ей почему-то кажется, что хоть так она сможет выглядеть чуть менее несчастной, - как бы тебе не хотелось обратного.

Браун не может точно сформулировать, зачем было это бессмысленное добавление, сколь не был эксцентричен Шеймус и нарлу понятно, что чего-чего, а смерти он точно ей не желал, ни ей, ни кому-либо другому. Но за эти, более чем полгода их размолвки, обида, живущая в глубинах её души, выпестованная ей лично и его деланным равнодушием в том числе, выросла до невероятных размеров. А сейчас к весьма внушительному списку обида добавилось еще и …смятение?

- Но мне уже намного лучше, - холодно и с неким вызовом продолжает блондинка, - спасибо, что спросил.

Видит Мерлин, позволь ей высшие силы выбирать обстоятельства для внезапного разговора с Финниганом, она бы никогда не проголосовала за вариант, где она помятая, бледная, с синяками и кровоподтёками, настолько обессилевшая, что даже не способная на более-менее приличную колкость, лежит распластавшись на больничной койке. Она ещё не видела своего отражения, быть может и к счастью, но заведомо знала, что увиденное ей не понравится.  И всё же, еще пара фраз, и это будет их самый долгий диалог со времён встречи на перроне.

- Ты то, что здесь забыл, - Лав- Лав окидывает его быстрым оценивающим взглядом, избегая лишь одного- смотреть глаза в глаза; и не заметив ничего такого, чтобы сказало о каких-то серьёзных у парня повреждениях, уточняет, - очередная поджигательная диверсия?
Только не смотреть в глаза – это слишком страшно, потому что больше всего на свете она не желает увидеть в зелёной глубине расплескавшуюся тень жалости. Выглядеть жалкой – хуже не придумаешь.

Лаванда слишком хорошо помнит, о чём думала там, в Выручай-комнате перед тем, как окончательно отключилась, и ей казалось что она физически ощущает, как стынет в жилах кровь от одной только мысли, что она, на грани бреда и реальности озвучила что-то из своих желаний вслух.

Нет, пожалуйста, только не это.

Но как же она скучала.

Отредактировано Lavender Brown (20.04.21 00:12)

+1

4

И Шеймус - победитель по жизни - мистер Сдержанность и Терпеливость - закатывает глаза с превеликим удовольствием. Как же нравится ей нести всякую чушь.

-Вот, черт, а я все надеялся, подбирал место, где тебя похоронить, уже даже с домовиками договорился, - он огляделся по-воровски вокруг, - тут Грейнджер нет? - памятуя о ее особой любви к домовым и попыткам затащить всех в клуб по защите милашек, которые делают вкусные эклеры, он всякий раз, когда упоминаются домовики ищет Грейнджер - традиция такая.

Понятно, что и мыслей о смерти Браун у него не было, но она сама подстрекает к такой пустой болтовне, а потом еще и обижается. Совершенно не понятная девочка. Почему нельзя говорить четко и ясно?

Мадам Помфри рядом не было, хотя и кровь уже перестала идти, можно было спокойно распрощаться с Лавандой и отправиться по своим делам, но сейчас его дела здесь - назад пути нет. Он плюхается на соседнюю койку, начинает копаться в сумке.
-Что за обвинения? Никогда диверсий не совершал, все законно, хе-хе, - хохотнул он, и это было чистейшей правдой, потому что он не поджигал еще ничего для того чтобы просто поджечь. Случайно все выходило. -Да где же?

Он ненадолго отвлекается от нее и не смотрит даже в ее сторону, потому что у него было важное дело - найти нужную вещь в сумке. Ищет-ищет, а найти не может. - Черт, - он задел лист пергамента пораненным пальцем и кровь снова потекла. Засунув палец в рот, он отложил сумку и посмотрел на Лаванду. Ей и правда было нехорошо, судя по бледной коже.
-Что ты так смотришь? Ждешь, пока я от потери крови превращусь в такую е бледную поганку, как ты? - он вытащил палец изо рта, посмотрел - вроде, нормально, надо просто перевязать чем-то, но рядом не было ничего, мадам Помфри все делает сама. Где же она?
-А! Точно! - над головой словно солнышко засияло, когда он вспомнил, где нужно искать! Он встал с койки и стал рыться в карманах, как будто они такие глубокие, что там можно было спрятать целый арсенал боеприпасов. Впрочем, может быть, так оно и есть.

-Держи, - он бросил к ней на койку три коробочки с шоколадными лягушками. Мама всегда говорила ему, что нужно поесть сладкого, чтобы щечки порозовели. Ему тоже хотелось хоть как-то вернуть девушку розовощекость, а то вдруг она и правда помрет. Правда, в свете последних событий розовый цвет не шибко ему нравился. 
Подумав секунд тридцать и понаблюдав за тем, как она вообще берет в руки эти коробочки, Шеймус решил, что все лягушки сейчас от нее разбегутся.

-Вот ты немощная, - пронял он и пересел к ней на койку, взял коробочку, открыл и успел поймать лягушку за заднюю лапку. Он с детства приноровился хватать именно за заднюю лапку, потому что они так забавно начинают барахтаться и цепляться за пальцы.
Он развеселился и помотал лягушкой перед лицом Лаванды, дразня ее:
-Ну? Руками брать будешь или ртом ловить? Смотри, а то сядет тебе на нос и станешь "Ведьмой с лягушкой на носу"! - захохотал он, сильно сейчас рискуя своей тушкой, но что она ему сделает?

Отредактировано Seamus Finnigan (24.04.21 10:44)

+1

5

- Не дождёшься, - ворчливо отзывает Браун, не прекращая попыток хоть немного приподняться на локтях, и стараясь подмять под себя как можно больше подушек разом. Лежать, вот так, в совершенно непотребном и распластанном виде казалось совсем уж унизительным.
– Как бы тебе этого не хотелось, - неожиданно добавляет блондинка. И тут же сожалеет. Выходит, как-то даже слегка грубовато. Впрочем, слово не гиппогриф – остаётся только сердиться на саму себя, вообразила себе невесть что, а теперь расстраивается. Естественно, она не думала, что Финниган хоть в сколькой мере желает ей смерти, со своеобразным ирландским юмором она была знакома уже достаточно давно. Раздражало совсем другое. Он не искал её.  - Зачем это ещё тебе Грейнджер-то сдалась?

Лаванда откровенно злится, не сводя с него возмущённого взгляда. Мало того, что Шеймус застал её в таком ужасном состоянии, так еще кажется и пришёл совсем не ради того, чтобы проведать её. И эти идиотски шуточки про смерть. К чему всё это? Что за изощрённый способ поиздеваться?

- А КАК надо смотреть, не подскажешь? – Финниган, ты вообще не помогаешь. Браун очень хочется, чтобы ей было бы так же всё равно, как если бы на его месте был любой другой их однокурсник, ну там, Невилл, например. Ну зашёл, ну несёт откровенную ересь- ну и что? Но Лаванда чувствует, как закипает с каждой секундой всё сильнее, оставаться равнодушной она не в силах, и это откровенно бесит. Нет, ну он точно пришёл поиздеваться над ней. - Может мне встать и броситься на поиски мадам Помфри, или отправить срочную сову в Мунго- срочно-срочно, мистер Финниган недооценил опасность микроцарапины и вот-вот потеряет последние силы.

Втайне желать исполнения своих желаний-опасно. Желаем, не ведая, что судьба может исполнить нашу просьбу совсем не так, как мы себе это представляли. Да, в глубине души ей очень давно хотелось поговорить. Один-на один.  И вот, кажется представился отличный шанс. Только вот как-то не при таких обстоятельствах. Да и разговор, совсем не клеится.
Лаванда ошарашенно уворачивается от летящей в её сторону гуманитарной помощи. Несколько мгновений смотрит на Шеймуса, не мигая, и сгребает с края одеяла упаковку с шоколадной лягушкой.

Есть совершенно не хочется, но Лав-Лав на автомате всё пытается подцепить дрожащими пальцами непослушный картон, высвободив содержимое- и терпит очередное фиаско.

- Перестань, - устало выпаливает она, когда Финниган, переместившись к ней на кровать, размахивает желающим выпрыгнуть в окно десертом. – Я совсем не хочу есть. И … это совсем  не смешно!

Финнигану стоило давно выучить, что Браун весьма болезненно относится к любого рода шуткам, которые затрагивают её внешний вид. Этакая тема табу, знаете ли.
Лаванда хватает его за руку, чтобы он наконец угомонился, и уже или сожрал, или выпустил злосчастное шоколадное животное…

… И сердце предательски  пропускает удар.

- Зачем, - голос у Лав-Лав очень тихий. Она медленно выпускает его руку из своей, не обращая внимания на освобождённую лягушку, что в два прыжка добирается до окна и исчезает из зоны видимости. – Зачем ты действительно пришёл, Шей?

Отредактировано Lavender Brown (12.09.21 23:42)

+1


Вы здесь » Drink Butterbeer! » Time-Turner » 02.03.96. I wish I could say to you