Drink Butterbeer!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Drink Butterbeer! » Great Hall » 13.09.96. Meet me in the pale moonlight


13.09.96. Meet me in the pale moonlight

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

https://forumupload.ru/uploads/001a/2e/af/658/934219.gif https://forumupload.ru/uploads/001a/2e/af/658/676072.jpg https://forumupload.ru/uploads/001a/2e/af/658/832592.jpg

https://forumupload.ru/uploads/001a/2e/af/658/192489.jpg https://forumupload.ru/uploads/001a/2e/af/658/841249.jpg https://forumupload.ru/uploads/001a/2e/af/658/494871.gif

I don't wanna care tonight,
I don't wanna fight;

T. Nott & H. Carrow

Astronomy Tower, Hogwarts / September 13’96

- ты сломала мой телескоп
- скажи спасибо, что не сердце

+3

2

[indent] Теодор подавил зевок и принялся собирать свою сумку. Сегодня у него занятие по астрономии, обучение которой он решил продолжать. Не в пример той же травологии, где копаться в земле его не слишком привлекало. Или опять же с существами, где из бывшего лесничего преподаватель был, мягко говоря, посредственный. Так что не забыть пергаменты, перо, телескоп, и можно отправляться. Ах, да, еще пожелания удачи от соседей по комнате, которым на высокую башню в это позднее время тащиться было совершенно не обязательно. Он на ходу пожелал спокойной ночи и вышел из комнаты, осторожно притворив за собой дверь. Дорога до башни была давно знакома и изучена. Это не первый курс, когда, едва попав в Хогвартс, начинаешь теряться, а лестницы еще больше запутывают ситуацию. За года учебы Нотт изучил множество самых разнообразных маршрутов, найдя кратчайшие из них. При условии, конечно же, что лестницы вели себя сносно. Иногда в этом плане Хогвартс казался какой-то школой на выживание. Но сегодня у него обходилось без происшествий, что добраться было относительно легко - не считая бесконечных лестниц наверх, конечно же.

[indent] Он едва ли не присвистнул, когда оказался наконец на месте. По сравнению с тем, как ранее шли занятия, теперь здесь казалось намного просторнее: далеко не все ученики решили продолжать изучать астрономию. Ну и ладно - дышать стало легче, места больше, никто не наступит на ногу и не огреет телескопом по затылку. Не то, чтобы в Слизерине подобное было в порядке вещей, но раз на раз не приходилось. Нотт быстро огляделся и нашел себе свободное местечко - подальше от других. Нет, с общением проблем не было, но иногда этого общения хотелось избежать. Особенно теперь, когда его семью прополоскали на страницах газет, и он еще с пятого курса ловил на себе взгляды и шепотки за спиной. Теодор тихо выдохнул и постарался сосредоточиться на деле - обычно это помогало. Он поставил сумку на пол, достал телескоп и... и его место оказалось не таким уж уединенным, когда он, сделав шаг назад, на кого-то налетел.

[indent] - Прошу прощения, - тихо пробормотал он, а потом все же обернулся, чтобы узнать, кто это к нему решил подкрасться со спины, чтобы проверить, насколько хорошо он может зашибить телескопом.

+2

3

Того тусклого света от свечей, не гаснущих из-за ветра при помощи магии, было достаточно, чтобы кое-как разглядеть конспекты и карту, но мало, чтобы предотвратить столкновение с чьей-то спиной или телескопом. Гестия привыкла быть незаметной, но не настолько, чтобы оказаться мишенью для чьего-то ботинка, оставившего след, насколько она могла догадываться, на ее идеально чистых лакированных туфлях.

- На первый раз прощаю. - Безэмоционально отвечает она, даже не поведя плечами, как обычно это бывало. - Тео.

Она узнала его по голосу сразу же. За столько лет учебы бок-о-бок могла без труда определять даже в самой кромешной темноте родных подземелий, кто находится рядом с ней. У каждого было что-то особенное, что выделяло сразу же, запечатывало в памяти и отправляло на задворки сознания. И вот сейчас очередной порыв прохладного ветра принес запах морозного, ночного леса, как если бы она взаправду подошла к самой кромке стройных рядов, покачивающихся в сентябрьской тишине. Только вот от верхушки самой высокой башни до опушки Запретного было очень далеко, а Нотт, наоборот, слишком близко.

- Если ты не против, я бы осталась здесь. - Она зачем-то пнула носком туфли свою полупустую сумку, валяющуюся на каменном полу. - Постараюсь не мешать.

Такое решение она приняла несколько минут назад, наконец уместив и настроив телескоп так, чтобы тот аккурат под углом в сорок пять градусов был направлен на скопище звёзд, в котором ей следовало найти хоть какие-то признаки и остатки сверхновой - дополнительный курс хоть и выходил за рамки основного, но темы оставались прежними, а подача материала и практика более насыщенными.

Посмотрев в окуляр и ещё на дюйм подкрутив масштаб, Гестия шумно выдохнула, обнаружив нужную туманность, а потому поспешила перенести координаты на карту звёздного неба, подсветив себе маленьким огоньком на конце волшебной палочки.

- Одна есть. - Шепнула Кэрроу настолько громко, насколько, была уверена, сможет привлечь внимание Нотта. - Что случилось? Ты настроил телескоп? - Она вытянула руку с Люмосом вперёд и вгляделась - вроде все и на своём месте, но что-то все равно не так. - Нет, подожди… подкрути ещё колесико, - сокурсник, конечно, и без неё мог прекрасно справиться со своим телескопом, да и сама Кэрроу предпочитала не влезать в дела других, но без сестры этим вечером было уж совсем невыносимо грустно.

+1

4

[indent] Ладно, по крайней мере, он никого не убил - уже легче. Хотя от него, скорее всего, именно такого и ожидали, но нет - в намерения Теодора не входило подобное. Не на пустом месте и не случайного человека - но нет. Наверное, даже в таком опасном смертельном деле он бы не стал полагаться на эмоции, разве что о подобном было пока что самонадеянно говорить, учитывая, как те самые эмоции его раздирали в последнее время. Нотт про себя хмыкнул - как далеко он зашел в своих мыслях и совсем не в ту сторону, когда у него сейчас урок, и ему лучше было бы сосредоточиться именно на этом.

[indent] - Извини, Гестия, - снова его тихий голос, когда он обернулся и опознал ту, кому нечаянно отдавил ногу. Не смертельно, но вряд ли приятно, и некоторые наверняка даже из подобной мелочи могли бы раздуть целую трагедию. Хорошо, что Гестия Кэрроу к ним не относилась. - Я не против, - в конце концов, слизеринцы всегда должны держаться вместе, когда их факультет подозревали во всех грехах, думая, что, вместе с распределением им в подземельях ставят Метку или еще какой-то знак, помечающий их как уже почти что состоявшихся темных волшебников. Это было бы даже забавно, но нет - ни капли не смешно с подобным предубеждением, которое прижилось в Хогвартсе... сколько уже лет? Да порядочно, и, что самое главное, администрация школы ситуация не решала, а во многих случаях лишь усугубляла ее. Да-да, школа выживания и так далее - про это тоже нельзя было забывать.

[indent] На некоторое время воцаряется тишина - слышно лишь завывание ветра, да приглушенные отголоски разговоров других учеников. Теодор достал телескоп, установил его, но пока что не спешил начинать наблюдения. Мысли снова витали где-то далеко, что было ему ранее так несвойственно, но что повторялось в последнее время слишком часто - вне его контроля. Этот факт досадовал более всего, учитывая, как тот самый контроль Теодор любил и как к нему привык. Однако изменения были неизбежны и....

[indent] - Что, прости? - Теодор повернулся, затем моргнул, когда не слишком яркий свет от заклинания показался ему какой-то ослепляющей вспышкой в темноте, что царила вокруг. - Да, спасибо, - конечно, он мог бы сделать это сам, и Гестия не обязана была ему помогать, но время уходило, а он еще ничего не сделал. Подавив тихий вздох, Теодор тряхнул головой и прильнул к окуляру. Отсюда Азкабан было не видно...

[indent] - Не многие решили продолжить занятия по астрономии, - его голос все также тих, на грани слышимости - и только для Гестии. Не то, чтобы она жаждала с ним общаться или Нотт был достаточно компанейским парнем, но тем не менее. - Тебе так нравится предмет? - на самом деле, было странно, учитывая, что по-настоящему нормальных предметов и преподавателей было не так, чтобы много. Во всяком случае, соплохвостов Теодоро запомнил на всю жизнь, решив, что УЗМС и Хагрид - это не для него. В той же астрономии было больше пользы.

Отредактировано Theodore Nott (29.07.22 18:47)

+1

5

У них даже больше общего, чем самые близкие их друзья могут представить. Просто оба предпочитают молчать о всех своих несчастьях, будто боятся, что эта тьма вокруг разверзнется ещё больше и поглотит всё и вся.

Она знает. Как и многие другие, кто умеет хотя бы читать, а не просто держать газеты в руках для антуража. Знает, потому что о его отце пишут также часто, сколько и о разыскиваемой родне Гестии в лице Амикуса и Алекто Кэрроу. И это тревожно. Гулко отдаётся внутри, превращается в тот самый клубок из тьмы, распутывать который подобно взлому ящика Пандоры.

Стоит отдать должное Авроре Синистре, которая не сильно возражает против совместного выполнения заданий, если только это не итоговая работа. Все, кажется, привыкли, что близняшки на Астрономии сидят вместе, потому ещё с начала этого занятия как-то уж совсем косо глядят в сторону одинокой Гестии, уткнувшейся в свою карту звёздного неба.

- Я люблю звезды. - Безэмоционально отвечает Гестия, подкручивая масштаб, чтобы лучше разглядеть первую туманность. Она отвечает, не отрываясь от окуляра, крутя колесико вперёд, по часовой стрелке. - Они молчаливы, но при этом знают больше всех… - шумно выдыхает, наконец охватывая все видимое скопление звёзд, - … как и ты, Тео.

Ещё полгода назад она злилась на него. Так же сильно, как и на Флору, на Драко, на всех, кого считала своими друзьями, но кто пошёл на поводу у мерзкой жабы, став ее собачонками с тугими ошейниками и короткими поводками. А ведь больше всего она разочаровалась в сестре и Нотте. И это разочарование было настолько велико, что даже сейчас они не могут общаться, как раньше. Без всех этих никому ненужных извинений, без всей этой формальности, избегая прямо смотреть друг другу в глаза.

Ещё тогда она хотела бросить все и отправиться к нему, когда узнала из газет (которые Алфорд Кэрроу упрямо прятал в своём кабинете, но за всеми уследить не мог), что отца Теодора забрали авроры, преследуя за пособничество «Тому-Самому». Хотела, но боялась. Боялась, что он закроет перед ее лицом дверь, что обвинит в безразличии за то время, когда она дулась и избегала всех дружинников, или напротив - одарит сам равнодушием, таким свойственным некогда ей самой. Что теперь она должна ему рассказать? Как ее чуть не убили на пасхальных каникулах? Как она все это время пыталась найти виновного в ее злополучных приключениях? Как она виновата перед ним? Как она скучала?

- А ты почему остался? - Все, что может спросить, наконец отлепляясь от телескопа, чтобы снова внести координаты едва подрагивающей рукой. Когда справляется, опускает линзу на пару дюймов ниже и увеличивает масштаб еще, будто вспомнив что-то важное из курса и только сейчас решившись проверить. - Да! Ух-ты, это же… Кассиопея «А»… слабое излучение, но все рано прекрасна. - Гестия потёрла глаза пальцами, желая избавиться от болезненного напряжения. - Давай, я помогу настроить, можешь пока посмотреть в моем. - Как-то уж совсем энергично Кэрроу пододвигается к телескопу сокурсника и начинает выстраивать координаты, полагая, что с чужим оборудованием справится также хорошо, как и со своим.

[newDice=1:6:0:]

1-3 - пока крутила, какой-то винтик отлетел и закатился невесть куда
4 - случайно и неуклюже уронила телескоп
5-6 - получилось настроить без повреждений

+1

6

[indent] Заниматься в тишине намного проще - когда никто не отвлекает, не лезет, не пихается локтями. Раньше занятия по астрономии были похожи на какое-то хаотичное скопление пикси, но теперь дышать определенно стало легче. Еще в тишине хорошо думалось, но сейчас для Теодора это был совсем не вариант - он думал совершенно не о том, и никак не мог настроиться на урок. То, что уходило из-под его контроля, становилось проблемой, которую он пока что не мог решить. Могло быть, конечно, хуже, но о таком он старается не думать: эта тема - его табу, которая заперта где-то глубоко в его голове, как ворота в Тартар. Потому что оттуда могут вылезти монстры не хуже, чем мифические титаны и иже с ними. Не то, чтобы ситуация у Нотта была чем-то уникальным и новым: многие слизеринцы и не только были в похожей, но он бы никогда не сравнивал. У каждого были свои монстры, и у Гестии Кэрроу они тоже определенно были.

[indent] - Да, звезды - прекрасно, - когда наконец его телескоп вроде как установлен, Теодор достает пергамент и перо. Он бросил взгляд на Гестию - внимательный такой взгляд, которым он всегда славился, и скупо усмехнулся. - Хотел бы я знать больше всех, - и вовсе не потому, что он всегда стремился к этому самому знанию, что Шляпа подумывала о Рейвенкло для него. Теперь эти знания были больше практическими, которые ему были необходимы, и которых ему так не доставало. У Нотта было бесконечное число вопросов, на которые были нужны ответы - и вовсе не по учебе, про которую он забывает раз за разом, делает что-то машинально, но старается и старается. Только стараний все равно мало, и ответов нет.

[indent] - Астрономия - это интересно и полезно. Во всяком случае, она мне нравилась больше - не в пример Травологи или УЗМС. Нет, профессор Спраут - великолепный преподаватель, но выращивать растения - это не мое, - про УЗМС можно опустить вопрос, ибо Грабли-Планк или Кеттлберн преподавали у них не долго, а вот Хагрида было слишком много. И вообще у Нотта всегда был план - что бы он хотел начать изучать, в чем попробовать себя, что пригодится ему для будущего и так далее. Эти пометки до сих пор есть на страницах его старого дневника, в который он старательно вписывал что-то новое, что узнал, что его интересовало, что следовало посмотреть. Наверное, это было совсем предсказуемо и вполне в его духе, и от этого всего веяло стабильностью и педантичностью Теодора. С первым нынче стало не так, чтобы уж очень хорошо.

[indent] - Кассиопея? - он снова отвлекся и даже не удосужился настроить телескоп и посмотреть в него. Нотт про себя застонал - провальное занятия с точки зрения его собранности и продуктивности. - Да, сейчас посмотрю, - надо было срочно настраиваться на рабочий лад, но у Гестии это все определенно происходило намного лучше. Теодор лишь сделал шаг назад, когда она подошла к его телескопу, давая ей пространство. Он бы мог справиться сам, но всем иногда нужна была помощь - в том или ином виде и качестве. - Спасибо, - его слова утонули в каком-то тихом лязге, когда что-то от телескопа отлетело и с характерным звуком ударилось о каменный пол и куда-то покатился. Теодор тихо вздохнул: определенно не его день! Совсем не его...

[indent] - Все в порядке. Ерунда, - потому что у него точно есть вещи похуже, чем все это. Нотт достал палочку и произнес заклинание: - Акцио деталь от телескопа, - он не был уверен, что отлетело, и решил, что вот такое нейтральное, но вполне подходящее определение, ему поможет. Это и правда помогло! Но только не совсем так, как он рассчитывал, когда у него в руках оказался не только его винтик, но несколько чужих, какая-то заклепка, колесико и еще что-то. - Э-э-э-эм... - протянул Теодор, обозревая целую коллекцию запчастей к телескопу, на которую он как-то не рассчитывал. Видимо, не он один был таким, кто что-то терял на башне, что было, кстати, вполне ожидаемо и прогнозируемо, но о чем он изначально не подумал. Мысль про починку на месте как-то усложнилась: темнота, Астрономическая башня, двое слизеринцев, телескоп и россыпь деталей. Почти что романтика, если бы Нотт вообще об этом подумал сейчас и в таком контексте.

+1

7

все, что будет, будет лучше,
но не точно, как говорят;
и когда совсем наскучит,
возвращайся назад.

Полные лёгкие морозного воздуха, и на очередном вдохе Гестия тихо закашливается, тем самым подавляя добрый смешок, вызванный риторикой Нотта, достойной откровения античных философов, а не шестнадцатилетнего подростка, пусть и атмосфера для этого соответствующая.

- Но ты один из тех немногих людей, кого я действительно могу назвать умным. - Возмущается она, осуждающе мотая головой. - Терпеть не могу копошиться в грунте и бороться с цапнями, а кормить лукотрусов, или пытаться понравиться гиппогрифу - это вообще не мое. Думала, что мать, увидев оценки за экзамены по Уходу и Травологии, отошлёт меня на какую-нибудь ферму убирать навоз за крылатыми лошадьми. - Ладно, Алейна Кэрроу не такой уж монстр, каким описывает свою мать Гестия - после падения дочери с летающей твари, точно не подпустила бы к ним. Зато торчать в оранжерее днями напролёт - запросто.

Тот злополучный полёт, закончившийся довольно болезненным падением, в который раз убедил младшую Кэрроу, что она не ошиблась, сосредоточившись на Астрономии год назад - далёкие светила, бесчисленные галактики физически навредить не могут, да и с Астрономической башни ещё надо умудриться упасть. А с нужным человеком рядом все становится куда более сносным, терпимым…

До тех пор, пока твое существование и корявые руки не начинают причинять вред чужому имуществу - Гестия делает всего одно неверное движение, проворачивая механизм над монтировкой, как уже через несколько секунд что-то звякает и, судя по звуку, закатывается куда-то влево, но Люмос, направленный в ту сторону, не спасает, освещая лишь пустые каменные квадраты.

Нотт ориентируется быстрее, лишний раз подтверждая, что у него в голове все куда круче, нежели Кэрроу может похвастаться, но, вместе с тем, она даже счастлива, что тот не угодил к этим рейвенкловским ботанам, не оставил ее в своей одинокой ненависти к растениям и уходу за магическими существами.

- Теперь мы можем починить несколько телескопов. - Улыбается она, аккуратно беря один из винтиков. - Кажется, нам нужен именно этот. - В темноте, пускай и не кромешной, сложно разглядеть пустую лунку, потому Кэрроу пробует все починить, доверяя своим рукам, но деталь раз за разом выпадает, и только на пятый, или уже седьмой тихо просит: - Подсвети немного, вот сюда. - Ее пальцы касаются его запястья, бережно разворачивая так, чтобы осветить монтировку полностью. - Тут не хватает не только винтика, - мрачно замечает слизеринка, когда та самая деталь никак не хочет закрепляться, а только лишний раз прокручивается. - Давай закончим работу на моем. Ты будешь искать сверхновые, а я записывать координаты… Прости меня.

Наверное, это надо было сказать раньше, только вот у Гестии с извинениями дела плохи - никогда не знает, когда наступает тот самый момент, а потому либо отмалчивается, либо чертовски тормозит.

Она поднимает на Нотта глаза, щурясь в волшебном свете, который все ещё соединяет их. То, что казалось сказанным так некстати, теперь обретает иной смысл.

- Прости, что меня не было рядом. Я должна была появиться на пороге твоего дома сразу же, как только узнала. Но… я просто  струсила, не могла придумать, что тебе сказать, как… поддержать. - Она говорит тихо, опустив взгляд и вертя в руках деталь от телескопа, который сама же и сломала, как (кажется) сломала то хорошее, что было между ними.

Говорят, что боль принадлежит человеку всецело. И Гестия, привыкшая делить ее только с сестрой, впервые чувствует нечто такое, отчего становится трудно дышать, будто что-то тяжёлое сдавливает грудную клетку, не позволяя сделать вдох. И это что-то - ее совесть, помноженная на чувство вины, о существовании которых младшая Кэрроу только догадывалась.

Ей приходится снова коснуться его руки, чтобы опустить палочку с Люмосом как можно ниже - отчего-то не хочется, чтобы Нотт видел хоть какие-то эмоции на ее лице, которые она привыкла тщательно скрывать.

+1

8

[indent] Теодор усмехнулся и кивнул, но в его усмешке не было и намека на веселье - скорее констатация факта. Да, он был не глуп, но это еще начало его пути, где впереди полным-полно всего неизведанного. Хотелось бы надеяться, что он оправдает этот комплимент Гестии и дальше, когда закончится учеба и начнется самое сложное. Хотя последнее уже начиналось, что вон и учеба отошла куда-то в сторону - он все никак не мог настроиться на урок. Не то, чтобы это было фатально, но все-таки.

[indent] - Хорошо, что теперь мы можем оставить позади те предметы, которые нам не интересны или не пригодятся в будущем. Я тоже себя не вижу высаживающим мандрагоры или дрессирующим соплохвостов, - у него в поместье был красивый сад - и ладно, безо всяких теплиц с нужными и полезными растениями. Ровно как и конюшней для гиппогрифов или фестралов тоже не водилось - Нотты всегда славились иным, и Теодор собирался идти по заранее проторенной дорожке, где ему будет еще надо доказать, что он достоин. Но то, опять же, дела будущего, а пока он еще с телескопом не разобрался и начинает отставать. Видимо, его несобранность сегодня бросается в глаза и точно не оставляет Гестию равнодушной, что она решилась ему помочь. Теодор и не против - шаг в сторону сделал, нужное пространство да, но не его день определенно, и снова что-то идет не так. Мелочь, конечно же, но выбивает из колеи, а еще вполне поправимо, если задаться целью. Благо, что мозги у Нотта еще работают, и простое заклинание призыва может решить проблему... или добавить еще несколько, учитывая, сколько всего деталек оказалось в его руке.

[indent] - Да, теперь будет запас, - Теодор еще ничего не успел сделать, а Гестия снова оказалась у его телескопа. Где-то на задворках сознания мелькнула крамольная мысль, что сейчас девушка и добьет его инструмент, но вслух он ничего не сказал - было бы грубо, да и не хотелось лишать ее возможности исправить ситуацию. Не слишком яркий "люмос" на конце его волшебной палочки светит ровно и мягко, давая Гестии возможность рассмотреть, как надо действовать. Однако это еще далеко не решение проблем, и Нотт про себя вздыхает. Нет, телескопом он займется сам и явно не сегодня - сегодня итак был слишком долгий день и совершенно не его. - Все в порядке. Хорошо, - он согласен со всем и сразу, небрежным жестом отправляя все детали в карман своей мантии - авось что-то, да позже ему пригодится. А пока что можно перейти к телескопу Гестии... или не перейти, когда неожиданные слова повисают между ними, заставляя замереть на месте.

[indent] Его маска далека от совершенства, но он к этому стремится. Только все гораздо сложнее, когда это задевает лично, когда слишком касается и выбивает почву из-под ног. У Теодора за это лето было полным-полно таких моментов, когда он должен был держать лицо, и он искренне старался. Получалось ли? Это уже отдельный вопрос, и он не был уверен, что справился со всем так идеально. Он старается носить маску и дальше, чтобы привыкнуть, чтобы стало естественнее, чтобы закрыться, словно щитами, от того, что может задеть и наверняка заденет.

[indent] - Ничего страшного, - Нотт врет - не слишком прилагая усилия, чтобы его ложь хорошо смотрелась. Потому что Азкабан - это на самом деле страшно, и теперь его отец проверят все это на себе. - Знаешь, на пороге моего дома ты бы попала в толпу авроров - это не слишком приятно, - потому что они приходили, задавали вопросы, чтобы уйти и вернуться снова. Ничего нового, разумеется, не узнали и, конечно же, ничего не нашли. Зато Теодор изучил всю процедуру "от и до", что вполне мог начинать стажироваться у какого-то адвоката. Возможно, что это как раз было бы неплохо - о подобном определенно нужно поразмыслить. - Но спасибо - я ценю... - и ценил он не отношение, не поддержку - это было слишком сложно, чтобы можно было описать одним словом, но Теодор надеялся, что Гестия его поймет. А еще хорошо, что палочки опущены, и в этой приятной полутьме не видно их лиц - это слишком личное и болезненное, когда маски трескаются, впиваясь острыми осколками в плоть. - У тебя... нормально? - Нотт про себя вздохнул - столь деликатный вопрос он задал с грацией взрывопотама, что впору было удивляться, откуда подобное взялось. Но Гестия вполне понимала, о ком он - у нее в семье тоже есть свои скелеты в шкафах, за которые отвечают все остальные. Не слишком приятно, но ожидаемо, когда по родственникам именно что судят. И вот уже астрономия как-то забыта, как класс, когда другие темы волнуют намного больше самих уроков. Да он свои экзамены в прошлом году сдал каким-то чудом, когда думал совершенно об ином.

+1

9

Чьи-то сломанные телескопы, сверхновые, далёкие галактики и бесконечная вселенная… - сейчас все это кажется таким мелким, незначительным.

Ведь она правда хотела быть тогда с ним. И это было достаточно искренне и откровенно, на что, как ей самой казалось, она не была способна. В их семье такое порицалось, что хуже - было наказуемо, начиная от бесчисленных пощёчин от матери, заканчивая тонкими полосками шрамов за авторством все той же Алейны Кэрроу.

Она правда хотела быть с ним, когда мир вокруг начал сходить с ума, не предоставляя права выбора, оборачивая все в фатальную несправедливость, за которую расплачиваться должны были они в том числе - несовершеннолетние, потерянные в пучине собственных страхов и проблем подростки, знающие только то, что обязаны своей семье, и это даже больше, чем долг.

Кажется, он был первым, кто задал именно этот вопрос. Вопрос, от которого внутри все будто перевернулось, сжалось в тугой и болезненный узел, заставляющий плечи напрячься, а глаза помутнеть от осознания того, что собирается сказать.

- Авроры говоришь. - Горько усмехается она, но тут же прячет улыбку, боясь, что та будет истолкована слишком близко и лично. - Порой мне кажется, что даже стажёры штаба Аврората успели меня допросить. - Говорить об этом тяжело. Теперь Гестия понимает, насколько сложно и Теодору даётся этот разговор. - Я не думаю, что убийство человека… это вписывается в теорию о нормальности. - Она едва слышно шепчет, так, что ни одна живая душа, кроме сидящего совсем близко Нотта, не услышит.

Сейчас, после такого откровения она не находит, что ещё добавить. Очевидно, что за этим должен последовать один-другой уточняющий вопрос, но Кэрроу не уверена, что готова отвечать ещё и на них. Каким бы дорогим ни был ей Нотт, сейчас, в эту самую минуту, она начинает жалеть о сказанном. Все оправдания идут к дракклу под хвост, стоит ей только представить, что он успел подумать.

Есть такие события, о которых не напишут в газетах, сопровождая первые полосы яркими, жирными заголовками и провокационными колдографиями. И Алфорд Кэрроу, имея большое влияние в стенах Министерства, в частности Визенгамота, уж очень постарался, чтобы случившееся с его дочерью, а главное - с его ныне покойным компаньоном, не вышло за стены зала Суда. Это также обсуждалось дома, за плотно закрытыми дверьми его кабинета, обсуждалось громко, накаливая обстановку теми, кто давно разыскивался аврорами, и кто проявлял, на удивление, больше сочувствия прошедшей через собственный маленький ад Гестии.

То, о чем никто больше не знал до сегодняшнего вечера. И младшая Кэрроу, сама того не замечая, доверилась слишком просто, все ещё не осознавая, что вверяла тем самым свою судьбу тому, кому и без неё хватало «головной» боли.

- Это была самозащита. - Снова шепчет она, переводя взгляд на подрагивающие от волнения пальцы. - Я отбросила его заклинанием, и…, - стальной запах крови призраком врывается в сознание, заставляя нервно сжать зубы и закрыть глаза, - неудачное приземление. Он… хотел убить…, - «нас», - … меня.

Весь ужас произошедшего накрывает только сейчас, когда сказанное наконец вслух приобретает совершенно новое осмысление. Ведь теперь совершенно точно ясно, что этого можно было избежать. Она доверилась безумному плану, идя на поводу у чужой гордыни, и тому не было оправдания.

- Если ты теперь больше никогда не захочешь со мной говорить… я пойму. И… об этом не знает даже Флора. - От которой, казалось бы, невозможно было что-либо утаить. Молчание приносит ещё больше боли, секреты ранят глубже правды, но переступить эту грань Гестия боится, как и увидеть разочарование и презрение от самых дорогих ей людей.

Отредактировано Hestia Carrow (Вчера 05:48)

+1


Вы здесь » Drink Butterbeer! » Great Hall » 13.09.96. Meet me in the pale moonlight