Drink Butterbeer!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Drink Butterbeer! » Pensieve » 08.10.95. Страшилище или посмешище?


08.10.95. Страшилище или посмешище?

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

http://forumupload.ru/uploads/001a/2e/af/385/177535.gif https://forumupload.ru/uploads/001a/2e/af/385/382822.gif http://forumupload.ru/uploads/001a/2e/af/385/683624.gif
Terry Boot, Michael Corner, Anthony Goldstein
8.10.95
Где-то в недрах Хогвартса.

После первого собрания Отряда Дамблдора перед студентами встал резонный вопрос: где же проводить собрания отряда? Майкл и Терри пытаются найти ответ на этот вопрос, а Энтони случайно находит их.

Отредактировано Michael Corner (29.11.20 07:54)

+3

2

После сегодняшнего собрания в Кабаньей Голове Бут был настолько возбужден и заражен мыслью о том, чтобы скорее поучиться у мальчика-который-смог тому, как же он все-таки смог, что лежать в постели в своей любимой позе для сна не представлялось никакой возможности. Он перекладывался с одного бока на другой ровно до того момента, пока сонный лучший друг, которому Терри, вероятно, мешал, все же не спросил, что не так. А не так было многое. Во-первых, Тони. Его не было в спальне, и где он шлялся - неизвестно, а незаконченная композиция из-за недостаточного количества парней в одной комнате сводила мучившегося от обсессивно-компульсивного расстройства беднягу с ума. Во-вторых, жгучая разум мысль о собственной исключительности. Да, Гарри Поттер, скорее всего, выиграл больший куш в этой лотерее, но это не отменяет других призов, что помельче. Найти комнату для занятий должны были они с Майклом. И Тони, конечно, если бы он не решил сегодня отправиться в приключения в одиноч...

- Черт возьми! Вот жеж... Мерлин! Майки! - Терри резко сел на своем спальном месте, - крысиные кишки! Он пошел без нас. Без нас! - Бут вскочил с кровати и схватил штаны, до того момента идеально сложенные на стуле, - Майки, вставай, вставай срочно! Мы идем искать комнату для собраний.

Терри был буквально в ярости. Как Энтони мог отправиться на поиски один и не взять их с собой? То, что он исчез вечером и не появился до сих пор именно по этой причине, Бут не сомневался. Какие еще могут быть нужды покинуть спальню среди ночи у половозрелого подростка? Других вариантов быть не может - Голдштейн решил присвоить себе всю славу от находки. Как подло!

- Он повел себя как какая-то слизеринская... ящерица! Или ты скажешь, что я не прав? - Громким шепотом причитал Терри, таща за собой вяло сопротивляющегося Корнера по темным коридорам школы, почти что не беспокоясь о конспирации. Запасы ругательств уже истощались, спальня мальчиков Рейвенкло становилась все дальше и дальше, а впереди ребят уже нетерпеливо ждали приключения.

+3

3

Прошло чуть больше месяца учебы, а Майкл уже был готов написать родителям письмо с просьбой перевести его куда-нибудь в Ильверморни – Амбридж настолько всех доконала (за месяц! Месяц, Мерлин, а каково им будет дальше?), что сил терпеть уже не было. Ситуацию, как ни странно, спас никто иной как Гарри Поттер. Вернее, если быть еще точнее – Джинни Уизли, которая взяла их с Терри и Энтони с собой на первое собрание Отряда Дамблдора.

Впрочем, если совсем углубляться, идея тайного «кружка по интересам» принадлежала Гермионе. Гарри выглядел довольно удивленным количеством пришедших студентов, и даже попытался саботировать мероприятие, когда Захария Смит начал сыпать своими неуместными вопросами. Хаффлпаффец, что с него взять. Видели бы вы лицо Бута, когда Корнер, пытаясь поддержать Гарри, сделал комплимент его полетам.

В конечном итоге именно Терри отнесся к идее серьезно. Майкл все еще переживал из-за участившихся отработок, ежесекундно меняющейся системы образования и всего прочего, что случилось с ними после появления в школе помощницы министра магии.

- Бладжер тебя тресни, почему именно ночью, Терри? Тебе не кажется, что это подозрительно? – Корнер, едва ли успевший прикоснуться щекой к подушке, даже взгляда в сторону Бута не поднял. Майкл был в унынии.

Через пятнадцать минут Майкл все еще был в унынии, но уже в штанах. И хоть он и предпринимал вялые попытки сопротивляться, взгляд рейвенкловца уже выражал полную покорность.

- Не похоже на Энтони, -  Майкл мельком глянул на Терри, чтобы понять, насколько тот серьезен, - но я согласен, что это как-то… как-то странно. Может, он заболел? А мы не в курсе? Может, он в Больничном крыле? Или… Мерлин, может, он на отработке у Амбридж? Бедный Энтони.

Устроив на ходу мозговой штурм, рейвенкловцы начали спорить, куда отправиться на поиски – таинственный третий этаж, где Поттер, по слухам, сражался с трехголовым псом, а потом и вовсе с Волдемортом, или второй этаж, где находился вход в Тайную комнату, о котором Майкл узнал от Джинни. [newDice=1:2:0:Куда идем мы с Терри Бутом? 1 - второй этаж, 2 - третий этаж]

Отредактировано Michael Corner (28.08.20 20:23)

+3

4

- «Бедный Энтони» - передразнил Терри друга, добавляя шипящие звуки туда, где их не предполагалось, - этот твой бедный Энтони уже на половине пути к тому, чтобы отыскать чертову комнату для занятий. Я прямо вижу его лицо, когда он нам скажет: «Да я просто шел в спальню, и вот она, нашлась сама, какая удача»!

Поведение Бута скорее было похоже на разыгравшийся невроз, чем на что-то, что могло претендовать на хоть какую-то адекватность. Совершенно не ясно, почему момент поиска аудитории стал камнем преткновения для Терри. Возможно, его злило, что Энтони, в последнее время немного отстраненный, и тут решил проявить свою самостоятельность и независимость от друзей, а сам Бут, всегда остро нуждающийся в команде, испытывал дискомфорт и зависть по этому поводу.

- Майки, давай сюда, - Терри предусмотрительно спрятал кисть в рукав мантии и толкнул одну из самых пыльных дверей на втором этаже, - Мерлин, какая гадость... я сейчас... я сейчас... - рейвенкловец звонко чихнул.

На пространство, открывшееся взору двух подростков, без слез смотреть было невозможно. Повсюду стояла пыль, остро заметная на фоне лунного света, пробивавшегося через помутневшие окна. Вся мебель, которая находилась в помещении, была укрыта какими-то непонятными, грязными и местами драными тряпками, которыми и полы жалко было бы помыть. А их помыть было просто необходимо: прямо посреди комнаты разлилась огромная лужа, состоящая непонятно из чего. Терри искренне надеялся, что это не канализационные отходы, так как в аудитории, благо, хотя бы не воняло.

- Я отказываюсь что-либо здесь трогать. - Бут встал столбом перед дверью и не мог представить, что сделает хоть один шаг в сторону этого бытового хаоса. - Ты же понимаешь, что прежде, чем лечь спать сегодня ночью, тебе и мне придется пройти несколько этапов дезинфекции? Да, Майки, придется мыться!

Терри развернулся на пятках и поморщился, когда случайно задел локтем неизвестно откуда взявшийся в комнате торшер. Разве в классах стояли торшеры?

- Мне тут не нравится, пойдем, - Бут вновь обернул руку тканью мантии (которую, скорее всего, после такого придется выбросить) и схватился за скользкую дверную ручку.

+4

5

- Ну да, - Майкл закатил глаза, - это же так в духе Энтони. Я думаю, что он просто съел что-нибудь не то и теперь наслаждается обществом Плаксы Миртл.

Призрак противной девчонки очень любил поразвлечься, врываясь в мужские душевые - ее, видимо, забавляло, как мальчишки взвизгивали от неожиданности, наперебой бросаясь к своим полотенцам. Даже Пивз не устраивал таких подлянок, хотя был тем еще проказником. С появлением в школе Амбридж он как будто бы стал чаще появляться в неположенных ему местах и срывать уроки - даже полтергейсту не нравилось это розовое облачко на коротких ножках, передвигающееся по Хогвартсу с видом чуть ли не Министра Магии.

Терри отвлек его от мыслей о противной дамочке, указав на рассохшуюся дверь - та даже выглядела весьма сомнительно. Как и то, что оказалось за ней: все было покрыто слоем вековой пыли, даже старые тяжелые шторы на покосившемся карнизе. Майкл подошел к одному из шкафов, дернув за ручку, но Терри отвлек его от инспекции здешней мебели своим чистоплюйским нытьем. Корнер очень хотел поглядеть, нет ли в позабытой всеми аудитории чего-нибудь интересного, но Терри ведь и правда заставит его мыться.

Унылым шагом направившись за другом, Майкл услышал за спиной едва различимый скрип. Волосы на его загривке встали дыбом, а руки моментально покрылись мурашками размером с бладжер. Корнер мог поклясться, что почувствовал на затылке чей-то тяжелый злой взгляд. Медленно обернувшись, Майкл застыл в ужасе, глядя на Филча, уставившегося на него своими морщинистыми сощуренными глазенками. Его сморщенные губы беззвучно дрожали, как и почти вся нижняя половина лица.

- ВАЛИМ! - Корнер толкнул Бута в спину всем своим телом, резко налетев на него, - ЗАКРЫВАЙ, ЗАКРЫВАЙ ДВЕРЬ!

Удержаться на ногах не получилось - Бут не выдержал тяжести их тел и брякнулся на коленки. Рядом распластался Майкл, успевший захлопнуть дверь пинком ноги.

- Коллопортус, - Майкл выудил из мантии палочку и дрожащим голосом произнес заклинание. После повисшей паузы он вдруг понял, что наделал. - О. Великий. Мерлин. - Майкл начал паниковать. - Я запер Филча! Нас исключат из Хогвартсва! - Под конец фразы его шепот перешел на тоненький визг.

Отредактировано Michael Corner (30.09.20 21:35)

+3

6

- Мааааайкииии, - стонет рейвенкловский староста, когда с ведущего к многострадальному туалету Плаксы Миртл коридора доносится знакомое верещание и крики. Он узнает сей визг из сотни дюжин. Волшебный механизм под названием “Мозг” пускается во все тяжкие, составляя список самых важных школьных достопримечательностей на втором этаже - помимо входа в Тайную Комнату Салазара, о которой лучше деликатно промолчать (не пошел же Майкл плюс Терри шкуру Василиска искать?). Карта Хогвартса для туриста добра не сулит, потому как в список входят кабинет гриффиндорского декана, кладовая слизеринского декана и Больничное Крыло. - Вышел вампир из бара, выпил крови полстакана, буду цапать, буду пить, все равно тебе водить… Даже не знаю, какое зло из четырех меньшее. Пусть будет шкура Василиска. Она хотя бы не опасная.

Тони задерживается после отбоя дольше, чем завещал ему здравый смысл (здравый смысл был обеспокоен тем, чтобы оставаться максимально не подозрительным для своих бдительных соседей по спальне), - не мог наговориться с Лилиан, а потом так и заснул у нее на коленях, сморенный долгим днем в Хогсмиде, собранием их будущего отряда, разгадыванием связавшей их магической клятвы и глинтвейном на свежем воздухе. Иногда случаются такие вечера, которые хочется растянуть жевательной резинкой, а они, наоборот, насмехаются и заканчиваются слишком быстро, как "британские железнодорожные сэндвичи" в комнате мальчиков.

- Исключение - слишком гуманный способ, - максимально имитируя (благо музыкальный слух романами с девочкой не пропьешь) голос Снейпа с холодом и насмешкой отвечает возникший за их спинами Энтони. Высокая тень старосты в широкой (у страха глаза велики) черной мантии падает на двух друзей, заслоняя собой свет свечей. - Сначала придется объясниться со мной.

Он подкрадывается тихо, но Терри с Майклом одним своим присутствием создают столько шума, что не услышат даже весь педагогический состав, если тот примчится на место происшествия. Что там преподаватели... стадо кентавров может пробежать по коридору незамеченным! Голдштейн складывает руки на груди и выжидающе смотрит на друзей. Терри на коленях с натянутыми до кончиков пальцев рукавами мантии и дополняющий композицию вопящий Майкл, тыкающий волшебной палочкой на старую дверь. Оба в стадии безумства, достойного внимания магопсихиатра.

- Если ты немножко прекратишь кричать, то я постараюсь помочь, - вздыхает Энтони уже нормальным тоном. Сквозь крик не понятно, кому нужна помощь больше. Майкл с виду вроде не травмирован, по крайней мере, физически. Терри вовсе в глубочайшем ступоре, какой с ним уже происходил, когда девчачий кот пометил его подушку, а он и не заметил. Мылись потом на пару, потому что чувство грязи на себе передается воздушно-капельным путем... Самой постравдавшей в ситуациивыглядит дверь - стружка сыпется уже давно, как и со всего остального в замке. - Только не говорите, что собрались искать комнату для... факультативов. Ох не-е-ет. Правда что ли комнату?

Он переводит полный надежды взгляд с одного лица на другое, но лица обоих рейвенкловцев лишь кричат в подтверждении его догадки. Даже гриффиндорцы - самые отбитые и лезущие грудью на василисков гриффиндорцы - не шляются сегодня ночью по школе. Зато его друзья, пожалуйста, тут как тут.

- Васко да Гама и Колумб прямо, - качает головой Энтони. - Днем играть в первооткрывателей менее подозрительно, на будущее совет. У Амбридж, к слову, дежурство.

Отредактировано Anthony Goldstein (02.10.20 14:20)

+3

7

Никто не сомневался, что в этой помойке, похожей скорее на личные апартаменты кого-то, кто предпочитает жить в хлеву, чем на аудиторию для занятий, не побрезгует порыться Майкл Корнер. Может быть, со стороны все было и не так ужасно, но лучший друг, с этой своей любовью ко всему таинственному и неизведанному (читать: грязному), добавил Терри пару седых волос на голове. Последний стоял в оцепенении и боялся пошевелиться хотя бы на миллиметр, остерегаясь, не дай Мерлин, даже наступить на слой пыли, покрывавший все вокруг.

Когда Терри наконец "отвис" до такой степени, чтобы хотя бы дернуть Майки за рукав и вытянуть его из места своих ночных кошмаров, тот ожидаемо напоролся на приключения. От вопля Корнера у Бута тут же заложило оба уха. Возможно, он бы предпринял попытки убежать, если бы не злосчастный ступор, охвативший его во второй раз с ног до головы.

Так бы рейвенкловец и продолжал стоять, открывая рот в беззвучном крике и задыхаясь, пытаясь воспользоваться носоглоткой по назначению и издать хоть какой-то звук (или же, наконец, начать дышать), если бы не Майки, который так быстро ринулся к выходу, что повалил с ног нашего героя. Терри больно ударился коленями об пол, приземляясь аккурат перед входом во всеми забытую аудиторию. Боль была такая, будто бы Бута когда-то вела дорога приключений, а потом ему прострелили колено.

- Мерлинова борода, Майки! - В болезненных ощущениях были и свои плюсы: Бут мигом забыл о том, что только что находился в своем личном адском котле - смотри, куда прешь! - Терри нелепо "ойкал" и обиженно тер свои коленки, не сразу сообразив, какие действия друга последовали дальше.

- Ты ЧТО сделал? - Терри в ужасе прислонил ладони ко рту, тут же одергивая руки и проверяя, не осталось ли на них пыли, - черт возьми, Майки... черт возьми!

Ступор настиг Бута в третий раз. И снова это щемящее чувство в груди, немеющие конечности и ветер, гуляющий в голове и сшибающий все мысли, которые могли бы помочь в этой ситуации. Поэтому, когда сзади к мальчишкам подкралась причина их ночной вылазки, а именно - Энтони Голдштейн, сил на бурную реакцию у Терри уже не осталось. Он просто обратил к нему самый выразительный взгляд, что был в его коллекции, и, ломающимся дискантом, пролепетал:

- Не делай вид, Тони, что ты ее не искал! Я точно знаю, что ты решил, что мы слишком глупые для того, чтобы искать аудиторию, и будем тебе только мешать! - С каждым словом Бут обретал все больше уверенности, - что, возомнил себя искателем сокровищ? Робинзоном Крузо? - Честно говоря, Терри в душе не знал, кто такой Робинзон Крузо, но слышал, что он тот еще искатель.

Терри скрестил руки на груди, всей своей позой показывая, что плевать ему на Амбридж, что плевать ему на отработки, да даже на исключение (но это не точно), если их друг позволил себе такое предательство.

- Обзываться будешь, да? - Рейвенкловец был почти готов обнажить свои кулаки от надежной защиты от микробов в виде рукавов мантии, - сам ты Васко да.. даваско! Я не ожидал от тебя такого, Тони! Я думал, что мы друзья, и между нами секретов нет.

+3

8

За спиной раздался замогильный голос, растягивающий гласные его, Майкла, имя, и он спрятал лицо в ладонях, вжав голову в плечи. На несколько секунд в коридоре воцарилась отрезвляющая тишина, а потом кто-то голосом Энтони Голдштейна начал рассказывать старенькую байку про вампира. Этим кем-то оказался- о чудо, Мерлин! - Энтони Голдштейн.

- Если ты немножко прекратишь доводить меня до инфаркта в пятнадцать, то я, так уж и быть… - Корнер встал, опираясь на плечо Бута, и не закончил фразу, от шока тут же забыв, что он там «так уж и быть».
- Извини, Терри, - Майкл искренне раскаивался, потому что знал, какова может быть боль в коленных чашечках, простреливающая тебя с ног до головы. – Жить будешь?

Переведя полный скептицизма взгляд на Энтони, Майкл сложил руки на груди. Голдштейн еще и издеваться вздумал, пародируя Снейпа; у Майки и так уже мурашки стройным галопом перемещались по всему телу.

- Тебе тоже с нами придется объясниться, мы друзья, вообще-то, а друзья просто так после отбоя не исчезают. Знаешь ли. – Лучшая защита – это нападение, поэтому Майкл тут же начал забрасывать Тони словами, на секундочку позабыв, что - и кого - он оставил за дверью.

Бут подхватил его гневную тираду, но вывел ее куда-то в свое русло, обвиняя однокурсника и соседа в том, что тот решил искать комнату для «факультатива» в гордом одиночестве. Майкл искренне верил, что дело лежало не в этой плоскости, но в какой – догадаться пока не мог. Может, зелье какое варил, а им не сказал?

Из странного высказывания Тони знакомым Майклу показалось лишь слово «гамма», но он понятия не имел, причем тут вообще мог быть греческий алфавит.

- Вы оба, - Корнер сделал упор на этом слове, привлекая к себе внимание, - упускаете суть! Я запер Филча, - голос снова начал срываться, - запер. Филча. Там! – Он указал на дверь.

Между ними снова повисло неуютное молчание, и как будто в ответ на его слова за дверью что-то протяжно проскрипело. Лицо Майкла приобрело землистый оттенок, и он схватил уже поднявшегося на ноги Терри за рукав мантии, плотно к нему прижавшись.

+3

9

- Комнату...? - растерянно переспрашивает Энтони, переводя удивлённый взгляд с одного товарища на другого. Оба брата-акробата занимают боевые позиции и идут в нападение, словно загонщики в решающем матче. Можно подумать, что это не он застал их ночью посереди коридора при неоднозначных обстоятельствах, а они подловили его на непристойном занятии. После быстрой оценки ситуации Тони фыркает. Они поди решили, что он отправился искать комнату для занятий. - Придурки. Я похож на человека, который будет жертвовать временем на учёбу, чтобы отыскать место для кхе-кхе? Ради славы? Можно подумать, мне значка старосты мало на голову.

Про комнату для Отряда он думал накануне в последнюю очередь. Молодо и зелено - Тони весь день провёл в предвкушении встречи с Лиллиан, потому обвинения друзей сбивают его с ног, настолько неожиданные и внезапные, что приходится выкручиваться на ходу.

- Хорошо, - сдаётся Тони, серьёзнеет и понижает голос до шёпота. - Меня домогается Плакса Миртл в ванной старост. Я вычислил, что после отбоя ей уже достаточно впечатлений, и она улетает, поэтому я вынужден так поздно уходить из спальни. Довольны? Или хотите со свечкой постоять в следующий раз?

Голдштейн решает упустить объяснения, что Робинзон Крузо прожил много лет на необитаемом острове, а Даваска - это мореплаватель периода великих европейских открытий, потому что Майки оглушает его известием куда более трагическим и требующим скорого вмешательства - известием о запертом Филче, после котого Тони даже не уверен - он злится на ребят ещё сильнее или, наоборот, забывает, что был рассержен на них за столь опрометчивые и шумные гуляния по замку.

- Э-э, Корнер, ты не простудился? - для уверенности староста прикладывает ладонь ко лбу друга. - Нет, нормальная температура человеческого тела, а даже... жаль. Там говоришь?

Голдштейн указывает на дверь за своей спиной. Для Филча уж больно тихая дверь. Для запертого Филча так вовсе не поддаётся никаким объяснениям.

- Вы его заперли или того... грохнули? - морщится Тони, с недоверием глядя на две невинные физиономии. - Надеюсь, не семью печатями закрыли. Ну что... Открывать нужно, а вдруг старика удар хватил?

Юноша направляет волшебную палочку на дверную ручку и произносит заклинание, выпуская струю искр. Давно несмазанный домовиками замок скрипит долго, пока, наконец, не щелкает, поддавшись, распахивая дверь в полумрак старого кабинета. Филчем не пахнет, его кошкой тоже.

- Мистер Завхоз, с Вами всё в порядке? Это староста, - Тони делает несколько шагов вперёд, пытаясь дозваться Филча. Безответно. Дверь за спиной захлопывается, оставляя его в одиночестве... или? - Драккл подери, прости, матушка.

Он оказывается не в пыльном старом классе Хогвартса, а в сером, унылом (правда тоже пыльном) кабинете с обычным деревянным столом на ножках, за которым сидит он сам, небритый, с отросшими до плеч волосами, в потёртой мантии со значком Министерства на груди, как самый заурядный сотрудник года. На столе табличка: "младший помощник младшего помощника Архивного отдела в   Отделе магического хозяйства". Все поверхности - на столе и вокруг стола - усыпаны папками, беспорядочно разбросанными то тут, то там, без намёка на архивную хронологию. За спиной у взрослого Голдштейна позорная доска с его колдографией, на столе пустые бутылки от огневиски. Пахнет перегаром и потом.

- Какой кошмар, - Тони глотает слюну, трясёт головой, но видение никуда не девается. За столом сидит все тот же убогий, унылый, запущенный, несостоявшийся образец неоправданных собственных надежд, воплощение всего того, что рейвенкловец презирает. - Нет. Этого не будет. Никогда. Нет.

Повторяя вслух мантру, бледный и взволнованный Голдштейн пятится обратно в коридор, тянет ручку и спешит провалиться хоть под землю лишь бы подальше от этого омерзительного зрелища.

- Там нет Филча, - выдаёт сухим ртом Тони и прислоняется к двери спиной, выдыхая. - Там - я.

+5

10

- Место для "кхе-кхе", - кривляясь, передразнил Тони Терри, - ой, замечательно, и ты думаешь, что я тебе поверю? Что Майки тебе поверит? Ты староста уже полтора месяца, но что-то раньше тебя Миртл не смущала! Или что, нравилось, что на тебя смотрят и вдруг разонравилось?

Хоть оправдательная речь Голдшейна звучала вполне себе убедительно, но мальчишку не оставляло ощущение, что что-то тут не так, и что-то он явно не договаривает. Их диалог был похож на допрос с пристрастием, где то самое пристрастие было у Бута, а Тони вел себя как слишком подготовленный мафиози. То, что за дверью сейчас находилась более важная проблема, требующая незамедлительных решений, Бута не волновало так, как возможное предательство друга. Но испуганный, просящий возглас Корнера, все же, заставил его отвлечься от обвинений.

Тот выглядел так, будто бы это не Терри только что побывал в самом отвратительном месте на планете, а он. Щеки его утратили здоровый румянец, который до этого проглядывался даже в сумраке, а в глазах блестел ужас. Вон, Голдштейн даже решил проверить у него температуру. Все, что угодно, лишь бы не отвечать на поставленные вопросы. Бут решил, что они обязательно вернутся к этому диалогу позже.

- Майки, куда ты прилип, Мерлин тебя... ты же весь в пыли! - Бут брезгливо попытался стянуть с себя прижавшегося Корнера, но не заимел большого успеха, - черт с ним, с Филчем, пусть посидит в закрытом классе, он же наверняка нас не опознал. Тем более, там не помешала бы его профессиональная рука... Тони, да стой ты!

Терри не успел остановить ночного беглеца, как тот уже отворил дверь заклинанием и заглянул внутрь, взывая к школьному завхозу со своим, как всегда, вежливым участием, которое сейчас заставляло Бута злиться еще сильнее. Наш герой прижал руку ко лбу, большим и средним пальцем сжимая виски.

- Ну, все, ребята, теперь мы точно попали.

Можно было бы взять Корнера в охапку и по-быстрому удалиться в спальню, мстительно оставив Тони разбираться с возникшей проблемой, и Бут озлобленно даже подумал так и сделать, но тот вернулся слишком быстро, чтобы читатель мог оценить способность рейвенкловца на подлые поступки.

- Там кто? - Раздражение достигло точки кипения, Бут уже даже не боялся замарать ботинки в пыли (на них и так живого места не было) и, отодвинув Тони от двери, он подошел к ней сам и снова заглянул в аудиторию. Заглянул и отшатнулся. Там будто бы стало еще грязнее, а посреди бурлила огромная коричневая лужа, будто бы с нижнего этажа кто-то сильно нагревал потолок. Из этой лужи, почему-то, торчали края учебников, свитков, какой-то одежды, и Бут мог поклясться, что увидел среди этого хлама разбитые и уничтоженные грязью рамки с насекомыми. И будто этого было мало, прямо на рейвенкловца из этой бурлящей жижи поползли один за другим громадные, размером, наверное, с ладонь, тараканы. Причем, не мадагаскарские, а будто бы под лупой увеличенные те самые, живущие на кухнях у грязнуль, домашние рыжие тараканы.

Терри захлопнул дверь так, что ближайшие от нее картины затряслись, и их обитатели, потревоженные от сна, начали обиженно ворчать и причитать что-то о неуправляемых студентах, гуляющих среди ночи.

- Там... там.... там... - Бут начал задыхаться.

+4

11

- Вообще-то, похож, - Майкл подозрительно сощурился, согласно кивнув скептически настроенному Терри и переведя взгляд на Тони, - «кхе-кхе» – это тоже учеба, и, в отличие занятий некой мадам, хотя бы не бесполезная. А учитывая, что сказал Гарри… - сходу не найдя подходящих слов, Майкл снова переглянулся с Терри, - возможно, это вообще единственные знания, которые нам понадобятся, чтобы…

Корнер нервно прорезал воздух ребром ладони, так и не произнеся последнего слова: «выжить». Он прекрасно знал о своей тяге к драматизации, хоть и предпочитал называть эту отличительную черту впечатлительностью, но даже для него это было очевидным перебором. Если уж он до смерти испугался Филча, запертого за хлипкой дверью, что уж говорить о том, какое впечатление на него произвела речь Гарри во время первого собрания незаконной организации «кхе-кхе».

Очнувшийся Бут вдруг начал отцеплять его от себя, брезгливо скривившись; только спустя пару секунд Майкл понял, что и правда зажал кусок его мантии мертвой хваткой, прилипнув как гигантский глизень. Недовольно и нехотя разжав одеревеневшие от страха пальцы, рейвенкловец фыркнул, борясь с желанием чихнуть.   

Когда Тони вдруг решил, что Филча нужно освобождать, Майкл, поблагодарив всех известных великих волшебников за то, что у них с Бутом был один мозг на двоих, закивал головой, подтверждая, что этого делать нельзя.

- Да он там наверняка от предвкушения трясется, снова поднимет вопрос о разрешении на порку и подвешивании студентов за большие… - когда Тони решительно наставил палочку на дверную ручку, голос Майкла тут же превратился в мышиный писк, - нет-нет-нет-нет...

Конечно, Голдштейн его не послушал, отперев замок. Это было немного обидно, особенно учитывая, что он не стал прислушиваться к их с Терри мнению, но делать уже было нечего. Майкл, поймавший воздух вместо капюшона мантии Тони, шмыгнувшего в кабинет, чуть не врезался носом в громко захлопнувшуюся за ним дверь.

- Он его… он… там… - Майкл почувствовал слабость в ногах, беспомощно повернувшись к Терри. Если поначалу мурашки бегали по телу обезумевшими муравьями, то сейчас, после исчезновения Тони, Майкл сам превратился в одну большую мурашку.

Остолбеневшие рейвенкловцы даже не успели обсудить дальнейший план действия, когда Тони вновь оказался в коридоре. Староста выглядел словно маггл, увидевший призрака, и его болезненная бледность навела Майкла на самую страшную мысль.

- Он что, снова за свое? Пообещал нас подвесить, да? Этого точно никогда не будет, Тони, - взволнованно разворачивая Голдштейна к себе, Майкл вцепился в его плечи и слегка потряс, но не успел договорить, услышав последнюю реплику друга. - Ты чем-то там стукнулся? На голову что-то упало?

Пока Майкл пытался найти на лице Тони отгадку к сказанным им словам, за спиной раздался уже привычный скрип ржавых петель. Мигом обернувшись, Корнер увидел, что и Бут снова решил удостовериться, что в аудитории заперт не кто иной, как их завхоз. Недоверие друзей начало постепенно вымещать страх, превращая его в обиду.

Бут, снова закрыв дверь так, что в замке впору было случиться землятресению, заевшей пластинкой лепетал «там», задыхаясь.

- Филч там, - Корнер, плечом оттолкнув Бута, раздраженно схватился за ручку и широко распахнул дверь, позабыв о том, что невеселое приключение может закончиться исключением из Хогвартса. Сейчас ему было важнее доказать свою правоту.

Завхоз все еще стоял в углу, удерживая в дрожащих руках разбитый фонарь, и начал медленно надвигаться на Корнера. Шумно сглотнув, Майкл поспешил снова закрыть многострадальную дверь и сделал шаг назад. Сбоку вдруг донесся новый, незнакомый голос, и Корнер снова вздрогнул, чуть не потеряв сознание.

- Молодые люди, - старичок с портрета сонно моргал, - нельзя ли потише?

Майкл снова разозлился и мысленно передразнил капризного старикашку. Вечно эти портреты встревают, когда их не просишь.

- Там все еще Филч, - повернувшись, Майкл перевел взгляд с бледного Тони на Терри, которого словно обухом по голове огрели. – Почему вы мне не верите?

Отредактировано Michael Corner (30.11.20 00:55)

+3

12

- На подвесить он не способен - кишка тонка, - отстранённый, стеклянный взгляд смотрит на стену поверх Майкла. Майкл пытается из него что-то вытрясти, но получается не очень. - Он вообще ни на что не способен. Жалкий. Слабый. Нет, я не стукнулся, потолки ведь десять футов, а мне ещё девять дюймов расти до шести футов. Стукнуться мы никак не могли.

Тони позволяет крайне возмущённому и очень взволнованному Терри отодвинуть себя в сторону, словно безвольную тряпичную куклу, срок действия магических чар на которой истёк дюжину лет назад, и самоликвидироваться в кабинет. Тони разве что хочет предупредить друга об остатках пыли на одежде после тесного контакта с грязнущим Майклом, но за юным следопытом уже захлопывается дверь, и старосте приходится лишь махнуть ему вслед рукой. Встреча с собственным двойником, постигающим границы социального дна в Министерстве, настолько глубоко проникает в сознание, что отпускать не желает. 

- Тоже меня испугался? - сочувственно морщится Голдштейн, протягивая пальцы и все-таки стряхивая грязь с мантии вернувшегося живым и глубоко травмированным Терри. - Да какой Филч? Я в состоянии отличить завхоза от Голдштейна.

Разозлённый Майки не желает ничего слышать и, пока Бут отходит от предынфарктного состояния, уверенно врывается в кабинет под возмущённый скрип многострадальной двери и недовольную волну шёпота портретов. Если они продолжат наводить столько шороха, то мечтами Корнера о Филче не отделяются. Завхоз прихватит с собой миссис Норрис, Амбридж, Снейпа и МакГонагалл, чтобы троицу подвесить уж наверняка.

- Терри! - слишком знакомая реакция на лице друга после того, как Бут выскочил ужаленным во все места разом из класса. - Скажи-ка…, ты ведь под “там” не меня имел ввиду?

Что может довести его друга до столь глубочайшей паники, чтобы все обиды и злость на неизвестно где проводящего вечера Энтони мигом исчезли? Пожалуй, майкловский кот на подушке, следы подошвы после осенних дождей в спальне, дохлый таракан на покрывале.

- Не кипи - ты не чайник, - Голдштейн прикладывает указательный палец к губам вернувшегося после свидания с завхозом Майкла, призывая к тишине. Тони нужно подумать. - Извините, мистер Альберт Великолепный Седьмой, мы постараемся не шуметь.

Портреты перестают сонно ругаться, но продолжают зыркать из полуприкрытых век.
Тони платком вытирает пот со лба и вспоминает, как дышать. Всё-таки спокойствие всегда была его верным помощником в преодолении трудностей. Сознание постепенно возвращает чёткие очертания, и Тони, как никогда, рад возможности трезво мыслить.
Они по очереди побывали в кабинете и до истерики испугались увиденного, но видели они каждый своё… У этого кроссворда не так много отгадок.

- Ты сказал про Филча, но ни слова про его кошку, а эти двое неразделимы. Я… сейчас, - староста распахивает дверь и неуверенно заходит вовнутрь. Всё тот же знакомый кабинет в полумраке, всё тот же взрослый Голдштейн, всё тот же приступ рвоты у пятнадцатилетнего Тони. - Либо я спятил, либо… Ридикулус!

Он представляет неудачника-Голдштейна в костюме маггловского Санта-Клауса, которые раздают подарки маггловской детворе за стихотворения и песни в Лондоне. Энтони видал таких во время прогулок с гувернанткой по городу накануне праздников. Забавная традиция и ещё более забавный выбор профессии. Уж лучше архивного работника. Высокий, тощий, серый Голдштейн от неожиданности роняет пустую бутылку с виски на пол, переставая присасываться в горлышку. Внезапно он толстеет раз в десять, пухнет на глазах и обзаводится красным костюмом с белым мехом. Жирное пузико обхватывает кожаный ремешок. Неопрятная щетина превращается в белую бороду в духе Дамблдора на старости лет. Лохмы на голове прячутся под красную шапку с помпоном. Табличка на столе меняется на “Санта-Клаус Тони ГОДштейн дарит радость”, а на вместе бутылок появляются коробки с подарками, имбирные пряники и безалкогольный детский пунш.

- Так тебе и надо, - сквозь слезоточивый смех выдавливает Энтони, наблюдая, как его взрослый двойник пьяным взором пытается понять, куда делась его бестолковая работа в архиве, и почему теперь вынужден пить пунш. - Парни, всё под контролем. Мы с вами дурачки, три сапога пара. Это самый обыкновенный несчастный боггарт, который неизвестно как долго торчит запертым в кабинете. Ему тут скучно.

+4

13

- Тогда ты просто сбрендил, - Майкл смотрит на Тони с опаской и примесью жалости, как на депрессивного авгурея, которому так и хочется запихнуть в клюв вкусную феечку. На уроках Хагрида они изучали этих тощих хищных птиц, из которых счастье высосали словно дементорами - авгуреи даже летают только в дождь, чтобы никто, видимо, не видел их слез, и питаются крылатыми самовлюбленными малышками. Их, конечно, жалко, но Энтони сейчас жалко сильней.

Майкл распаляется все сильнее и машет руками, как ветряная мельница, но тут же шокировано замирает, когда Тони нетривиально «затыкает» ему рот, приложив палец к губам.

- Никто не чайник, кроме чайника, - Корнер, сделав полшага назад, многозначительно оглядывает Голдшейна с ног до головы, сделав для себя какие-то неутешительные, только ему одному понятные выводы.

Тони, чье лицо вдруг приобретает совершенно другое, пытливое выражение, переводит проясняющийся взгляд на Терри. Майкл, осознающий, что не замечает что-то прямо под носом, начинает хмуриться, сложив руки на груди.

- Шестой, кстати, - Корнер, замечая, что портрет оскорбленно смотрит на их троицу, пожимает плечами. – Седьмой – это его сын, тоже Альберт. И пятый - тоже Альберт. И… в общем, это такая традиция, они все… - Майкл вдруг застывает, словно пораженный обездвиживающим заклятием, и на выдохе заканчивает фразу:
- Одинаковые.

В отличие от того, кто – или что - находится за дверью.

Майкл в коридоре и Тони, снова зашедший внутрь, почти одновременно произносят «Боггарт» и «Ридикулус». Корнер хлопает себя ладонью по лбу и заходит другу за спину, придерживая дверь. Он уже догадался, кто мог так испугать Тони, и им движет не только любопытство: хоть ему и интересно, как друг справится со своим страхом, в первую очередь Корнер считает своим долгом быть рядом.

Отсмеявшись, Майкл кладет руку на плечо Тони и переводит взгляд на Бута.

- Если бы не Альберт Великолепный Шестой, - Майкл кидает взгляд на портрет и кивает подобревшему и слегка зардевшемуся старичку, - я бы не сразу догадался. Терри, а ты когда пон…

Корнера внезапно прошибает еще одна догадка, и он расправляет плечи, медленно – словно церемониально – доставая из кармана волшебную палочку. Ничего не объясняя, он снова берется за ручку двери, которая уже поблескивала от усердной полировки рейвенкловцев, и несколько секунд собирается с мыслями, глядя себе под ноги.

Тихонько закрыв за собой дверь, чтобы снова не потревожить чувствительный сон портретов, Корнер вновь оказывается один на один с Филчем. Вернее, со своим страхом – совершенно детским и наивным, будто ему все еще пять, и он зовет родителей, чтобы они прогнали несуществующего монстра под кроватью. По лицу боггарта проходит рябь, словно он вот-вот поменяет форму, но Майкл не хочет знать, чем он теперь обернется, поэтому тихо произносит заклинание. 

Филч дергается, потому что на его голове появляется задорный зеленый колпак. Подбородок со щеками стремительно обрастает белоснежной, прямо как у Дамблдора, бородой, а под цвет колпака появляются зеленые кальсоны и башмаки с загнутыми носками. На красном жакете, подпоясанном золотой лентой, появляется зеленый галстук-бабочка, и Майкл самодовольно хмыкает. Жаль, что он действительно без миссис Норрис, ее можно было бы превратить в оленя. Отличная парочка помощников Санты – эльф и Рудольф.

Зрелище, конечно, восхитительное, но им и правда пора уже убраться из коридора, поэтому Майкл, направив палочку на растерянного Филча, отправляет его в шкаф невербальным заклинанием.

- Все, я запер своего Филча. И ваши… и боггарта, в общем, - Корнер закрывает дверь, обращаясь к друзьям, и слышит что-то из дальнего конца коридора. Кажется, кто-то медленно приближается к повороту, полминуты – и их застигнут врасплох.

Майкл на радостях упирается ладонями в бока.

- Пусть идет, я его сейчас сам подвешу. Этому свидетелю Санты меня теперь не напугать.

Отредактировано Michael Corner (08.12.20 01:49)

+3

14

От пугающей картины, все еще упорно стоявшей перед глазами, Терри ненадолго отвлекся, когда увидел, как один друг зачем-то тычет пальцами в рот другому. Это напугало его еще больше. Конечно, все они были очень близки, но прислонить, один Мерлин знает где побывавший за день, палец ко рту недавно почистившего зубы сокурсника, - все это выглядело крайне негигиенично. Да еще и... ну, нет уж, они точно не такие.

- Тебя?.. - Отвечая на вопрос Тони, Терри поморщился. - Нет, конечно, о чем ты вообще? Тебя я вижу тут! - Бут на всякий случай встал подальше, вдруг и ему перепадет нежелательное тактильное внимание от Голдштейна. - А там... брр. - Рейвенкловец не мог даже озвучить, что же он увидел "там".

Корнер, как попугай заладивший непрекращающуюся песню про "крадущегося Филча"; дверь, ритмично открывающаяся туда-сюда, будто происходящее за ней недостаточно пугало рейвенкловцев; снова Корнер, трясущий Голдштейна за грудки, словно не хватило ему физических контактов, - все это вводило и так одеревеневшего Бута в еще больший ступор. И когда ребята наконец догадались, что за дверью не кто иной, как боггарт, Терри, до этого сверлящий глазами стену, неверяще перевел взгляд на друзей. Тони как раз, знатно отсмеявшись, снова испытывал дверь аудитории на прочность.

- Что? Боггарт?.. И как я... вот же ж соплохвостов хвост! - Бут звучно треснул себя ладонью по лбу и тут же ойкнул, явно не рассчитав силу, - мы же проходили их на уроках профессора Люпина... Как мы могли вообще попасться на эту удочку снова?

Терри пихнул Корнера локтем в бок, а на его вопрошающий взгляд ответил:

- Что, самим нельзя было догадаться? Эй-эй, не трогай меня своими грязными руками! Тони прав, откуда в пустом классе было взяться Филчу, да еще и без кошки? Это же э-ле-мен-тар-но! - Терри задрал нос повыше, всем своим видом демонстрируя, что он-то бы, естественно, догадался, если бы не определенный ряд причин, помешавших озарению.

Но не успел рейвенкловец дождаться ответа Майки, как тот не опять, а снова решил зайти в злосчастный класс.

- Да что вам там всем медом помазано, что ли... - Терри закатил глаза. - Майки, Тони уже со всем разобрался, демонстрация твоих талантов по укрощению боггартов вовсе не обязательна! - Бросил он вслед другу, в бессчетный раз исчезающему за дверью. Когда тот проигнорировал его, он повернулся к оставшемуся товарищу и вдумчиво произнес: - боггарт - это, конечно, очень интересно. Но меня мучает вопрос: три сапога пара... Допустим, я - правый, ты - левый, а Майки какой? Задний?

Бороться со своими страхами Буту, конечно, очень хотелось, но бедный Альберт Великолепный Шестой, дергающийся от каждого движения тяжелой двери, явно был на грани завопить и позвать настоящего Филча на ночные разбирательства. Терри было его очень жалко. Поэтому, когда Корнер наконец вышел из аудитории и ликующе объявил, что враг повержен, мальчик подхватил под локти обоих друзей и поскорей потянул их прочь от дядюшки Альберта в сторону башни родного факультета.

- Поздравляю вас с тем, что вышли из этого страшного шкафа наконец-таки, - когда они значительно отошли, решил подытожить Бут, - но это не исключает одной важной невыясненной детали. Тони, в твоем алиби есть одна ма-а-аленькая прореха. Я тут вспомнил, что ты уже ходил в ванную сразу после ужина. Что же ты там такое не домыл, что тебе понадобилось пощеголять прелестями перед Миртл еще раз?

+3

15

Когда Энтони, шмыгая носом и истерично вытирая указательным пальцем (тем самым, которым затыкал рот Майклу) выступившие слёзы, прислушивается к шагам в соседнем коридоре и узнает в них характерное Филчу шарканье и бормотание, староста закусывает губу, чтобы не разразиться вновь хохотом. Смех провоцируется не поверженным боггартом в виде Санты-Эльфа (у них с Майки фантазия одна на двоих), а наглядным, красочным и очень ярким представлением повторной встречи друга с на сей раз настоящим завхозом. Вошедший в раж, словно выпил стакан огневиски для смелости, и заразившейся боевым настроем Корнер почти готов дождаться завхоза и испробовать на нём Ридикулус. Вряд ли бы заклинание сработало с той же порцией смеха! Да и выговор от декана с последующей отработкой тоже так себе вечеринка, так себе конкурсы!

Кто бы мог подумать, что Майкл больше всего на свете боится Филча. Вполне возможно, что подобный ужас при виде завхоза испытывают первокурсники, но Майклу уже целых пятнадцать лет, а он всё ещё боится волка, который кусает за бочок, если спать на краю. Остаётся надеяться, что после встречи один на один с Филчем, Корнер переборол свой страх навсегда, иначе Энтони впредь будет очень сложно смотреть на бедолагу сквиба и не сгибаться пополам.

- Задний среди нас скорее я, а вы левый…, - хлопает Майки по лопатке. - И правый. Мне остаётся замыкать процессию и брать на себя последствия ваших несомненно где-то в параллельной вселенной очень гениальных идей.

Терри запирать в шкафу свой страх пока что не готов - делает вывод Тони, позволяя самому смазливому и щуплому из их троицы тащить себя прочь от портрета Альберта Великолепного Шестого, призывающего во всю глотку Ктулху, то есть Филча с Рудольфом.

- Очень любезно, мой дорогой друг, следить за моими свиданиями с Миртл, - в отместку за дискредитирующий вопрос Энтони опускает всю ту же много чего повидавшую за день руку на плечи Терри. - Но, видишь ли, в пятнадцать лет необходимость посещения ванной по различным причинам учащается. И отнюдь не по тем причинам, о которых ты мог бы сейчас подумать.

Голдштейн с хитрым прищуром улыбается и показывает другу язык, переводя наблюдательность и проницательность Бута в шутку, мол думай и гадай сам, куда и зачем я хожу, но уж точно не тайные комнаты искать. В его уединениях друзья всё равно никогда не заподозрят Лильку. Уж больно несовместим образ рейвенкловского старосты и слизеринской колючки.

- Давайте, мы с вами договоримся, что вы больше в первооткрывателей после отбоя играть не станете, а то будет вам и Даваска, и Дагама, - возле входа в башню орлов Тони притормаживает друзей и понижает голос до доверительного шёпота. - Даже если очень хочется и колется. Мы вступили в общество мёртвых тушканчиков не для того, чтобы впасть в немилость Амбридж, а чтобы вопреки её немилости и указам Министерства обучаться защитным заклинаниям. И, давайте, не накалять обстановку.

Тони, поджав губы в полоску и хмурясь сонными и воспалёнными от слёз глазами, переводит серьёзный взгляд с Терри на Майкла, потом обречённо вздыхает и машет рукой, понимая, что бесполезно ожидать от этих двух невинных лиц соблюдения правил.

- Ладно, пролетели, - староста грустно улыбается. - Конечно..., если вы снова накличете на себя неприятности, я буду рядом. Мы же друзья.

Тем временем за его спиной разбуженный стражник башни уже в пятый раз повторяет контрольный вопрос-загадку...

+2


Вы здесь » Drink Butterbeer! » Pensieve » 08.10.95. Страшилище или посмешище?