Drink Butterbeer!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Drink Butterbeer! » Pensieve » 13.02.96. Remember who you are


13.02.96. Remember who you are

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

https://forumupload.ru/uploads/001a/2e/af/385/561131.jpg https://forumupload.ru/uploads/001a/2e/af/385/170624.gif https://forumupload.ru/uploads/001a/2e/af/385/173632.jpg
https://forumupload.ru/uploads/001a/2e/af/385/470669.jpg https://forumupload.ru/uploads/001a/2e/af/385/591238.jpg https://forumupload.ru/uploads/001a/2e/af/308/251222.gif
Draco Malfoy, Daphne Greengrass
13 февраля 1996, поздний вечер
Пустая лаборатория профессора Снейпа

— Ты забыл меня?
— Нет, как я мог?
— Ты забыл, кто ты, и поэтому ты забыл меня. Загляни себе в душу. Неужели ты должен был стать таким? Ты должен занять свое место.
— Как я могу вернуться? Я не такой, каким был раньше... (с) Король Лев

Они были близки с пелёнок, теперь же - далеки как никогда. Они не понимают друг друга, словно говорят сейчас на разных языках. Можно ли вернуть их дружбу? Да, если один из них примет чужую сторону, заговорит на понятном другому языке. Казалось бы, шансы равны - либо он, либо она.
Вот только Дафна не знает, что вскоре Драко получит то единственное, ради чего девушка готова на всё.

* За чудесное оформление спасибо Хизер *_*

Отредактировано Daphne Greengrass (10.05.21 09:03)

+3

2

Ещё и ещё раз Драко мысленно прокручивает только что произошедшее в кабинете декана Слизерина. Почти заключённый магический договор, обещание, выбор, невеста... Не то чтобы он не знал, что так будет, скорее, не ожидал именно сейчас. Ведь ещё рано... Как можно о чём-то говорить, если они даже не закончили школу? И... почему она? Это стало первым вопросом, а вторым - знает ли Дафна?
Именно к Дафне Гринграсс юноша сейчас и направлялся.
***
Они были друзьями, их родители хорошо общались, дружили, а потому дети довольно много времени проводили в обществе друг друга. Поступив в Хогвартс, Драко продолжал общаться с обеими сёстрами - иногда они с Асторией писали друг дружке письма, иногда он узнавал о ней от Дафны, а потом и сама Астория поступила туда, где уже учились её сестра и друг. Всё было хорошо... до того несчастного случая. Тогда он, получив письмо от отца, ужасно встревожился и побежал к профессору, столкнувшись там с обеими сёстрами - на девочках, казалось, не было лица, юная Астория плакала. Бедняжки... Уж лучше смерть, чем позор. Возможно, для их отца было бы лучше умереть, подобно своей супруге, но не лишать дочерей спокойной, мирной жизни, которая оборвалась в тот же миг, как разлетелась новость о том, что Лорд Гринграсс теперь - оборотень. Правда, всё это пришло в голову уже позже, а тогда... он, тяжело дыша, смотрел округлившимися глазами на профессора Снейпа, словно ища подтверждения или опровержения. И получил: Дафна должна принять обязанности главы рода, девочкам должен быть назначен опекун до совершеннолетия старшей сестры, то есть когда она сможет провести ритуал принятия рода. Тихий прерывистой шёпот, осторожное прикосновение, лёгкое пожатие, безмолвные слёзы... Дрожащие руки, тёплые объятия, искренние обещания... Письмо отца, запрет, разлука, попытка найти способ вернуть прежние отношения... Они вдруг оказались на противоположных сторонах. Магглолюбцы - неподходящая компания для юного наследника древнего рода, но ведь Дафна! Дафна - не кто-то чужой! Попытки вернуть её не дали результата: упрямая и настойчивая, девушка твёрдо стояла на своём, а он тоже не намерен был уступать. Они больше друг друга не понимали, и вот теперь...

Он искал Дафну, пока наконец кто-то не подсказал ему, тогда Драко тут же направился к ней. Эмоции так и кипели в душе юноши, лишь мгновенными всполохами пламени отражаясь на лице его, и только удивительное самообладание помогло ему справиться и сдержаться, не позволяя огню чувств разгореться, не поддаться охватившим его изумлению, шоку, смущению, замешательству, недоумению, сменившимися, в конце концов, принятием.
Драко Малфой всегда знал, что права выбирать самого важного человека в жизни у него нет. О какой любви, о каких чувствах могла идти речь, если о браках порой договаривались, когда сама будущая пара ещё была детьми? Пожатие рук отцов, всего одно слово - и вот судьба двух людей уже решена. Хорошо, если будущий супруг или супруга хотя бы раз прежде видели своих наречённых, бывало же среди аристократии и так, что жених и невеста первый раз встречались на помолвке, второй раз - на свадьбе. Хорошо, если возникнут хотя бы дружеские отношения. Хорошо, когда хотя бы ровесники или разница в возрасте небольшая - тогда есть шанс, что могли пересекаться в Хогвартсе. Хорошо, да, но так бывает не всегда. И можно сказать, что Драко ещё повезло: Астория нравилась ему, быть может, меньше, чем её сестра, однако это могло быть оттого, что с Дафной они общались чаще, или же он просто привык в ней видеть "младшую сестру своей подруги". В любом случае, он никогда не думал о ней как о возможной невесте; объяви профессор, что помолвлен он с Дафной, и то меньше бы удивился. Он вообще ещё не задумывался о браке, втайне надеясь, что когда придёт время, ему, возможно, дадут хотя бы выбрать из тех, кто нравится его родителям. Но такой шанс - один из тысячи.
***
Быть аристократом - это не только иметь права и привилегии, но ещё нести груз долга и ответственности. О чём он и собирался напомнить Дафне. Быть может, теперь, когда они почти семья, она послушает его? В конечном счёте, ей следует думать не только о себе, но и о сестре, на которой отражается всё, что делает сама Дафна - никто не говорил, что быть главой рода легко. Она и не должна была это принимать, обычно у девушек другая судьба. Это его готовили к роли Лорда, это его обучали древним ритуалам и родовой магии - его, сына-наследника, который передаст своё имя и свои знания новому будущему лорду. Дочерей редко обучали такому, ведь им предстояло уйти в другой род. Драко мог бы помочь Дафне. Если она сама согласится.

Гулко колотится сердце, пальцы сжимают мантию, он пытается надеть маску безразличия и холодности, однако в ныншнем его состоянии это плохо ему удаётся: слишком взволнован. Вот и она. Вдох-выдох. Теперь неспешно, плавно подойти, слегка поклониться и ровным, чуть отстранённым голосом, стараясь не выдать всей бури овладевших им чувств, произнести:
- Мисс Гринграсс, я бы хотел побеседовать с вами tête-à-tête.
Для всех он - гордый "принц", и поведение его должно быть соответствующим. Ему хотелось бы сказать "Дафна, послушай, есть кое-что, о чём нужно поговорить, только..давай немного отойдём?" Вот так просто, без заморочек. Очень хочется. Просто взять за руку, отвести в сторону и рассказать. Как раньше. Но как раньше уже не будет...
Или судьба даёт им шанс?

+4

3

'Cause for the first time in forever

" — Эй, Гринграсс, ливень начался — может помоешься, грязнолюбка?
— Слушай, никак не запомню. Ты спишь на собачьей подстилке или ты — подстилка для зверья?
— Ой, какие духи, Дафи — пытаешься заглушить ради нас магловский запашок?
— Жаль, для предательниц крови мест нет.
— Может быть, когда твои мозги встанут на место... "

Дафна ещё ниже склонилась над толстым фолиантом. Библиотека закрывалась через пятнадцать минут, и именно в это время девушка больше всего любила здесь бывать. Гулкая тишина, пыль и практически полное отсутствие студентов. Гринграсс смотрела в страницы невидящим взглядом. Какая-то очередная чушь для Прорицаний, раскрытие тайн будущего... Почему людей так волнует его неизвестность? Будущее полно возможностей, в нем тысячи путей. Тогда как настоящее куда более туманно и непонятно. А прошлое так болезненно, определённо и неисправимо. Даф покрутила перстень на безымянном пальце. Наследный перстень-печатка с гербом Гринграссов и небольшим лунным камнем. Он передавался от отца к сыну многие поколения. Его всегда носил признанный глава рода. И теперь это она — старшая чистокровная Гринграсс. Смешно. Теперь она "королева пепла", глава пустоты. Ведь то, что осталось от их некогда большого и знатного рода вряд ли можно назвать семьёй. Она и Астория. Вот и всё, по большей части. Две девчонки. Разве это что-то значит?

Девушка выпрямила спину. Она не хотела строить из себя несчастную сиротку. У неё было много того, что никак не клеится с этим образом. Прежде всего - семья. Дядя и тётя. Эти прекрасные люди, что вытащили их из глухой боли и пустоты. В то страшное одинокое время они словно солнечный свет и вода вернули к жизни увядающие на сухой земле, вырванные с корнем, цветы. Но прежде всего семья - это её Тори. Её прекрасная Астория. Сестрёнке было всего тринадцать, но она уже перегнала Дафну в росте. Гринграсс давно заметила, какой вейлой растёт её сестра. Красотой она явно превосходила и Даф, и маму. Её прекрасное личико оттеняли только непрошеная морщинка между бровей и усталый взрослый взгляд. Порой Дафна и сама не знала, кто из них кого опекает, кто мудрее и главнее.

Девушка поморщилась. Астория ещё ни разу не говорила ей об этом прямо, но ведь и она считает, что Даф заигралась в "бунтарку". Что ей нужно вспомнить, кто она такая. Наследница одного из древнейших и уважаемых родов, традициям и вкладам которого в британскую аристократию нет счёта. Даф снова крутанула перстень. Жалела ли она о своём решении "срубить с плеча" своё чистокровное будущее, вырвать корни, которые связывали её с любимой мамой и далёким сейчас отцом? Да, жалела. Обманывать саму себя было невозможно. Это её наследство, её семья, её счастливое прошлое. Но поступила бы она иначе? Нет. Дафна знала, что сделала правильные выводы. Что она на верном пути.

Ведь так?

Вопрос, который она задавала себе не раз. Определенности позиции настоящего очень мешали счастливые воспоминания прошлого. Ох, каким же оно было сказочным! Идеальным. В семье всегда царила идиллия и душевная теплота, девочку любили и баловали с ранних лет. А в школе происхождение, внешность, забавные шутки и лёгкий характер Даф прочно закрепили за ней звание любимицы публики. "Мисс солнечный зайчик", "мисс радость", "наша Дафни" - ей давали много милых прозвищ, хоть иногда и с оттенком "у неё бывает другая настройка, кроме позитивной?". Со змейками Даф чувствовала себя полностью в своей среде. Хогвартс стал для неё, как и для многих, вторым домом. Она и понятия не имела, какого это - быть нелюбимой. Быть непонятой или одинокой. Всегда радостно купаясь в лучах всеобщей любви и восхищения, теперь её будто бросили о землю. Жестоко, резко, больно.

Правда, со временем она отошла от удара. Да и земля оказалась вполне плодородной и красивой. У девушки постепенно появились новые знакомые, приятели и даже друзья. Более того - многие из "старичков" если и не приняли новую толерантную позицию Дафны, то хотя бы не отвернулись. И продолжали общение, порой очень теплое и близкое. Конечно, был и негатив от таких, как, например, Монтегю. Но сейчас Даф казалось, что она научилась справляться с обидными подколами и резкими выпадами. К тому же, как не крути, она всё ещё оставалась Дафной Гринграсс.

Той самой Дафной Гринграсс.

На её стекле идеального образа хоть и появилась трещина, но она продолжала быть произведением искусства. Искусства прекрасной чистой магии, собранной по каплям веками безупречной родословной. Она давала такую силу и наследие её носителям, о которой Даф лишь смутно догадывалась. Но ощущала. Особенно в порывах праведного гнева, когда её плечи распрямлялись, взгляд становился высокомерным, а рука тянулась к волшебной палочке.

Так кто же она? Кем хочет быть? И можно ли научиться сочетать в себе эти противоположные стороны? Она злится и презирает чистокровных консерваторов, застрявших в средневековье и не видящих ничего дальше своего носа? Или же она хочет взять на себя ту роль, что воспитали в ней столетия изысканной аристократии?

Захлопнув книгу и левитировав её на место резким взмахом палочки, Даф вышла из библиотеки - миссис Пинс уже начинала гасить лампы. И, кажется, что-то сказала нелицеприятное вслед.

- Как жаль, что я вас никогда не слушаю - даже этот стул мне интереснее, - сказала себе девушка под нос.

Пройдя буквально пару шагов от дверей, Дафна почти столкнулась с кем-то на повороте. У Гринграсс невольно вырвался резкий вздох.
Драко.
Она знала его дольше, чем даже Асторию. Буквально с пеленок. Когда Даф была совсем маленькой, ей казалось, что они близнецы. Ещё бы - бледные заостренные личики, платиновые волосы, вздернутые носики. Они действительно были умилительно похожи, особенно когда их звала на обед миссис Малфой через весь сад поместья. Драко и Дафна. Два белокурых создания, на которых уже тогда возлагались большие надежды их семей. До Хогвартса они были практически неразлучны - редко случалась такая неделя, когда бы они не виделись. Они вместе познавали мир, а позже пытались помочь в этом крохе Астории. Дафна всегда думала, что Драко не хватает младшего брата или сестры. И с радостью делилась всем. В школе их орбиты чуть разошлись, но всё ещё крутились бок о бок. Даф в силу своего миролюбивого и дружелюбного характера старалась не замечать очевидного - Драко был избалован. А иногда и просто ужасно груб, завистлив и мстителен. Конечно, со своими он становился "собой" - по крайне мере тем, кого Дафна знала с рождения. Но со слабыми людьми или с конкурентами за внимание он был действительно тяжёлой личностью. Но Даф никогда не хотела в это лезть, чаще всего объясняя это банальным "мальчишки". Ведь она знала, что это тот же мальчик, который спрыгнул в 5 лет на полном ходу с игрушечной метлы, расцарапав колени, чтобы только помочь ей подняться.

Сейчас же... наверное, сейчас он бы не спрыгнул.

Они выросли, и те качества, та алчная, высокомерная и несправедливая позиция, что не давала Дафне на младших курсах быть полноценным членом его компании, теперь выступала в Драко всё отчетливее. Он, конечно, не понимал сейчас Даф. Избегал с ней общения. Но, к его чести, не примкнул к обидчикам. Хотя с его-то популярностью и авторитетом он мог стать самым страшным из них. Но нет - Дафна помнила, как он крепко обнимал её, когда она кричала до хрипоты, когда сил на слёзы уже не было. Он старался быть рядом сколько мог. Правда, Дафна этого тогда не замечала. Она вообще долгое время никого и ничего не видела. Но потом, особенно, после того, как она встала на защиту тёти и всего магловского мира... Это ли его отвернуло окончательно? Перемены в её характере? Мнение общества? Собственное эго? Приказ родителей? Презрение к оборотням или к маглам? Презрение к ней?

Она не смогла спросить его об этом прямо. Встречалась с ним взглядом в Большом Зале или на уроках, но избегала, как и он её.
Но скучала.
Не понимала, удивлялась его поступкам, морщилась от его несправедливых нападок на других учеников.
Но очень скучала.

И вдруг - он заговорил с ней. Впервые за столько времени.

Дафна невольно улыбнулась, смешно поморщив нос. Да, в такие минуты она снова понимала, что сделала правильный выбор. И мосты назад если не сожжены, то точно уже тлеют.

- На дворе двадцатый век и нам не по семьдесят лет, Драко, - Даф чуть прикусила нижнюю губу, чтобы подавить улыбку - Привет. Разве я могу отказать лидеру доблестных воинов Амбридж? - девушка выдохнула и чуть тряхнула головой - Извини, я просто... расстерялась. Если честно - с огромной радостью. Но где?

Отредактировано Daphne Greengrass (22.05.21 22:01)

+3

4

Дафна. Она всё та же весёлая, милая Дафна, умеющая обратить всё в шутку, какой он её всегда знал. Он даже не пытался сдержать промелькнувшей улыбки. "Ну что ты, я же в шутку", - словно говорил он.
Драко сейчас понял, как ему не хватало Дафны. Как давно они не виделись и не говорили. Вот так просто, по душам, как раньше. Просто по-дружески.
- Привет. Не будем об Амбридж сейчас, пожалуйста. - Голос юноши звучит мягко, с некой затаённой нежностью, даже чуть-чуть просяще и будто извиняясь. Никого, кроме них, не было, и он мог вести себя более свободно, естественно. Признаться честно, он боялся. И испытал огромное облегчение от её ответа. "С огромной радостью" - сказала она, и он знал, что может верить. Всегда знал. Но раньше это было естественным состоянием, а сейчас вдруг показалось особенно каким-то важным обстоятельством.
- В это время лаборатория профессора Снейпа обычно пуста, но профессор позволил мне использовать её для подготовки к экзаменам, так что мы можем пойти туда. - Разрешение у Драко действительно было. Но и выбор места был не случайным: в лаборатории декана их никто не подслушает, туда редко кто приходит без веской причины - отработки, например.

На стенах горели факелы, освещавших двоих молодых людей, юношу и девушку. В свете пляшущих языков пламени пытался он вновь рассмотреть вблизи её личико, вглядываясь в знакомые с детства черты, со временем чуть изменившиеся и ставшие ещё прекрасней. "Я скучал. Я думал о тебе. И переживал за тебя". Он взял её за ручку - маленькая, тёплая ладошка оказалось в его руке, немного холодной из-за сыроватого воздуха подземелий - и повёл за собой. От прикосновения - такого простого, дружеского, уже почти забытого - по телу пробежала волна мурашек, а на ресницы накатили слёзы.
...Какими счастливыми были они, играя в садах и залах Малфой-Мэнора или поместья Гринграсс! Сколько подарков, сюрпризов всегда устраивали они друг дружке на всевозможные праздники. Бывало, заигравшись, не сразу приходили они на зов миссис Малфой, которой приходилось присылать за детьми домовиков. Ах, что было за время! Потом к ним в забавах присоединилась маленькая Астория, и стало ещё веселее. Недостатка в компании они никогда не испытывали - часто приезжали к ним гости со своими детьми, которые быстро становились друзьями - в детстве всё так легко! Но более всего нравилась им компания друг друга, и став немного постарше, Драко обратил внимание, как смотрели на них взрослые, обсуждая что-то своё, как наблюдали за ними, планируя будущее своих детей. Астория и Дафна заменяли Драко сестёр, он и любил их как сестёр и никому не давал в обиду. Даже сейчас. Когда чудесная сказка вдруг оборвалась.

Он следил за ней, за теми, с кем она общается, чтобы никто не смел сделать ей ничего дурного. Увы, от компании девочек, с которыми жила Дафна, и от их язвительных, едких комментариев он оградить не мог, но зато мог заставить замолкнуть самых ярых обидчиков, "потолковав" с ними, наблюдать, чтобы "не дать упасть", то есть чтобы не случилось с нею чего-нибудь ещё неприятного, страшного - как однажды сказал ему в детстве отец, это хорошо, что помог подняться, но было бы много лучше, если бы ты мог предупредить падение, - и Драко старался с тех пор следовать этому наставлению.

- Прости, Дафна... Прости, что оставил тебя... Отец пытался запретить мне, но я не в силах выполнить его приказ. И не хочу его выполнять. - Он останавливается, чтобы перевести дыхание. Так много хочется сказать, столько всего случилось!.. - Как же я рад снова видеть тебя. - Обычно не склонный к какому-либо проявлению чувств, всегда сдержанно-холодный, учтивый и надменный одновременно Драко изменился, став таким, каким его знали лишь самые близкие люди. Дафна, несомненно, относилась к ним и раньше. А теперь, когда оказалось, что они с Асторией помолвлены, она стала ему почти сестрой. И как, ну как он мог не прийти? Тем более, что он действительно скучал. И даже был готов уговаривать отца, если нужно, чтобы помочь Дафне. И даже если ему наутро придёт громовещатель - пускай приходит. Он сумеет дать ответ.

+3

5

I’m kinda like a perfect picture with a broken frame
I know exactly who to blame...

Прохладная мужская рука взяла её теплую, почти горячую, ладошку. Он настойчиво потянул её за собой.

Он настойчиво потянул её за собой.
- Быстрее, Даф, уходим, - маленькая детская рука тащила её прочь с места преступления.
На полу лежал прекрасный именниный торт этой старой ворчливой леди, на юбилее котором они и находились. Точнее, на торт это уже совсем не походило - шоколадно-клубничное месиво. Гости вот-вот должны были войти в летнюю веранду и приступить к традиционному чаепитию, и Драко настойчиво тянул её в сад.
- У тебя рука такая горячая, - удивился маленький Драко, на котором умилительно и странно смотрелась эта строгая парадная мантия и прилизанная взрослая прическа. Впрочем, Даф выглядела не менее помпезно. Если не считать того, что весь подол её светлой мантии был перепачкан кремом - Бежим, давай, никто не узнает!
- Но надо же сознаться взрослым, что это я свалила эт-т-т-от тоооорт, - большие глаза цвета морской волны действительно стали походить на воду - маленькая Дафна начинала плакать.
- Не надо, не говори им! Тебя накажут! Ты же знаешь эту злую старуху. Не плачь, Дафи. Просто побежали, побежали, я придумаю, я что-нибудь обязательно придумаю...

"Ты снова что-то придумал, чтобы спасти меня?"

Как только Драко заговорил, ответив ласково на её защитные подколы, она поняла - он прежний. Ей не нужно защищаться - Драко каким-то удивительным образом остался её Другом. Это открытие на первых же секундах их встречи действительно поразило девушку. У Даф вырвался вздох облегчения и удивления. Неужели?
Его слова внушали ей надежду и тепло, будто и не было этих страшных, одиноких лет. Он не говорил с ней, как с сумасшедшей или того хуже, с врагом. Более того - его тон был удивительно нежным, мягким, заботливым. Кто бы мог подумать, что Драко Малфой способен на такое? Дафна. Дафна могла подумать, ведь она всегда знала это. Верила, что несмотря на всё, что ему внушили родители, привилигированность и школьная вражда с соперниками, он сохранил того мальчика, которого она знала. Которого очень ценила. Которого любила. 

Они быстро шли в сторону подземелий декана. Их торопливые шаги гулко отдавались в пустых каменных коридорах. Он боится, что их увидят вместе? Или искренне спешит, чтобы сказать что-то важное?

Они быстро спусались вниз по лестнице, всё глубже в подземелья. Дафна никогда не была здесь так поздно, уж тем более в лаборатории профессора. Ярко освещенные коридоры остались позади, здесь было куда темнее и прохладнее, особенно в столь поздний час. Девушка шла за Драко, ещё крепче взяв его ладонь, чтобы не споткнуться. Она невольно вглядывалась в его черты, в его платиновые волосы, которые словно лунный свет слегка озаряли полумрак вокруг. Как он вырос! Каким стал высоким, почти совсем взрослым. Дафна не замечала этого раньше. Но с момента их последнего разговора, последнего рукопожатия, прошло так много времени. Она будто выпала из жизни в тот страшный день, умерла вместе с их счастливой семьёй. Потом, постепенно, Даф вернулась, возродив саму себя из пепла, как феникс. И в том большая заслуга дяди и тёти. Но вернулась она уже другим человеком. И вправду переродившись.

Но она никому бы такого не пожелала. Прозреть, стать личностью, но благодаря чему? Благодаря адской боли потери. Дафна знала, что всё бы отдала, чтобы вернуть своё счастье, свою семью. И все новые убеждения пошли бы в топку, лишь бы почувствовать, как мама нежным пальцами поправляет её локоны перед важным приёмом. А папа целует в нос, снимая с себя маску серьёзного аристократа. Где-то сзади был бы слышен заливистый смех Тори... Но этого не будет. У неё отняли это будущее, отняли эту жизнь любимой всеми светской леди. Красивую, пафосную, простую жизнь. Да, простую, ведь самое сложное в жизни человека - это выбор. А в жизни "наследника и хранителя рода" практически всё за тебя решено заранее. Манера поведения, взгляды, мнение, вкусы, даже семья - всё это не твоё, всё это принадлежит обществу, которым ты обязан такой элегантной жизнью. Кладя на алтарь всё своё, личное, собственное, то, что не вписывается в их рамки правильного.

Да, за тебя решают всё... Дафна даже в детстве знала, что её должны были просто выдать замуж за такого же, как она. За влиятельного, состоятельного и безупречно чистокровного. Брак - это договор между семьями, так ей казалось. Так ей внушали. И она верила этому. И Салазар, как же хорошо, что сейчас ей на это плевать! Как хорошо быть свободной! Наконец понять, что эти догматы и браки по договору давным давно устарели. Когда и они поймут, что главное - прожить свою жизнь, а не чужую? И это значит, выбрать того человека в спутники жизни, которого действительно хочешь видеть рядом. Которого искренне любишь и уважаешь.
Её родители ещё ждали мальчика - наследника рода. И может быть, он у них и появился бы... Но теперь она - наследница фамилии. И как это возможно? Матримониальный брак с сохранением фамилии Гринграсс? Или фамилия не будет иметь никакого веса и наследия, раз она теперь вольна выйти замуж хоть за маггла и громко об этом заявляет?

Забавно, а ведь ей казалось в детстве, что Драко - её будущий муж. Не то, чтобы она этого желала или знала наверняка - детьми они любили друг друга скорее как брат и сестра, как лучшие друзья. Детишки, которые заливались смущенным смехом от слов "муж", "жена" и "брак", отмахивались от таких скучных взрослых понятий и продолжали играть в волшебную дуэль на игрушечных палочках. Но всё же, чем девочка становилась старше, тем она всё чаще замечала какие-то намеки то от четы Гринграсс, то от Малфой. И в Хогвартсе она уже отчетливо понимала, что родители хотят объединить их чистокровные семьи. Но это не вызывало у неё особых вопросов или опасений - ведь девочка верила в своё предназначение. Что она, как старшая дочь великого рода, оправдает и подтвердит все их надежды и желания. А на первых курсах ну никак нельзя увидеть в лучшем друге и брате смешное слово "жених".

Но теперь - теперь ей и думать об этом не нужно. Она свободна. А он?

Они приостановились, чтобы перевести дыхание, в паре шагов от лаборатории. Они оба не заметили, что действительно почти бегут. Дафна ещё раз внимательно вгляделась в юношу - каким же родным он казался! Точно также они переводили дыхание, прячась от криков взрослых в огромном саду. Как он может быть тем надменным и порой жестоким членом Инспекционной Дружины? Унижать и оскорблять хороших людей? Верить в то, что они особенные, элита, только потому, что многие века женились чуть ли не на близких родственниках? И при этом - так смотреть! Так говорить! Будто снимая искусно сделанную маску, под которой оказывался её близкий и любимый Драко. Неужели он и правда всегда существовал, не изменился, а только забился в кокон аристократических правил и установок?

Она не могла отвести от него взгляда, пораженная, не верящая своим ушам. Он идёт против отца? Он просит прощения? Он действительно всегда продолжал быть с ней? Драко Малфой, идеальный Драко Малфой, не хочет её отпускать, не отворачивается от неё? Или... или это временный порыв? Но даже ему она так рада, что жаркий огонь счастья в груди так и распирал её.

И тут он резко погас.

Она знала Драко слишком хорошо. Он не примет её сторону. Сейчас, в школе, они ещё могут видеться, тайно быть близки. Но после школы, если она продолжит свой путь - она навсегда потеряет юношу. Драко предстояла судьба социальной марионетки. Дафне стало страшно. Так страшно, так обидно за него. Что вот этот, настоящий, чудесный, лучший юноша на свете будет с годами всё глубже хоронить себя под тем, что она видит коридорах и на уроках. Задавит ли его эта роль? Как быстро он поймет в какой ловушке очутился?

Дафна не выдержала и крепко обняла его. Она вложила в это объятие всё, что не могла сейчас выразить словами. Годы дружбы, их детство, благодарность, тепло, нежность, тревогу, одиночество и надежду. Она прижалась к его груди, вновь невольно отметив, каким он стал высоким. Или это она не особо выросла с 11 лет? Сдержав непрошенный комок в горле, девушка отпустила Драко и безмолвно потянула дальше, буквально втащив в лабораторию профессора. В ней царил полумрак. Многочисленные полки на всех стенах были уставлены сотнями стеклянных банок. Почти во всех в разноцветных зельях плавали растения или кусочки животных. Некоторые из них даже светились. Это зрелище вызывало и отвращение, и эстетическое наслаждение. Удивительно. Огромный платяной шкаф с ингридиентами в одном углу и стеллажи с инструментами и котлами в другом сдавливали и без того небольшое свободное пространство помещения.

[float=right]http://forumupload.ru/uploads/0019/cc/52/492/428594.gif[/float]
Дафна подняла взгляд на парня. Что сказать? Как выразить эту непонятную накатившую волну тревоги и страха? За него. Драко смотрел на неё, как раньше. Нет, не так - этот взгляд был новым, сложным, взрослым. Но таким искренним и чудесным. Девушка опустила глаза, невольно смущенно улыбнувшись. Буря в её голове стихла, сложив, наконец, пыль сумбурных мыслей в нужные слова.

- Драко, ты ни в чём не виноват. Ни передо мной, ни перед Тори. Я чувствовала, что ты всё равно был рядом, ловила твои взгляды, но очень боялась, что ошибаюсь. Что ты не понимаешь, осуждаешь, может быть даже презираешь меня теперь. Но я очень-очень скучала по тебе. И прежде всего, пока во мне есть эта решимость - Дафна действительно торопилась, будто боясь, что это последний шанс, что их прервут неведомые силы или слова Драко, которые могут обрубить всё -  Я должна сказать тебе кое-что очень важное.

Дафна вдохнула побольше воздуха.

- Драко, мы выросли в страшном обществе. Оно только с виду красивое и элегантное. Но там царят предубеждения, фальшь и жестокость. И если ты хочешь меня вернуть в него - знай, я уже другая. Я не жалею об этом, ведь я стала свободной. Но я боюсь за тебя. Я знаю, я чувствую, что ты меня поймёшь. Возможно, гораздо позже. Но вырвать из оков мировоззрения чистокровных снобов меня смогли только действительно страшные события. И я очень боюсь, что тебе тоже предстоит пережить очень сложные, серьёзные моменты, которые откроют тебе глаза. В мире, полном предубеждений, ненависти и эгоизма не может быть по другому. Помнишь, что сказал в том году Дамблдор? "Если настанет время делать выбор между лёгким и правильным..."? И я выбрала правильное. Нам всегда внушали, что всё в наших жизнях предначертано. По-своему легко. Но настанет момент - я знаю, я чувствую - когда ты будешь стоять перед страшным выбором. И тогда, пожалуйста, вспомни меня и мои слова - у нас есть выбор. У тебя всегда есть выбор поступить правильно. Так, как велит совесть. Да, правильно не значит просто. Да, я скучаю по тебе и своей роли. Но она мне больше не принесёт удовольствия, ведь я увидела всю прогнившую суть этой системы.

Дафна выдохнула.

Вот и всё. Она сказала это. Пошлёт ли он теперь её окончательно? Возможно. Но пока была эта минута, этот крохотный шанс, она должна была это сказать. Должна была его предупредить. И теперь ей остаётся только надеяться на то, что он поймёт, что такое правильно...

А что такое правильно? Забывать семью, предавать многовековой род? Отец, мать, сестра - все ждали бы от неё куда большего, чем упрямое подростковое бунтарство.

Нет, нет, надо отогнать сейчас эти непрошенные сомнения.
Драко должен её услышать.

Отредактировано Daphne Greengrass (23.01.21 23:06)

+3

6

Они шли сначала не спеша, но затем шаг становился всё быстрее - до подземелий надо было ещё найти, а они так давно не виделись! Ему не терпелось наконец спрятаться ото всех, остаться с Дафной один на один, чтобы можно было ничего не скрывать, не бояться, не следить, быть естественным, чтобы просто обнять её, как раньше. Как брат сестру. Как друг - лучшую подругу. Ему было, что сообщить, но даже самые важные вести могли сейчас подождать. Потому что юноша понял: они всё ещё оставались друзьями, она скучала по нему и ждала. А он... испугался. Не смог пересилить себя и пройти против мнения общества ради той, которую любил как сестру. И сейчас укорял себя за это.
Было стыдно перед ней - перед смелой, отважной Дафной. Которая теперь стала ещё краше, чем прежде. И в детстве будучи чрезвычайно хорошенькой, очаровательной девочкой со светлыми локонами, большими смеющимися глазами, румяными щёчками, вздёрнутым носиком и беленьким личиком с мягкими, нежными чертами, сейчас девушка стала настоящей красавицей. Теперь светлые локоны были собраны в причёску, нежные черты стали более изящными, утончёнными, приобретая некую завершённость, создавалось впечатление, что было в этой красоте что-то от вейлы - неземное, воздушное, лёгкое. Не очень высокий рост никоим образом не портил её, лишь добавляя хрупкости девичьей фигурке, вызывая желание защищать и оберегать. Он смотрел и любовался ею, вновь и вновь возрождая в памяти тот образ девочки на третьем курсе и сравнивая его с нынешним. И не понимал, почему раньше этого не видел. Наверное, он просто привык видеть в ней подругу, чтобы взглянуть уже с другой стороны.

Они оба изменились - не только внешне: изменились их характеры, поступки и причины этих поступков. Неизменным осталось одно - дружба. Он всегда любил Дафну как сестру. Родной у него не было, но Дафна с Асторией с успехом заменили ему их. Иногда ловил он многозначительный взгляд матери, замечал задумчивую улыбку отца, но не понимал, что их вызывало. Однажды, правда, мама решила заговорить с ним о будущем, и в беседе коснулись они сестёр Гринграсс. Его спросили, что думает он о старшей, и юный Драко описал её всеми тёплыми словами, какие только смог найти, а уж ему на красноречие грех было жаловаться. Ему было тогда лет одиннадцать или двенадцать - самый возраст для подростка, для первой влюблённости, и наверное, леди Малфой приняла искреннее восхищение за ту самую любовь. А он-то всего лишь сказал правду: когда любишь (а он любил Дафну как сестру), видишь только самое лучшее. На тот же вопрос об Астории Драко чуть смутился: не то чтобы знал её хуже, но... к Дафне был привязан сильнее, а Астория к тому же была младше, и в то время как с Дафной он продолжал общаться и в школе, с Асторией с момента поступления в Хогвартс виделся не так часто. Потом, анализируя этот разговор, мальчик пришёл к выводу, что затеян он был с одной целью... и решил, что ему думать об этом ещё рано, что много времени есть впереди. Поэтому на всё, что связано с браком, он отшучивался на пару с Дафной. Зато теперь становились понятны взгляды, которыми обменивались их родители, улыбки и разговоры, прерывавшиеся, стоило детям оказаться рядом.

И тут случилось то, чего он ждал и не ожидал одновременно. Девичьи ручки обвили его шею, и он обнял Дафну в ответ, прижимая к груди, выдыхая сладкий аромат её духов, её волос, не в силах поверить в реальность.  По щеке скатилась непрошенная слезинка, оставляя влажную дорожку на бледном лице молодого человека. Захотелось поднять и закружить, услышать звонкий, как серебряный колокольчик, переливчатый смех, увидеть смеющиеся глаза...
Здесь, в лаборатории крёстного, всё было ему знакомо, он мог бы сориентироваться, наверное, даже с закрытыми глазами. Шкаф с зельями и ингредиентами, стол, на котором всегда стоял один или два подготовленных для варки зелий котла, стул и стеллаж с инструментарием самого различного вида и книгами - трудами учёных-зельеваров и алхимиков. Первой мыслью было, что немного света им бы не помешало, и юноша с помощью заклинания зажёг для начала небольшую люстру, а затем и все свечи: так вероятность на что-то натолкнуться или споткнуться была существенно ниже.

Он слушал Дафну не перебивая, хотя очень хотелось ответить, но сейчас нужно было дать высказаться ей, выслушать её. То есть сделать то, что следовало уже давно - быть может, тогда всё могло быть иначе. Но отставить сожаления! Ими ничему не поможешь, былого не возвратишь, зато исправить настоящее в их силах.
- Я знаю, Дафна, эту систему, да, она не идеальна. Но я понимаю тебя, понимаю, что ты хочешь сказать, говоря о правильном выборе. И если мне однажды придётся выбирать...я вспомню, непременно вспомню, - лёгкая улыбка коснулась тонких губ, сменившись серьёзным и немного печальным выражением. - Предубеждения, фальшь и жестокость есть везде - среди волшебников и магглов, среди аристократов и простых людей, даже здесь, в Хогвартсе, в этом маленьком мирке, тоже есть. Дамблдор много чего говорит, я ему не верю, он тоже далеко не "добренький дедушка", но на сей раз директор, пожалуй, прав. Я не осуждаю тебя, Дафна, и никогда даже не думал об этом. Правда. Я страшно скучал по тебе, твоим шуткам, твоей улыбке... То и дело я порывался подойти к тебе, но всякий раз боялся. Боялся, что ты не захочешь говорить со мной ("И была бы права"), ведь я на самом деле виноват, ведь мог быть смелее.
Драко остановился, сглатывая подступивший к горлу комок. - Дафна... - провёл он рукою по светлым волосам девушки, наслаждаясь этими минутами искренности, мгновениями тихого счастья новой встречи. - Ты самое доброе и чистое существо на земле. - Юноша улыбнулся, убирая упавшую на её лицо прядь длинных белокурых волос. - Никто не станет запрещать тебе хорошо относиться к магглам и дружить с ними, если ты не будешь делать этого так явно, так открыто. Пожалуйста, только не забывай об Астории, потому что всё, что делаешь ты, сказывается на ней. Мы оба знаем, как любит она тебя и потому никогда не скажет, что не одобряет чего-то. Ты можешь делать то же самое, но не заявляя об этом, и никто тогда не посмеет тебя осудить.
"А если посмеют, придётся иметь дело со мной. Я расскажу им, что и кому можно и нельзя".

Однажды, прочитав сказку, юному Драко так понравилось описание одного в ней волшебного предмета, что он стал просить родителей, донимать их до тех пор, пока лорд и леди Малфой не пообещали купить ему, и на день рождения Драко и в самом деле получил желанный подарок.
- Смотри, Дафна, смотри! - восхищённо восклицает Драко, разворачивая свёрток. Он достаёт большую книгу в бархатной обложке, украшенной замысловатыми узорами, переливающейся в свете свечей. Они открывают первую страницу, на которой тут же оживают картинки: птицы поют, животные бегают, скачут, ходят, ветер колышет верхушки гибких деревьев, распускаются лепестки цветов; персонажи-люди тоже были живыми: они ходили по странице и даже могли сходить с неё, нарисованные мальчики и девочки, как маленькие куколки, забирались в ладошки детей, разговаривали о чём-то, но стоило перевернуть страницу, как все картинки тут же запрыгивали обратно на тот лист, где и были нарисованы, иначе возникла бы ужасная путаница. Самые разные сюжеты оживали на страницах чудесной книги, её можно было рассматривать часами...
Они сидели под ветвями раскидистого дерева, забавляясь с волшебным подарком из сказки; перевернув очередную страницу - а всего их там было около ста или даже более... - дети увидели юношу-рыцаря и прекрасную даму: рыцарь встал на колено, поцеловал руку дамы и что-то ей сказал, что вызвало улыбку на алых её губах, а затем ответила ему что-то ласково, и он протянул ей на ладонях свой меч, и дама ударила им рыцаря по правому и левому плечу поочерёдно, после чего вернула клинок своему кавалеру, который коснулся губами холодной стали и вернул меч в ножны. О таком рассказывал учитель истории, о таком и сам Драко читал в книгах со сказками и легендами и знал, что это называется посвящением: рыцарь приносил клятву защищать и оберегать даму любой ценой, даже ценой собственной жизни.
- Дафна! - воскликнул Драко, осенённый внезапной мыслью, - Дафна, я хочу стать рыцарем! Твоим рыцарем! Ты примешь мою клятву? - Девочка лишь засмеялась:
- Не шути так, Драко, - но мальчик выглядел серьёзным. - Ты что, правда хочешь...
- Да! - юный Малфой был очень воодушевлён, и настроение его передалось, вероятно, и девочке.
- Ах, ну и выдумщик же ты! Но у нас нет оружия... - задумалась Дафна.
- Зато есть волшебные палочки! - разрешил её сомнения Драко. Когда есть желание, преград не существует.
Конечно, настоящих волшебных палочек у них ещё не было, только игрушечные - сделанные нарочно для них, почти как у взрослых, с той только разницей, что магию с их помощью совершить было невозможно.
Подобно рыцарю, Драко опустился на колено перед Дафной и протянул ей свою палочку:
- Клянусь всегда защищать тебя, моя прекрасная леди, и никто никогда не посмеет тронуть тебя или обидеть! А если кто посмеет, будет иметь дело со мной! Клянусь быть верным своему слову!
- Я принимаю твою клятву, отважный рыцарь, - улыбаясь, ответила тогда Дафна и коснулась его плеч волшебной палочкой, совсем как на той картинке. А потом он поднялся и они, взявшись за руки, весело закружились. Когда же устали танцевать и бегать, то вновь вернулись к увлекательной книжке, придумывая целые истории о персонажах, оживавших на её страницах.

И сейчас слова той детской клятвы отголоском далёкого прошлого отозвались в нём. Магия не могла связать их в тот раз, ведь они не проводили ритуала, не произносили слов заклинания... но теперь ему казалось, что он не сдержал слова, позабыл об обещании, и стыд охватил его, заставив щёки покрыться густым ярким румянцем.

- Дафна... - выдохнул юноша, и в одном слове прозвучали и тоска по счастливому времени, и печаль из-за несчастных событий, и горечь из-за собственных ошибок, и радость от встречи, и надежда на возрождение...и, быть может, возвращение.
- Дафна, - повторил он, словно смакуя её имя, пробуя его на вкус, - я хотел бы сообщить тебе кое-что важное. Это касается и тебя, и меня, и Астории. - Только... - юноша огляделся. - Лучше сначала сядь. Пожалуйста, - попросил он её, придвигая стул заклинанием. - Недавно я говорил с профессором Снейпом. Полагаю, он думал, что я осведомлён... Не знаю, когда родители собирались мне это сообщить... Иными словами... Вероятно, в скором времени мы станем одной семьёй. - Драко остановился, пытаясь понять, продолжать ли ему говорить и догадалась ли она, что всё это значит.

Отредактировано Draco Malfoy (30.12.20 01:07)

+3

7

Свет.
Тёплый свет озарил подземелье, прогоняя мрак в дальние углы. Взмахом палочки Драко зажёг все свечи, и их огоньки будто согрели девушку. В полумраке все неясные предметы кажутся зловещими. В молчании все невысказанные мысли кажутся тяжёлыми. Поэтому Драко не стал перебивать её, давая выговориться полностью, без остатка. С последним словом Дафна действительно почувствовала огромное облегчение и лёгкость. И была очень благодарна за это юноше. Чтобы ни произошло с ними дальше - она сказала. Она объяснилась и предупредила. Дальше... дальше путь их отношений должны прояснить слова Драко.

Девушка невольно кусала нижнюю губу, слушая его ответ. Сердце совершило кувырок, когда Драко сказал, что понял и запомнил её слова. Что вспомнит о правильном выборе в нужный момент. Так просто? Почему же она боялась сказать ему обо всём раньше? Почему так боялась, что он её не услышит и не поймёт? Всё, что он говорил, указывало на обратное - он слышит её. По настоящему слушает и слышит. Даф едва сдержалась от новых объятий, но нужно было дать другу высказаться до конца. Он всё понимал. Но он хотел стать частью этой системы, он принимал её. Не оправдывал, смотрел трезво - от этого Даф стало легче. Но и сложнее. Значит, Драко сделал свой выбор. А она?

Он прав - всё это есть в любом обществе. Привилигированные и униженные. Верхушка и основание. Но на этой вершине находятся страшные люди. Далеко не все, но те, кто способен на настоящий геноцид - она знает их. Она выросла с ними. Она не сможет им простить. Девушка невольно подняла брови на слова о Дамблдоре - в отличие от многих слизеринцев, она искренне уважала директора, считала его воплощением порядочности и добра. Глупо, конечно, верить, что этот великий маг - эдакое воплощение Санты на земле. Судя по всему, Драко знал о нём что-то, чего Дафна и не подозревала. Или это слизеринское предубеждение? Впрочем, для самой девушки это мало, что значило. Пока. Гораздо важнее для неё стало простое слово "скучал". Даф почувствовала, как счастье захлестнуло её с головой. Разряд молнии пробежал по всему её телу от пальцев юноши, что перебирали её волосы. Дафна поймала его руку двумя горячими ладошками и сжала её, крепко и нежно. Она хотела передать через них всю свою любовь и благодарность за эти минуты. Драко боялся, что она не захочет говорить с ним. Она боялась, что он не захочет говорить с ней. От абсудрности их обоюдного страха и вынужденного отчуждения она едва подавила счастливый смех. Как это было глупо - и с его, и с её стороны. Как можно было столько времени нарочно избегать друг друга и при этом невозможно сильно скучать. Дураки. Они оба дураки.

Дафна радостно улыбалась, смешно поморщившись и покачав головой на его слова о её доброте и чистоте. Нет, это неправда. Неужели Драко действительно так о ней думает? Ведь она и сама не знает, кто она. Правильно ли поступает. И словно услышав эти мысли, Драко озвучил их. Дафна выпустила его руку, её улыбка погасла. Он не хотел её ранить. Но всё же Даф почувствовала острый укол прямо в точку её боли и страхов. Неужели она действительно ведёт себя, как взбалмошный ребёнок? Подставляя своими бунтарскими протестами прежде всего Тори. Самое важное и ценное, что у неё есть. Её любимую Асторию. Своими действиями, словами, выбором, она действительно может испортить ей будущее. То будущее, которое хочет продолжить вслед за их именитым родом её сестра. То будущее, которое прежде всего должна продолжать она, Дафна. Вместо этого она рушит последнее, что осталось от репутации и силы её семьи.

Даф прикрыла лицо руками, выдыхая. Жар окатил её щеки. Вскинув голову, девушка ответила:

- Я не собираюсь дружить с магглами, Драко, - Дафна невольно осеклась, услышав себя со стороны. На этой фразе её подбородок невольно гордо вздёрнулся, левая бровь поднялась в презрительной дуге, а в тоне проскользнуло тонкое высокомерие. Девушка нервно сжала кулак, чувствуя холодный металл их родового перстня на пальце. - То есть... - почувствовав, что запуталась в собственных убеждениях, девушка всё же продолжила - Дело не в них. И я хочу, чтобы Тори была счастлива и жила так, как того достойна. Но я не смогу забыть. Не смогу простить всем этим напыщенным аристократам то, как они отвернулись от нашей семьи в момент горя. Как отца, перед которым так лебезили и уважали, скинули со всех счетов. Его прогнали из общества, выставили из Министерства. Отвернулись от нас - все эти именитые  "друзья" стыдливо и молча ушли в сторону. Отец стал для них монстром, низшим существом. Он не выдержал этого, он ушёл, Драко, и я не знаю, где он - голос девушки на секунду сорвался, но она подавила в себе непрошенные слёзы - Только дядя-предатель крови и его жена-маггла помогли ему. А затем и приютили нас. Как я смогу забыть об этом, улыбаться этим людям на светских раутах, делать вид, что я презираю тех, кто спас нас в тот страшный момент? Нет, я не смогу... Я не светлая и чистая, Драко - она потупила взгляд, но гнев всё же прозвучал в её голосе - Потому что я зла на чистокровных магов, а не добра к маггловскому роду.

Девушка выдохнула и вновь подняла взгляд, но гнев в ней мгновенно утих, стоило ей взглянуть в глаза юноши, полные понимания, сочувствия, любви. Дафна слабо улыбнулась и сказала расстерянным, почти детским голосом:

- Я не знаю, что мне делать. Кто я и кем хочу быть. Я не хочу предавать забвению всё, чем являлся всегда род Гринграссов. Я хочу помочь Астории во всех её стремлениях, дать ей лучшее будущее. Но где ей будет лучше? Где будет лучше мне? Я не знаю. Я, возможно, и смогла бы стать главой рода, как того бы хотели мама и папа. Но я не знаю, как. Как мне ей стать? И я не уверена, что в моей душе хватит сил на прощение. Или на настолько сильное лицемерие.

Огромные волны океана ударялись о пологий берег. Белокурые волосы двух детишек трепали сильные порывы ветра. Их бег в сторону пляжа сменился медленный шагом. Завороженные, они наблюдали за тёмной мощной стихией, неумолимо поднимающей к ним серые волны. Особняк Гринграссов светился неподалёку десятком тёплых огней. Большой и просторный дом, наполненный светлым деревом и воздухом. Утёс, на котором он стоял, открывал прекрасный вид на океан по одну сторону, и на Озёрный край по другую. Но они убежали из него в прохладу вечера, чтобы посмотреть на начинающийся шторм.
Дети подошли чуть ближе. Брызги волн долетали до их ножек, они несли с собой мелкие камешки. Вода стёрла их края, и камни были совсем гладкие и круглые. Дафна наклонилась, подобрав один - красивый розовый камушек казался почти драгоценным, так его отполировала морская стихия. Драко смело встал впереди девочки - как её рыцарь, он не позволил бы своей даме быть похищенной коварным штормом. Он знал - Дафни может безрассудно залезть на высокий тополь или попробовать на себе натиск бурного океана. Иногда другу приходилось оберегать девочку от самой себя - слишком уж любопытной и смелой росла его подруга. Но Даф с восторгом разглядывала найденное розовое сокровище, гладя его бархатную поверхность.
Девочка о чём-то думала. Если её мысли можно было сложить во что-то цельное, то скорее всего это были бы такие слова : "Сколько труда нужно, чтобы твёрдый камень сделать гладким и круглым! А вода делает это. Море неустанно и терпеливо катит свои волны и побеждает самые твёрдые камни. Спасибо вам за то, что вы научили меня, быстрые волны! Я буду, как вы..."

На секунду девушке показалось, что они думают об одном и том же. Но вдруг Драко стал серьёзнее, он несколько раз произнёс её имя, будто не зная, с чего начать. Сердце девушки болезненно сжалось в предчувствии. Он не просто так решил с ней встретиться. Что-то произошло. Но Дафна твёрдо решила - чтобы Драко сейчас не сказал, о чём бы не сообщил или не попросил, она сделает всё, чтобы остаться его другом. На просьбу присесть девушка отреагировала мгновенно, почти упав на придвинутый стул - слабость в ногах была тому причиной. Что может касаться их троих? Что могло случиться такого страшного и важного? Волнение выбило из Даф все силы, и она села, молча смотря снизу вверх на Драко.

- Одной семьёй? - эхом повторила девушка.

Ей показалось, что прошли долгие минуты, которые сопровождал только громкий стук её сердца. На самом деле девушка ответила почти мгновенно. Даф посмотрела на свой перстень, затем снова на Драко. Волной шторма её окатило осознание. Все те давние намеки родителей из прошлой жизни. Из далёкого сна. Разве они не расстаяли в небытие, как и их великая семья?

- Ты имеешь ввиду... Но дядя бы сказал мне... Постой, он бы и не стал это организовывать. Он же против этих устаревших договорных браков. Это абсурд. Ты уверен? Кто же мог... Постой - девушка тряхнула головой, будто отгоняя эту мысль, как навязчивую муху - Твои родители это запланировали? Как тогда, когда нам об этом намекали в детстве? Но с моей стороны ни я, ни мои опекуны не давали согласия. То есть... - девушка почувствовала, как краска заливает её лицо - Ты мне очень дорог, я люблю тебя, но не... так. Ничего не понимаю, - Даф прикрыла глаза, и тут вспомнила ещё одну важную деталь в словах Драко - А при чём здесь Астория? - девушка быстро подняла голову, цепляясь за каждую черточку бледного лица юноши.

Отредактировано Daphne Greengrass (23.01.21 23:07)

+4

8

Близость познаешь на расстоянье,
Чтоб вернувшись, бережней беречь (c)


Он замер, чувствуя, как по всему телу разливается что-то тёплое, волна тихого, безоблачного счастья накрывает  с головой - и всё от простого прикосновения. Она сжала его руку - но будто сердце тоже оказалось сжатым в её нежных ручках, таких всегда горячих, мягких, ласковых. На секунду он позабыл, как дышать. На личике её возникли забавные знакомые «морщинки» от улыбки - как он любил их, когда они появлялись в уголках глаз, когда она смеялась. Какой же я идиот. Всё могло быть другим. Всё ещё может стать другим. Что, если это сама судьба даёт им шанс?
Слова девушки заставили его задуматься. Где-то она была права. Но всё равно было больно, словно ножом по сердцу. Я не забывал никогда, Дафна. Я писал тебе, но – без ответа.
В голову пришла мысль, что если они станут одной семьёй, у него появится возможность заслужить её прощение. И тогда он решился сказать о том, зачем и искал, и отметил про себя, что Дафна удивлена так же, как и он. "Значит, они и ей не сказали", - подумал он с некоторым осуждением. По его мнению, Дафна должна была узнать обо всём первой, и не от него, а от миссис Гринграсс - той самой двоюродной бабушки, у которой жила Астория, - или же от его родителей, ведь она всё же глава рода, она имела на это право даже больше, чем он, обязанный подчиняться родителям. Но отец никогда не стал бы пренебрегать приличиями, он и сына так научил. Быть может, сообщить Дафне было поручено миссис Гринграсс? Возможно ли, что достопочтенная леди решила поступить по-своему - так, как ей казалось правильным? Исключать сей фактор было нельзя.

- Вижу, тебе они тоже не сообщили, - констатировал Драко. - Может быть, они хотели сообщить нам обо всём, но позже, однако так случилось, что мы узнали сами. Ты мне тоже очень дорога, Дафна, и ты знаешь, что я всегда любил вас с Асторией как сестёр. Вы обе дороги мне. Я никогда не думал о браке всерьёз, полагая, что ещё есть время, оттого и намёки казались призрачными. далёкими...
- Ничего не понимаю. А при чём здесь Астория?
- Постой, я сейчас обо всём расскажу. С того времени, как мы распознали те намёки об объединении двух семей, мало что изменилось. Понимаешь, в договоре речь идёт об Астории... Но без нас - поспешил успокоить он девушку - они ничего не смогут: профессор Снейп сказал о "почти заключённом договоре", потому что магия подействует, только когда на нём будут стоять наши подписи. Твоя в том числе. Твой дядя и не давал на это согласия, да его и не спрашивали. Насколько я понял, переговоры велись с миссис Гринграсс, ведь она, если не ошибаюсь, считается опекуном Астории? И если ты...или вы с Асторией не захотите, я приму это, и тогда и сам откажусь, потому что не желаю принуждения и больше всего хотел бы видеть вас счастливыми.
"Только я совершенно не представляю, как сказать об этом Тори. Она же её такая юная, почти дитя!"
Сейчас Драко хорошо понимал чувства и эмоции Дафны, они были схожи с его собственными... Он ходил взад и вперёд по лаборатории, пытаясь собраться с мыслями и объясниться с Дафной до конца, чтобы раз и навсегда прояснить всё окончательно, чтобы более никакие недомолвки и непонимание не мучили их.

- Скажи, Дафна, - начал он, наконец остановившись и присев перед ней, - неужели ты не получали писем от меня и остальных наших друзей? Ни разу, ни одного? – Поднявшись, он вновь заходил по лаборатории. Это представлялось чем-то невероятным. Уговорить Пэнси было несложно, да и все друзья, вся их компания очень волновалась за сестёр Гринграсс, а он так переживал, что постоянно рвался их увидеть. Родители отговаривали: девочкам нужно время, но сейчас было совершенно очевидно, что им нужно было не время, а друг, друг рядом! Отец тогда даже едва не наказал его за капризы, но мать остановила: они ведь так дружили с самого детства… А потом они собрались и решили уговаривать взрослых до тех пор, пока они не уступят и не согласятся, и ведь почти получилось же!.. Совы летали практически без отдыха в поместье Гринграсс, к дому брата её отца, назначенного опекуном… но ответ не приходил. Был устроен вечер в память леди Гринграсс, так безвременно рано покинувшей своих дочерей. И девочек там очень ждали… Надежда теплилась где-то в уголке сердечка, крошечный огонёк её горел, не поддаваясь холоду тревоги и ветру отчаяния, пытавшимся задуть его.
- Я ждал хоть какой-то весточки… - завершил рассказ Драко. - Они уже почти согласились, да и кто бы мог отказаться! Ведь принять вас как своих воспитанниц сочла бы за честь любая семья. И сейчас, если ты захочешь, я смогу тебе помочь, научить управлять родовой магией и пройти, когда наступит время, особый ритуал. Что касается твоего отца... мне кажется, я знаю, где его искать.

Говорят, опасно недооценивать противника. Ещё опаснее недооценивать союзника. И ещё хуже  недооценивать детей. Эти маленькие существа, на которых никто и никогда не обращает много внимания, всё подмечают, замечают, запоминают и слышат, и очень трудно, очень сложно что-либо скрыть от них. Когда же они вырастают, их по привычке продолжают считать ещё детьми, не воспринимая всерьёз и лишь снисходительно улыбаясь шалостям и грозя пальчиком в ответ на капризы. И совершают большую ошибку: дети, принимая условия игры, учатся быть незаметными, осторожными и внимательными, в особенности, если заметят, что от них пытаются что-то скрыть нечто важное. Быть может, поэтому юноша знал чуть больше, чем предполагали родители.
Из разговоров Пожирателей Смерти, собиравшихся однажды в Мэноре во время каникул, стало известно ему, что отца Дафны и Астории нужно искать среди стаи Фенрира Сивого, а затем услышал ненароком, где сейчас они обитают. Наверняка есть - должен существовать! - вариант, при котором дочери и отец могли бы встретиться. А уж он сделает всё возможное!  И невозможное тоже - потому что всё так или иначе осуществимо, а чего только не сделаешь ради улыбки, ради светящихся глаз. Это выше любви в привычном её понимании, это выстраданные, долгие отношения, прошедшие испытание временем. Я скучал. И я скучала. Такие простые слова. И нечего жалеть о том, что, будь они сказаны раньше... Зачем, если прошлого им не изменить? Зато настоящее в их власти. "Я приду, когда другие не придут".
Как-то раз, в одной книге встретились им стихи, врезавшиеся в память надолго, навсегда, и ставшие словно негласным их девизом. Они как раз и вспомнились юноше. Он взглянул на девушку, опустился перед на колено, и, легонько сжав её ручку в своих, прошептал, глядя глаза в глаза:
- Помнишь?.. Я не скажу тебе, что значит дружба… - медленно начал он, следя за её реакцией. - Мне кажется, слова излишни тут. Ты... - он поднёс её руку к груди, к сердцу - в тишине лаборатории был слышен частый стук его, - ты лишь спроси меня о том, что тебе нужно, - последние слова произнёс он совсем тихо, как если бы у него вдруг не осталось сил, не хватило дыхания. А затем - показалось ему или нет, будто тихий девичий голос присоединился к нему, и последнюю строка прозвучала как обещание, как клятва: ...И я приду, когда другие не придут.

Стихотворение взято отсюда, автор неизвестен

Отредактировано Draco Malfoy (08.03.21 00:50)

+2

9

Вижу волну, что мне беды несёт
Когда свои воды обрушит
Буду я той, что всё сносит и ждёт
И гром мой голос заглушит (с)

***
Кричать. Как же захотелось кричать.
Но тишина всегда будет громче.

Дафна слушала, раздражаясь на свое сердце. Почему оно стучит так громко, что вот-вот заглушит слова Драко? Непонимание, страх, презрение, осознание охватывали ее приливами волн. Сливаясь в одну, огромную водяную глыбу, которая вот-вот должна была раздавить ее.
И она раздавила, одной короткой простой фразой.

"В договоре речь идет об Астории".

Это прозвучало сокрушительным громовым раскатом. Девушка вскочила на ноги, силясь перекричать этот грохот в ушах.
- Тори, – на деле охрипшим голосом еле проговорила Даф, не помня себя – Драко, что за… Она еще ребенок! – голос слизеринки окреп, глаза недобро сверкнули. Глаза ее властного отца - Мой ребенок, моя Астория!

Драко тут же поспешил ее успокоить.
"Без нас они ничего не смогут…".
Девушка скептически хмыкнула, всплеснув руками. Весь ее вид буквально кричал: «Не будь же ты так наивен!». Но Драко продолжал говорить, не давая себя перебить и чуть повысив голос - только для того, чтобы звучать решительнее.
"Больше всего я хотел бы видеть вас счастливыми".
Дафна резко отшатнулась от друга, будто вслед за громом между ними пробежала молния. Прикрыв лицо руками и выдохнув, девушка облокотилась о спинку ближайшего стула. Она смотрела куда-то вниз, не на юношу, но сказала чуть более спокойно.

- При чем здесь счастье? Зачем вообще тебе нужен этот балаган, Драко? Этот договорной брак с малышкой Тори? Это даже звучит абсурдно. Просто потому, что так нужно чистокровному обычаю, что пришел в негодность столетия назад? Жениться можно и нужно по любви. И когда ты действительно созрел для этого. Все эти разговоры о сохранении чистоты крови – тебе самому не смешно?

Драко молчал – девушка почувствовала спиной, как он начал мерять шагами лабораторию. Он явно давал ей время переварить услышанное, высказаться, понять.
Но она не понимала.

- Ты ошибаешься, - на этот раз по-настоящему зло бросила Гринграсс в сторону ходящей тени. Но злость ее была не на друга, очевидно, ее вызвало следующее имя – Бабуля Мелани, эта старая и жестокая интриганка, никогда не являлась опекуном Астории. Она не имеет никакого права на подобные переговоры. Наш опекун – наш дядя. То, что Тори предпочла провести последние каникулы с ней – «А не со мной» - было… ее личным решением. Так что в одном ты точно прав – только через мой труп я позволю торговать своей сестрой, как бараном на ярмарке.
Девушка выдохнула, ее плечи опустились. Тон постепенно становился мягче. Она приняла решение не потерять дружбу с Драко. Значит, нужно было взять себя в руки. К тому же, парень явно затеял эту встречу с ней из благих побуждений.

- Ты говоришь про мое желание, про желание Астории… а что насчет тебя? Неужели ты хочешь брака с Тори…? – Дафна повернулась к Драко всем телом. Его лицо скрывала тень от окружающих их полок с котлами.

«Желание Астории…»

Дафна осеклась. А каким же будет желание ее сестры? Чем она, Дафна, отличается от тех, кто хочет выдать малышку замуж, если не спросит ее мнения?

«А зачем вообще ее спрашивать», - резко отбросила в сторону эту мысль девушка – «Ей не нужен договорной брак в юном возрасте без любви ради сохранения мнимых идеалов этих напыщенных индюков. И точка.»

И точка.

- Ты не будешь говорить со взрослым, особенно с мужчинами, в таком тоне, Дафни. И точка.
- Нет, Даф, ты должна выучить генеалогию всех родов Европы, а не только Англии. И точка.
- Не говори и не смейся так громко, это никому не нравится. И точка.
- Еще раз увижу свет в твоей комнате ночью, юная мисс, и про весенний пикник можешь забыть. И точка.

Это была любимая фраза Брайна Гринграсса, их отца. Сколько себя помнила Даф, он одергивал ею девочек, наставлял, запрещал и ругал. После нее нельзя было продолжать спор – это был знак того, что терпение папы подходит к концу. Что данное решение не подлежит никаким обсуждениям или уступкам.
Дафна по-настоящему растерялась. Она должна себя вести как отец, как глава семьи и ответственная за жизнь Астории? Или должна дать сестре столько же свободы воли, сколько бы ей хотелось самой? Но отец бы таким новостям только обрадовался…

Даф посмотрела на Драко, медленно сев обратно на стул. На лице девушки боролись тысяча эмоций, сливаясь в одну – решимость. Дафна покрутила на пальце фамильный перстень Гринграссов. Морщинка залегла между бровей слизеринки, сделав ее лицо более взрослым. Она заговорила, осторожно, медленно, будто пробираясь шаг за шагом по тонкому льду. Сама не зная, куда она сделает следующий шаг, тот ли путь выбрала. И к какому берегу.

- Прости, что сорвалась. Это были очень… неожиданные новости. И ты поступил очень правильно, что рассказал мне. Я это очень ценю. Но ты понял, что бабушка Мелани ввела вас в заблуждение. Она не опекун Астории  – наш опекун дядя Рэндальф. Она не глава рода. Глава…

«Мой отец. Нет...»

- Глава – я, - неожиданно и резко сказала девушка. Она выпрямила спину, мысли продолжали лихорадочно метаться в голове, но голос был тверд – Я была не права. Все эти дела чистокровной верхушки: встречи, договоры, политические и внутрисемейные решения, сделки… Пока они нас касаются напрямую, я не могу держаться в стороне. Они ни во что не ставят моего дядю, что и понятно. Но судьбу моей семьи и моего рода я не оставлю на произвол каждого захотевшего. Значит, я стану главой рода, который будет иметь для них вес – Дафна кивнула, то ли самой себе, то ли Драко – Передай это своим родителям… пожалуйста. Пока что, ради Астории и всего нашего наследия. И я поговорю с Тори сама. Чуть позже, -  сказала девушка уже проще, потерев пальцами переносицу – Она сама должна решить свою судьбу. Но если она захочет продолжать семейные «традиции», быть той, кем бы ее хотели видеть наши родители, входить в этот условно-чистокровный маскарад и политику – Дафна еле сдержала ухмылку – то я ее поддержу. И думаю, тогда ты действительно будешь идеальным кандидатом на эту «роль».

Девушка постаралась, чтобы последняя фраза прозвучала ласково. Ведь она действительно так считала. Но нотку горечи скрыть все же не удалось.
Драко остановился и сел рядом с ней. Дафна грустно улыбнулась. Кажется, ее друг был так рад ее решению, что решил «подсластить» горькую пилюлю свалившейся на Дафну ответственности решения. Обелить тех, против кого так взбунтовалось сердце девушки. А может, он действительно не понимал, что произошло тем летом. Гринграсс внимательно выслушала его, не перебивая – ведь и он ей позволил выговорится и принять решение. Затем она посмотрела чуть вверх, в серые глаза друга – даже присев перед ее стулом парень был куда выше Дафны. Робко и тихо, подбирая слова, девушка, наконец, ответила. Неужели это недопонимание их так отдалило? Нужно было объяснить свое поведение раньше… А может, всему было свое время. Дафна нежно провела рукой по волосам Драко, испортив ему прическу, но получив от этого незатейливого жеста небольшое расслабление и тепло.

- Прости меня, Драко. Я получала письма. Но читала, по правде сказать, лишь некоторые. В основном твои. Спасибо, что кого-то попросил, а кого-то и заставил, - лукаво и проницательно подчеркнула Даф – написать их. Ты слал их по верному адресу, но я была не в этом мире. Я была… Ох, мне правда сложно это описать. Как во сне, из которого ты хочешь, но не можешь очнуться. У меня не было сил отвечать вам. Тебе. Я не знала, что тебе ответить. Два слова: «Мне плохо». Разве это ответ? - вздохнула девушка – Наверное, это было малодушно с моей стороны. Ты переживал, гадал, затем отошел в сторону. Я сама оттолкнула тебя, многих. Но тогда мне это было нужно. Я была болотом, и не хотела тащить вас за собой. Вы должны были жить дальше, а я – бороться с топью.

Дафна снова провела рукой по волосам Драко, заставляя их забавно топорщиться. Не в пример его вечной «прилизанности». Ребячески улыбнувшись этому, Даф вмиг посерьезнела.

- Что касается того «вечера памяти» мамы… Я действительно сама решила на него не ходить. И не сказала о нем Тори. Что, возможно, было ошибкой. Понимаешь, я почувствовала себя товаром. Ты не видишь очевидного - они это согласились организовать, только когда папа пропал с поля зрения. Будто теперь для чистокровного высшего общества мы «постирались» - зло ухмыльнулась Дафна – Отмылись. Только тогда они вдруг решили сделать «день памяти» - этот пафосный прием. А сказать, сколько из них было на ее похоронах? – Даф махнула рукой – Да, некоторые тогда решили нас взять к себе. Очень благородно, какая честь – благородные сиротки Гринграсс. А до этого? А до этого большинству было плевать на нас. Никто не помог отцу. Ни деньгами, ни здоровьем, ни общением, ни связями. Только дядя. Но когда папа вылечился, став оборотнем – резко подчеркнула это страшное слово Дафна – только когда пропал с поля зрения, они вновь «появились» в нашей жизни. Наверное, понадеялись, что он покончил с собой, - голос девушки дрогнул – И тут же все захотели быть опекунами. Устраивать бал в честь матери. Заключать нами сделки, браки и договоры наследства. И еще Салазар знает что. Я знаю, твои мотивы были искренними. Но, пожалуйста, не думай, что после случившегося я поверю в чистоту решений чистокровных «политиков».

Девушка хотела встать, но Драко, сидевший подле, так внимательно вглядывался в нее, что Дафна осталась.

- Я не хочу задеть тебя или твою семью. Я знаю, что мир не черно-белый, несмотря на мой максимализм. Все относительно и сложно. Возможно, я не права, и стране нужен подобный строй и решения, кто его знает. Я и сама себя не понимаю. Обиженная на аристократов, меня все же тянет к ним, к тебе. Я люблю тетю, интересуюсь новым магловским миром, но при этом чувствую, что я выше этого. Это внушается нам с детства слишком глубоко в подкорку.

Дафна снова коснулась перстня Гринграссов.

- Но самое страшное знаешь что? Если ты не знаешь, чего хочешь, то за тебя это решают другие. Вот этого я боюсь больше всего. Именно поэтому, ты прав - я постараюсь забыть им обиды. Стать той, кем должна, ради Астории. Я буду рада научиться и родовой магии и… пройти ритуал, - кивнула, чуть улыбнувшись, Дафна – Спасибо тебе.

«Но почему у меня такое чувство, что что-то вновь сможет сбить меня с этого пути? Разве может быть что-то важнее будущего Астории и рода Гринграсс?»

Драко будто ждал от нее именно этих слов. Девушка едва сдержалась от закатывания глаз – революционер, что за один разговор с другом решает отступить? Наверное, даже сам Малфой не ожидал, что это будет так просто. Дафна и сама до конца не осознавала серьезность сказанных ей сейчас слов. Но должна попытаться осознать.
И вдруг он сказал, так, словно только теперь мог рассказать самое важное:

"Мне кажется я знаю, где искать твоего отца".
Сердце пропустило один удар. А может, и вовсе остановилось. Радость и шок захлестнули Дафну с головой новым цунами. Не успела она отойти от первого.

- Он жив! Он… где он?! – едва не вскочила вновь Даф, но Драко, словно маленького ребенка, усадил девушку на место.
Неожиданно, словно гипнотизируя Дафну, парень медленно начал читать знакомый до боли стих. Стих из далекого, кристально чистого детства. Их детства. Он поднес ее руку к своему сердцу, отбивая каждому слову ритм ударами сердца. Он говорил все тише, все проникновеннее. Как тайну, как молитву. И девушка, поддавшись внезапной магии – совершенно другой магии – тихо закончила стих вместе с Драко.

- И я приду, когда другие не придут…

В лаборатории повисла оглушительное безмолвие. Были слышны странные потрескивания и шелест от живых ингредиентов с полок. Почти беззвучный металлический звон от стенок котлов. Невесомость легкой дымки давно рассеявшихся зелий. И пронзительное перестукивание двух сердец.

Даф молчала, почему-то боясь нарушить первой желанным вопросом натянувшийся тетивой воздух.

Ведь тишина всегда будет громче.

Отредактировано Daphne Greengrass (09.05.21 05:10)

+2

10

И мы увидим в этой тишине
Как далеко мы были друг от друга,
Как думали, что мчимся на коне,
А сами просто бегали по кругу.

Мог ли представить Драко, что именно эта новость заставит Дафну вернуться, вспомнив, кто она? В тот момент, когда говорил, - нет. Он просто понимал, что если не расскажет, если Дафна узнает от кого-то другого и поймёт, что н был осведомлён, но промолчал, то потеряет её навсегда. Известие девушку взволновало. Когда же она спросила о его желании, то юноша не сразу нашёлся, что ответить: отец редко спрашивал, чего хочет он. Желания детей не интересовали взрослых... Он принял это как приказ, как привык принимать любое другое указание отца, хоть и не чувствовал себя готовым к браку.
Да что там! Юноша прежде не думал о нём! Он учился, влипал в приключения, развлекался, встревал в переделки с Поттером, играл в квиддич, мечтал выиграть Кубок Квиддича, отдавался свободе насколько было возможно, иными словами, просто жил, ни о чём не заботясь. Мысли о браке даже не посещали его. У него была девушка, с которой он встречался, иной раз позволяя себе лёгкий флирт с другими, - так, забавы ради, они ссорились и мирились... В него влюблялись девушки, чьи надежды и фантазии он разбивал несколькими словами, и слёзы их не трогали его.
Только Дафна была для него особенной. Она была сестрой. Она отличалась от других девушек, как небо от земли, как солнце и месяц, весна и осень.

- Она не глава рода. Глава… - на несколько секунд воцарилась тишина, в которой можно было услышать дыхание. Что окажется сильнее, что победит? Натянутая струна со звоном лопнула, разорвалась - в тишине раздался уверенный голос подруги:
— Глава – я.
Драко выдохнул. Такую Дафну он знал. И радовался, что теперь им ничто не помешает быть снова вместе. "Представляю реакцию родителей, когда они получат письмо!" О, он непременно передаст им слова Дафны. Надо только подумать, как всё обыграть, чтобы не выдать профессора Снейпа. Юноша готов был поддержать её, чем только сможет. Решение рассказать Тори было верным. И, пожалуй, ему при этом разговоре лучше не присутствовать. Кто, как не родная сестра, сможет найти подходящие слова?

"Спасибо, что кого-то попросил, а кого-то и заставил". Он опустил ресницы, скрывая озорной блеск глаз. Было дело... Не без греха... Он слушал Дафну со вниманием, понимая, что действительно видел лишь одну сторону, но она, которой выпали на долю тяжёлые испытания, смогла взглянуть на привычные вещи иначе. Драко не был глуп, чтобы не понять - ещё тогда - то, что Дафна говорила о Лорде Гринграсс. Или теперь уже мистере Гринграсс? Будет сложно привыкнуть, и в его памяти навсегда останется образ мужчины, привечавшего его как собственного сына.

- Обиженная на аристократов, меня все же тянет к ним, к тебе.
"А меня к тебе, - подумал он в ответ. - Ты сама аристократка, этого не отнять. Это нормально, что тебя тянет домой. Может быть, где-то в глубине души ты и хотела вернуться..."
- Спасибо тебе.
- Я ещё ничего не сделал, - сказал он так тихо, что еле можно было разобрать, не помня себя от внезапно нахлынувшего счастья. Как радостно было видеть улыбку Дафны... А потом она присоединилась к нему, и в унисон прозвучали последние строки стихотворения.

- Ты помнишь, - прошептал он восхищённо. - Помнишь эти стихи... - Она не забыла, они значат для неё так же много, как и для него. Ликованием исполнилось всё его существо, его сердце, его душа. Помнит. Он улыбнулся ласковому её жесту. Какое дело до того, испорчена причёска или нет, когда он был близок к тому, чтобы потерять родного, близкого человека! Какое счастье, что они снова вместе!
- Да, он жив, - коротко ответил Драко, наблюдая за девушкой. - Жив и здоров. Но, - продолжал он, - боюсь, тебя огорчит то, что ты услышишь. - Взглянул на неё, будто силясь прочитать ответ в глазах: продолжать? не продолжать?
- Он сейчас обитает вместе с другими оборотнями, со стаей Фенрира Сивого... И тоже, наверное, скучает по вам. Если хочешь, можем попробовать передать весточку от тебя. - Говорить, что в Мэноре время от времени проходят собрания Пожирателей смерти, Драко не стал. Сивый иногда появлялся на них, обычно не один, а с кем-нибудь из "стаи". Шансы были невелики. Быть может, если подумать, можно найти другой способ? Быть может, удастся уговорить отца помочь им? Или ему лучше не знать?

- Ах, - вздохнул он, завладевая второй её ручкой и сжимая их в своих, - если бы ты написала мне два слова "мне плохо", я бы знал, что ты хочешь меня видеть и пришёл, прибежал бы к тебе. Протянул бы руку, чтобы вытащить тебя из трясины, - тихо сказал он, глядя в глаза девушки и мягко улыбаясь. Руки у неё такие тёплые. Дафи... Дафна. Всегда дарила всем свет и тепло.
- Всё хорошо. Я рассказал тебе о планах взрослых, потому что не мог поступить иначе. Потому что ты должна была знать. И Астория тоже. Меня редко спрашивали о мох желаниях. Я всегда знал, что должен буду исполнить волю отца, но всё это казалось таким далёким... Я никогда не думал о браке всерьёз. И сейчас не знаю, хочу ли я. Астория - милая, добрая, прекрасная девушка, но я не уверен... Я не готов. В любом случае у нас есть время до окончания школы, до совершеннолетия Тори.

В голове у него крутилась фраза, брошенная Дафной в порыве злости: "Все эти разговоры о сохранении чистоты крови – тебе самому не смешно?" Он не мог представить, как повернулся бы их разговор, если бы он ответил "нет". Драко всерьёз воспринимал чистоту крови: это наследие предков, традиции рода, сохранявшиеся веками. Поэтому чистокровные не приемлют брака с магглами или маглорождёнными - те слишком далеки от их культуры, им не понять то, что ребёнок, родившийся в чистокровной семье, впитывает с молоком матери: "это внушается нам с детства".  Слишком велика пропасть, слишком много различий. А любовь... Любовь всё ещё оставалась для него расплывчатым, абстрактным понятием. Он не знал её. Его родители, как видел Драко, относились друг к другу с уважением. Но любила ли мама отца? Любил ли он её? Он никогда не спрашивал об этом...
Осознание того, что он едва не потерял милую его Дафну, болью отозвалось в где-то в груди, но радость от встречи была сильнее, заглушив её. Хотелось наверстать упущенное, проводить больше времени вместе, не отпускать... Слова вырвались сами:
- Поедем на каникулы к нам? Помнишь, как мы спрятались, а нас потом искали по всему дому?
Однажды, играя, дети забежали в одну из тех удалённых комнат, что содержатся в замках в качестве запасных, если необходимо расселить на ночь большое количество гостей. Оттуда направились они дальше, пока не дошли до какой-то почти незаметной двери без ручки. Старые замки хранят множество секретов, волшебные замки, где у стен есть память, - ещё больше. Каким-то образом удалось шалунам открыть её - а может, помогла родовая магия, и дверь отворилась для юного наследника и его подруги, - но только искали их долго. Что нашли там, Драко уже и забыл, но пришлось объясняться перед родителями, что они не нарочно убежали, а просто не заметили, как пролетело время.

К нам. Мы. Ты и я. Нет: ты, Тори и я. Как раньше уже не будет, но мы можем попытаться изменить свою судьбу. "Тот редкий случай, когда главой рода становится женщина - даже девушка, школьница. Ты будешь теперь наравне с ними - могущественными лордами - и им придётся считаться с тобой. Ты займёшь место своего отца в Визенгамоте, которое издревле передавалось от главы рода его наследнику". Мысли эти позабавили Драко. Но тут же на смену им пришли другие: Тёмный Лорд, Пожиратели Смерти, война... Дафну и Асторию необходимо укрыть, спрятать от опасности. Надёжнее фамильного поместья Гринграсс, защищённого родовой магией, места нет. Необходимо привести его в надлежащий вид, прежде чем отправлять девочек туда. До летних каникул как раз есть время.

+1

11

Неумолимое веретено,
Столетия ниточка вьётся.
Птице из золота петь не дано,
Но в груди моей сердце бьётся (с)

***
Мы забываем сны, когда возвращаемся в реальность. Но мы также забываем про реальность, когда попадаем в сон.

Дафне казалось, что она не заметила, как провалилась в сновидение. Все становилось сумбурнее и быстрее с каждой секундой. Один короткий кивок, один уверенный жест, одно простое слово – и вот она приняла решение, что так долго терзало. Ее реальность вот-вот должна была снова изменится. Девушка ждала облегчения на душе, уверенности, спокойствия. Которые обязательно должны прийти, когда ты просыпаешься от душного изматывающего сна. Но они так и на пришли. Вместо них снова нахлынули сомнения, метания и вопросы. Однако, постепенно, они слегка улеглись. Песок сновидений и дум, вихрем кружившийся в буре ее страстей, опустился. И на дюнах начали проступать ответы.

Она не хочет этого?
Нет, не хочет.
Она может пожалеть об этом?
Вполне возможно.
Она должна сделать это?
Да, должна.

Дафна взглянула на «брата», что подарило ей такое неправильное в своей элитности и высокомерии чистокровное общество. Но его облегчение и радость на лице были самыми настоящими. Самыми чистыми. Девушка слабо улыбнулась. Он видел в ней их будущее, будущее «великих наследников двух великих родов». Дафна и Драко. Как просто. И как сложно. Ведь друг думал, что она приняла окончательное решение. Что ему удалось «вернуть ее на путь истинный», что так тесно переплетался с его. Возможно, так и было. Дафна бы соврала самой себе, если бы отрицала очевидное. Это ее путь, определенный ей с рождения. Но Даф должна была сказать ему всю правду. Хватит больше недомолвок между ними, лжи и молчания. Драко поймет – теперь она это знает. И поможет.
 
- Только… - девушка снова нежно взяла его руки в свои, переплетя пальцы – Дай мне время. Помоги сбалансировать над пропастью, приди, когда другие не придут – улыбнулась Даф их любимой строчке.
– Я не собираюсь бросать дядю и тетю – так же резко, почти властно, как и слова о главе рода, продолжила Дафна – Не сейчас. Он все еще наш опекун. И я все еще обязана нашим жизням ему. И я люблю его, люблю тетю. Многое решит и будущий разговор с Асторией – вздохнула девушка – Но пока я займу нейтральную позицию. Уйду на дно. Я не буду пока разрывать свои новые знакомства и дружбу с полукровными и – Даф особенно это подчеркнула – маглорожденными. Однако не думай, что я не понимаю, что со временем мне придется все же «отбросить»… многих – Даф поморщилась – Я должна подумать, смогу ли я это сделать… Но я осознаю, что чтобы стать вновь уважаемой, занять место отца, стать главной леди Гринграсс, войти в элиту – мне нужно все же поменять «курс» - нахмурилась девушка – и общения, и поведения. Надеюсь, я стану одной из глав «священных 28». Возможно, особенным главой – хмыкнула девушка – Или же не стану вовсе. Но пока ты меня убедил – отпустила руки юноши Дафна, улыбнувшись – Мне необходимо взять все в свои руки. Родители бы ждали этого от меня.

Дафна выдохнула, потерев лоб. Родители… непрошенные и яркие воспоминания на секунду захватили девушку.

На часах было так поздно, родители давно уложили их по кроваткам. Но маленькой Даф не спалось. Сегодня луна была такой необычной – огромной, яркой, великолепной. Девочка давно выскочила обратно из-под одеяла, чтобы, прислонившись к окошку, попытаться разглядеть ее – серебристая красавица коварно спряталась за край дома. И тут Даф обомлела – луна внезапно стала медленно окрашиваться в алый цвет!
«Затмение!» - поняла юная слизеринка – «Нам же рассказывали о таком на Астрономии. Неужели полное?!»
Подумав секунду, Дафни рассудила, что она как-никак закончила первый курс – вполне взрослая. С этой мыслью, девочка тихо вышла из своей спальни, крадучись идя к правому балкону поместья. Стояла теплая июльская ночь, и Даф почти не удивилась, услышав на балконе голоса родителей. Девочка недовольно нахмурилась и фыркнула – ну вот, теперь она ничего не увидит. Может, хоть краешком глаза? Балконная дверь как раз была услужливо приоткрыта.
Дафна заглянула в эту щель. Но в нее был виден только красно-желтый свет луны и женская рука с бокалом вина – мамина. Родители сидели на плетеных стульях, любовались лунным затмением – Дафни снова обиженно фыркнула – и тихо о чем-то беседовали. Девочка услышала свое имя. Любопытство взяло вверх, и Даф осталась послушать.
- Дафна родилась в такую же луну, помнишь? – нежно, но с какой-то настороженностью произнесла Алайна – Кажется, это что-то означает в прорицаниях судьбы?
- Глупости это все, Эль, - отмахнулся Брайан – Никогда не верил в подобную чушь. Луна ничего не сделает ни нашим малышкам, ни нашей семье. Это просто смешно, – уверенно сказал мужчина, подливая жене вина в бокал.
- Да, ты прав, - вздохнула мама – Но я давно думаю о судьбе наших девочек. Точнее о том, что сказал мне целитель весной…
- Эти целители сами не знают, что говорят, - голос Брайана стал жестче – Среди них полно круглых идиотов – уж я-то знаю.
- Да, конечно, дорогой. Но все же… Что если у меня и правда больше не будет ребенка? Что если у нас не будет сына?
На пару секунд наступила оглушительная тишина. Дафна замерла, боясь слишком громко дышать.
- Я не верю целителям, - почти прорычал мужчина, тихо и властно. Но Алайну это не испугало.
- Может быть, стоит написать твоему…? Вдруг он как раз может…
- Он больше ничего не может, Эль, - жестко отрезал папа – Он больше не входит в семью Гринграсс, в наш чистокровный род. И точка. Забудь.
Алайна замолчала, вновь повисла гнетущая тишина. Затем раздался тяжелый вздох, Даф увидела, что папа обнял маму за плечи.
- Если так распорядится судьба, если у нас не будет сына, - давя в голосе горечь, сказал он ласково – То тогда Дафна станет главой рода. Она умная и смелая девочка. У нее есть стержень, характер. Как и у Астории. Я поговорю со всеми нашими. Семья Гринграсс имеет слишком большой вес и значение для истории нашей страны. Они уступят. Я подготовлю ее, когда она немного подрастет, вот увидишь. Дафна справится. Возможно, нет, я уверен, нам даже разрешат матримониальный брак. Она и продолжит нашу фамилию, наш род и наше наследие. Астория же будет частью не менее, если не более, влиятельной семьи, чем мы. Так что не думай о плохом, Эль. Вы у меня самые лучшие, девочки мои, - Дафна услышала, как отец ласково целует маму – Моя королева и две принцессы.

Девушка вздрогнула всем телом. Удивительно, что это воспоминание всплыло в голове именно сейчас. Хотя, возможно, так и нужно было? Отец всегда смотрел на Драко со скрытой болью, очень желая такого сына. Даф знала это. Но он все же верил в нее. Да и мама тоже. Она не должна их подвести.
Но что значит «матримониальный брак»? Дафна примерно догадывалась о значении этих слов. Значит, ей придется искать в супруги чистокровного мужчину из благородной семьи, который согласиться взять ее фамилию и признает главой рода. Скорее всего, это какой-нибудь второй, а то и третий или четвертый брат в семье. Такое было большой редкостью – учитывая еще и крайне узкий круг чистокровных семей Британии. Дафна едва не рассмеялась от абсурдности понятого. Ей что, придется к Уизли подкатывать? У них вон братьев целая орда. Хотя они же «предатели крови» - они не котируются.

«Какая же это чушь, о боги. Вот почему «любимая» бабуля Мелани сосватала за Драко Асторию, а не меня… Неужели мне и правда придется играть свою жизнь по этим дурацким правилам?»
Нет, об этом она точно пока не будет думать. Надо сосредоточиться на том, чтобы стать полноправной главой рода, вернуть уважение и статус семьи, освоить все то, что она должна была, как старшая Гринграсс. А Драко ей в этом поможет – он обещал. Придется постепенно отказаться от своего мировоззрения, от связей с «неугодными»… Нет, пока она просто «помолчит». Заглушит свой голос перед раскатами грома. Всему свое время.

- До моего совершеннолетия дядя останется нашим опекуном – спокойно продолжила Даф - Пока я все подготовлю. В том числе наше поместье. Чтобы занять место в Визенгамоте многое нужно выучить… - тихо, скорее себе под нос, рассуждала девушка - И когда мне исполнится 17, что будет совсем скоро - я стану опекуном сестры, – кивнула самой себе Дафна – Думаю, это будет лучшее решение для всех – девушка снова взглянула в глаза друга - Драко, я не обещаю, что справлюсь. Что смогу их простить, а новую себя «отпустить». Отказаться от нового мировоззрения, новой семьи и новых друзей. Я не хочу этого. Но… сейчас мне нужно подумать не о себе. Нужно подумать о Тори и о том, что веками пытались сделать и сохранить наши предки. Мои родители. Наплевать на это и пустить на самотек будет предательством их памяти – серьезно повторила Гринграсс – Дай мне немного времени. Я постараюсь найти баланс, для себя, для своей жизни. И для нашей семьи в этом обществе.

«Но с учетом надвигающейся войны, если верить сомнительным словам Поттера и Дамблдора, это будет не так просто», – не договорила девушка свою мысль.

Драко снова сжал ее руки. Он опять заговорил о том, что у него нет выбора. Что его никогда не спрашивали о его желаниях. Дафна грустно улыбнулась ему. Может, у них все же есть выбор? Ведь выбор есть всегда. Но сейчас она понимала друга куда лучше, чем буквально час назад. И все же, сердцем девушка этого никак не могла принять. Жизнь у них одна. Потратить ее на это… в угоду другим… может ли это быть правильным?
Но он рассказал ей правду. Благодаря его любви к ней и такту Драко не ответил на злость и прямолинейность своей злостью и упрямством. И подсказал выход, как можно взять все в свои руки. Самой стать «взрослой». Помочь сестре. Дафна понимала это слишком ясно.

***

Тишина разорвалась громким треском страшных слов.
«Он член стаи Фенрира Сивого».
[float=right]https://i.ibb.co/QjGGLh7/tenor.gif[/float]
- Боже мой. Нет, нет… - похолодевшим  от ужаса голосом выдохнула Дафна, закрыв лицо руками.
Фенрир был настоящим чудовищем. Мало кто из волшебников не знал его имени. Он был не просто оборотнем – он был самым настоящим плотоядным монстром. Говорят, он рвал людям глотки даже в образе человека. Особенно он «любит» детей. Что могло быть общего у Брайана Гринграсса с этой тварью? Как он попал в стаю именно к нему? Девушка вспомнила профессора Люпина, который преподавал у них как раз на том самом, роковом третьем курсе. Какая ирония. Но он не был монстром. Пускай слизеринцы его не любили и считали нищим оборванцем, но он был хорошим человеком и магом. Это было очевидно. Почему же папа не нашел себе в «учителя» кого-то вроде него?

Дафна встала. Сегодняшний вечер был залит всеми оттенками чувств, слов и эмоций. Чаша была наполнена до краев. Девушка не знала, как скоро она сможет эту смесь разделить, разложить по полочкам и осознать. Но вопросов в голове стало не меньше. На их место пришли другие, еще более серьезные.
Одно было ясно теперь точно – Драко с ней. Всегда.
Девушка посмотрела на друга, силясь прочитать в его серых глазах ответы.

«Что же делать? Как нам теперь относиться к нему? К моему дорогому папе? К благородному мужчине, что любил тебя как сына, которого у него нет? И который сейчас попал под влияние одной из самых мерзких тварей на земле? Остался ли настоящий Брайан Гринграсс?»

Но вслух девушка сказала только.
- Да, да мы должны попробовать передать весточку. Я должна встретиться с ним.

Девушка медленно, почти неосознанно, двинулась к двери. В ее ногах была зыбучая слабость, в голове - песчаная буря. Но она старалась держаться твердо, так, как и должна была. Однако Драко без лишних слов взял ее под руку, надежно подставив плечо. Он понял, что Дафне нужно прийти в себя и все тщательно обдумать. Впереди их ждал слишком долгий и тернистый путь. Но они всегда были друг у друга.

- Пойдем в нашу гостиную, - сказала Дафна – На сегодня, думаю, мне хватит новостей. И наших решений. А завтра с утра начнем действовать. И спасибо - искренне улыбнулась Дафна, открывая дверь лаборатории – За этот вечер. За меня. За Тори. За папу. И за приглашение, - ласково, но немного уклончиво, ответила девушка.

Как истинная слизеринка.

Отредактировано Daphne Greengrass (10.05.21 09:49)

+2


Вы здесь » Drink Butterbeer! » Pensieve » 13.02.96. Remember who you are