Drink Butterbeer!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Drink Butterbeer! » Time-Turner » 31.10.93. Deep Dark Fears


31.10.93. Deep Dark Fears

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

https://forumupload.ru/uploads/001a/2e/af/476/278551.gifhttps://forumupload.ru/uploads/001a/2e/af/476/231387.png
https://forumupload.ru/uploads/001a/2e/af/476/129569.pnghttps://forumupload.ru/uploads/001a/2e/af/476/131257.gif
Ophelia Rushden, Duncan Inglebee
31.10.1993
Хогвартс и окрестности

Но здесь только ты;
и когда с трудом ты двери своей достиг,
ты хлопаешь ею — и в грохоте том
твой предательский крик.

Зачем директор притащил их в школу?
Как от них сбежать? Что делать, если они уже поймали?
Кто-нибудь должен услышать твой крик и прийти на помощь.

+2

2

Звенит колокольчик - котенок в колодце.
А кто его туда посадил?
Маленький Джонни Стил.

Пожалуй, выходить из замка ради прогулки по Хогсмиду и оставленных в "Трех Метлах" семи сиклей было не лучшей идеей.

Солнце с утра праздничного воскресенья было таким чистым, небо таким ясным, а опять что-то не поделившая с Чжоу и ищущая себе компанию на день Мариэтта столь настойчивой, что чахнущая, как маленькое деревце в темноте, Офелия отложила в сторону домашнее задание по древним рунам и решилась-таки высунуть нос на улицу, вспомнив слищком запоздало, почему с начала носа почти не показывает из стен замка.

Офелия оказалась на сегодня далеко не единственной пожалевшей о своем выборе: из нее и без того не самая интересная компания для девчонок, вроде Мариэтты, но, пройдя через ворота и двинувшись, как заведенная кукла, в направлении Хогсмида, девочка затихла окончательно, проведя остаток пути молчалиым, послушным хвостиком, который, где-то в процессе похода по хогсмидским лавочкам, успешно сбросили, прибившись к шумной компании каких-то хаффлпаффок. Моральных сил у Офелии в ответ не нашлось, ни чтобы возмутиться, ни даже чтобы расстроиться. Она только меланхолично пожала плечами, аккуратно уложила в сумку купленное в Хогсмиде перо (яркое, как крылья зимородка - это немного подняло сегодня настроение), и, в итоге, едва не задремала в дальнем углу "Трех Метел", вытащив себя из пропахшего специей для сливочного пива тепла, когда небо уже начинало темнеть.

А кто его оттуда достал?
Маленький Томми Стал.

Возвращаться одной было уже откровенной ошибкой.

Офелия никогда не навязывается чужой компании - это одно из жестких "ни за что на свете" в ее личном поведенческом списке. Но в группе она могла приткнуться к кому-то, взять за рукав, зажмуриться, и, проговаривая про себя старую детскую песенку, которая навязчиво, заезженной пластинкой вертелась у нее в голове, пройти почти вслепую, как шла первого сентября в группе соседок по спальне. Но возвращаясь одной - струсила, еще при виде кованой ограды, у которой силуэты будто дрейфующих в воздухе вокруг школы дементоров издалека казались рваными клочьями сажистого дыма.

С каждым шагом вперед время замедлялось и уплотнялось - отчего-то казалось, что времени мало, и на счету каждая секунда, что если не пройдешь сейчас, то случится что-то очень плохое. В воздухе потянуло могильным холодом, разложением и сырой землей. А еще, почему-то, терпкой, йодистой гниющей водорослью, хотя море так далеко. Когда Офелия имела неудовольствие близко увидеть их впервые - еще в Хогвартс-экспрессе - она тоже вспомнила о море.

И о... других вещах, которые вспоминать не должна.

Звенит колокольчик - кто-то идет.
Динь-динь...

Затормозив на обочине дороги, проложенной между Хогсмидом и школьной оградой, Рашден дышала тяжело, глубоко, как ныряльщик перед заплывом. Ощущения были похожи. Но говорят, что когда тонешь там, где неглубоко, нужно перестать сопротивляться, дать себе опуститься ко дну, так, чтобы, коснувшись дна, оттолкнуться и выплыть. Стоя метрах в ста от ограды, и с тревожной тоской глядя на плывующие на фоне темно-сизого уже неба черные силуэты, Офелия думала - нужно просто бежать. Стиснуть зубы и пробежать мимо них, до стоящего по ту сторону Филча с фонарем. Он ведь должен стоять там, правда? Пока не придут все ученики?...

Но вместо забега девочка сделала шаг назад, спиной вперед. Еще один.

А потом натолкнулась на кого-то спиной.

Отредактировано Ophelia Rushden (17.01.21 00:26)

+2

3

Дункан выходит из замка, ежится, кутается в шарф, прячет в нем лицо, скрываясь не то от идущих в Хогсмид учеников, не то от чего-то еще. На улице октябрь, еще не так холодно, но мороз почему-то пронизывает до самых костей, заставляет стучать зубами, хмуриться, натягивать шапку чуть ли не на нос. Это погода или что-то другое? Или кто-то другой? Дункан озирается по сторонам, не видит этих и немного успокаивается - главное, не переполняться эмоциями, не подзывать лишний раз ближе.

Ему не нравится, что директор притащил к школе этих странных и жутких существ. Дункан видел, как они влияют на людей. Он очень хорошо помнил дорогу в Хогвартс. И он уже много раз слышал, как по ночам плачут младшекурсники, которые раньше были очень даже спокойными. Но они, даже находясь не рядом, просто воспоминанием из поезда, возникшим во снах, все равно умудряются тянуть силу из более слабых и эмоциональных, все равно влияют на детей. Дункан злится, злится так, что если бы эти твари предпочитали именно злость, они бы упились уже в ноль, и школа бы их так не интересовала, и этот Сириус Блэк был бы позабыт, они бы оступили. Наверное. Если бы так все было просто, как у него в голове.

Дункан радуется, что в этот год никого из его семьи в Хогвартсе нет, Ифе будет немного позже. Дункан радуется и, кажется, каждой жилкой своей чувствует, как эта радость потихоньку утекает, убегает, растворяется в ком-то другом, ком-то чужом. Мерлин бы побрал этих тварей. И снова злость накатывает волнами, захлестывает, забирает, утаскивает куда-то в глубины, из которых выбраться будет сложно. Дункан барахтается, но борется. И побеждает каждый раз. Пока побеждает.

В Хогсмиде эта атмосфера не так гнетет. Здесь можно расслабиться, отдохнуть, забыть и забыться. Можно смеяться в полный голос, рассказывать глупые шутки, флиртовать с симпатичными девочками и назначать свидания, пока не думая о последствиях. В конце концов, можно верить, что скоро директор их от школы отгонит, поймет, что все это - жуткий и бессмысленный бред, никакой пользы эти твари не приносят, только вред. Дункан смеется, говорит что-то про квиддич и тренировки, не забывает делать всякие исторически справки, стараясь обыгрывать поинтереснее, чтобы не уснул тут никто за столом. Дункан отдыхает, выдыхает. наверное, сливочное пиво мадам Розмерты играет в этом не последнюю роль, но кому какое дело сейчас.

Их в Хогсмиде было много, потом они разбились на маленькие группы, потом - на пары, а теперь он внезапно остался один на пути обратно в Хогвартс. Дункан пожимает плечами, прячет нос в шарф, а руки - в карманы. Он возвращается в школу, размышляя о всем подряд: от отношений до учебы. И все это смешивается в какой-то совершенно непонятный коктейль, который дурит голову так, что он совсем забывает о дороге. И зря. Дункан натыкается на кого-то совершенно неожиданно, благо, что реакция у него хорошая - он сохраняет равновесие сам и успевает поддержать девушку, преградившую ему дорогу. Она выглядит совершенно потерянной и испуганной жутко. Инглби легонько трогает ее за плечо, потом поворачивает к себе лицом.

- Привет, Офелия. Эй! Ты в порядке? Твою ж, - Дункан с тоской какой-то во взгляде оглядывает скучковавшихся неподалеку дементоров. Вздыхает, стискивает зубы и находит в кармане палочку. Заклинанию против дементоров их в школе не обучали (и какого черта, спрашивается?), но лишним не будет. - Давай отойдем подальше. Дыши ровно. Не думай об этих тварях. Давай. Раз, два - вдох. Три, четыре - выдох. Не смотри на них, ладно? Смотри на меня. Или на снег. Или на небо. Да хоть куда, только не в сторону нашей любимой школы.

С Рашден Дункан был знаком довольно поверхностно, знал о ней не так уж много, но разве это сейчас важно? Девушка явно была на грани паники и из этого состояния ее нужно было вытащить. Инглби очень надеялся, что он справится, но большой уверенности у него не было. Все-таки там - дементоры, там - что-то жуткое, совершенно непостижимое. А здесь - перепуганная девушка и совершенно растерянный Инглби. И кто кого? Хорошо, что это не квиддич, и здесь нет язвительного голоса Ли, комментирующего сложившуюся ситуацию. Хотя Джордан явно был бы на стороне учеников Хогвартса в этой битве.

- Ты как ту одна оказалась? Почему без подруг или однокурсниц, знакомых каких-нибудь? - Строгий старший брат все равно прорывается, сколько бы Дункан не старался подавить в себе эту сторону - сейчас это все-таки немного лишнее. Дункан роется в сумке, ему кажется, что непозволительно долго, но находит все-таки плитку шоколада. Профессор Любпин говорил как-то, что шоколад помогает. - Вот, держи, должно стать полегче.

Отредактировано Duncan Inglebee (20.01.21 21:58)

+2

4

От неожиданности девочка вздрогнула, рывком обернулась, подавив короткий вскрик. Вокруг дементоров атмосфера всегда тягучая, апатичная, в ней нет ничего яркого - в том числе и яркого страха. Вместо всякого сопротивления тянет сложить руки и не делать ничего, просто лечь в дрейф и бездумно плыть, и уже совершенно неважно, куда отнесет течением, утонешь ты или прибьешься к берегу. Но на миг Офелия четко вообразила за своей спиной не человека, а очередную завернутую в черное рубище фигуру, из-под ее капюшона вырываются хриплые, хлюпающие выдохи, а за плечи вот-вот схватит костистая, покрытая струпьями рука утопленника. И вокруг нее окажется уже не дорога с редким пролеском, ведущая к школьным воротам, а стены хорошо знакомой пустой комнаты, выросшие в недавнее первое сентября в Хогвартс-экспрессе, когда в купе к рейвенкловским четверокурсницам заглянула одна их этих тварей.

Но иногда ошибиться бывает особенно приятно. Прижав ладонь к груди и спешно переводя сбившееся дыхание, Офелия без труда и с облегчением узнала одного из рейвенкловских пятикурсников. Дла разнообразия, еще и лично неплохо знакомого: Рашден не раз прибивалась к стайке сгрудившихся вокруг Дункана Инглби других младшекурсников, чтобы послушать, как он объясняет очередную тему из учебника по истории. Получалось у него всегда намного интереснее, чем лекции профессора Биннса, вводившие учеников в апатичный транс - немного мрачнее, и можно будет даже сравнить его с присутствием дементоров.

- Д-да, я... - непопад ответила Офелия, - Н-нормально. Почти.

Ей не нужно много, чтобы почувствовать себя лучше. Сейчас достаточно понимания, что одна она мимо дементоров в школу не пойдет, хотя заставить себя ровно дышать, послушно следуя указаниям Инглби, получается далеко не сразу, и отходит девочка, осторожно держась за чужой рукав, на предательски дрожащих ногах. Хорошо, что под мантией этого не видно.

Чем дальше, тем проще. Она все еще дрейфует, но теперь чувствует себя так, будто наконец смогла выплыть и держит голову над кромкой воды, глубоко и жадно хватая воздух. В голове тоже проясняется - она даже может успешно обрабатывать задаваемые ей вопросы.

- Я не одна была, м-мы просто разделились. Я... Пришлось возвращаться самой, - Офелия смотрит куда-то в землю, на носки своих ботинок, качает головой, - Не стоило вообще... выходить сегодня. К-когда они вокруг школы.

Она хотела сказать что-то еще - тоже из серии оправданий своему состоянию, и тактично напроситься Дункану в хвост, чтобы пройти, как и в начале года, схватившись за другого человека, зажмурившись и бормоча себе под нос что-то безрадостное, но отвлеченное, как в руках оказалась шоколадка. Офелия посмотрела на нее растерянно, будто не зная, что с ней вообще делать,потом в лицо Инглби. Она знает, конечно. Мадам Помфри отдельно прописывала шоколад тем, на кого дементоры влияют хуже всего.

Отказываться было бы невежливо, да и неразумно, но брать все - тоже неловко. Залившись краской, девочка отломила две дольки, а остальное протянула назад.

- С-спасибо.

Отредактировано Ophelia Rushden (01.03.21 00:23)

+2

5

Как будто это не Хогвартс даже рядом. Как будто не самое безопасное в мире место (или как там директор любит говорить?). Как будто не школа совсем тут, с веселыми детьми и подростками, громким смехом, шутками и жизнерадостными криками. Все сейчас не то и все не так совсем. Атмосфера гнетущая, мрачная, странная, хочется сбежать подальше и не видеть больше эти каменные стены с узкими бойницами. Это все они. Все из-за них, драккл их дери.

Офелия вскрикивает вдруг, Дункан, конечно, такой реакции не ожидал, поэтому вздрагивает, но почти сразу берет себя в руки. Одного паникующего человека сейчас достаточно, больше не надо. Если и Инглби сейчас подастся эмоциям - все превратится в какой-то жуткий фарс, покатится куда-то в Тартарары, никто уже не спасет двух рейвенкловцев. Дункан вздрагивает, но делает глубокий вдох, выдыхает медленно. Надо успокоить Офелию, постараться сделать так, чтобы она забыла об этих жутких существах, окруживших школу.

Нормально? А эта девочка сильнее, чем кажется. В этой ситуации чувствовать себя нормально - это почти подвиг, а она ведь держится, не падает в обморок, не кричит. Конечно, паникует немного, дышит резко, отрывисто, глаза бегают, но стоит на ногах даже почти ровно, идет вслед за Дунканом, говорит отчетливо.

А шляпа для тебя точно верный факультет выбрала, Офелия? Не ошиблась ли? Дункан придерживает Рашден за локоть, следит за ней внимательно, чтобы если вдруг она надумает падать - поймать.

- Да нет, ты что, если не выходить из-за этих совсем, - кивок в сторону мрачных уродцев, - то в стенах школы можно до конца года прописаться. А это скука смертная, разве нет? - Дункан старается улыбаться, поправляет очки, ремень сумки, перекинутый через плечо. - Но одной, конечно, не стоит. Эти - те еще шакалы жуткие. Не заметишь, как загрызут. Весьма спорное решение нашего директора.

Дункан снова морщится, пожимает плечами. Ему нравится Дамблдор, он в целом поддерживает решения главы школы, но это.. Это просто п.. что-то странное. Зачем? Почему? По всяким рассказам и газетным статьям Блэк, конечно, злодей, но такие меры? Стоит ли оно того? Неужели этот бывший гриффиндорец настолько гений, что способен преодолеть всю защиту, что выстроена вокруг школы, пройти через учителей, повалить всех встреченных на пути людей? Директор защищает учеников или что-то еще, или кого-то особенного важного? Или они все чего-то не знают? К чему эти тайны?

- Да ты не стесняйся, бери больше, - Дункан смеется, протягивает Офелии еще шоколад. - Сладкое, говорят, помогает бороться с воздействием этих чудовищ. Отойдем немного? Мне кажется, тебе надо передохнуть, хоть на какое-то время забыть про них. Мы попробуем.. нет, не попробуем, а пройдем в школу, но чуть позже, ладно? Эти твари слишком хорошо чувствуют эмоции, поэтому нужно подумать о чем-то другом, абстрагироваться. Расскажешь немного о себе?

Инглби улыбается, уходит и уводит Офелию от ворот Хогвартса, стараясь не смотреть на дементоров и даже не думать про них. Они питаются эмоциями, питаются всем хорошим и светлым, что есть внутри человека, а значит, нужно лишить их этого - пусть тусуются в своем узком кругу где-то недалеко от ворот и не пристают лишний раз к студентам.

- Не замерзла?

+1

6

- М-может лучше просто пробежать мимо? - Офелия на ходу обернулась через плечо, запоздало отметив, что локоть придерживает чужая рука. Но вместо привычного, тягучего и тяжелого, комка внутреннего напряжения - обычная реакция на чужое прикосновение - где-то под ребрами только легкое, короткое сжатие. Сейчас у нее множество других, более серьезных, поводов для волнения. Они отходят неторопливо, но все дальше, и это вызывает легкое беспокойство. Не хватятся ли их в школе, не станут ли искать? Ведь скоро стемнеет, а где-то за пределами школы рыскает психопат, из-за которого все это и началось, - Они... в-вряд ли нападут, Дамблдор не потерпит этого.

Она, впрочем, была абсолютно уверена: если у кого еще и осталась вера в директора, то только у особо наивных гриффиндорцев . В прошлом году школу кошмарил василиск, и никто не просто ничего с этим не делал, но и не понимал, что происходит, пока василиска не прикончил, подумать только, второкурсник - каким бы "особенным" он ни был. Теперь вокруг школы эти чудовища, и никто не собирается их отсюда убирать, хотя они, кажется, так себе стража против Сириуса Блэка. Офелия не верит директору, но вот другому мужчине - очень даже да. Все еще - да. Она помнит, каким усталым и мрачным он был летом, появляясь дома на короткие часы, и то, не каждый день, даже реже, чем обычно. И помнит мельком услышанное: стража Хогвартса - бесполезный фарс. Блэк не боится дементоров... не так, как другие люди, во всяком случае, и запертых в школе детей они напугают куда больше, чем того, от кого должны их охранять.

Дункан, кажется, и сам все это прекрасно понимает, тактично называя директорское решение "спорным". С ним, думается, сейчас многие согласны, но открыто обсуждать дела взрослых, тем более те, повлиять на которые они не могут никак, казалось Рашден... пустым. И не совсем "правильным".

Так что девочка только кивает, пытаясь вежливо ответить на улыбку. Выходит вымученно и не убедительно. Но выходит.

- О себе?...

В беспомощность и растерянность вмешивается неловкость. Говорить о себе - не так уж и просто, когда не знаешь, что сказать. Особенно такого, чтобы собеседнику было интересно, и в минуты, когда в голову лезут только вещи, которыми не делишься ни с кем.

   Ключ и книга. Тиканье часов. Тусклый огонек масляной лампы.

   Резная птичья голова. Пол в россыпи осколков. Бурое на синем.

Что о себе она может рассказать?

- Моя... моя мама колдомедик, она работает в отделении отравлений в Мунго, - на пробу, будто человек, осторожно прощупывающий перед собой почву в трясине, начала Офелия, - А отец - хит-визард. Он... Б-был в отряде, который выделили для задержания Сириуса Блэка, еще тогда в в-восемьдесят первом.

Взгляд из растерянного становится растерянно-вопросительным - сойдет так?

- Не очень. Просто рядом с ними всегда холодно.

+1

7

- Мне кажется, что не стоит пока пробовать, - качает Инглби головой, косясь в сторону дементоров и морщась. - Слишком они непредсказуемые твари. Да и.. - он замолкает ненадолго, обдумывая, стоит ли такое произносить вообще вслух при малознакомом человеке (нынче всякое бывает), но решается все-таки. - Да и они сами себе на уме, могут выкинуть, что угодно. А славное министерство не на стороне нашего директора. Драккл знает, чем все это может закончиться. И рисковать совсем не хочется.

Да уж, где Дункан, а где риск.

О дементорах Инглби знал не так много, но последние их действия никак не радовали. Они совались на территорию школы, выходили на поле во время матча. Они следуют за своими странными инстинктами, мало вероятно, что способны контролировать себя, когда чуют страх, а уж его сейчас вокруг было достаточно. Инглби не был уверен, что какой-нибудь из этих уродцев в плащах вдруг не кинется на двух школьников. И непонятно совсем, чем в итоге это закончится. Он заклинание против дементоров не знал, слышал, конечно, но вызывать патронуса не умел, даже не пробовал никогда, а в школе этому, к сожалению, не учили. И Дункан сомневался, что Офелия смогла бы отогнать этих уродцев.

Нападение дементоров на школьников, конечно, станет громкой новостью в магической Британии, поднимется волна недовольства. Инглби более чем уверен, что его мама устроит такой взрыв, что от него не скроется никто. Но будет ли это тогда иметь хоть какой-то смысл для Дункана и Офелии? Сомнительно. Если можешь избежать чего-то настолько плохого - избегай.

- Оо, вероятно, наши мамы знакомы. Моя тоже работает в Мунго, но только в отделении волшебных вирусов. И она.. мм.. очень заметная персона, - смеется Инглби, воспоминая, как однажды летом зашел к маме на работу и увидел как она отчитывала какого-то работника, который, должно быть, очень сильно накосячил. Она не кричала, но было страшно всем в радиусе метров пяти. Дункан хмурится, когда слышит имя Сириуса Блэка. Этот парень подгадил всей школе, из-за него тут этот загробный патруль разгуливает, чтоб его. - Да уж, и темнеет из-за них тоже довольно быстро.

Конечно, нужно было уже проходить в школу, вечерело, холодало, но вот только почему-то на горизонте не было какой-нибудь группы студентов, развеселых и расслабленных после похода в Хогсмид. Видимо, все-таки придется идти вдвоем, только настроиться нужно. Не соваться же вот так - со страхом и какой-то грустью что ли, так точно сожрут. Точнее, выпьют - оболочка ведь останется.

- Я понимаю, что это может быть непросто, - говорит Дункан мягко и тихо, - но нужно сейчас сосредоточиться. Они чувствуют страх и не любят счастливых воспоминаний, поэтому постарайся вспомнить что-то очень хорошее, очень светлое; что-то, что радует тебя, заставляет улыбаться. - Дункан краем глаза замечает, что одна из фигур вдруг отделяется от толпы и медленно плывет в их сторону. Он вздрагивает, надеясь, что это не так заметно, кашляет. - Прости, видимо, резко вдохнул. Это, конечно, не стопроцентная защита, но, я надеюсь, сработает как что-то вроде маскировки.

Беспокойные они какие-то сегодня.

Дункану не нравится все это, но он старается быть (или хотя бы выглядеть) спокойным. Он вспоминает про семью, про резвящихся в снегу собак, про мелкого Табо, восторженно пищащего, когда он увидел первый снег. Про Ифе, которая носилась как маленький ураган, когда родители подарили ей метлу. Про Джелани, целующего в нос своего котенка. Про близняшек, разбирающих какой-то маггловский девайс, который притащил в дом отец. Две маленькие девочки с отвертками могут выглядеть довольно угрожающе, надо сказать.

Все хорошо будет. А этот, плывущий, пусть плывет ко всем чертям.

- Просто закрой глаза, выбрось все, что сейчас творится, из головы. Если хочешь, можешь не открывать их до самой школы, я тебя проведу.

Отредактировано Duncan Inglebee (14.03.21 19:55)

+1

8

- Да, н-наверное. Должны быть знакомы, - улыбка у Рашден неловкая и вежливая. Она знает, понимает, что мать у нее на работе уважают за профессионализм и ответственность, но вряд ли любят за холодный, высокомерный нрав, манеру держать себя и неумение закрывать глаза на любые мелочи. Миссис Инглби вот, наверное, миссис Рашден тоже не любит.

Эти мысли безрадостны и без дементоров. Офелия редко говорит о доме и пытается вовсе о нем не вспоминать, пока не прилетит домашняя сова, или не придет время собираться на каникулы, а сейчас...
Они должны пройти, просто пройти мимо них, и все. Но что можно вспомнить вот так, сходу, действительно сильного, чтобы закутаться в свою память, как в одеяло. От этого холода. От их присутствия.

У всех есть такие воспоминания.
Офелия медленно, серьезно кивает в ответ на предложение Инглби, смотрит вниз, и хмурится, прежде чем закрыть глаза.

В окне чернота и отражение комнаты за спиной. Отсвет масляной лампы. Кованые столбики старой кровати.

Оливия и ее отец в гостях в Айви-Холлс. Она принесла книжки, странные, красивые, яркие книжки. Картинки в них неподвижные, но нарисованы так ярко и просто. Мать поджимает губы в тонкую ниточку, и ее филигранная вежливость отдает трескучим морозом. Отец смотрит на нее с таким же холодом, прекрасно зная, что при посторонних людях его супруга не может проявить себя иначе, чем идеальная, гостеприимная хозяйка.

Принцесса на картинке сбрасывает из башни длинную косу. На следующей странице она сбежит на волю.

Он все ближе. Дементор. Она чувствует его холод и слышит влажный свистящий звук, который тот издает вместо дыхания из-под капюшона.

Оливия оставит ей эту книжку в подарок, и уже на следующий день "этот магловский мусор" отправится в камин внизу.

В окне ее собственное бледное лицо.

Офелия судорожно пыталась ухватиться еще за что-то - за первое путешествие на Хогвартс-экспрессе, или за единственный выход в свет вместе с отцом на "Кольцо Нибелунгов" в лондонскую оперу. Не выходит - образ окна вливается в эти воспоминания навязчиво липким, едким ядом.

- Расскажи... что-то свое. А я представлю, - едва слышно просит Офелия, не разжимая плотно сомкнутых век, - Так... проще будет.

Так всегда проще. И сейчас - даже обоим.

Она аккуратно, но крепко хватается за рукав пятикурсника.

- П-просто рассказывай, - ты умеешь интересно, так, чтобы обо всем забыть, - Идем?

+1


Вы здесь » Drink Butterbeer! » Time-Turner » 31.10.93. Deep Dark Fears