нужные персонажи: Justin Finch-Fletchley, Bella Farley, [name] Vaisey, Erica Tolipan.

Drink Butterbeer!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Drink Butterbeer! » Pensieve » 10.05.95. Это жоска? ДА! Это жоска!


10.05.95. Это жоска? ДА! Это жоска!

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

https://forumupload.ru/uploads/001a/2e/af/262/47373.webp https://forumupload.ru/uploads/001a/2e/af/262/905184.png https://forumupload.ru/uploads/001a/2e/af/262/446424.png https://forumupload.ru/uploads/001a/2e/af/262/266206.gif

Gabriel Tate, Katie Bell
10.05.95 (среда)
Коридоры школы

Любопытство, иногда порок. Кэти хотела как лучше, а получилось, как всегда.

[pers]<b><a href="https://drinkbutterbeer.rusff.me/viewtopic.php?id=1015#p96831" target="_blank">Кэти Белл</a></b>, 15 лет[/pers][info]Гриффиндор, 5 курс<br />Охотница сборной факультета по квиддичу [/info]

+1

2

- Больше всех надо? - Морщится Тейт, обращаясь к внезапно влезшей в чужие разборки гриффиндорке, и вытирает кровь рукавом мантии. - Черт!

Черт бы побрал этих гриффиндорцев, этих храбрых, отчаянных и вечно лезущих не в свое дело гриффиндорцев! Злость прорастает резко, не оставляя шансов, выплескивается на абсолютно не виноватого ни в чем человека, и поток этот уже не остановить, хоть Тейт и понимает, что это неправильно. Сдержать его не получится, да даже хотя бы притормозить не вариант, хоть на пару секунд, чтобы успеть сбежать, успеть, как обычно, забиться в какой-нибудь тихий угол.

- Обязательно нужно было влезать? Пр...

"Прости" - почти срывается, но Тейт внезапно замолкает, сжимает виски. Мерлин, как же все это достало. Как же все это бесит. Как же все это.. не к месту, не ко времени. Какого черта все идиотское, что может случиться, непременно случается с ним? Где он так нагрешил в прошлой жизни? Кем он там был? Гитлером?

***
И ведь ничего не предвещало, был вполне обычный день, вполне обычные уроки, на которых Тейт, как и всегда, сидел где-то на первых партах, внимательно слушал преподавателей и послушно махал волшебной палочкой, пытаясь достичь единственно верного результата. Получалось все.. с переменным успехом.

В целом, все было хорошо. Тейт не отсвечивал, молчал, смотрел куда-то в сторону, не останавливая взгляда на отдельных людях, но претензии к нему у кого-то все равно появились. Даже не смотря на то, что он был старостой. Или это, наоборот, было дополнительным стимулом для этих личностей? Их было двое, они были явно больше и сильнее. У Гэбриэля не было шансов. Совсем. Ни единого.

Удар в челюсть от одного - и Тейт упал на холодный каменный пол, впечатавшись головой в стену. Уже здесь внутри начало расти какое-то странное, совсем непривычно чувство. Несколько пинков от второго - Тейт сжался весь, стараясь закрыть голову руками. Пауза. Чужие, грубые голоса. Тейт, кажется, попытался подняться, хватаясь за стену. Кажется, говорил что-то, кричал, старался нашарить в карманах палочку. Злость возрастала с каждой секундой, становилась больше и больше, его голос становился все громче. А потом снова был удар, снова был полет, снова встреча со стеной, словно с доброй старой подругой.

- Ублюдки! - Это говорит злость, которая к тому моменту разрослась до невообразимых размеров. И это чувство будто распирало изнутри, блокируя все прочие. Мир будто окрасился в красный цвет, все расплывалось. Может, это кровь? Хотя к черту подробности. Размахивать кулаками бесполезно, у Тейта подготовки ноль, может, даже он ушел куда-то в отрицательные значения. Но палочка все-таки нашлась, даже целая. Гэбриэль бил совсем наугад. - Инкарцеро! Локомотор Мортис!

Тейт бил наугад, потому что толком ничего не видел. Кто-то, кажется, вскрикнул. Неужели попал? Мир возвращал свои очертания, но не очень быстро. Сначала был еще один удар. Потом был еще один крик. Потом был топот, словно кто-то быстро уходил. Потом перед его лицом было другое лицо, очень приятное лицо.. в.. в огне?

- Ты, кажется, горишь? - Сказал Тейт и закрыл глаза, потом подумал, открыл их снова и даже почти осознал все происходящее.
***

Кажется, она его спасла, но Тейт сейчас об этом не думает. Он думает о том, что он лежит, весь такой побитый, несчастный и жалкий, а над ним стоит девушка. Красивая, между прочим, и с виду очень такая.. такая... не из грозных раскидывателей качков в общем . В дурной побитой голове почему-то сразу рисуется заголовок из какой-нибудь желтушной газеты: "Жалкого хаффлпаффца спасает хрупкая гриффиндорка. Старостами Хаффлпаффа назначают самых жалких представителей факультета?" Злость пускает свои гадкие щупальца еще глубже, хватается еще сильнее, сдавливает. Тейт садится, прислоняясь к стене, прокашливается.

- Больше всех надо? - Голова точно пострадала, тонкая струйка крови щекочет шею, окрашивая ворот рубашки в красный цвет. Тейт вытирает ее рукавом мантии.

+1

3

Учебный год стремительно приближается к концу. Скоро финальное испытание Турнира Трех Волшебников, а потом экзамены, к которым надо еще успеть подготовиться. Кэти очень переживает за результат, ведь расстраивать родителей, которые отчаянно верят, что дочь усердно учится в школе, что для нее это важно так же, как и для них. Да, учеба весьма увлекательна, но не так, как приключения, которые поджидают, буквально за каждым поворотом, в стенах школы.

Белл бодро шагает из библиотеки, выбрав не самый очевидный маршрут. Голова гудит из-за длительных посиделок за пыльными книгами, нужно проветриться.  Пройтись по берегу Черного озера, случайно наткнувшись на ворковавших студентов, которым уж точно было не до учебы. Это мило, наверное. Иногда Кэти думает, что тоже хотела бы прогуляться с кем-то особенным по берегу озера или спрятаться от посторонних глаз у кромки Запретного леса, где можно уютно помолчать, болтать о всякой ерунде, без страха быть непонятым. После святочного бала подобные мысли навивали все больше тоски, но ничего, повезет в чем-нибудь другом. Гриффиндорка натягивает приветливую улыбку, когда одна из парочек здоровается с ней, стараясь побыстрее скрыться из виду.

В коридорах все так же гуляет легкий ветерок, который доносит очень странные звуки. Зачем включать голову и применить простое правило: «Сначала думай, потом делай»? Вот именно – незачем. Кэти быстро преодолевает расстояние и за поворотом видит ужасную картину. Никогда она не верила, что может столкнуться с подобным. Да, потрясти за ворот мантии, но чтобы вдвоем на одного, явно меньше по габаритам…это не справедливо. – Эй, - звонко оповещает о своем появлении, отвлекая внимание, от хаффлпаффца. Два громилы теряются на пару секунд, может быть не знают стоит ли атаковать девчонку или думают, как учинить расправу? Этого промедления достаточно, чтобы простенькое отталкивающее заклинание было весьма точно отправлено в бугая. Странно, но раньше она их не встречала, или не запомнила. Либо старшекурсники с ума сошли, либо гости из Болгарии?

Не зря Кэти с подругами посещала дуэльный клуб, один хулиган был безоружен, волшебную палочку она сжимала в своей ладони. Второй был половчее и смог отбиться. Они могли бы вечно сверлить друг друга взглядом и отбивать заклятия, до только техника честного боя таким засранцам неведома. Второй бугай наскочил со спины так внезапно, что застал врасплох, гриффиндорка вскрикнула, тут же предпринимая попытку вырваться, но физические силы не равны. Пока один хулиган сдерживает «защитницу», второй подходит медленно, расплываясь в издевательской усмешке. – Маленькая птичка думала, что одолеет сразу двоих? – кончик волшебной палочки касается шеи и давит так сильно, словно хочет проткнуть кожу. Любой человек в такой ситуации испугается, Кэти не исключение. Попалась.

Помощь пришла внезапно, но как никогда вовремя, «Инкарцеро» чудом попало в громилу, что заламывал охотнице руки, а дальше – дело техники: шлепнуть Ступефаем во второго, забрать обе волшебные палочки и погнать прочь. Казалось, что все просто, но это было не так. Кэти не успевает парализовать нападающих, как те принимают решение об отступлении, умудрившись толкнуть девчонку в каменную стену, чтобы не мешала. – Я тебя запомнил, - шипит здоровяк и скрывается за поворотом.

Мальчишка все еще лежит на полу, это Тейт, однокурсник и староста Хаффлпаффа, сердце сжимается, при виде разбитого лица.  Опускаясь на колени перед Габриэлем, замечает, что умудрилась порвать форменную юбку в этой странной дуэли, приходится прикрыть колени полами мантии. – Ты как? – не пытается скрыть тревогу в голосе. Парню нужна помощь, ну или хотя бы платок, чтобы стереть кровь с лица. Пока девушка шарит по карманам мантии и применив «Агуаменти» максимально осторожно, прикладывает ткань к чужому лицу.

- Что? – одергивает руку так же резко, как и звучит чужая претензия, - Я…просто хотела помочь, - почему-то сразу оправдывается Кэти, явно не ожидавшая такого поворота. Нет, ей не нужны благодарности и все вот это, она бы поступила так в любом случае, ведь это был неравный бой.

- Раз такой умный, давай сам – хватает чужое запястье и вкладывает в ладонь платок. Она все еще встревожена, раздражена, расстроена, претензии от старосты выслушивать вообще не хотелось. А если ему совсем голову отшибли, баллы же снимет. Кэти тяжело вздыхает, отворачиваясь от Тейта и усаживаясь прямо на пол. Помогла, называется. Теперь еще и тело ломит от этих «обнимашек» с громилой.
[pers]<b><a href="https://drinkbutterbeer.rusff.me/viewtopic.php?id=1015#p96831" target="_blank">Кэти Белл</a></b>, 15 лет[/pers][info]Гриффиндор, 5 курс<br />Охотница сборной факультета по квиддичу [/info]

+1

4

Окружающий мир сначала расплывается, теряет очертания, все сливается в большое серое пятно с ярким рыжим всполохом где-то прямо в центре. Потом мир собирается снова в единое целое, Тейт приподнимается, но со стоном валится обратно. Слишком рано. Надо еще полежать. Тут хорошо, прохладно, ветерок. Мир снова становится мутным и как будто бы даже каким-то вязким, кажется, что воздух можно потрогать рукой. И Тейт трогает, но ничего не чувствует. Он жмурится сильно, так, что перед глазами начинают мельтешить какие-то белые точки, полупрозрачные плавающие палочки. Тейт очень надеется, что когда он откроет глаза, окажется, что это все - просто дурной сон.

Прикосновение мокрой ткани к лицу немного отрезвляет, мир снова начинает потихоньку приобретать привычные черты. Медленно, но верно становится четче и четче. Гэбриэль понимает, что поступает совсем неправильно. Ему следовало бы извиниться сейчас перед гриффиндоркой, поблагодарить за спасение, сказать что-нибудь хорошее, приятное.

- Лучше себе помогать, а не всяким не.. нее.. неу.. - выговорить слово никак не получается, - да пофиг уже. Не стоит лезть, куда не просят. Вот.

Сто баллов, Тейт, великолепно, молодец, красавчик. Мысленно сам себе Тейт объясняет, что это он так предостерегал девушку от будущих неприятностей. Ну типа. Это сейчас ей повезло, что эти придурки свалили, не успев толком ничего предпринять. А если попадутся какие-нибудь более дерзкие и крепкие? Что тогда? В этой школе, кажется, не то что десятки, а сотни тихих уголков, в которые никто и не заглядывает.

Платок Тейт сжимает в руке, но кровь продолжает все равно вытирать рукавом, потому что портить чужую вещь своей кровью не хочется. И он, кстати, все еще не понял, кто эта девушка. Мир стал четче, но не настолько, чтобы разглядеть ее лицо, а она еще и отворачивается.

Рыжая. Гриффиндорка. Отчаянная такая еще. Вариантов у Тейта несколько, но он почему-то отметает их все. Ну с какой стати кому-то из этих девушек нарываться на драку ради тощего странненького хаффлпаффца? У них явно своих проблем хватает.

"Это замаскированный слизеринец. Ну тот громила, с которого ты, Тейт, снял на прошлой неделе баллы. За дело снял, конечно, никто не спорит. Но отхватывать за свои поступки надо. Сейчас он развернется и пропишет тебе с ноги в голову. Так и будет" - внутренний голос, кажется, сошел с ума, Тейт не в силах остановить этот бессвязный поток странных мыслей. Он бормочет себе под нос какое-то ругательство, приподнимает голову и резко опускает ее обратно. Перед глазами рассыпаются звезды. Очень красиво, между прочим. И голос тут же затыкается.

- Умный, конечно, - негромко отвечает Гэбриэль. Он умный, он бы в такую драку лезть не стал. Наверное. Нет, точно бы не стал. Может быть. - Тебе бы тоже умной хоть иногда побыть, отключая это ваше гриффиндорское расп.. безрассудство.

Гриффиндорцами Тейт на самом деле даже восхищался. Ему бы самому таким стать - храбрым, немного дерзким, благородным и вот это все. На первых курсах он частенько перед сном представлял, что бы было, если бы он был нормальным, если бы был среди львов. Картины рисовались очень приятные, засыпалось под них быстро. А потом он просыпался обычным таким Тейтом и примерно восемьдесят процентов времени мечтал исчезнуть, просто раствориться в воздухе, как будто бы его и не было. Не сбылось ведь. И теперь он лежит в каком-то коридоре, неловко вытирает свою собственную кровь и отвратительно ведет себя с прекрасной храброй девушкой. Герой, мать его, романов просто. Таких романов, на которые плюются и топят ими камин.

- Зачем ты вообще к ним полезла? Достанут ведь еще. Я их знаю, - и знаю их кулаки и тяжелые ботинки, - они злопамятные черти, гриндилоу их дери. Думать надо..

Да, Тейт, надо думать, прежде чем говорить. Люди считают, что это очень полезный навык.

+1

5

Вот это что сейчас такое началось. Кэти не понимала, как реагировать на то, что происходит. По идее, после драки кулаками не машут, да и не пытаются обвинить в чем-то того, кто оказался на твоей стороне.

- Слушай, я понимаю, что тебе досталось, - гриффиндорка чувствует, как начинает злиться, но старается не дать волю эмоциям, - но все хорошо, - судя по расфокусированному взгляду Тейта, не так уж хорошо, как могло быть, зато можно размять руку, чтобы боль немного отступила, - они вечно ко все цепляются, - констатирует факт Кэти. Сколько уже было подобного? И ведь часто это какие-то немноголюдные места школы, что слишком разумно для таких идиотов.

- Я просто хочу сказать, что… - он снова перебивает, упрекая за то, что влезла, и сдержаться, чтобы не нахамить в ответ, становится труднее. Как можно быть таким недальновидным. – Прекращай, ты меня злишь, - честно выпаливает Белл, быстрее, чем успевает подумать. Обычно, честность помогает избежать неловких ситуаций, но тут сработало с точностью да наоборот.

- Правильно ли я понимаю, что ты отчитываешь меня за помощь? – Кэти закрывает глаза, старается дышать глубже, чтобы не повысить голос, но вероятно, так это звучит даже агрессивнее, - Беру свои слова назад, ты идиот, Тейт, - бросает очень недовольный взгляд на парнишку, который все еще приходит в себя, а тут помочь она никак не может, а теперь и не уверена, стоит ли пытаться.

Это обидно. Нет, не нужно петь оды проявлению гриффиндорской храбрости, просто…ни один нормальный студент не остался в стороне, если бы увидел такое. Тот же Гэбриэль, наверняка бы вмешался и дело не в телосложении или ширине плеч, а в справедливости. Видимо, это однажды и погубит одну рыжую голову.

- Я просто шла мимо и уж извини, что не могу смотреть как силы не равны, - хотя, может они и так были не равны, она ведь девчонка. Рикетт постоянно твердит, что она должна быть осторожнее, внимательнее, беречь себя и вообще не высовываться лишний раз. Может у всех хаффлпаффцев такой подход? Ну так это, получается их проблема?

- Давай будем честными, тебе повезло, что я была рядом, я не хочу даже думать, что эти кретины бы с тобой сделали, - Кэти шумно дышит, понимая, что ничерта это не помогает, скорее наоборот, заводит еще сильнее, - мог бы просто сказать спасибо, - резко заканчивает фразу, замолкая, чтобы предпринять очередную попытку успокоиться.

Вслух она не признается, да и все закончилось хорошо, но почему все так уверены, что гриффиндорцы ничего не боятся? Боятся. Они же обычные школьники, просто приступами обострения чувства справедливости. И она испугалась, когда ей скрутили руки, да, была вероятность, что валялась бы без сознания и с разбитой головой рядом со старостой, но ведь обошлось. Так чего разводить драму? Как будто от этого кому-то станет легче. Кровь у Гэба идти не перестала, Кэти все еще злится, получается – бес-по-лез-но.

- Если тебе так неприятна помощь от девчонки, мог бы прямо сказать, - Белл вскакивает на ноги, как ошпаренная и идет к своей сумке, что одиноко лежала у стены, - не волнуйся, я никому не расскажу, - запускает руку, активно перебирая все, что там наскладировано, достает упаковку платков и возвращается к лежащему на каменном полу старосте.

- Возьми, - ноздри раздуваются от злости, но кажется, удалось взять себя в руки, парню реально досталось, - тебе пригодится, - ноль реакции. – Да чего ты такой упрямый? – снова опускается рядом и прижимает один платок к ране, которая кровоточит, - я же сказала, что никому не расскажу, а тебе нужно остановить кровь, - эти мальчишки хуже первокурсников, за что им значки старост только дают…
[pers]<b><a href="https://drinkbutterbeer.rusff.me/viewtopic.php?id=1015#p96831" target="_blank">Кэти Белл</a></b>, 15 лет[/pers][info]Гриффиндор, 5 курс<br />Охотница сборной факультета по квиддичу [/info]

+1

6

Гэбриэль Тейт - рыцарь без страха и упрека и, конечно, верхом на белом коне, он спасает слабых, раскидывает одной рукой всяких зарвавшихся ублюдков, обнимает и целует прекрасных дам, и вообще весь такой шикарный, что куда деваться. В какой-нибудь другой вселенной.

А в этой вселенной Тейт все еще валяется на каменном полу и мысленно сжирает себя до последней крошки за все, что только сказал и сделал. Где таких идиотов штампуют только, а? Откуда они такие вылезают? Какого хрена они становятся излишне дерзкими в самые неподходящие моменты? Черт бы побрал этих колчестерских неправильных героев.

Тейт медленно поднимается, нащупывает стену, прислоняется к ней щекой. Приятненько так холодит, боль как будто отступает, уходит даже, кажется, насовсем. Но это, конечно, обманчивое чувство. Она возвращается резко, бьет в виски так, что Тейт, не ожидавший такой волны, бьется лбом о стену, ругается сквозь зубы. Вот дерьмо.

- Я.. ты.. уж изв.. - И еще одна волна накатывает резко, накрывает его полностью, Тейт сжимает виски, сползает по стеночке вниз. Радуется, что все-таки не встал еще. Извиниться так и не получается.

И когда он стал таким? Когда превратился вот в такое.. нечто? Жалкое, размазанное по полу замка, не способное признать свою слабость и поблагодарить за помощь? Мерзкий голосок в голове пищит, что это он всегда таким был, просто не замечал, просто сбегал всегда от подобных ситуаций. Тейт даже верит ему, обреченно кивает в пустоту, пока не понимает, что это все - бред. Было уже что-то похожее, валялся он уже на полу, разбитый и жалкий, но помощь тогда принял, схватился за сильную (сильнее, чем он) руку и вылез из этой отвратительной ямы.

- Да, естественно отчитываю. Или нет? Возможно? Кэти? - Пока он перебирает варианты ответов на ее вопрос, имя появляется в голове резко, каким-то маленьким взрывом, вызывая очередную волну боли. Ну, конечно, и как он сразу не понял? Идиот. Идиот. Идиот! Если бы у него были силы, он бы постучал своей очевидно пустой черепушкой о стену. - Идиот.

Идиот, конечно, кто в этом вообще хоть когда-нибудь сомневался? Гэбриэль Тейт - самый распоследний идиот в этой школе. Может, даже во всей Британии, но на весь мир он, кончно, не поставил бы. Только такой кретин стал бы реагировать на свое спасение именно таким образом. Только такой кретин не узнал бы однокурсницу, которая.. которую.. впрочем, сейчас не так уж важно. Но огненно-рыжая копна волос, звонкий и такой харАктерный голос и эта мягкая, чуточку странная "р", доброта и отчаянность. Как он мог не догадаться? Идиот. Конечно, идиот.

- Идиот, - повторяет Тейт еще раз. Он вдыхает резко, задерживает дыхание, отсчитывает секунды. Одна. Две. Три. Четыре. Кровь стучит в висках так громко, что перекрывает все звуки. Пять. Шесть. Семь. Но поможет ведь эта маленькая пауза? Должна помочь. Восемь. Девять. - Десять, - резко выдыхает Тейт, пока не понимая, что это уже было не только в его голове. - Прости. Я же не.. неважно.

Он сам пока не понимает, почему так сложно сейчас извиниться перед Кэти. Он ведь был неправ. Он вел себя как законченный придурок, и на месте Белл сам себя запинал бы сейчас, ибо нехрен. Ее помощь не неприятна. Но ее помощь бьет, наверное, сильнее, чем удары этих кретинов, ввинчивается куда-то глубоко внутрь, разъедает его, шипит и усмехается: "Кто ты, Тейт, сам по себе, без поддержки других? Слабаааак, слисссняяяяк. Отвратительно!". Ему, на самом деле неважно, будет ли знать кто-то еще. Главное, что знает Кэти. Главное, что она все слышала, она была здесь, видела, как он валялся бессмысленной безнадежной тряпкой, неспособной дать отпор. Вот дерьмо дубль два.

Кэти протягивает ему платок, он смотрит на нее тупо, не реагирует никак. В голове с диким скрипом вертятся шестеренки, совсем не так быстро, как хотелось бы. Платок, белый, новый, чужой, не просто чужой - платок Кэти Белл. Рука вроде тянется к нему, подрагивая, но падает на половине пути. Не в этот раз.

- Я не.. - протягивает Тейт, но не завершает фразу. Кэти берет все в свои руки и садится рядом. Тейт выдыхает, сжимает кулаки, снова злится, но как-то уже иначе. Злость все больше идет куда-то внутрь него, не выплескивается наружу. И слава Мерлину - сколько можно уже? - Да это фигня все, просто кровь. У меня такой еще литров пять. Хотя сейчас, наверное, немного меньше.

Фигня, да. Драка - фигня. Кровь - фигня. Пляшущие огни перед глазами - тоже фигня. Он уже такое видел, для Тейта это все - не премьера, знаете ли. Он, конечно, верит ей. Он верит, что она никому не скажет. Он верит, что она действительно хочет ему помочь. Потому что кто он без этой веры? Но злость все равно цепляется из самых последних сил, царапается, оставляет кровавые борозды. Сейчас бы самому себе влепить пощечину, но сил не хватает, а на "спасибо" - уж тем более.

- Я не хотел, - наконец, он находит в себе силы признаться. - Это всё, - что? Что, Тейт? Слабость? Незрелость? Твоя общая отвратительность? - Это всё я. Ну знаешь, моя вина и все такое прочее. Тебя тут быть не должно, ты не должна была попасть под это вот всё.

Попал сам и втянул в это дело девушку. Красавчик Тейт. Молодец. Умница.

- Я злюсь, потому что мне жаль, - протягивает, наконец, Гэбриэль и снова стукается лбом о холодную стену. Хорошо. Правильно теперь. Так и должно быть. - Но ты это всё равно.. не надо было. Зачем вообще? Безрассудство и отчаянность.

Плохой Гэбриэль не сдается и тихонечко машет своим злодейским флажком.

Отредактировано Gabriel Tate (14.03.21 20:56)

+1

7

- Да знаю я, что идиот, - огрызается Кэти, тщетно стараясь унять эмоции. Поразительно, что очаровательные, всегда дружелюбные хаффлпаффцы могут быть такими…занозами. И нет, ей не стыдно, Тейт сам так себя назвал. Движения руки остаются максимально осторожными, какую бы злость она ни испытывала, взялась спасаться – спасай до конца.

- Хватит болтать, - довольно резко прерывает гриффиндорка, потому что больно смотреть на то, как парень мучается. Она опирается спиной о стену и вытягивает ноги, от камня так и веет прохладой, может быть поможет угомонить внутреннего демона, который разбушевался и так и норовит выйти наружу, показаться во всей «красе»? Белл с самого Рождества немного странная, обида, которая все равно осталась где-то внутри не отпускала, а только росла, неделя за неделей, как снежный ком. Она начала избегать привычные и такие родные шумно-веселые сборы перед камином в гостиной, а непонимающие взгляды от друзей вызывали чувство вины. Но она просто пятнадцатилетняя девочка, разве может она бороться с такими сильными эмоциями? Да и выплеснуть их некуда, да и некому. Самое забавное, что винит не Джорджа, который и стал причиной слез, а себя, потому что дурочка, слабачка и выхода тут как-то не намечалось. Это вам не в темноте «Люмос»ом посветить.

Не спрашивая разрешения, укладывает голову старосты на колени и прикладывает мокрую ткань ко лбу. – Будешь мне читать лекции, я тебе палочкой ребра тыкать начну, понял? – должно звучать грозно. Вообще подход не очень честный, ведь сопротивляться Гэбриэлю сложно. Ее-то не поколотили. Белл очень неловко, но интуиция подсказывает – оставить его сейчас одного нельзя. Надо же доверять своему чутью? – Откуда тебе знать, где я должна быть? – ворчит, доставая новый чистенький платочек, смачивая его водой из волшебной палочки.

- Только не дергайся, - Кэти склоняется над лицом парня, осторожно вытирая запекшуюся кровь с разбитой губы. Вообще-то она не думала о том, что это может быть так неловко. Щеки тут же вспыхнули, но вряд ли это было очень заметно. – И хватит извиняться, ничего невероятного не произошло, - гриффиндорка не особо хотела вдаваться в подробности, но это не первый раз, когда она оказывалась в переделках, таких, чтобы с применением кулаков. У нее кулачки маленькие, да и девчонкам руками размахивать при наличии волшебной палочки не очень умно. Как бы ни хотелось считать себя сильной и независимой – это была неправда.

Даже сейчас, ей важно было помочь однокурснику, чтобы заняться чем-то полезным, а не бесконечным самокопанием и развитием очередного комплекса. Жалко, что сама в глаз не получила, конечно. Хотя такого еще не случалось в ее жизни, наверное, все же это перебор. – Такое с кем угодно может случиться, - кому только не доставалось в стенах школы, - тебе просто не повезло, твоей вины тут нет, - их лица достаточно близко и шепота вполне достаточно, чтобы собеседник тебя услышал. – Болит? – имеет в виду голову. Зачем задает вопрос, если знает ответ? Ну она и не претендует на звание самой умной девочки в классе.

Белл выпрямляется и опирается на стену, - так немного лучше, - лицо хаффлпаффца стало чище, но пара ран еще продолжали кровоточить. – уверен, что не хочешь в больничное крыло? – сама она бы не хотела, но доверять здоровье лучше профессионалам, а не барышням с платочками, - я совсем не знаю заклятий, которые смогут тебе помочь, - потому что бесполезная, только и умеешь, что квоффлы в кольца запихивать.

Внезапно приходит осознание, что она не злится, ну почти, а скорее снова чувствует укор вины, ведь помочь помогла, но дальше-то что? Все, тупик, из него не выбраться. Как обычно. Тейт вроде угомонился, ну хотя бы сделал вид. Подумав, что ее болтовня, этим звонким голосом (так говорят некоторые), может раздражать, а тут бы спокойствия, замолкает и внимательно рассматривает старосту. Так близко они оказываются впервые. У него забавные кудряшки, глаза, хоть и закрыты, но видно, как тревожно дергается веко. Многочисленные ссадины, а на ключице начинает проявляться большое пятно.

- Синяк будет, - вздыхает Кэти и абсолютно не задумываясь прикладывает ладошку. У нее почти всегда холодные руки. Мама говорила, что к ушибам надо прикладывать лёд, но рядом ничего полезного нет, придется так. И как вообще в ее памяти всплыла эта информация – загадка.

[pers]<b><a href="https://drinkbutterbeer.rusff.me/viewtopic.php?id=1015#p96831" target="_blank">Кэти Белл</a></b>, 15 лет[/pers][info]Гриффиндор, 5 курс<br />Охотница сборной факультета по квиддичу [/info]

+1

8

О, Мерлин, Иисус, Шива, Зевс, кто там еще есть, это наказание такое за все, что он сделал раньше, за все грехи? Тейт закрывает глаза, вспоминает. Что там было? Наступил на хвост соседскому коту (совершенно случайно, между прочим, и долго извинялся потом), завалил контрольную по математике, неверно показал на карте Японию, разбил много тарелок и чашек, плохо помыл помыл пол, оставил разводы на окнах после мытья, проклинал маму и отца, в конце концов. Злился на преподавателей, злился на однокурсников, баллы опять же снимал, врывался на кухню среди ночи. О, вашу ж мать, сколько еще всего он успел натворить?

О, Мерлин, Иисус, Шива, Зевс, кто там еще есть, это благословение, может, за все хорошее, что он делал? Ведь он же делал, да? Он помогал младшекурсникам, защищал (как мог, но защищал же) слабых, провожал ночами до гостиных, не снимал баллы иногда (хотя мог, но ситуации разные бывают, он же не Снейп, он может понять), спас кота и когда-то даже щенка.. делал еще.. делал.. О, Черт! Ну много же хорошего делал, разве нет? Он же не такой плохой человек в целом.

Наказание или благословение? Тейт не понимает пока. Все выглядит как странный сон, в котором он стекает медленно по стеночке куда-то в темноту, такую теплую и уютную, а потом оказывается, что его голова лежит на коленях у Кэти.

- Это реальность или какой-то странный сон? - Шепчет Тейт, он поднимает веки, но почти сразу же зажмуривается - почему-то свет так сильно режет глаза, будто бы кто-то бьет ему в затылок, сильно и резко. Тейт даже, кажется, слышит гул, который становится все громче и громче, как если бы на них летел рой пчел или ос. О, Мерлин! - А если не лекции, а свету? То есть советы?

Эль все-таки открывает глаза, смотрит на Кэти снизу вверх, щурится глуповато, картина выходит странная. Но в таком положении он и правда видит огонь, и он сияет все ярче и ярче, этот огонь завораживает его, он поднимает руку. Тейту кажется, что он почти дотягивается до пламени, пальцы как будто обжигает, но он лишь приподнимает руку на пару сантиметров, а потом она падет обратно на пол. Это странный огонь, такой притягательный, такой чарующий. Сгореть бы сейчас дотла.

Лицо Кэти, кажется, он даже чувствует ее дыхание на своей щеке. Тейт улыбается, он не хотел, как-то это неуместно все сейчас, да и ссадины и будущие синяки дают о себе знать, но он улыбается, против своей воли. Внезапно думает, что, должно быть, он сейчас очень похож на какого-нибудь Джокера, от этой мысли хочется смеется, но сил на смех уже не хватает.

Соберись, Тейт, давай же! Дыши ровно, не пялься на нее как самый распоследний кретин.

- Нет, с кем угодно не случилось бы, - качает Тейт головой, выходит странно в его положении. - И если не моя вина, то чья? Не надо успокаивать, я все понимаю, - бормочет он, кивает или по крайне мере пытается. - Всё это - лишь результат моих действий. Я сам виноват, только я, больше никто. И мне жаль, что ты оказалась тут вдруг. Неправильно это, знаешь, ты должна была оказаться где угодно, но точно не тут. Я знаю.

Гэбриэлю повезло, что Кэти пришла именно в этот коридор. Кэти не повезло, что она пришла сюда. Странные повороты судьбы. Если есть на свете высшие силы (в существовании которых Тейт все-таки сомневался), то эти силы какие-то явно отбитые. Может, они под чем-то, но ему ли жаловаться?

- Нет, не болит почти, - упрямо шепчет Тейт, хотя в голове все еще взрываются фейерверки, от которых перед глазами плывут сотни маленьких звездочек. Красиво, никаких претензий. - Да и не нужно никаких заклятий, просто... - просто можем еще вот так посидеть? Хотел бы спросить Эль, но он, конечно, не будет, потому что знает, что из его уст это будет звучать нелепо и глупо. - Все хорошо.

Кэти кладет руку ему на ключицу и Тейт едва заметно вздрагивает. Он не любит чужих прикосновений, старается избегать их, даже футболки носит редко, потому что знает, как люди любят хватать за локоть или плечо, чтобы обратить на себя внимание, когда хотят что-то спросить. Но сейчас ему действительно становится легче, будто есть у Кэти какой-то целительский дар. Боль отступает, медленно, но верно, и хочется, чтобы этот момент длился вечность. Или даже больше.

- Да и черт бы с ним. Буду носить шарф или шейный платок. Вроде когда-то это было модно, хоть и выглядит странновато. Сделаю это своей фишкой, заведу коллекцию. Что думаешь на счет такого? - Улыбается Тейт, пытаясь поймать ее взгляд, но Кэти смотрит куда-то прямо перед собой. - Нет, я не брежу, правда.

Это чувство юмора у него такое отбитое, а после встречи его пустой головы со стеной оно, кажется, пострадало еще больше. Еще парочка таких инцидентов и он будет шутить как вечно пьяный кузен матери. Тот вечно выдает абсолютно идиотские каламбуры и так себе шутки, а потом ржет как полковая лошадь, колотя себя ладошками по животу. Не очень приятно зрелище.

- Я даже ведь не спросил. А ты как, Кэти? - Еще одно подтверждение факта, что Тейт - идиот. - Не пострадала? Они тебя не ударили? Может, нужна помощь и все-таки пойдем в больничное крыло? Я могу, если что, могу.. - Гэбриэль приподнимается немного, но в его голове звучит выстрел и он медленно опускается обратно на колени к Кэти. - Дай мне минутку, и я смогу тебя проводить до мадам Помфри.

+1

9

- Хочешь ущипну и проверим? – саркастично выдает Кэти, намереваясь тут же воплотить идею в жизнь, уже почти цепляет чужую кожу на ключице пальцами и в последний момент останавливается. Делать больно тому, кому и так фигово – не очень благородно, правда? А больно было бы. Пальчики охотников цепкие, свою «добычу» просто так не отпускают. – Но лучше просто поверь на слово, - смущенно улыбается и отводит взгляд в сторону.

Она внимательно смотрит в дальнюю часть коридора, ожидая, что в любой момент из-за угла могут вырулить те самые ребята, что им удалось одолеть чуть ранее. Если те придут с дружками, то у них с Тейтом будут большие проблемы и хочешь не хочешь – окажешься на койке во владениях мадам Помфри. Ладно, на самом деле, даже самый больной псих, которого ей доводилось встречать, девчонок особо не колотит, так пугает немножко, максимум выкручивает руки и отпускает. Ведь этого достаточно, чтобы запугать трепетную лань, что живет в душе каждой юной волшебницы. Мальчишкам везет гораздо меньше, им разбивают носы, ломают конечности и не имеет значения, уступаешь ты по габаритам противнику или нет. Несправедливость какая. Кэти считала, что волшебники не должны решать споры кулаками, вот дуэль – другое дело. Это покажет уровень владения палочкой и заклятиями, это твой труд, талант, усердие и, конечно же удача, а не просто дары природы.

- Полежи спокойно, тебе надо восстановить дыхание и хоть немного сил, - гриффиндорка волнуется и это слышно в голосе. Нет гарантий, что старосте не станет хуже, по хорошему нужно позвать помощь и отконвоировать Тейта в больничное крыло против его воли или хотя бы в гостиную Хаффлпаффа. Сама она ведь не справится, силенок маловато. Девушка наклоняет голову и строго смотрит на Гэбриэля. Вроде ж не дурак, а почему несет такую чушь? На квиддиче мозги ему бладжером точно не выбивали, едва ли одной драки достаточно для такого эффекта. Белл поджимает губы, чтобы не разразиться гневной тирадой.

- Не хочу тебя расстраивать, но в этом вопросе ты не такой уж особенный, - все же закатывает глаза, видя, что жертва винит во всем себя. – Что же ты такого особенного сделал? Просто шел мимо? Или, о ужас, снял десяток баллов? – каждое слово заводи, сжимаются кулаки и хочется с силой стукнуть по камню, но надо сдержаться. «- Дыши, Кэти, дыши» - внутренний голос на страже благоразумия, вот это поворот. – Открою секрет, каждый второй в этой школе оказывался не в то время не в том месте, просто статистика, - монотонно проговаривает каждое слово, как будто это в порядке вещей и так и должно быть. Снова смотрит на парня, чья голова лежит на коленях и тут же смягчается, нужно поддержать его и успокоить, а не отчитывать, как последнего идиота. – Уверена, что ты особенный, но в чем-то другом, - на губах легка улыбка, ох уж эти эмоции, вечно как на качелях.

- Я в порядке, ловкость кошки и все такое, - отшучивается Кэти, еще не хватало, чтобы за нее беспокоились. Она уверена, что Тейт ничего не видел, да и колдовал практически с закрытыми глазами, так что волноваться не о чем. Да и она правда в порядке. – Не смей носить платки, ты же не из Шармбатона, - пытается шутить, чтобы разрядить обстановку, пока непонятно, получается ли.

- У каждого квиддичиста есть мазь от синяков, — это мастхэв, ведь столкновения, бладжеры, да даже прием сильного паса или перехват квоффла могут оставить синяк, - могу поделиться, заживет за пару дней, - ей не жалко, мадам Помфри не удивляется и даже уже не задает вопросы, когда к ней захаживают за этим чудо средством. Даже в год, когда квиддича нет.

- Можешь поверить, болеть будет сильно, - она не про конкретный синяк под ключицами, на котором все еще лежит ее ладонь, а вообще про все, - драки — это не весело, - весьма справедливое замечание. Гэб говорит тихо, Белл даже задерживает дыхание ненадолго, чтобы не пропустить ни слова. – Ты что, - абсолютно не задумываясь гладит по голове второй рукой, - я не тороплюсь, так что спокойно приходи в себя, все в порядке, - тепло улыбается, вспоминая, а правда ли не торопится. Нет, однокурсника одного точно не бросит, но вспомнить было бы полезно. Наверное, максимум, что ожидало ее этим вечером – учебники и домашние задания, томно, ничего не скажешь. Но раз ждут – подождут.

Странно, но ведь за, почти пять лет, они первый раз общаются вне класса или большого зала, где Кэти могла подойти к хаффлпаффскому столу, пообщаться с Тони или Лианной. Барсуки всегда располагали к беседе, но этот парнишка как-то не инициировал диалог, может в силу характера, а может, потому что не хотел общаться именно с ней. Белл вздыхает от этой мысли, не хотелось верить в это, потому что тогда, вся эта ситуация вдвойне неприятна парню. Ведь на помощь пришел человек, который тебе не нравится.

- Гэбриэль, - тихо зовет парня, все еще думая, стоит ли говорить ему о своем предположении. Это сложнее, чем кажется. Рука исчезает с головы старосты и нервным движением Кэти заправляет волосы за ухо, - а ты так переживал, что я оказалась свидетелем всего этого, потому что… - ну решилась, спрашивай уже, обратного пути нет, - потому что тебе неприятно со мной общаться? – вот они – комплексы, во всей красе. Говорить такое вслух непросто, даже хорошему человеку. Девушка прикрывает глаза, надеясь, что этот вопрос не разрушит хрупкое спокойствие хаффлпаффца.
[pers]<b><a href="https://drinkbutterbeer.rusff.me/viewtopic.php?id=1015#p96831" target="_blank">Кэти Белл</a></b>, 15 лет[/pers][info]Гриффиндор, 5 курс<br />Охотница сборной факультета по квиддичу [/info]

+1

10

- Нет, не надо, пусть будет загадка, - усмехается Тейт, поднимает руки, пытаясь разогнать звездочки, плавающие перед глазами. - Загадки - это хорошо, это интересно. Я звучу как полнейший кретин, да?

Он звучит как кто-то, кому лет восемь-девять, он впал в это странное состояние, когда все кажется каким-то сказочным, оторванным от реальности. Он сам оторвался от реальности, существует прямо сейчас в каком-то своем мире, где он не такой жалкий, не такой разбитый и не побитый совсем. Там, когда он смеется, не идет кровь, не сводит живот и не ноет рука. Хорошо бы навсегда там остаться.

С другой стороны, здесь есть Кэти, здесь есть этот теплый мягкий свет, согревающее пламя и что-то такое, что увидеть нельзя, но чувствуешь всем своим существом. Это что-то забирается очень глубоко в душу, разбивает там свой маленький лагерь, обживается по-немногу. Оно с этого момента всегда будет с ним, Тейт точно знает, и от этого факта почему-то становится хорошо, как будто так и должно быть. Тейт улыбается.

- Наверное, - Эль слегка пожимает плечами. В нем действительно нет ничего особенного, но вина же все равно лежит на нем и давит, давит так чудовищно, что дышать тяжело, периодически он даже начинает хрипеть. - Мимо шел, баллы снимал, по всем параметрам виноват, - Тейт тихо смеется, хватается за горло, кашляет. - Вашу ж.. Что за школа такая, где половина получает по шапке просто потому, что мимо проходили? Я бы предпочел именно в этой области быть особенным, иначе странно все как-то.

Закрытая волшебная школа таит в себе множество опасностей, но разве нормально, что главная опасность здесь - ученики? Кто-то, кто проходит мимо тебя каждый день? Кто-то, кто сидит с тобой за одним столом, берет те же самые книги в библиотеке, слушает те же самые лекции? Не школа, а какая-то игра на выживание, ей богу, хоть привози съемочные команды и получай высокие рейтинги на главных телеканалах страны. Маги пытаются выжить или хотя бы остаться без травм в самом защищенном мире месте.

И если он в чем-то особенный, то только в излишней мрачности, что для хаффлпаффцев, конечно, нонсенс. И вот в этом он особенным быть никогда не хотел. Не хотел выделяться своим излишне неподходящим для факультета характером, странным взглядом на жизнь, высоким ростом, резкими чертами лица, слишком глубоким низким голосом, идиотским акцентом, потрепанной одеждой. Тейту хотелось бы в этих аспектах быть нормальным, совершенно обычным. Чтобы можно было радоваться победам факультета, искренне поддерживать всех окружающих, зарабатывать баллы на уроках, не думая ни о чем другом. Тейту всегда очень сильно хотелось быть таким, как все, вообще не выделяться, но только и с этим жизнь его прокатила. Бессердечная сучка.

- Ну и пусть болит, вряд ли ведь что-то страшное. Проходили уже все это и даже не один раз, - отвечает Тейт равнодушно. Его уже били, уже прикладывали раньше головой о каменные стены, он уже плевался кровью, валяясь на полу как брошенная кем-то сломанная кукла. Все заканчивалось в итоге нормально, что ему какой-то синяк. - Пустяки.

Пустяки, он переживет без всяких допингов. Переживет. Переживет, наверное. Но ведь если нужна будет мазь, он сможет.. Эль выдыхает резко, потом также резко и глубоко вдыхает. Мысли путаются, кружатся дурной бешеной каруселью, дразнят, то приближаясь, то резко отпрыгивая куда-то, пока он не успел поймать, сосредоточиться. Черт. Мерлин. Чтоб вас всех!

Тейт чувствует, как Кэти гладит его по голове, замирает, кажется, даже дышать перестает, чтобы продлить этот момент как можно дольше. Боль отступает еще дальше, пытается приблизиться, но отдергивает свои щупальца, будто что-то бьет ее, не дает прикоснуться снова. Тейт расплывается в улыбке, которую пытается замаскировать. Глупо все это, как же тупо он себя ведет, неправильно.

А следующие слова Кэти будто пропускают эту странную сраную медузу. Он теряет контроль - и удар. Тейт морщится снова, хмурится, сжимает челюсти, только бы не начать снова скулить от боли. Удар, еще один, и еще. Она знает, куда целиться, чтобы ударить побольнее. Гэбриэль через силу открывает глаза, смотрит на Кэти, пытается улыбаться.

- Ты.. откуда.. нет, почему вдруг такие мысли? - Бормочет Тейт, стараясь не потерять фокус, смотрит прямо в глаза. - Я же даже не сразу понял, что это ты. Я же не понимал вообще ничего, просто махал палочкой, потом говорил что-то, колотил воздух. Я не на тебя злился, а на себя. Да, - Тейт кивает обреченно, пора бы уже признаться. - Только на самого себя.

Он не понимает, почему у Кэти вдруг возникли такие мысли. Он злится еще больше на самого себя - значит, где-то что сделал не так, посмотрел неправильно, сказал что-то не то. Он же никогда не хотел никого задеть, никогда не хотел выглядеть как зарвавшийся урод. Никогда вообще, а в ее глазах уж тем более. Эль знает, конечно, что он не самый приятный в общении, что он нелюдимый, часто излишне мрачный, замкнутый, но он никогда не думал, что это его поведение будет восприниматься так, будто он не любит всех окружающих. Это неправда. А в этом случае - это настолько неправда, что даже хочется.. хочется чего? Руку засунуть самому себе глубоко в грудную клетку, нащупать сердце и сжать его так крепко, чтобы биться перестало? От этой мысли начинает мутить.

Тейт, ты отвратительный.

Тейт, ты неприятный максимально.

Боже, скройся уже, заткнись. Заткнись. Заткнись. Заткнись.

- Почему ты думаешь, что ты мне неприятно с тобой общаться? Это же, - бред, нонсенс, жуткий вздор, - неправда. С чего бы мне так думать? Ты ведь.. - Кэти Белл, яркая и солнечная настолько, что слепит глаза и дыхание сводит, что хочется быть ближе, будто бы даже сам в эти моменты становишься лучше, - хороший человек.

Хороший человек. Лучше комплимента не придумаешь, Тейт, двадцать баллов из десяти.

+1

11

- Просто… - немного теряется Кэти, когда от хаффлпаффца приходит встречный вопрос, - я подумала, что тоже бы злилась, если бы меня в такой момент увидел человек, который мне не нравится, - тихо заканчивает свою мысль. Вообще, это просто гипотеза, ведь в пока ее в полуобморочном состоянии после драки никто не находил, да и вряд ли найдет. Она же девочка, кулаками размахивать все же не ее дело. Белл фыркает, думая о том, что Рикетт бы точно похвалил ее за такие умозаключения.

Хотя, если бы нашел кто-то из друзей, было бы может хуже. Они будут переживать, суетиться, задавать миллион и еще пару десятков вопросов. Тони, Фред, девочки, да даже Джордж. Это имя слишком логично находилось в списке, но в то же время хотелось как можно реже думать об одном из близнецов. Тяжелый вздох вырывается сам собой. Кэти всегда умела решать проблемы и выкручиваться из сложных ситуаций, но в этот раз все оказалось слишком сложно.

Воображение подкидывает картинки, в которых на месте Тейта, она сама, лежит, заляпанная собственной кровью, на каменном полу одного из безлюдных коридоров и лицо Джорджа, которое внезапно оказывается так близко. И почти осязаемый страх смотреть в глаза напротив, в страхе увидеть жалость или безразличие. Но такого быть не должно, они же друзья, правда? Даже после того, что она сделала?

Кэти не замечает, как пальцы снова путаются в светлых кудряшках, удивительно, но это правда успокаивает. Гэбриэль ерзает и это возвращает гриффиндорку в реальность. – Прости, я задумалась, - опускает голову, чтобы видеть лицо старосты. – Спасибо, - ей приятно слышать добрые слова от однокурсника, хоть они и не особо общаются. – Знаешь, - негромко говорит Белл, - я думаю, что понимаю тебя, - смотрит прямо в глаза, внимательно, серьезно, - тоже бы злилась, если бы оказалась на твоем месте, - отчего-то уверена на все сто процентов, но проверять на практике не хотелось бы. Тяжело признавать свои слабости, хоть это и считается признаком сильного и смелого человека.

- Ты вообще кажешься не очень общительным, - Кэти задумчиво прикусывает нижнюю губу с внутренней стороны и вздрагивает, когда Гэб снова двигается на ее коленях. Мантия сползла, напоминая о порванной в «битве» юбке. Тейт не видит и едва ли почувствует разницу, что мантия, что прям коленки-коленки, сейчас парню едва ли до этого. А вот она смущается, щеки и даже шея вспыхивают огнем, но она потерпит, ведь это не так страшно, правда? – Тебе хоть, - еле выдавливает из себя слова, испуганно наблюдая за тем, как полы мантии окончательно падают на пол, - немного лучше? – нервно сглатывает, но держит под контролем нарастающую тревогу. Это Гэбриэль Тейт, ее однокурсник, староста Хафлпаффа, хороший парень и тот, кому сейчас нужна ее помощь, даже если он этого не осознает.

- Я ценю твою самоотверженность, - Белл вспоминает слова пострадавшего минутами ранее, - но геройство тут ни к чему, признавать, что тебе нужна помощь, это…нормально, - она верит, что так и есть, но сама почему-то редко признается даже себе, что нуждается в помощи или поддержке. Ей с детства вбивали в голову, что нужно быть сильной, самостоятельной, а еще, что она все же девочка и может быть слабой и беззащитной. Это такие противоположности, что не знаешь, как реагировать, поэтому приходится пускать все на волю случая.

Она видит переживания на лице парня, но не знает, что с этим можно сделать. Отвлечь, только как? Думать совсем некогда, поэтому Кэти говорит то, что первое приходит в голову. – Знаешь, я так боялась играть за сборную факультета, - сейчас это кажется почти неправдой, но ведь так и было. Тоненькие ручки едва держали метлу перед выходом на поле, - в итоге, самый первый матч я и не помню, слизеринцы сбили меня бладжером и очнулась уже в больнице, - на губах появляется легкая улыбка, сейчас это просто воспоминания, а на втором курсе было очень невесело. – Думала, что никогда не обрету уверенность, но сейчас, - загадочно замолкает, стараясь сохранить интригу, - сейчас предматчевый мандраж почти исчез, хоть ответственность, что лежит на плечах чувствуется, - как же она скучает по матчам, тренировкам, реву болельщиков и красно-золотым шарфам в воздухе. – Всему нужно время и, частенько, практика, - а к чему это вообще? – Так что можешь не бояться и не стесняться, будь честным, - а ну да, точно, лекцию все же читаем для старосты, - могу обещать, что готова поддержать тебя, когда это будет нужно, - кивает и осторожно треплет чужие волосы. Все же это очень неловко, но абсолютно нет желания сорваться с места и сбежать куда-нибудь подальше.
[pers]<b><a href="https://drinkbutterbeer.rusff.me/viewtopic.php?id=1015#p96831" target="_blank">Кэти Белл</a></b>, 15 лет[/pers][info]Гриффиндор, 5 курс<br />Охотница сборной факультета по квиддичу [/info]

+1

12

- Да, наверное, - бормочет тихо Тейт, кусая губу. Ему почему-то такая мысль вовсе в голову не пришла. Может, потому что нет в этой школе людей, которые ему бы именно не нравились. Тейту люди обычно либо нравятся, либо ему на них все равно, либо он их боится. В этом случае, наверное, самый паршивый вариант - быть найденным кем-то из третьей категории. Хорошо, что этого не произошло. Школу он явно тогда покинул бы раньше времени и отправился куда-нибудь в  Мунго автографы у Локхарта брать. - Тут больше про меня, чем про тебя. Такой вот я жуткий зазнавшийся эгоист, - Тейт улыбается, чувствует, как из разбитой губы снова начинает идти кровь. - Не люблю, чтобы меня видели вот таким.

Тейт привык со всеми своими проблемами справляться сам, вылезать самостоятельно из тех выгребных ям, в которые его раз за разом толкает судьба и его собственный паршивый характер. Нет, он, конечно, не выглядит при этом этаким улыбающимся дурачком с сияющими глазами, кричащим "у меня все отлично!" и вытирающим внезапно потекшие слезы. Он просто сжимает кулаки, стискивает зубы, заклеивает ссадины пластырем, натягивает на разбитые локти рукава мантии или толстовки и просто не отвечает на вопросы.

После драк он отползает куда-нибудь в темный угол, где можно перевести дыхание, вытереть кровь и отдышаться. До гостиной передвигается перебежками, выбирает самые безлюдные коридоры, благо за пять лет в Хогвартсе более-менее их запомнил. В гостиную заходит, когда там меньше всего людей (это время он тоже примерно вычислил), прикрывая лицо капюшон толстовки, которую обычно таскает под мантией, если не очень жарко.

Тейт не рассказывает про свои проблемы другим людям. Даже самым близким он не привык открываться, потому что ему кажется, что тогда и они от него сбегут, открестятся, кинут в лицо что-нибудь обидное, что-нибудь похуже тяжелого кулака слизеринского семикурсника. Он выдержит, конечно, но это его точно подкосит, так что давайте лучше без этого. Лучше он накинет капюшон и будет делать вид, что все нормально.

- Надеюсь, что ты никогда не окажешься на моем месте, - Эль качает головой. Ему и представить страшно, что что-то подобное может произойти с Кэти. Это была бы совсем дикость, даже для этих стен, повидавших многое. Он закрывает глаза, слегка надавливает на них пальцами, пока в темноте не появляются странные цветные круги. - Пусть это будет лишь предположение, которое тебе не удастся проверить.

Пусть все остается на уровне этих "бы", хотя Тейту кажется, что лучше и без них вовсе. Лучше, если бы Кэти никогда о таком не задумывалась. Но он вслух этого не говорит. Не ему лезть в ее голову.

- Мне просто обычно нечего сказать, - он снова неловко пожимает плечами. Должно быть этот жест в таком положении делает его еще больше похожим на поломанную куклу. Он думает об этом, резко замирает, потом складывает руки на груди. Поза покойника, а? Готовимся заранее? Ищем самые удобные позиции? - Да, думаю, что лучше, - Тейт снова закрывает глаза, прислушивается к самому себе, но слышит только, как бешено бьется сердце. Бьется в каком-то странном рваном ритме. Хорошо, если это не предвестник раннего инфаркта. Тейт хмыкает - и почему все самые идиотские мысли приходят в его голову в самые неподходящие моменты? - Это не самоотверженность, это чистой воды кретинизм, как говорила моя мама.

Ох, миссис Тейт много чего говорила. И как бы самому Гэбриэлю ее изречения не нравились, он все чаще замечает, что начинает цитировать ее. Ладно хоть цитаты эти он применяет исключительно к себе, описывает ими только свое поведение, а не чье-то еще. Иначе - сам бы пошел сдаваться мадам Помфри, пытаясь уверить ее в том, что у него явное помутнение рассудка.

Кэти почему-то краснеет, запинается. Тейт судорожно начинает вспоминать, что такого он мог сказать и что сделать. Не находит, и из-за этого начинает паниковать. Глаза бегают из стороны в сторону, дышать становится тяжело, он щипает себя за ногу, надеясь, что это не очень заметно. Боль - это плохо, это отвратительно, но она всегда помогла ему прийти в чувство и вернуться обратно в реальность без особенных потерь.

Мда, Тейт, насколько же ты отвратительный и жалкий.

- Если честно, никогда не понимал квиддич, он же такой.. опасный? - Тейт, кажется, сам не очень уверен в том, что говорит. Он старается подбирать слова, но сознание все еще путается. - Эти бладжеры, больше похожие на пушечные ядра, и высота, метла кажутся такими неустойчивыми, и ветер ведь, а иногда и дождь, и слепящее солнце. Но тебя не это пугало, да?

Чем дальше Кэти говорит, тем больше Тейту кажется, что все это абсолютно нереально, что ее здесь нет, что он лежит головой на каменном холодном полу и смотрит в потолок, а может, и на Пивза. Нет-нет, такого никогда не могло случиться с неудачником Гэбриэлем Тейтом. Это ведь явные галлюцинации, его просто слишком сильно приложили о стену. Это странный сон, странный, но такой хороший сон. Из тех, что обычно приходят перед самым рассветом, прерываются на самой приятной ноте, оставляют после себя какое-то очень светлое чувство. Из тех снов, что ты потом весь день додумываешь, размышляя, что было дальше, что еще сказали герои, что сделали, куда это все привело. Такого с Тейтом в реальности произойти не могло.

- Я.. ты.. - в голове у него все звучит так красиво, но в итоге получается только неловкое неясное блеяние. Классический Гэбриэль Тейт. - Спасибо, - наконец выдыхает он, улыбается. Ему чудовищно хочется растянуть этот момент на подольше, хочется вот так лежать здесь и смотреть Кэти в глаза, и слушать, что она говорит, еще долгие часы, но Тейт понимает, что это невозможно даже во сне. Эль берет себя в руки, садится, прислоняется к стене, улыбается снова. - Спасибо. И прости еще раз за все, что говорил. Это просто.. просто я дурак, а ты меня спасла. - И не только из этой дурной драки.

+1

13

Нельзя не согласиться с Тейтом. На его месте оказаться захочет только идиот, Белл себя к ним не относит, хотя, может стоит? Глупые поступки, совершенные за последний год, да даже полгода, выстроились в очередь, чтобы быстро промелькнуть перед глазами и напомнить о себе. До сих пор за некоторые стыдно.

Видит сомнение. Ведь понимает и разделяет его. Говорить правильные вещи и делать их -   совсем не одно и то же. Знать, ка поступить правильно – это круто, потрясающе, чистый восторг, но иногда это не просто сложно, а невозможно. Кэти часто размышляла на эту тему, и она не давала покоя, особенно в этом году. Может ли гриффиндорец чувствовать себя слабым и беззащитным, нуждающимся в помощи? А если да, то не ошиблась ли в таком случае распределяющая шляпа, когда определила слабака и трусишку на факультет храбрецов? Или это стереотип и все студенты красно-золотого факультета стали его заложниками? Разобраться во всем этом сложно. Но искренне верилось, что для признания своей слабости, страха, нужна смелость.

- Тоже буду надеяться, а то мадам Помфри точно пропишет в больничном крыле, - шутит, стараясь сделать хоть что-то для снижения градуса неловкости. А в каждой шутке есть доля… И без размахиваний кулаками Кэти легко находит себе травмы или они ее. Вечно режется тем, что даже не острое, спотыкается, не вписывается в повороты. В общем, будучи квиддичисткой, отличается грацией картошки в классическом виде.

- А твоя мама оптимистка, - уголки губ слегка подняли, в подобии улыбки. Все родители, кажется, какие-то странные. Кто-то слишком сильно опекает, кто-то вообще не обращает внимание, дают странные советы и эти странности можно перечислять бесконечно. Одно у них у всех общее – абсолютное непонимание своих детей-подростков. Причины могут быть разные, но результат явно один. Кэти невольно думает о том, как вернется на каникулы домой, захочет поговорить с мамой о том, как это, влюбляться в первый раз и не в того, что с этим делать. Да только, едва ли мама поможет найти решение. У них с папой такая прекрасная история любви, младшей Белл такое точно не светит.

Гэбриэль вырывает из грустных мыслей, говоря о любимом, то, что действительно греет душу. – Да, квиддич он такой, каждый раз не знаешь, доиграешь до конца матч или нет, - фыркает Кэти, ей иногда очень не везло, если быть честным, - но это ощущение полета, я его просто обожаю, - прикрывает глаза, блаженно улыбаясь. Даже в воспоминаниях летать просто потрясающе, так и хочется расставить руки в стороны и насладиться этим моментом. – Папа говорит, что квиддич – это призвание, - хмыкает. Отец всегда мечтал о спортивной карьере, может быть он так говорил, чтобы дочь осознала, если есть талант, то это судьба и надо идти вперед к спортивному будущему. В пятнадцать еще непонятно чего ты хочешь на самом деле.

Тейт двигается, Кэти убирает ладони с его ключицы и головы. Ей было до странного нормально во всей этой истории. Обычно она не касается так малознакомых людей, но сегодня все получилось как-то само собой. Да и когда еще получится дотянуться до этих милых кудряшек? – Пожалуйста, - как-то замедленно откликается гриффиндорка, наблюдавшая за тем, как староста усаживается и прислоняется к стене. – Выглядишь все еще помято, - врать она не будет, вдруг парнишка внезапно одумается и решится дойти до больничного крыла. Чувствует укол совести за то, что сама никак помочь не может и отводит взгляд, разглядывая носки туфель. В глаза бросается голая коленка, что заставляет еще и смутиться. Прикрывшись полами мантии, Кэти поворачивается к хаффлпаффцу.

- А ты спас меня тоже, - улыбается смущенно, - не попади ты заклинанием, кто знает, что бы было, - чистая правда, - так что это командный успех, - аккуратно касается чужой ладони, чуть сжимая пальцы и тут же разрывает контакт. Тейт может не помнить, да и вряд ли видел, что скрутили девчонку Белл и дело могло вообще принять не тот оборот. – Только не извиняйся, хорошо? – слишком это все неловко, ничего невероятного не произошло, просто один студент выручил другого. От стены тянет холодом, Кэти чувствует, как замерзает, хотя погода весенняя, потрясающая и теплая. – Ты не замерз? – аккуратно интересуется Кэти, - если тебе получше, и ты готов, может пойдем до подземелий? Могу помочь добраться, наверное, это звучит грубо и для парня несколько оскорбительно, раз он не хотел бы, чтобы хоть кто-то видел его в таком виде и ситуации, но она уже здесь и все знает, - если ты не против, конечно, - неловко замолкает, начиная нервно теребить рукав мантии, - мне важно знать, что ты добрался до гостиной без приключений, - даже не смотрит на старосту, увлеченно разглядывая пальцы, которые так сильно сжимают и дергают ткань. Эгоистично, очень эгоистично, но волноваться и правда будет.

[pers]<b><a href="https://drinkbutterbeer.rusff.me/viewtopic.php?id=1015#p96831" target="_blank">Кэти Белл</a></b>, 15 лет[/pers][info]Гриффиндор, 5 курс<br />Охотница сборной факультета по квиддичу [/info]

+1

14

Ему очень хочется сказать, кто его мама на самом деле (уж точно не оптимистка), но он сдерживается, проглатывает все слова, которые уже готовы были вырваться. Слишком долго он это в себе держал, никому вообще не рассказывал, на все вопросы - лишь отшучивался или, скорее, пытался, потому что с чувством юмора у Тейта, как и со всем прочим, совсем неважно. Он жалеет, что упомянул ее в этом разговоре. Она тут совсем не к месту, удивительная женщина умудряется портить все, даже находясь за сотни миль от него. Тейт морщится.

Кэти отвлекает его довольно быстро от этих размышлений, она смеется. Тейту эта тема совсем не кажется смешной, потому что даже здесь, на земле (и крайне близко к земле, надо заметить), ему страшно, когда он думает о том, что происходит на поле для квиддича; когда вспоминает, с какой высоты игроки не раз падали на траву, оставаясь относительно целыми только благодаря магии. У Тейта воображение больное, неправильное - он всегда представляет только самые худшие исходы, вот и сейчас.. и сейчас мог бы, но Кэти улыбается и выглядит довольно счастливой, когда говорит про квиддич. И это настроение почему-то оказывается заразительным. Тейт даже на пару секунд видит перед собой не разбитые головы и надежды, а бескрайнее небо, восторженно кричащие трибуны. Ощущение, что если он задержится хотя бы на пару минут в этих чувствах, то сможет почувствовать теплые лучи солнца на лице и порывы ветра, сшибающие с метлы.

Удивительно.

Удивительная.

Когда он садится, на долю секунды ему кажется, что стало легче, что на самом деле все не так страшно и обошлось без травм и больших синяков. Он осторожно двигает рукой, потом - второй, сгибает ногу, приподнимается, но тут же охает, хватается за бок и садится обратно.

- Да я всегда так выгляжу, - неловко улыбается Тейт, пытаясь сделать вид, что это он всегда так встает с пола, он же не спортсмен, в конце концов. - Я бы хотел сказать, что это я такой умелец и герой, вслепую раскидываю громил заклинаниями с нескольких метров, но мне просто повезло. Нам повезло, - тихонько добавляет он, все еще неуверенный в этом "нам". Ему кажется, что эта маленькая победа над большими идиотами - заслуга исключительно Кэти.

И когда Кэти сжимает его ладонь, у Тейта внутри все переворачивается, будто проносится маленький ураган, сметающий все на своем пути: мысли, слова, не остается ничего, кроме теплого согревающего пламени, растапливающего ледяной панцирь Гэбриэля.

- Я? Замерз? Нет, что ты, совсем нет, - мысли все еще пытаются вернуться обратно в голову, путаются, собрать их все никак не получается. Тейт нелепо краснеет. - Да. Наверное. То есть да, пойдем, я не против компании в пути до гостиной.

Тейт готовится заранее, сжимает кулаки, закусывает губу, опирается на стену и, наконец, поднимается на ноги. Пару секунд шатается, пытаясь отогнать мелкие белые пятна, кружащиеся перед глазами.

- Нормально, - шепчет он себе под нос. Он старается незаметно пощупать собственные ребра, шумно выдыхает, когда пальцы пробегаются по правому боку, но в целом все выглядит неплохо. Вроде ничего не сломано, жить можно. - Ты как, в порядке? Идем?

Отредактировано Gabriel Tate (12.04.21 20:05)

+1

15

- Однозначно повезло, - даже спорить не будет. Девушка улыбается в ответ и чувствует легкость, как будто ничего страшного не произошло. Ее товарищ не расцветает лиловым из-за многочисленных ударов, будто кровь не запеклась на мелких ранах и ссадинах.

Она настороженно наблюдает за тем, как Гэбриэль встает. Выглядит он и правда так, что самое время волноваться. Кэти поднимается следом и обеспокоенным взглядом осматривает старосту. – Прости, но я надеюсь, что ты не всегда так выглядишь, - позволяет себе немного критики, пусть и в шутливой форме. Ну правда, не колотят же его постоянно, это было бы заметно, за столько лет совместных уроков. Только читать лекции или приставать с расспросами не лучший момент, даже не обладая чувством такта понимает это.

- Сильно болит? – спрашивать очевидное, это прям любимое. Белл чувствует себя немного неловко и беспомощно, когда Тейт вытягивается в полный рост. Выше нее, почти на целую голову. И как собралась помогать? Растерявшись, гриффиндорка перекидывает через плечо сумку и поднимает с пола вторую, протягивая ее Гэбриэлю. Тот захочет понести ее сам, ведь дать это сделать девчонке – признать слабость, а их небольшой диалог показал: он не любит, когда его видят слабым и беспомощным.

- Идем? – под локоть, аккуратно поддерживает. Со стороны может показаться, что двое просто прогуливаются по замку. Кэти болтала о разной ерунде, чтобы отвлечь парня от того, о чем он думает. По глазам видно – еще винит себя. Пару раз они останавливаются, чтобы перевести дыхание и уже перед входом в гостиную хаффлпаффа, улыбается. – Обещай, что если будет сильно болеть – придешь за мазью! – указательный палец утыкается в грудь, а лицо сделалось максимально серьезным. Сейчас не до шуток, - Все будет в порядке, правда? – парень слегка кивает и этого достаточно. Только когда староста скрывается в проеме, девушка позволяет себе облегченно вздохнуть: он в безопасности, пусть и покалеченный, но зато добавки не получит…пока что. А мазь теперь нужно будет обязательно носить с собой, на всякий случай. Обещал помочь – будь к этому готов.

Но при том, что повод для встречи был ужасным, ей было приятно узнать своего однокурсника чуть лучше. Может быть это только начало и к концу года они подружатся…Кто знает? Кэти улыбается своим мыслям, разворачивается на сто восемдесят градусов и бодро шагает к башне Гриффиндора.
[pers]<b><a href="https://drinkbutterbeer.rusff.me/viewtopic.php?id=1015#p96831" target="_blank">Кэти Белл</a></b>, 15 лет[/pers][info]Гриффиндор, 5 курс<br />Охотница сборной факультета по квиддичу [/info]

+1


Вы здесь » Drink Butterbeer! » Pensieve » 10.05.95. Это жоска? ДА! Это жоска!