Drink Butterbeer!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Drink Butterbeer! » Great Hall » 21.04.96. Through the fire I'll keep burning on


21.04.96. Through the fire I'll keep burning on

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

https://i.ibb.co/KbRS9j1/PIZ.gif
Katie Bell, Gabriel Tate
21 апреля 1996 года (воскресенье)
Поле для квиддича

Иногда сложнее всего подобрать нужные слова.

+2

2

Кэти злится так сильно. Гнев заполняет е изнутри, вытесняя кислород из легких и не давая возможности дышать, заставляя лишь рвано хватать ртом воздух. Нужно покинуть замок, пока есть такая возможность. Побыть наедине со своими мыслями и эмоциями, хотя бы постараться привести их в порядок.

Шагая по хорошо знакомой тропинке к раздевалкам квиддичистов, она даже не обращает внимания, что небо хмурится, собираются тучи, которые рано или поздно разродятся дождем. Сейчас это волнует меньше всего, не привыкать летать в плохую погоду. Гораздо важнее прийти в себя, успокоиться, насколько это возможно.

Больше всего ее возмущают косые взгляды, почему она видит в них столько осуждения? Каждый второй в той школе терпеть не может Амбридж, ее режим и дурацкие декреты, которые превращают славные школьные годы в пытку. Нельзя ничего: от встреч с друзьями, до собраний большей части клубов, на форму ей плевать, укорачивание юбок ей не знакомо, но теперь нельзя даже обнять своего друга или парня в коридоре. Ограничения давят, не позволяют делать то, что хочется (в рамках разумного, разумеется), а когда, если не сейчас?

Белл с силой тянет шнуровку тренировочной мантии. Туговато. Она наивно верит в то, что полеты и сейчас спасут ее, ветер обожжет лицо и думать о происходящем не будет никакой возможности. Может быть, она устанет так сильно, чтобы уснуть? Две бессонные ночи подряд – это перебор. Она выходит их раздевалки, неаккуратно закрывая дверь. В руке сжато древко метлы и взгляд устремлен на небо. Начинает моросить мелкий дождь. Это ее не остановит. Выходит из-под навеса и перекидывает ногу, готовясь взлететь. Но что-то не дает… Белл поворачивается и видит растрепанного Тейта, что держит ее за лодыжку, не позволяя подняться выше.

- Что ты здесь делаешь? – теряется, потому что Гэбриэль к квиддичу отношения не имел, а значит зачем ему тут быть? Нехотя опускается на землю и опирается на метлу. – Только не говори, что пришел прочитать мне лекцию о плохом поведении, - это звучит грубо, но так получилось, Кэти не в силах контролировать свой гнев.

+2

3

Тейт сидит в гостиной факультета, закрыв глаза, думает, что за эти пять минут успеет выспаться, отбить все эти ночные часы, которые он провёл у озера, бездумно раскуривая маггловские сигареты и пялясь в небо. Не получается, конечно. Белла очень кратко рассказывает ночные новости. Оказывается, что Тейт пропустил охренеть сколько всего, но он только бессвязно мычит в ответ, пытаясь осознать масштабы выговора, который позже получит от декана.

Студенты под руководством Поттера (ну а кого же ещё?) организовали какой-то подпольный кружок или что-то вроде того и делали какие-то незаконные дела (а в нынешних реалиях законные бывают вообще?). Тейт трёт виски, пытается принять более-менее устойчивое положение и придать невыспавшейся роже выражение "я нормально".

- Хреново, - наконец, выдаёт он, прикрывая на всякий случай лицо, - прости, не бей, я не выспался просто... просто.. были дела. Да неважно. Кого, говоришь, поймали? - Эль нервно вздрагивает, когда слышит имена старост-хаффлпаффцев. Чёрт! Умудрились ведь вляпаться. Простым выговором от декана точно не отделаться - тут явно ждёт что-то боль.. - Подожди, кто там ещё?

Ну, конечно. Глупо было бы предполагать, что он не услышит эту фамилию здесь и сейчас. Он знал, что в этом списке будет Кэти. Знал, но всё-таки до последнего надеялся, что ошибается, что всё будет иначе. Тейт сжимает кулаки, морщится, когда ногти впиваются в ладонь.

- Разберёмся с этим позже, да?

Завтрак проходит как в тумане. Эль больше внимания уделяет построению странных сооружений из каши в тарелке, чем речи новоиспечённого директора Хогвартса. Он как-то механически, не задумываясь отвечает Майку, смеётся невпопад, когда слышит чужие резкие вскрики. Тейт смотрит на гриффиндорский стол. Точнее, смотрит на одного определённого человека за этим столом. И ему не нравится то, что он видит.

- Я знаю, обещал, но ещё позже, хорошо? - Бросает на бегу, взмахивает резко руками, отталкивая встречающихся на пути студентов. Эль знает, куда она пойдёт, надеется, что успеет перехватить. А что он будет говорить? Да хрен знает, он не придумал, но поговорить нужно, просто необходимо - почему-то в этом он уверен.

Уверен до тех пор, пока не выбегает на поле, пока не замечает готовую взмыть в небо Кэти, пока не подбегает к ней и не хватает её за ногу, не давая улететь. Он был уверен в своих действиях, пока не встретился с ней лицом к лицу. Сейчас же Тейт молчит, ёжась под порывами весеннего ветра.

Зачем он так торопился? Что хотел сказать?

- Те.. тебя ищу, - пожимает плечами, отпуская её, убирает руки в карманы мантии. - А я должен? Прости, ннн.. не подготовился к лекции.

Эль внезапно понимает, что злится, что руки в карманах стиснуты в кулаки, а он сам хмурится, смотрит на Кэти исподлобья.

Идиот. На кого злишься хоть, крошка Тейт? И действительно думаешь, что именно так нужно себя вести в этот момент?

- Я.. я.. я просто.. - разводит руками, пытаясь подобрать слова, но не получается ни черта. - Просто хотел спросить, как ты. После.. - снова запинается, заикается, оглядывается беспокойно по сторонам, не решаясь посмотреть ей в глаза. - После всех этих новостей и..

Если она врежет тебе по лицу метлой - будет права.

- Извини, я не.. не должен был.

+2

4

Сейчас все те байки о том, что «весь мир против тебя» не кажутся такой уж глупостью. Все, за что бы не бралась, превращается в горсть пепла или катится к амбриджевой бабушке. Хочется ругаться, махать кулаками, кричать, пока силы не кончатся и будет невозможно пошевелить рукой. Кэти никогда не была спокойной: ни в детстве, ни уж тем более сейчас, когда уровень осознания окружающего мира, гораздо выше, чем у младенца.

- Не должен был что? – взгляд у нее тяжелый, а голос звучит так, словно предупреждает об опасности. Как говорят? Лев – царь зверей, а если он зол, то не даст пощады своему обидчику. Головой гриффиндорка прекрасно понимает, что Тейт здесь не причем и вообще не заслуживает подобного отношения. Скорее всего он просто переживает за подругу, ведь новость, так быстро разлетевшаяся по школе была, скажем так, шокирующей? Да, скорее всего.

Баланс – это то, что дается сложнее всего таким как она, людям, привыкшим жить чувствами, эмоциями. Хочется растерзать парнишку хотя бы за то, что лезет с вопросами, от которых еще не скоро удастся отделаться, как и от косых взглядов. Белл не жалеет о вступлении в отряд Дамблдора, если бы можно было вернуться в прошлое и поменять свое решение, то поступила бы точно так же, потому что считает это правильным. Должно ли ее волновать чужое мнение? Вроде бы нет, но к тем, с кем она дружит, те, кто ей нравятся важны и с их мнением считается всегда.

- Как видишь, в порядке, - чеканит каждый слог, что явно не похоже на тот самый «порядок». Перехватывает метлу, крепко сжимая древко, кожа на костяшках пальцев натягивается, белеет, порыв ветра вызывает покалывание, словно сотни маленьких иголочек устраивают дополнительную пытку. Но ничего не может быть хуже, чем эти печальные, жалостливые взгляды. Кэти дышит тяжело, прерывисто, словно сердце пропускает удар, а потом меняет ритм, а потом еще раз и еще. Голова кружится. Может быть даже хорошо, что не успела подняться в небо, так бы могла свалиться с метлы. Хотя…это очень маловероятно.

- Если собрался пожалеть бедную Кэти, то не стоит, меня это только злит, - честно, прямо, потому что нет никаких сил подбирать выражения. – Я не хочу с тобой ссориться, Гэбриэль, но, - запинается и замолкает, потому что не знает какое может быть НО. Тейт вообще не при делах, честный староста, не знающий о существовании тайного сборища студентов в выручай комнате, шокированный этой информацией и возможно, пытающийся в чем-то разобраться. Но зачем идти к ней? Есть ведь куча хаффлпаффцев, это было бы гораздо проще. 

- Хочешь честно? – делает несколько шагов на встречу и поднимает голову, чтобы не прерывать зрительного контакта. – Сейчас я хочу что-нибудь сломать, разрушить, бегать по пепелищу, подраться, - перечисляет все доступные способы быстро и качественно «устроить дестрой», - ты не представляешь, как я злюсь, - настолько, что не смогла сомкнуть глаз ночью. – Так, меня накажут, хотя бы оправданно, а может и вовсе выкинут из школы, - нарочито пренебрежительно пожимает плечами, давая понять, что ей все равно.

Закрывает глаза, стараясь прислушаться к голосу разума. «- Эй, это же Гэбриэль, он не заслужил такого отношения, не будь дурой, Белл!» Что-то в голове все же щелкает, но успокоиться не получается, - грубить тебе или обижать, я не хочу, но не могу контролировать эту ярость, у меня просто красная пелена перед глазами, - звучало бы как оправдание, не будь простой констатацией фактов. Голос не дрожит, он сухой, безэмоциональный, негромкий. Четко подающий знак – пора бежать без оглядки.

+2

5

Тейт прячет вщгляд, пялясь в землю, не решаясь посмотреть гриффиндорке в глаза. Он понимает, что, кажется, совершил ошибку, когда пришёл на поле, но отступать не собирается. Кэти выглядит.. злой? недовольной? Он пытается понять чужие эмоции, но ни черта, конечно, не получается. Она в ярости? Она разочарована? Грустит? Из-за него? Из-за Амбридж? Из-за разоблачения этого странного отряда? Эль ковыряет носком потрепанных кед землю, стараясь подобрать слова.

- Не должен был.. - теряется окончательно, втягивая голову в плечи, как будто бы стараясь стать немного меньше, - отвлекать? - Тейт спрашивает, потому что сам не уверен. Белл застаёт его врасплох, слишком резко бьёт вопросами прямо в лицо.

Эль не знает, как себя вести, что говорить, что делать. Он молчит, глупо краснеет, отводя взгляд. Когда он шёл на поле, в голове был десяток мыслей, ровно выстроенные предложения, чётко продуманные действия, но сейчас он словно всё забыл, потерял. Гэбриэль стоит и хлопает глазами, не находя слов. Что ему следует сказать? Что она хочет услышать? Что действительно нужно в этот момент?

- В порядке, - повторяет тихо, усмехается, оттягивая тугой узел галстука. В порядке, конечно. Такой порядок он никому бы не пожелал. Тейт поднимает голову, смотрит Кэти в глаза, неуверенно дергает плечами. Если это - порядок, то какой тогда у неё хаос? - Знаешь.. - замолкает на несколько секунд, внимательно разглядывая собственные руки, будто в них зажата какая-то бумажка с подсказками, - не собирался. Но злость - не самое плохое чувство.

Злость активна. Злость внутри растёт очень быстро, врывается так, что не успеваешь понять, что происходит. Она пробивает стены, рушит все выстроенные барьеры, сметает всё на своём пути. Злость разрушает, но в то же время дарит свободу. После взрыва остаётся выжженная земля, на которой вскоре расцветает новая жизнь. Эмоции должны выйти наружу. И если для свободы Белл должен пострадать Тейт - пусть будет так. Злость лучше, чем равнодушие, в тысячу раз лучше апатии.

- Давай, - пожимает плечами, всё-таки сбрасывает ненавистный галстук и мантию за ним вслед. - Можешь поставить фингал. Или разбить нос. Если бить достаточно сильно, крови будет много, - и это он знает точно.

Тейт разводит руки в стороны - он сдаётся. Всё это выглядит, наверное, как какой-то дикий фарс, странная поломанная и неправильная комедия положений, переигранная драма, игра, которая вышла за рамки, но он готов. Готов получить в лицо. Готов принять чужие эмоции, потому что это её боль и её злость. Юношеский странный максимализм? Скорее всего. Но что-то внутри разрывается, когда Тейт видит Кэти такой. Белл, возможно, переходит границы, но Эль готов переходить вместе с ней, готов провести через них с минимальными потерями. Он понимает, почему она злится, почему ведёт себя именно так, и будь он на её месте.. нет, Эль бы там не оказался, он слишком труслив для таких поступков.

- Не представляю, - кивает, всё ещё не опуская рук. - А тебе хочется отчислиться из школы? Действительно? Если нет, то вместо лица можешь разбить это, - Тейт мягко улыбается, достаёт волшебную палочку, сосредоточенно хмурится. Сколько времени прошло? Секунда? Десяток? Минута? Но листок перед ним всё же превращается в вазу. Пусть кривую, со странными выступами и абсолютно идиотским узором, но вазу. - Выбирай, что больше нравится.

Гэбриэль не играет, не рисуется, не пытается казаться крутым, казаться лучше, чем он есть. Вся эта мишура сейчас - что-то неважное совершенно. Тейт делает и говорит то, что считает правильным. Другое дело, что через секунду он уже считает, что сморозил полную чушь и снова краснеет, сжимая кулаки, жалея, что у него нет какого-нибудь маховика времени.

- И не надо, - тихо бормочет, подходя чуть ближе, - выпусти и отпусти. Не стесняйся. Не бойся. Я серьёзно. От злости нужно избавляться. Можешь покричать. Только обязательно громко, во весь голос, - Гэбриэль бы заорал сам, показывая, как нужно, только он.. он не может - оглядывается по сторонам, выискивая людей рядом, кого-то, кто будет над ним смеяться, показывать позже пальцем. Он зависим от чужого мнения, но Кэти.. Кэти другая. - Или улетай, но..

Но я боюсь, что ты поступишь именно так, - договаривает уже мысленно, стискивая зубы, понимая, что, скорее всего, Белл сядет на метлу и стремительно умчится, оставив его, жалкого и бесполезного, на поле.

Дерьмо, - мрачно заключает внутренний голос. - И я не про ситуацию в целом, а про тебя.

К чёрту!

Гэбриэль выдыхает, делает шаг вперёд, протягивает руки, готовый обнять, но тут же отступает. Нет, Тейт, это слишком глупо, слишком опрометчиво, включи голову.

Отредактировано Gabriel Tate (14.08.21 01:07)

+2

6

За несколько секунд Кэти отрисовала в своей голове несколько вариантов дальнейшего развития событий: от побега хаффлпаффца до противоположного результата. Гадать не было абсолютно никаких сил, все уходили на то, чтобы не спалить поле для квиддича.

Тейт говорит достаточно тихо, запинается через слово – всегда так делает, когда боится или волнуется. Что движет им сейчас? Жалость или желание поддержать? Хотелось бы верить, что второе, но почему-то сейчас быть уверенной в чем-то сложно. Да, жалость Гэбриэлю не присуща, но чужая душа всегда загадка, как бы ты хорошо ни знал человека.

Кэти тяжело дышит, раздувая ноздри, щеки жжет от эмоций и ветра, что беспощадно отвешивает одну оплеуху за другой, в надежде отрезвить – не получается. Как можно достучаться до того, кто потерялся в пучине своих эмоций? Когда все смешалось, перепуталось и завязалось в узел, а ты даже не можешь найти край нити, чтобы потянуть и начать свой сложный путь к умиротворению?

Да, Белл привыкла жить эмоциями, но таких ярких негативных до этого не испытывала. Она ненавидела жалость, а сейчас кажется, будто половина школы именно этим и занимается, вторая же издевательски улыбается и ехидничает, еще бы, ведь попались «наглые выскочки».

- Не должен был, - на выдохе повторяет его слова, только бы не ляпнуть чего лишнего. Хочется тишины, спокойствия, чего-то привычного, но нет – Тейт продолжает говорить, какую-то невероятную ерунду, говорит, говорит, слова одно за другим слетают с его губ и хочется закричать, отвесить ему пощечину, встряхнуть, просто чтобы это закончилось.

Каждая фраза повторяется в голове, будто эхом, слишком громко, настолько, что виски сдавливает от резкой боли и девушка чуть сгибается, сжимая голову ладонями. – Мне все равно, я не жалею, если тебе интересно, - кривится от неприятного ощущения, но все же выпрямляется и прищурившись смотрит на старосту.  – Повтори? – она даже не заметила, как тот снял мантию и галстук, те лежат бесформенным пятном, напоминая то, что осталось от их отряда. – Повтори! – очень хотелось, чтобы ей послышалось, но нет, он на полном серьезе.

- Ты, - срывается с места и делает широкий шаг, - что? Решил, что можешь манипулировать мной? – еще пара шагов и Кэти оказывается совсем близко, тут же швыряет в парня метлу, пока тот занят инвентарем, преодолевает то расстояние, которое между ними оставалось и толкает куда-то в грудь. – Не смей так говорить, никогда, ясно? – толкает еще раз, заставляя делать небольшие шаги назад, под навес, где уже недалеко раздевалки. – Думаешь это смешно? Стану ли я разбивать тебе нос или ставить синяки? – кулаки сжаты, но Белл не переступит эту границу. Ей это не свойственно, что бы ни происходило: помогать другим, а не калечить их.

- Никогда, никогда больше, чтобы не слышала, - колотит кулачками по груди, понимая, что это не то, на что способна, так она вымещает обиду на слова, которые были озвучены парой минут ранее, свежая эмоция еще не успевшая вплестись в тот странный узел, что разрастается и не дает дышать.

- Ты не понимаешь, я сама не понимаю, - невозможно чувствовать себя беспомощной. Какой толк с этой злости, если она ни к чему не приведет? Лишь только затуманивает разум и зачастую рушит то, что дорого: ломает беспощадно, так, что едва ли можно будет собрать заново.

Она уже не обрушивает град мелких ударов, а прислонилась щекой к груди друга и изредка постукивает одной рукой по чужой грудной клетке. – Я хочу, чтобы все просто закончилось, стереть из памяти, перестать так злиться и не могу, - быстро тараторит, чтобы успеть дать максимум полезной информации, пока те самые эмоции не взяли верх и все не началось снова. – Это чувство бесполезности, безнадежности меня убивает, - синяки под глазами тому подтверждение. Было бы здорово просто лечь и выспаться, отключиться и не видеть никаких снов. А там будет легче, они смогут говорить об этом с друзьями, с теми, чье имя сейчас на слуху у всей школы. Как же ей не нравится это внимание, - я хочу вернуть свою спокойную обычную жизнь, где никому нет дела до того, где я бываю по вечерам, потому что я самая обычная студентка школы, - отлепляется от Эля, поднимая голову, - ты же это понимаешь? – казалось, что и староста барсуков не очень-то и любит быть в центре внимания, это он должен понять.

Вырывает свою метлу и крепко прижимает к себе, как будто извиняясь за то, что так безобразно кинула ее чужаку. Метла она признает только одного хозяина. Хочется и правда подняться в небо и улететь куда-нибудь подальше.  Но вместо этого переключает внимание на Тейта, что так же стоит и смотрит на нее этими большими выразительными и все понимающими глазами. Бесит.
- Ну что, что ты так смотришь? – не сдерживается и повышает голос, практически переходя на крик.

+2

7

- Давай, - послушно повторяет Тейт, только в этот раз очень тихо, едва слышно. - Ударь, если тебе хочется, - пожимает плечами, не успевает, конечно, понять, что в него летит метла, и поймать её. Она больно бьёт по рёбрам, заставляет согнуться, хватаясь за бок. Но в конце концов, он же этого хотел. Этого ведь, да? Эль тянется к метле, едва успевает поднять - Белл ураганом налетает на него, толкает, заставляет сделать шаг назад, отступать снова и снова, крепко сжимая в руке метлу. - Ман.. манип..

Эль не понимает, взмахивает руками, но не в попытке защититься от града ударов, обрушившихся на него, просто.. просто он действительно не осознает пока, что именно вызвало у Кэти такую реакцию. Это был он? Его слова? Это события прошлого вечера? Амбридж? Дружина? Вопросы, которые за это утро она выслушала явно не один раз? Тейт потерян, он всё ещё идёт спиной вперёд, почему-то совсем не боясь упасть.

- Не смешно, - он резко останавливается, кивает. Он ведь даже и не думал шутить - всё равно не умеет, чего уж пытаться, да ещё и в такой ситуации. - А почему нет? Я же не против, - пожимает плечами и тут же почти отпрыгивает - так резко Кэти наступает, не давая и секунды, чтобы продумать дальнейшие действия, хотя бы попытаться быть или казаться спокойным, уверенным в себе - это ведь то, что нужно сейчас.

Но Тейт теряется, не перехватывает инициативу, даже не пытается успокоить Белл, заболтать, схватить за руки, успокоить. Тейт терпит, ждёт. И дожидается момента, когда Кэти выдыхается, когда удары становятся всё слабее и слабее, когда шаги становятся всё меньше. Только тогда он останавливается, обнимает за плечи, прижимая к себе, бормоча какие-то банальные глупости, которые, как ему кажется, могут помочь.

- Закончится, обязательно закончится, но не так быстро, - качает головой Тейт. Только вчера ведь началась эта активная фаза, она не может завершиться вот так сразу. Особенно в этой школе. Слухи только запустились, пусть и с ужасающей скоростью расползаясь по школе. Амбридж только вкусила власть в полной мере. Интересно, в кабинете директора уже висят тарелочки с котятами или Дамблдор приготовил жабе сюрприз? - Нужно переждать, перетерпеть.

Для Кэти это, наверное, чертовски необычно - стараться быть тихой, незаметной, никуда не влипать, не нарываться на неприятности, и.. и жить спокойной школьной жизнью. Это для Тейта вся эта до невозможности скучная канитель привычна, не вызывает отторжения, не бесит, не раздражает. Эль так живёт последние несколько л.. да блин, всю жизнь.

Он не понимает, потому что знает, что Белл уж точно не самая обычная студентка, что нет у неё никакой спокойной жизни - она может влипнуть в историю, когда просто идёт на урок, сидит за столом в большом зале или гуляет где-то по территории школы. Кэти Белл и спокойная размеренная жизнь несовместимы.

Или.. может.. что если.. только он.. да нет, бред какой-то. Тейт трясёт головой, отгоняя глупые мысли.

- Понимаю, - нет, всё ещё не понимает. - Не понимаю, - снова сдаётся и поднимает руки. Обманывать Кэти не хочется, даже в такой ситуации. До Эля никогда никому не было дела: ни сейчас при весьма тоталитарном амбриджевском режиме, ни раньше.

Он спокойно отдаёт метлу обратно хозяйке, но смотрит подозрительно, хмурится. Тейт весь собран, будто готов резко дёрнуться, кинуться, отговорить от безумных поступков, оттащить, не давая совершить снова что-то необдуманное. Нет, всё-таки так не пойдёт. Он тянется обратно к метле, перехватывает аккуратно, тянет на себя.

- Извини? - Тейт теряется окончательно, он совершенно точно не знает, что она имеет в виду сейчас. - Как? Я.. я не.. прости, - Эль пожимает плечами, сутулится, будто пытается стать незаметным.

Твою ж мать, Тейт! Ну как.. ну зачем.. ну почему.. идиот!

- Я.. слушай.. - что нужно сказать, чтобы она не подумала, что он жалеет её? Потому что ведь не жалеет совсем, Эль считает жалость каким-то.. неправильным чувством, лишним, ненужным совершенно. Никто не хочет, чтобы его жалели, потому что это делает человека уязвимым и слабым. Кто захочет быть таким? - Кэти, - выдыхает, наконец, почти не слышно. Тейт подходит чуть ближе, всё ещё крепко держится за древко метлы, не желая отпускать. - Не.. не улетай. Не убегай. По.. пожалуйста. Давай.. поговорим?

Все же хотят общаться с заикающимся полудурком в мятой рубашке, да?

- Просто.. - Гэбриэль пытается собраться, встряхивает плечами, словно отгоняя всё лишнее, избавляясь от мусора, - нам нужно поговорить. Этот побег ничего не решит, ничего не даст тебе, разве что станет легче на пару минут, но потом всё вернётся обратно. Я.. я не хочу нагнетать, не пытаюсь, но ты подумай.. что будет дальше, когда приземлишься, вернёшься в раздевалку, школу, башню? Нет уж, я не отпущу, - Тейт кусает губу, упираясь рукой в бок. Не отпустит. Она может делать, что угодно. Может говорить, что хочет. Может ругаться и кричать. Всё, кроме побега. Гэбриэль не собирается сдаваться.

+2

8

Все такое громкое, будто кто-то применял заклинание, но наложил его на все подряд, кроме своего голоса. В голове раздаются сотни звуков, она словно слышит голоса учеников школы, что обсуждают такую горячую этим утром тему. – ААААГР, - раздраженно выкрикивает гриффиндорка, хватаясь за голову и сгибаясь от невыносимой боли. На самом деле, все логично: нервное напряжение, бессонна ночь и максимально неспокойный завтрак, все это приправить бодрым коктейлем негативных эмоций и вот, ваша превосходная головная боль готова. Терпеть ее просто невозможно, даже обычно приятные звуки раздражают.

- Они винят Дамблдора, не верят ему и Гарри, - говорит негромко, но очень четко, явно подчеркивая свое негативное отношение. – Как так можно? – Винить, тех, кто хотя бы пытался что-то сделать, - обвинить легко, пойти против системы, рискнуть, вложить в это силы и душу – вот что по-настоящему сложно.

- Почему нельзя просто взять и все выключить, - практически скулит Кэти, - мы же волшебники, - какой толк от магии, если нельзя просто по щелчку избавиться от боли или этого дурацкого шума? Белл резко поднимается и в глазах темнеет, но она не падает, мало мальски сохраняет равновесие и прокручивает в голове их первую встречу с ребятами, когда большинство пришли просто послушать историю о смерти Седрика, из первых уст и слиняли при первой же возможности проявив серьезность своих намерений. Правила нарушать, это не яблочки в кармане мантии с завтрака таскать.

- Мы просто хотели учиться практической магии, чтобы суметь защититься, когда это понадобится, - стеклянным взглядом уставилась на помятую траву под ногами. – Разве это плохо? Разве это неправильно? – она знает верный ответ, - неправильно то, что из-за дурацкого отрицания мы лишаемся любой возможности практиковать магию и вынуждены заниматься самообучением подпольно, как преступники, - практически выплевывает последние слова, вкладывая в них свою злость, - может нас вообще повяжут и отправят в Азкабан? – тут конечно, перебарщивает, преувеличивает, но посыл понятен.

- Я даже не знаю, какое наказание наша, госпожа директор, - кривляется, называя так Амбридж, - придумает, может уже завтра домой поеду, кто знает, - устало вздыхает и опускает плечи, уменьшаясь в росте. Она даже не думала, что их раскроют, что вычислят всех до единого, что это будет так внезапно и болезненно. Эти занятия сделали из них настоящую команду, они стали еще ближе, и все вместе шли по этому сложному пути, неизменно поддерживая друг друга. Друзей теперь связывало что-то гораздо большее, как будто имеющее смысл для всего магического мира. А теперь все разбилось, рассыпалось на миллионы осколков, а для большинства студентов Отряд Дамблдора выскочки, клоуны и предметы для насмешек.

- Бесит, - делает несколько шагов и со всей силы пинает камешек, что лежал на дорожке, тот летает на несколько метров вперед и ударяется о деревянную лавку. – Я так злюсь, что хочу все рушить, но в то же время чувствую такое опустошение и беспомощность, усталость, что не знаю как с этим бороться, - вечная борьба: с системой, с самим собой, гриффиндорцу всегда нужен вызов.

Сейчас верх берет усталость, но какой толк, если не получится заснуть, ведь стоит коснуться подушки, перед глазами кадры вчерашнего вечера и гнев снова выходит на первое место. – Но в одном ты прав, - вздыхает, подходя к мантии Тейта и поднимая ее, - летать сейчас – не самый лучший вариант, - да, это поможет выплеснуть эмоции, но сконцентрироваться Белл не сможет, а значит и потерять управление, свалиться, снова загреметь в больничное крыло – проще простого.

- Честно? Я надеюсь, что моя разрушительная деятельность высосет все силы и я просто доползу до кровати и усну, крепко, без снов, и вот так просплю до самого утра, - опускает голову, как будто так ее синяки под глазами видно не будет.

+2

9

Он, наверное, никогда не сможет понять, что она сейчас чувствует, через что проходит. Эль никогда не был тем, кто лезет грудью на амбразуры, кто ищет справедливости, не смотря ни на что. Он никогда не шёл против системы, не подчинялся, но и не сопротивлялся активно - просто делал то, что, как ему казалось, было правильным. Тейт - одиночка, который при всём своём желании, даже если бы знал о существовании отряда, не смог бы к нему примкнуть. И Эль не умеет злиться на кого-то, кроме самого себя; не умеет разочаровываться в ком-то другом да и в мире в целом - только в себе; такой вот он эгоцентричный тип.

- Это политика, - тихо выдыхает Тейт, разводит руками. Это та область, в которую он никогда не хотел заходить, но вот пришлось. Пришлось изучать газеты, новые и старые, пришлось читать учебники, общаться с учениками, чтобы хоть немного понять, что, чёрт возьми, происходит в магическом мире. Суть одна, что у магов, что у магглов. Разница только в деталях. - Им невыгодно верить Дамблдору и Поттеру, только и всего. Да и доказательств, таких, каким бы поверили все, нет, - Эль разводит руками. В слова какого-то мальчишки, пусть и признанного героя, поверить общественности сложно. Особенно, если он говорит о грядущей войне. А смерть Седрика.. Эль оттягивает ворот рубашки, которая внезапно начинает душить.. они могут придумать десяток убедительных причин, которые никак не будут связаны с.. со всем этим.

Эль аккуратно поддерживает Кэти, не лезет слишком близко, просто пытается подхватить, чтобы не упала. Ему храбрости не хватает на то, чтобы подойти и обнять, прижать к себе и не отпускать больше. Он просто наблюдает, подставляет плечо, когда нужно, поддерживает.

- Волшебники - не всесильные существа, - Эль пожимает плечами, едва успевая подхватить её, чтобы не упала. - Осторожнее. Пожалуйста, Кэти. Это было правильно для вас. И для нас.. всех. Но не для них. Этот весь государственный аппарат.. - он взмахивает руками, будто пытаясь жестами объяснить всю величину, - он медленный, он заржавевший, он не может принять такой.. такое.. такую быструю смену обстановки. Они считают, что делают так, как лучше, что пытаются защитить. Да, они неправы, но.. но я не уверен, что это их вина, точнее, что исключительно их.

За Амбридж, министром, всем министерством стоит что-то большее, что-то гораздо более неповоротливое, неуклюжее, что-то, что не просто не может принять изменения - не хочет их даже замечать, потому что так проще. Элю это не нравится тоже, но он.. что он может сделать? Храбрости поступить так, как сделали члены Отряда Дамблдора ему не хватило бы никогда, он даже вряд ли сможет открыто сказать, что поддерживает их, что верит, ни капли не сомневаясь.

- Это вряд ли, - Эль качает головой. - У нашей новой директрисы методы, конечно, весьма своеобразные и довольно радикальные, но отчислить столько человек она не сможет. Если бы вас было трое, четверо, пятеро - тогда другое дело. Но отчислить, - он закрывает глаза, пытается вспомнить имена, которые ему называла Белла утром, - почти тридцать человек? Это маразм. Ей такого просто не позволят.

Эль не уверен на самом деле в том, что говорит, потому что ни в чём нельзя быть уверенным, когда речь идёт об Амбридж. Эта дамочка слишком непредсказуема и наделена слишком уж большой властью. Но.. но ему просто не хочется верить, что из школы в один день могут пропасть тридцать учеников, их тут и так не то чтобы очень много.

- Одна моя знакомая, когда злится, бьёт боксерскую грушу, на которую скотчем с одной стороны прилеплена фотография её злого начальника, с другой - бывшего парня, с третьей - главной неприятельницы со школьных времён, а с четвёртой - её собственная. Боксирует она так себе, зато кричит в такие моменты довольно яростно, подключает ноги и нецензурную лексику. Её хватает минут на десять обычно, зато большая часть ярости, которая прочно сидит в груди, уходит, - Тейт садится на землю, смотрит на Кэти снизу вверх. Непривычно. - А у одного приятеля на полках штук десть томиков "Улисса". Не потому что он дикий фанат, просто когда он злится, он закуривает, открывает одну из книг, читает страниц десть-двадцать-тридцать, тут как пойдёт, а потом громко говорит "дерьмо" и начинает вырывать страницы. Я это не к тому, что у меня друзья немного странноватые, - Эль усмехается тихонько, потому что это, естественно, тоже, - просто гнев и злость нужно выпускать. Они ведь сами по себе не уйдут. Только выпускать лучше так, чтобы себе ещё хуже не сделать, - он кивает на метлу, переводит взгляд на небо.

Советчик из него крайне отвратительный получается, друг, кажется, тоже так себе - ничего толкового сказать он не может, так, выдает что-то бессвязное, что-то, что никак не может помочь Кэти. Говорить, что всё будет хорошо не хочется, потому что это совсем банально и глупо. Может, ещё и неправда, ведь кто знает, как закончится этот учебный год.

- Ты не бесп.. - Эль встаёт и подходит чуть ближе, останавливается в паре шагов от Белл, - ты не одна. У тебя рядом есть люди, которые всегда готовы помочь, побыть рядом и поддержать. Когда.. когда чувствуешь себя совершенно пустым, самое лучше - побыть с кем-то близким, просто поговорить ни о чём, понять, что не одинок, - конечно, хочется быть тем самым человеком, но Эль знает, что.. что этому не бывать, что он просто здесь, чтобы направить, немного подтолкнуть, не дать совершить ошибку. - Может, сходить к мадам Помфри и взять какое-нибудь зелье? Только.. только на сегодня, пока всё.. всё слишком сложно, - ему самому не очень нравится эта идея, но больше у него не осталось ничего.

+2

10

- А какая выгода от риска всем магическим миром? – она никогда не сможет понять этого. – Это наш дом, только представь, сколько жизней может унести война, если она будет!? -  конечно же ей страшно, Кэти ведь нормальная. Неужели власть стоит того, чтобы погубить все магическое общество? Нет, это слишком сложно, ей шестнадцать, она должна думать о мальчиках и свиданиях, на крайний случай об учебе, но никак ни об этом.

- Я просто хотела, - внезапно голос звучит в голове слишком громко, хрипло, - в случае опасности суметь защитить тех, кого люблю, тех, кто мне дорог, - видимо, для Министерства Магии – это непозволительная роскошь. Только расчет, только отрицание очевидного и раскол магиче6ского сообщества. Если мирные волшебники разделятся на два лагеря, то будут слабее, уязвимее.

Белл слишком глубоко уходит в собственные переживания, старается разложить все по полочкам в гудящей голове. Не замечает, как Тейт перестает поддерживать, усаживается напротив, понимает это только потому, что голос стал чуть тише. Стоит открыть глаза и перед ними все плывет, это пугает, заставляет выставить руки с растопыренными пальцами вперед.

- Наверное, помогает, - Кэти сложно представить, как она лупит какую-то грушу, даже представить сложно как та выглядит, как обычная, просто большая и висит? Звучит бредово, ведь фрукт мягкий, если его колотить кожица порвется, и ты весь будешь в сладком липком соке. Так себе расслабление.

Хотелось бы прокричаться, но голос и так уже подсел, вон как хрипит, после будет молчать несколько дней? Бить кого-то? Слишком жестоко по отношению к людям, а как сделать это безопасно? – Сейчас самым подходящим было бы найти толпу инспекционной дружины, этих скользких, - вкладывает в каждое слово свою злость, - трусливых, слабых, прихвостней Амбридж и обстрелять их боевыми заклятьями, - сжимает ладони в кулаки и закрывает глаза, представляя их растерянные лица. Странно, что она так в себя верит, запас нужных заклинаний в ее арсенале не так велик, да и получается далеко не все. Здравый смысл, где-то на задворках сознания подсказывает, что это не благоразумно, после такого ее либо действительно отчислят, либо Джорджу придется очень постараться, чтобы узнать свою девушку на больничной койке.

- Знаю, что ты думаешь, - выставляет перед собой ладони в защитном жесте, - глупо, безрассудно и дальше по списку, - саркастичные нотки просачиваются в слова, - не буду делать этого, поставит под удар всех остальных, - вздыхает и чуть-чуть расслабляется, когда Тейт снова поддерживает за плечи. Медленно оседает на траву, как тряпичная кукла, которая ничего не может сделать сама: безвольная, бесполезная, пустая. – Мы не можем, пока, - говорит тихо, практически шепчет, - все так шокированы и разбиты, нас предали, понимаешь? – резко поднимает голову, тут же корча лицо от боли. – Это самое ужасное, что могло быть, - наконец-то открывает глаза и даже не находит в себе сил, чтобы отстраниться. Так внезапно глаза ля так близко, можно было бы ткнуть его кончиком носа в щеку, если бы просто чуть-чуть податься вперед. И такая близость пугает ее, смущает, но сейчас все равно.

- Не думаю, что все закончится быстро, - угрюмо продолжает накручивать себя гриффиндорка. – Я не люблю зелья, они помогают, но при том ты просто ждешь, ничего не делаешь, не предпринимаешь, - хмыкает, вспоминая, как отказывалась от снотворного зелья. Оно почти безвкусное, как и сон, в который ты погружаешься, - не дает тебе ощущения отдыха, не видишь сны, просто погружаешься в темноту, а это то, что сейчас особенно пугает.

Белл не может расслабиться, отпустить ситуацию. Нервы натянуты, как струна. Одно неосторожное движение – порвется. – И в башне все обсуждают произошедшее, никак не скрыться, даже скрыться негде, я просто… - затихает, подбирая правильное слово, описывающее состояние, - просто устала.

+2

11

- Они просто не верят. Не могут и не хотят. Пока по крайней мере, может, признают позже, - Эль пожимает плечами. - Ты уж прости, но Поттера.. Гарри давно пытаются выставить не самым.. приятным персонажем, они не способны просто так взять и развернуться на сто восемьдесят и сказать, что да, мальчик-то прав, и у нас тут жопа вселенских масштабов назревает. Не знаю, - он взмахивает руками, потирает лоб. - Прости.. я.. зря влез в эту тему. Я не настолько разбираюсь, просто.. зря в общем. Не обращай внимания.

Не это он себе представлял, когда в одиннадцать лет глупо таращился по сторонам сначала на платформе 9 3/4, потом в маленьком купе, разглядывая смешную маленькую девочку, слушая её рассказы про магический мир, после - в Большом Зале Хогвартса, где чуть не свалился, запнувшись, заглядевшись на всё окружающее великолепие, успев схватиться за чужое вроде очень хрупкое, но сильное плечо. Магический мир должен быть совсем другим, не таким мрачным и давящим, не таким.. не таким похожим на обычный. Где, спрашивается, феечки, эльфы, счастье и добро? Где светлые порхающие искорки, цветущие сады и яркий свет? Куда вы его, мать вашу, засунули?

- Наверное, - он усмехается, поднимая голову. Кора после этих своих спортивных минуток выглядела крайне довольной. - Думаешь, стало бы легче, если бы ответила им тем же, причинила кому-то боль? - Он не верит, что Кэти смогла бы - это всё эмоции, это нормально, но хорошо бы не дать этому всплеску зайти куда-то дальше. Тейт не верит, что "око за око" может вылиться во что-то хорошее, принести хоть какое-то удовлетворение. Скорее, сделает только хуже. - Думаешь, это бы их исправило? Они что-нибудь бы поняли после парочки проклятий?

"Может, это потому что ты - слабак, крошка Эль? И не способен взять и отомстить своим обидчикам, отплатить той же монетой? Злодеи должны страдать!" - внутренний голос злобненько посмеивается, Гэбриэль трясёт головой. Наверное, он действительно глупый и слабый, но ведь дружинники такие же дети, как все остальные, просто им с детства промывали мозги, вдалбывали эту глупую идеологию, эти странные мысли о превосходстве чистокровных, о слабости всех прочих. В маггловской истории, кстати, тоже есть похожие моменты. Крайне грустные и неприятные. Тейт, вероятно, жуткий идеалист, но он не понимает, как зло в ответ на зло может принести добро.

Эль не знает, как это решать. Но должен ли он знать? Он ведь всего лишь школьник, обычный студент в пубертате, который думает, что он понимает чуть больше. Глупости всё это. Может, Кэти и права.

- Именно так и думаю, - послушно кивает Эль. Спорить он не собирается, тем более.. он до сих пор действительно так считает. Хорошо, что не нужно доказывать свою точку зрения, отговаривать Кэти от необдуманных действий. Он обнимает Белл за плечи, гладит медленно по руке, надеясь хоть немного успокоить. - Не говори так, - теперь качает головой, - не самое страшное, хотя, может, так и кажется сейчас.

"Пока не самое страшное", - подвывает внутренний диверсант и хохочет.

Слов не остаётся, как и толковых и светлых мыслей. В который раз он думает, что совершенно бесполезный - только нагнетает ещё больше. Что сказать, чтобы стало легче? Как поддержать, чтобы стало хоть немного проще? Эль не знает. Его пугает собственная беспомощность, но ещё больше пугает состояние Кэти, её мрачные мысли, опущенные руки, почти бесцветный какой-то голос.

Что делать?

Что он может сделать?

Что ему позволено сделать?

Эль кусает губы, борется с собой, с внутренним голосом, кричащим, что они тут вообще-то на открытом пространстве и по-любому кто-то увидит, кто-то поймёт неправильно, расскажет, кому надо, а ему, Тейту, потом прилетит. Но плевать. Плевать. Плевать. Пле-вать. Эль обнимает Кэти крепко, будто хочет, будто способен защитить от всего плохого, скрыть, уберечь, спрятать за собой.

- Может, отвести тебя в один из заброшенных кабинетов? Там, конечно, пыльно и грязновато, но туда почти никто не ходит. Можно немного побыть в одиночестве. Но только до отбоя, потом Филч по-любому заглянет на вечеринку и всё испортит.

+2

12

– Вот только Поттер – обычный мальчишка, которому пришлось пройти через многое, – грустно вздыхает Кэти. Ей бы очень не хотелось быть на месте Гарри. «Избранный» только звучит особенно, но сколько испытаний выпадает, не каждый взрослый волшебник справится, а тут мальчишка со шрамом на лбу. При этом он умудряется не сойти с ума и беспокоиться об окружающих. – Получается, что быть героем – полный отстой? – фыркает, отворачиваясь и делая вид, что внимательно рассматривает раздевалки команд.

– Не думаю, что это можно исправить, просто…просто – ей сложно подобрать слово, которое было бы правильным в данном случае. – Делают так, как считают нужным, а я не согласна с этим выбором, – кулаки сами собой сжимаются, а в голове появляются чудесные картинки того, как грациозно мог бы лететь неповоротливый Гойл, после банального «ступефая». Ох, мечты, мечты. Белл бы не напала первой, даже сейчас она понимает это, тем более на тех, кто младше, это вообще в голове не укладывается. Но защищаться сможет и будет, там уж обидчик сам будет виноват в том, что полез.

– Не уверена, что люди так просто могут измениться, – меланхолично пожимает плечами, – для этого должно произойти что-то особенное, может даже пугающее или трагичное, в общем такое, что заставит задуматься, – пробует вспомнить было ли в ее недолгой жизни подобное событие и, кажется, не находит ничего подобного. Кэти не меняется, время идёт, а она все та же девочка с веснушками, рыжими косичками и «шилом в одном месте». С другой стороны – не самый плохой набор.

Тяжело жить в страхе, абсолютно не понимая что будет ждать тебя завтра. Не те сюрпризы, которых ты ждёшь, если честно. Белл поднимает голову и смотрит на хмурое небо, будто ему тоже не нравится происходящее. Ещё бы. – Зато теперь ты знаешь в каких дуэлях я принимала участие, – тихо смеётся, но в этом смехе нет ни веселости, ни привычного задора. Было бы гораздо лучше, если Гэбриэль никогда не узнал эту тайну, впрочем, как и все остальные в этой школе.

Она не будет говорить этого вслух, но рада присутствию Эля. Кто знает, каких глупостей могла бы натворить оставшись наедине со своими мыслями. Сейчас она может закрыть глаза и восстановить дыхание, кажется, буря миновала, охотница совсем выбилась из сил и все на что ее хватает: сидеть и думать о том, чего не будет. О справедливости.

— Может это я неправильная? – говорит тихо, словно ведёт диалог сама с собой, – мне сложно принять эту правду, да нет, я не хочу этого делать, – уже возмущённо. В мире Кэти Белл нет места предательству. Нельзя перечеркнуть свои слова, обещания и поступки, повестись на какую-то выгоду и думать, что все будет «как раньше». — Не пойму и не приму, – категорично, но такова гриффиндорская натура: справедливость должна восторжествовать, виновник наказан, а предателя нужно вычеркнуть из своей жизни. — Просто это то, с чем невозможно смириться, – принцип или юношеский максимализм? — Пусть не знаю реальной причины, но разве должна? – очень опасная тема. Мариэтта предала отряд, прекрасно понимая, что ставит под удар большое количество студентов, которым уж точно будет не сладко, что такого могла предложить Амбридж, чтобы было принято такое решение. Кажется, ей такое никогда не понять.

— Бесит! – взмахивает рукой, рассекая ребром ладони воздух. Даже когда мало сил, получается злиться, да ещё так ярко переживать эти эмоции внутри. Абсолютно бесполезный «навык», тревожные мысли не оставляют ни на минуту. Это не даёт покоя, способствуя рост бепокойства, делает тебя дёрганным, в общем ничего хорошего. Кэти вздыхает. Хочется столько всего сказать, ввязаться в спор, но не получается выдавить из себя ни единого слова.

Тейт приобнимает и это странно, но в то же время — именно то, что нужно. Поддержка это важно, ведь когда ты один, ты едва ли что-то из себя представляешь. Гриффиндорка тяжело вздыхает ещё раз. Руки все ещё потряхивает от переполняющих эмоций, желание крушить-ломать никуда не делось, просто усталость навалилась на плечи тяжелым грузом слишком внезапно, слишком непредсказуемо.

— Думаешь, поможет? – хотя должно, немного тишины, то, чего так не хватает. — Пыль можно будет убрать заклинанием, – размышляет вслух, будто ищет все плюсы и минусы поступившего предложения. Так просто и глупо одновременно. Прятаться в пустом классе от проблем, да уж, очень по-гриффиндорски, ничего не скажешь. — Пойдём, – сейчас это кажется не таким уж плохим вариантом, а осудить себя за этот выбор ещё успеет. — Только сначала, – поднимается с травы, опираясь на подставленное плечо, — не зря же она здесь, – медленно подходит к вазе, которая все это время была без внимания. Так же неспешно наклоняется, чтобы поднять детище трансфигурации. Картина перед глазами слегка плывет, но стоит замереть на несколько секунд, опустив веки, все восстанавливается. — Пусть оно все идёт к черту, – использует фразочку, которую услышала летом от мальчишек-магглов в порту, и швыряет несчастную вазу на землю, вкладывая в этот бросок максимум эмоций. Ударившись та разлетается на миллионы осколков, Кэти догадывается прикрыть лицо мантией, чтобы не поцарапаться. — Я в раздевалку только зайду, – удаляется достаточно быстро, чтобы не передумать и не вернуться в школу в спортивной форме. Это может вызвать слишком много ненужных вопросов.

— Веди, – резко выдыхает, когда выплывает из гриффиндорской раздевалки. Метла надежно закреплена, форма убрана, порядок, как и любит незабвенная жаба Амбридж.

+2

13

- Не знаю, - честно признаётся Тейт, - никогда героем не был и никогда им не стану. - Если бы он был персонажем какого-нибудь комикса, то исключительно просто прохожим, который замирает в ступоре, когда видит, что творится вокруг. Или, возможно, бежит и орёт. Возможно, даже умирает в следующем фрейме, потому что неудачник по жизни. - Но когда-то я слышал фразу: И от всякого, кому дано много, много и потребуется, и кому много вверено, с того больше взыщут.

Он замолкает на несколько секунд, пытаясь вспомнить, а где именно это слышал, откуда у него вдруг в мыслях появилось такое, это кажется непохожим на всё, что он обычно читает. Когда Тейт понимает, он вздрагивает и качает головой. Видимо, маленькая голубоглазая Дженни и её отец оказали на него гораздо большее влияние, чем он себе представлял. Он ведь её почти уже забыл, прошедшим летом они случайно столкнулись в местном магазине, но пообщаться не удалось - через несколько дней Эль уехал в Лондон. Дженни он почти забыл, а слова её отца так плотно засели куда-то на подкорку. Странно всё это как-то. Восьмилетнему Элю казалось, что уж её-то он будет помнить всю жизнь. Интересно, а сколько казавшихся важным вещей он забыл навсегда?

- Не знаю, - снова кивает Тейт, - возможно.

"А ты хоть что-нибудь знаешь вообще? Или бесполезный по всем фронтам?"

Сам Эль изменился, конечно, за последнее время и изменился сильно. Гэбриэль Тейт сегодня и Гэбриэль Тейт год назад - это будто два разных человека. Но он не знает, не может вспомнить, что послужило тем самым триггером, спусковым крючком. В его жизни не происходило ничего пугающего, ничего трагичного, ничего, что бы ранило его или как-то очень сильно задело.

- Иногда изменить могут хорошие события, - наконец, говорит Тейт, - н-н-наверное. Не буду утверждать.

Уход из дома и переезд, пусть и на пару месяцев, в незнакомый город почти без денег? Может, это странно, но страшно ему тогда не было. Возможно, волнительно, но не страшно. Тем более в первый же день он встретил Таннера, после встречи с ним даже то самое волнение прошло.

Первое выступление на публике? Коленки подрагивали и пальцы, пожалуй, слишком сильно сжимали гриф гитары, но это тоже нельзя назвать страхом. Да и все чувства отключились, когда он начал петь.

Первая встреча с взбалмошной Корой? Это было, скорее, забавно и чудовищно неловко.

Всё самое трагичное, что могло с ним случиться, случилось до этого лета. Всё саме плохое, что было в его жизни, осталось в Колчестере и ещё немного в стенах этой школы. Но Тейт точно знает, уверен, что поменяло его именно лето девяносто пятого.

- Нет, вовсе нет. Почему ты так думаешь? - Эль не понимает, откуда в Кэти это.. эта.. неуверенность. Почему она не видит всей своей нереальной силы, не замечает тот стальной стержень, тяжёлое и прочное основание, что есть внутри. И не чувствует какой-то при всём этом своей.. лёгкости что ли, невесомости, воздушности. Гэбриэль точно знает, что Кэти - нет, "правильная" тут не совсем подходит - такая, какой должна быть. Не идеальная, но.. он не может подобрать подходящего сюда слова. Раньше не мог, сейчас не получается и потом, в будущем, не сможет тоже. - Не знаю, - в какой уже раз за этот день? - Но попробовать можно. Вдруг всё же станет легче?

Он улыбается, когда Кэти бьёт вазу, зачарованно наблюдает сначала за ней, потом за разлетающимися по полю осколками. Кивает - так и нужно. Эль медленно собирает свои вещи, натягивает, морщась, запачканную в земле мантию, только потом догадывается почистить её заклинанием.

"Ну дурак ведь. Разве нет?"

Всю дорогу до замка он пытается выстроить в голове оптимальный маршрут, но постоянно сбивается, косится на Кэти, то и дело дёргается в её сторону, но вспоминает о действующих декретах и полностью воцарившейся власти Амбридж и отступает.

- Подождёшь здесь? Я быстро, - и Эль на несколько минут исчезает. - Так, кажется, нам сюда, тут она кривоватая, осторожнее, - кивает на выщербленную ступень, нервно озирается по сторонам и подаёт руку, помогая удержаться на уже поехавшей лестнице. - Сворачиваем, - он внимательно считает повороты и доспехи. - Сворачиваем снова. И опять.

Этот класс он нашёл зимой, от пыли не чистил (о чём теперь жалеет), просто садился у окна, где дышать было чуть легче и делал всю домашнюю работу. В гостиной заниматься не получалось - там его постоянно отвлекают, то и дело дёргают за рукава, тыкают в плечо, зовут, что-то спрашивают. Такие вот кабинеты стали его спасением в этом году. Так что он открывает Кэти один из своих секретов.

Сразу при входе Гэбриэль произносит несколько заклинаний - открыть окно, почистить всё немного, отодвинуть собранные в странную пирамиду прямо около двери парты.

- Ну вот как-то так, - неловко разводит руками, показывая кабинет. - Я тут.. на кухню быстро забежал. Вдруг.. ну.. пригодится, - он достаёт небольшую коробочку с парой пирожных и термос с чаем. - Я пойду? Не.. не хочу мешать.

Меньше всего сейчас хочется оставлять её одну, но ему показалось.. он думал, что Кэти нужно именно это. Он не уйдёт далеко в любом случае, будет ошиваться где-то рядом, не пропуская никого в этот забытый всеми богами коридор. Но Кэти знать об этом, конечно, не нужно.

+2

14

Пока возилась в раздевалке со своей формой, Кэти успела прокрутить в голове несколько вариантов развития их диалога с Гэбриэлем. Все они были странными, мрачными, болезненными. Может, конечно, это все плод ее фантазии, которая в последнее время работает как-то неправильно. Убирая ярко красную мантию, готовит формулировки, которые не будут слишком резкими, обидными для хаффлпаффца, но сделав пару шагов к двери, теряет любое желание поднимать тему. У каждого должна быть возможность сделать свой выбор, выбрать тот путь, которым хочет следовать, быть героем или держаться в стороне от происходящих событий. Это правильно, так должно быть.

Меняются ли люди? Наверное, но насколько кардинально? Все, что Белл успела понять и более-менее принять – все разные, нельзя судить поступки других по себе (хотя иногда очень уж хочется), нужно стараться принимать. На ловах все очень просто. С принятием у нее большие проблемы. Даже, если она пытается докопаться до истины, что удается ей с переменным успехом, результат не всегда такой, как ожидается. Сохранять спокойствие – непосильная задача, с которой Кэти раз за разом не справляется. Слабая, глупая девчонка. Пока это больше всего похоже на правду, которую не хочется признавать.

«- Не руби с плеча», - робко шепчет голос в голове, он звучит так тихо, неуверенно, но умудряется пробиваться через злость, обиду и вспышки приступа самобичевания. Столько времени стараться быть лучше, самосовершенствоваться и не видеть результата, сильно подрывает веру в вои собственные силы, что радует второй голос, что звучит в голове гораздо чаще, настойчивее, громче. Нужно сопротивляться, она не из те, кто опустит руки и оставит борьбу: со своими демонами, со всеми внешними факторами, с системой, если та не нравится. Просто эта самая битва должна идти по-другому.

Гэбриэлю сейчас доверяет гораздо больше, чем себе самой. Воздух в этой части замка спертый, пыльный, будто здесь давно не ступала нога учителей или студентов, домовики, явно, тоже обходили ее стороной. Она слабо улыбается, предполагая, что староста ведет ее прямиком к Снейпу, чтобы сдать угрюмому преподавателю на поруки. Эта мысль улетучивается, стоит парню вернуться. Становится стыдно, что вообще думала о подобном, отводит взгляд, не в силах поднять его на друга.

- Как ты нашел этот класс? – тишина давит, в стенах замка это кажется особенно подозрительным, будто сейчас из-за угла выскочит кто-то из дружины и отведет на ковер к Амбридж, схватив на шкирку, как нашкодившего котенка. – Ай, - негромкий звук эхом отражается от стен, стоит только оступиться на неровной ступеньке. Инстинктивно хватается за рукав мантии старосты, стоит начать терять равновесие, выпустить приходится так же быстро, как только чувствует твердую поверхность каменного пола под ногами. Декреты для всех одинаковы, восемь дюймов между студентами разного пола, а причины, по которым расстояние может быть меньше, никого не волнуют.

- Апчхи, - от «чиха» даже голова закружилась, понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя. Тут же Тейт взмахом палочки открывает окно, впуская прохладный весенний воздух, - Спасибо, - трет глаза пальцами, стараясь взбодриться. Класс выглядит, откровенно говоря, уныло. – Ты часто здесь бываешь? – исследуя странную гору из столов, интересуется Кэти. – Тут так, - ежится от порыва ветра, что прорывается через открытое окно. – Пустынно, словно все забыли об этом месте, хотя оно в замке, у всех на виду, - когда-то она слышала фразу, что сложнее всего найти то, что у тебя перед самым носом, может быть это тот самый случай?

- Но здесь так тихо, - само главное достоинство этого места, Гэбриэль, может быть, и сам не понимает, насколько попал «в точку». – Спасибо тебе, - осторожно касается плеча друга, чуть сжимая пальцы. Это максимум проявления чувств и эмоций, на который она сейчас способна. Даже злость ушла на второй план, затаившись где-то внутри, словно поджидая более подходящего момента для своего выхода.

На одном из подоконников есть несколько подушек, Белл забирается туда с ногами, кутаясь в форменную мантию. Если не знать предысторию, то выглядит она, как одна из этих девочек, что скучает по любимому и трагично устраивается с чашкой чая у окна, драматично рассматривая пейзажи и старательно сдерживая слезы, что наворачиваются на глаза. Но у нее нет желания разреветься, только усталость, вызванная событиями двух предыдущих дней. Слишком много, слишком тяжело, а главное – что с этим делать дальше?

Вздрагивает, стоит Тейту сделать шаг в сторону двери. – Ты..торопишься? – глупый вопрос, он же староста, хаффлпаффцы тоже были в отряде и… - точно, - хмыкает, поражаясь собственной глупости, - вашим ребятам тоже несладко, - поджимает губы, не решаясь озвучить просьбу, что вертится на языке. Слишком эгоистично, тяжело так поступать с Элем, он этого не заслуживает. – А если у тебя будет возможность, ты зайдешь, - все же осторожно начинает эту тему, которая, вроде как ни к чему не обязывает и вообще не похожа на просьбу, но, по сути, таковой и является, - может сможешь зайти? Мне не по себе, если честно, - слова даются с трудом, по сути, она признает свою слабость, говорит о ней открыто, демонстрируя беззащитность. Но тони говорил, что признавать свои слабости могут только сильные люди, может быть он прав?

Сложно, сложно разложить все по полочкам, когда внутри царит хаос, но она попытается. Но только после того, как откинется спиной на одну из пыльных подушек, крепко прижимая к груди вторую и закроет глаза. Да, так гораздо лучше, можно представить, что ничего не было.

+3

15

- Не знаю.

"Да, Тейт, если бы в вашем разговоре нужно было пить каждый раз, когда ты говоришь "не знаю", Амбридж бы ждала знатная картина из двух вусмерть пьяных тел. Найди уже что-нибудь новое. Узнай хоть что-то".

- Просто дежурил, кажется, свернул куда-то не туда, а потом ещё несколько раз, - он усмехается, нервно сжимая пальцы в кулак. Топографический кретинизм - болезнь неизлечимая. - Хогвартс большой, даже слишком, похожие заброшенные помещения иногда встречаются, если зайти достаточно далеко. Чёрт его знает, почему в этом классе теперь не проводят занятия. Может, слишком запрятан. Может, дрянь какая-нибудь завелась в тёмных углах, но я туда не лез, и меня никто.. - он замолкает, понимая, что сморозил что-то не то. Пугать Кэти ему точно не хотелось. - Ты.. не переживай, я за всё время никого тут не встречал. Если кто-то и есть, то он тихий и не любит высовываться, - Эль резко выдыхает, бормочет себе под нос, - ну что за идиот. Успокоил, блин.

Он проходит дальше, проводит рукой по очищенной заклинанием от пыли столешнице, придирчиво смотрит на пальцы - не так уж идеально, конечно, мать за такую уборку отхлестала бы его мокрой тряпкой. Подходит к любимому подоконнику, утыкаясь лбом в холодное стекло - небо мрачное, серое, затянутое тучами, скоро, наверное, будет дождь. Хорошо, что Кэти не стала летать.

- По возможности. Но хотелось бы чаще, - он пожимает плечами, отрываясь от окна, и возвращается обратно к двери. - Обычно прихожу сюда, когда совсем невыносимо и хочется орать и крушить всё вокруг, - Эль смеётся, ему теперь хочется сделать вид, что всё это действительно шутка. А сломанные стулья в дальнем углу? Так это не он. Надо бы починить, кстати. - Тишины иногда очень сильно не хватает.

Да, этот класс - отражение самого Тейта. Такой же пустой, мрачный и унылый. Его тоже никто не замечает, проходит мимо, пока он обрастает пылью [комплексами и букетом из тревог]. Иногда заглядывает какая-то заблудшая душа, но только для того, чтобы что-нибудь сломать и выкинуть в окно, испепелив заклинанием, пока не долетело до земли и не пришибло случайного прохожего. Он потирает плечо в том месте, где пару секунд назад была ладонь Кэти.

Странное тепло.

- Т-т-то-тороплюсь? - Не понимает, о чём она, озирается по сторонам. - Д-дда, оба старосты пятого курса. Да и не только, - под безжалостный каток сегодня попадут многие хаффлпаффцы. Тейт уверен, что будет в их числе - он ведь пропустил собрание с деканом, потому что прохлаждался чёрт знает где. А если ему и так влетит, то, может, очередное опоздание ничего не решит? Эль мнётся на пороге кабинета. То делает шаг в коридор, то возвращается обратно, цепляясь за косяк, оставляя на нём царапины от ногтей. Стоит ли ему остаться? Нужно ли это? Или уйти и вернуться, спустя время? Он не понимает до конца, чего хочет Кэти. А его желания зависят от неё. Он от неё зависит.

"Спросить не пробовал?"

- Я.. я.. з-з.. знаешь.. - делает три шага вперёд и один назад, - я не знаю.. я не уверен..

Мерлин, как же сложно сказать, что он хочет быть сейчас тут, с ней. Почти нереально признаться в том, что готов забить на всё, лишь бы посидеть несколько лишних минут здесь, на этом пыльном подоконнике, слушая, что она говорит, о чём думает, о чём переживает. Он хочет подойти ближе, но отступает.

Шаг. Два. Три. Четыре. Схватиться за дверь. Ещё шаг. Закрыть. Уткнуться лбом в стену. Назвать себя кретином и придурком. Сосчитать до десяти. Шаг в сторону. И тут же - обратно. Как он может оставить её в такой момент?

- Почему.. почему не по себе? - Ещё несколько шагов вперёд, а теперь - остановиться. - Здесь не.. не так уж страшно, нужно просто привыкнуть к этой тишине. Она больше успокаивает, чем пугает.

Что ты там решил раньше? Уходи, пока не стало поздно, пока не стал слишком навязчивым. Уходи. Закрой эту дверь. Не пугай ещё сильнее своими вытаращенными глазами, нервными репликами, заиканиями и резкими жестами. Не беспокой. Не делай больнее одним фактом своего присутствия - ты же лишний, неправильный, ужасаешь больше, чем боггарт, вылезающий из темноты. Ты ведь не на одной с ней стороне сейчас, признайся. Думаешь, что придерживаешься нейтралитета, но на самом деле - прячешься, бежишь, надеясь, что не заметят. Трус. Жуткий отвратительный трус и эгоист.

Свали.

- Прости. Я.. я загляну позже, - Эль оставляет Кэти, выходит из кабинета, отходит на пару метров и медленно сползает по стене, утыкаясь лицом в ладони. Почему он такой? Почему не может помочь? Только думает, что помогает, но на самом деле лишь врёт самому себе. И ей - это самое отвратительное.

+3


Вы здесь » Drink Butterbeer! » Great Hall » 21.04.96. Through the fire I'll keep burning on