За эту неделю после страшного происшествия (хотя казалось бы после нападения Пожирателей на школу куда уж страшнее, но оказывается со дна всегда могут постучать) Габриэль успел и с Лукой поругаться, - потому что кто в здравом уме, находясь в безопасности, будет возвращаться в самое пекло и ставить свою жизнь под угрозу? - и постареть лет на десять по собственным ощущениям.

Сложно было даже сказать, помогла ли ему как-то их встреча с Софи пару дней назад отвлечься.

В любом случае, Гейб испытал разрушительное фиаско в попытках уговорить своего парня остаться за пределами Лондона, а лучше Британии в целом. Но переживать о своей чуть ли не единственной (но самой отвратительно крупной, что может им обоим стоить жизни) неудаче в дипломатии не было времени, ведь Габс решил хотя бы попробовать убедить сестру. Ее благо в самом крайнем случае можно было просто за шкирку отправить к Сэди и в самый обычный маггловский аэропорт куда-нибудь в тур по Европе.

Родители бы поняли, Габриэль бы им все объяснил.

Жаль только, что этому мелкому комочку хаоса не десять лет, чтобы за ручку отвести куда надо. Эмили была в том самом ужасном возрасте, когда дети начинают свой долгий, но стремительный путь сепарации от родителей [и старших братьев, конечно же], именуемый переходным возрастом.

В общем, оставалось только ежикам плакать, колоться, но продолжать упорно жрать кактус. Не зря же он на Хаффлпаффе учился, верно?

А еще нужно было решить сдавать все же свою палочку в Министерство для регистрации или остаться на неопределенное время в нелегальном статусе без возможности даже получить медицинскую помощь.

Тут же в голове возникла картинка, как он притворяется только прибывшим в Англию французом, что пытается на ломаном английском объяснить, что ему нужна помощь здесь и сейчас. Правда версия его рассыпется буквально через пару секунд, но возможно первую помощь ему бы оказать успели.

И самое страшное, что Эмили, к слову, ждала та же участь, если не удастся убедить ее уехать.

Выцепить сестру он планировал один на один, оставив Луку в квартире (теперь по всей видимости, ставшая "их квартирой", ведь прятаться у родителей Габриэль бы не смог себе позволить просто из соображений безопасности, - магглорожденные стали персонами нон грата слишком стремительно, будто окружающие только и ждали, чтобы запинать ногами тех, кто не удостоился чести иметь родителей волшебников) и сейчас думал, что возможно зря.

Лука все же в их ссоре тоже остался не в выигрыше, - этот ежик явно не хотел, чтобы Гейб возвращался, но как бы Габриэль его оставил совсем одного он подумать явно забыл. Лучше уж его сердце будет успокаиваться каждый раз, как Лу возвращался домой, нежели жить в постоянном стрессе, что с ним и где он, все же письма друг другу в таких реалиях не отправишь. Да и становиться седым пока в его планы не входило.

Но быть может Лу смог бы помочь уговорить Эми?

Робкий стук в дверь, в руках корзинка с гостинцами, - понемножку из разных стран, в том числе розовый сироп из Болгарии, который Габриэль ухватил сразу же в первой же лавке, как только увидел, слишком уж яркая ассоциация была у него с сестрой и розами, - и целая сумка сувениров в придачу.

Главное не показывать своих волнений Эмили, - на лице даже появляется какое-то подобие улыбки, но скорее какой-то виноватой (никогда он еще не чувствовал себя блудным братом до сегодняшнего дня), когда входная дверь наконец распахивается и парень расставляет руки в стороны, чтобы обнять сестру.

- Привет, малышка! Как же я рад тебя видеть, совсем красоткой стала, просто посмотри на себя! - он тихо смеется, и только потом добавляет, - скучала тут без меня? Родители дома? Я с подарками!

Весьма удивительно, что первым же вопросом Эмили было, где Габриэль потерял Луку. Что, все уже все про них знают, а он и не в курсе? Хотя с сестрой неудивительно, - та буквально была свидетельницей зарождающейся истории любви и говорящих взглядов друг на друге. Но даже если всего этого она не замечала, то игнорировать их обнимающихся конечно было тяжело. Да уж, это была поистине неловкая ситуация, - Габриэль уже вовсю исследовал разгоряченную кожу Лу под рубашкой (спасибо Мерлин хоть не догадался расстегивать), и отбрехаться базовым "другу плохо стало" было тяжело.

Правда и родители Лу тоже переглядывались весьма понимающими говорящими взглядами, когда они только приехали в Италию на поклон. Воспоминания об Италии уже казались чем-то приятным из прошлой жизни, но грустить сестра ему конечно же не дает, маленьким хаотичным вихрем стискивая его в объятиях.

- Мне пора начать ревновать, что Луку ты ждала больше, чем меня? - шутливо отвечает он Эмили, взлохмачивая ее длинные волосы на макушке, наверняка портив прическу, которую она так долго укладывала.

- Но на самом деле мы можем его пригласить на ужин, если очень хочешь, - в целом они действительно друг от друга не отлипали в путешествии, и расставшись с парнем даже на пару часов, понимал, что уже начинает невероятно скучать даже несмотря на то, что они не сошлись во мнениях по поводу дальнейших своих действий.

- Обижаешь, разве мог я оставить свою маленькую сладкоежку без огромной порции вкусняшек? - тихо посмеиваясь отвечает он Эми, проходя внутрь, раздеваясь и оглядывая с некоторой опаской дом родителей на предмет потенциальных изменений.

Сейчас он как никогда понимает, что изменения вообще далеко не всегда есть хорошо.

Кивнув с улыбкой на благодарность сестры, он проходит за ней в гостиную и плюхается на просторный диванчик, широко раскидывая руки. Мысль о том, что надо Сэди написать письмо не оставляла его все эти дни, - Лука писал довольно активно друзьям еще из Румынии, а вот сам Гейб сейчас был вне закона, и ему срочно нужно было узнать, пошла ли регистрировать палочки Эмили с подружкой.

- А ты лизни и узнаешь, - загадочно отвечает Габриэль, погруженный в свои мысли, - путешествие прошло прекрасно, мы посмотрели всего понемножку, все же тяжело охватить мир за месяц пусть даже активной поездки. Но родители у Луки просто очаровательные люди. Особенно бабуля. О-о-о, милая, ты просто обязана попробовать ее канноли как можно скорее, просто не представляешь какой это отвал всего.

Все же падая в прекрасные июльские теплые вечера в Италии, он отклоняется, прикрывая мечтательно глаза. Но буквально тут же в мыслях всплывают более грустные события и страшные вырезки из газет, и Габриэль возвращает голову в прежнее положение, а с лица его пропадает улыбка, да и сам он в целом принимает более суровый вид.

- Как вы? Как Сэди? Писать ей сейчас чувствую рискованно, я вне закона, - угрюмо добавляет парень, перейдя к самому главному, что тревожило его больше всего, - были проблемы? - быстро уточняет он, боясь, что новая власть могла пойти кошмарить всех магглорожденных школьников и выпускников Хогвартса просто по старым адресам проживания.