[indent] Келлин наблюдает за тем, как лучи рассветного солнца касаются крон деревьев и подавляет зевок. Спала она плохо, впрочем, за последние несколько недель, что она присоединилась к повстанческому лагерю, она постоянно спит плохо — во-первых, спать неудобно не в своей кровати, что пахнет стиральным порошком, который использует мама столько, сколько Сейдж себя помнит, во-вторых, а лагере вечно кто-то снует туда-сюда, в-третьих, четкого графика у них по сути нет, а помощь целителя (и даже помощника) требуется в любое время дня и ночи.
[indent] Волшебница морщит нос и смотрит в сторону той палатки, что именуется кухней, откуда тянет гарью. Удивительно то, как даже при использовании магии можно испортить еду, впрочем, Келлин и сама не то чтобы хороша в бытовой магии — сначала она жила с мамой, которая справлялась со всем без щепотки волшебства, а затем пользовалась услугами домовых эльфов, о чем сама долгое время не ведала. Научиться готовить яблочный пирог или хотя бы яичницу она планировала в тот момент, когда переедет (этой осенью), впрочем, в какой-то мере Сейдж добилась и своего и действительно переехала, пускай, и в Каледонский лес, пускай, и с десятками повстанцев в одной палатке. Так людно не было даже в гостиной Гриффиндора.
[indent] У нее был выбор остаться здесь или перебраться вместе с матерью на континент, но Келлин не смогла оставить своего старшего брата, пускай, и за последние три недели о нем ничего не было слышно. Если конечно не считать краткого очерка в Пророке об аресте Райли Келлина и краткой записки от него, что без лишних слов велела семье бежать. Волшебница с детства не умела следовать чужой указке, так что едва ли старший брат удивится, что она отправила маму подальше, убедив убраться из Британии (не совсем честным способом и Эрин была уверена, что дочь сбежит вместе с ней), но сама осталась. И потому что ей надо найти Райли (если есть что искать), и потому что она не может оставить магическую Британию в один из худших периодов ее жизни.
[indent] Сейдж сжимает палочку, едва слышит хлопки трансгрессии — она ее теперь не выпускает ни на секунду и даже во время сна держит под подушкой, будто против Пожирателей Смерти она сумеет выстоять. Келлин конечно самоуверенна, но все же понимает, что против опытного волшебника не выстоит, впрочем, это не помешает ей хотя бы попытаться.
[indent] Волшебница наравне с парочкой других жителей лагеря подается вперед, к невидимой границе лагеря, что разделяет их и остальной лагерь магическим барьером, что должен скрывать их что от магглов, увлекшимися длительными прогулками, что от волшебников, что пришли по их душу. На пороге их дома появилось несколько силуэтов, по потрепанности которых несложно догадаться о том, что они вовсе не нападение планируют, а нуждаются в крове и помощи целителя.
[indent] Несколько более взрослых волшебников переговариваются, оценивая угрозу, пока один из них не узнает в одном из гостей то ли коллегу, то ли стару/ однокурсницу. Келлин же чувствует то, как напряжение ослабевает, но не сходит на нет — оно теперь всегда с ней.
[indent] — Сейдж, займись тем парнем с раненной рукой. — бросает ей ее вчерашний учитель в Мунго, а теперь учитель в полевых условиях — хоть что-то есть стабильное в этом мире. Волшебница привычно двигается в сторону прибывших гостей, пока не замирает, понимая, что знакома со своим пациентом и что предпочла бы их знакомство не продолжать, но едва она оборачивается к целителю, чтобы залатать кого другого, как понимает, что не то чтобы ей дадут выбирать, даже если бы они не находились где-то в Шотландии.
[indent] — Фарли, еще одна встреча и я решу, что ты неровно ко мне дышишь. — бросает она Джейку, подходя ближе и осматривая его раны, насколько позволяет одежда. — Ты получил ранение туда же? Ты специально? — закатывает Сейдж глаза, уверенная, что конечно же специально и именно этот лагерь он тоже специально выбрал, чтобы испортить ей утро. Иных объяснений быть не может.
[indent] О судьбе Джейка после того, как он покинул их с мамой дом в Ливерпуле, Келлин не то чтобы не задумывалась, а через пару дней прочла заметку в Пророке, где говорилось, что Фарли — предатели крови, как и любой, кто не согласен встать под знамена Того-кого-нельзя-называть. События ее жизни слишком завертелись, а страх, что Сейдж испытывала несколько дней после из-за потенциальных последствий вечернего визита, смешался с остальными эмоциями.

[indent] Очередной взгляд, которым Сейдж одаривает Джейка, выдает ее восторг относительно что их встречи, что его стремления вести себя так, словно они на светском рауте в любой непонятной ситуации. Волшебница все еще помнит обнаруженный утром очищенный от крови незваного гостя коврик, который он, очевидно, очистил перед уходом, чем вызвал у Келлин приступ ярости — в его состоянии по меньшей мере неразумно тратить запас энергии на подобные заклинания. Но, очевидно, не у всех выпускников Рейвенкло хорошо работают мозги (а еще говорят, что гриффиндорцы не думают о собственной безопасности и не оценивают риски для жизни).
[indent] — Доброе, Джейк! Погода чудесная, не правда ли? А вид здесь волшебный, напоминает о Хогвартсе. — отвечает Сейдж сладким голосом, словно они действительно на приеме, но самое близкое, когда она оказывалась к высшему общество это Святочный Бал на пятом курсе, и не то чтобы в понятии Келлин она много потеряла.
[indent] — Как посмотреть. — она кривится, явно не пребывая в восторге от того, что дышит Фарли ровно. И вовсе не потому что желает ему смерти, а потому что он недостаточно сообразителен, чтобы не получать ранения каждый месяц. Интересно, у него этот пункт в чек листе на каждый месяц стоит?
[indent] — Давай я сама разберусь что мне и с кем делать. — безапелляционным тоном заявляет Сейдж, хватает Джейка за руку (здоровую конечно же) и тянет в сторону той палатки, что является в лагере лазаретом. — Найти бинты ты сможешь, а дальше что? Обмотаешься ими с ног до головы и будешь мычать, выставив вперед руки? До Хэллоуина еще целых два месяца. — сообщает Келлин, когда они оказываются в палатке, и она оставляет Фарли возле одной из коек, чтобы отыскать подручные материалы вроде зелий и бинтов.
[indent] Волшебница чувствует отголоски предстоящей головной боли — то ли из-за нехватки сна и качественного отдыха, то ли из-за присутствия в ее дне Джейка с его уверенностью в том, что он и сам себя вылечить сможет. Стоило тогда приходить в лагерь? Сейдж, не скрывая своего недовольства, едва ли не швыряется найденными вещами в Джейка, запоздало думая о том, что если покалечит его еще больше, едва ли старшие целители будут рады, да и ей потом придется исправлять то, что сделала.
[indent] — Сними куртку. И как ты умудрился покалечиться на этот раз? — интересуется Келлин, уверенная, что Фарли как трехлетка то трансгрессирует неудачно, то сам кидается под заклинания Пожирателей Смерти. Удивительно, что он умудрился выжить целый месяц после случившегося в его доме (что там толком произошло она по-прежнему не знает, а знает лишь сухие факты из газеты и от самого Джейка).
[indent] — Что произошло со всеми вами? — чуть более тихим голосом спрашивает Келлин, кидая взгляды на другие койки, где располагаются остальные пострадавшие, включая волшебницу лет тридцати, которой сильно досталось — у нее пострадал корпус, а с ее лица не сходит гримаса боли и над ней орудует куда более опытный целитель, чем Сейдж, едва подошедшая к окончанию стажировки в Мунго.
[indent] Взгляд девушки фокусируется на ловких и уверенных взмахах палочки старшего коллеги, пока она гадает сумеет ли когда-нибудь надеть лимонную мантию и каждое утро болтать с коллегами перед началом смены. Сейчас это кажется глупостью, но глупостью желанной, впрочем, в Мунго Келлин ход заказан, если она не планирует закончить также как и ее брат. Не факт конечно что Райли мертв, но его арест за противоречие текущей власти и отсутствие новостей говорят о том, что на одного Келлина в этом мире стало меньше.
[indent] — Ты выжил и не расщепился повторно. — оборачивается наконец Сейдж к Джейку и продолжает разговор так, словно не зависла на несколько секунд, а собеседник понимает то, как у нее скачат мысли. — Я про появление на пороге моего дома. Мои ставки были против тебя, ничего личного. — она вовсе не пытается задеть Фарли, а лишь озвучивает свои мысли, но волшебник сумел не умереть от травм, не потеряться в ее родном городе и даже присоединиться к повстанцам. Еще пара таких фокусов со стороны Джейка и Келлин пересмотрит свое отношение к чистокровным белоручкам.