Едва они вышли из класса Древних Рун, как Эрика довольно резво увлекла Гидеона за собой, не дав тому возможности даже слова сказать. Не то чтобы он был против, сам ведь как раз собирался с ней переговорить, однако эта порывистая спешность парня слегка насторожила. Особенно учитывая странное поведение гриффиндорки за последнюю неделю, вряд ли стоит ожидать чего-то хорошего. Он бросил беглый взгляд на их переплетённые ладони, старясь не слишком обращать внимание на то, с какой силой Эрика сжала его руку. От небольшой растерянности Деон едва поспевает за девушкой, а ведь обычно всё обстоит совсем наоборот.

Наконец они достигают некоей конечной точки, или, по крайней мере, того места, где можно остановиться и посмотреть друг на друга прямо, а не откуда-то сбоку. Скалби покорно входит вслед за Эрикой в комнату, а потом с удивлением наблюдает за тем, как она запирает двери. И только сейчас отпускает его руку. Гидеон следит за её реакцией, за грустным взглядом, и понимание происходящего ускользает от него всё сильнее. Что-то щемящее, неправильное, он ощущает уже давно, вот только всеми силами старается эти чувства отгонять подальше. Ему всё это определённо не нравится. Но при этом слизеринец понятия не имеет, что не так. У них с Эрикой всё было прекрасно, и в какой-то момент что-то изменилось, причём без его ведома, без чьего-либо вмешательства, по крайней мере со стороны их двоих. Гидеону не по себе. Но деваться некуда.

Эри отходит от него на несколько десятков дюймов, и Деон сдерживает порыв двинуться следом, сократить расстояние между ними до прежнего. Он позволяет ей действовать свободно, даёт время подумать, собраться с мыслями - судя по всему, именно это она и делает. Тем более Скалби понятие не имеет, что сказать. А лишними неуместными вопросами боится спугнуть настрой девушки. Что немного непривычно, и что только сильнее вводит его в замешательство. Он ловит её взгляд, блуждающий по его лицу, своим, вопросительным и даже просящим. Просящим не делать ничего такого, о чём потом она будет жалеть. Нутро подсказывало, что как раз это гриффиндорка делать и планирует, и у Деона только сильнее разрасталось в груди беспокойство.

Добило его то, что по бледной щеке девушки покатилась слеза, оставляя за собой влажный след. У Деона сжалось сердце, ком подступил к горлу. Хотелось задать миллион вопросов разом, обнять её, попросить не говорить ничего, заверить, что что бы ни случилось, всё у них будет хорошо. Для начала стоило бы утереть эту проклятую слезу, но у Скалби даже не поднялась рука. Он только сильнее напрягся, брови сдвинулись к переносице, на лице отразилась гримаса боли. Наконец собрав волю в кулак Гидеон тянется к девушке, но тут она нарушает тишину и пальцы так и зависают в воздухе, нелепо и неестественно. Сжав руку он лишь медленно кивает. Эрика полна решимости - это читается в её глазах, губах, даже словно бы ощущается в лёгком запахе привычных, и таких любимых Гидеоном, духах. Но при этом девушка медлит. Она ведь не просто так плачет. Слизеринец уже успел перебрать огромное множество вариантов, но не смог придумать ни одного такого, что бы привело их в данный конкретный момент.

- Я слушаю, - хрипло отзывается он, не узнавая собственный голос, почти шёпотом, потому что Эрика его пугает. Действительно пугает, пожалуй впервые в жизни. Почему-то он чувствует себя гораздо хуже, чем во время их последней серьёзной ссоры.

Они не сводят глаз друг с друга. Гидеон смотрит выжидающе, мягко, нежно. Эрика словно пытается прочесть его мысли, заглянуть в душу - она для неё всегда открыта, но сейчас что-то идёт не так. В попытках разобраться он не сразу слышит её голос. Бесцветный, будничный, даже безразличный.

Постепенно вникая в смысл сказанных ею слов, Деону кажется, что происходящее нереально. Что всё это просто сон. Его губы вздрагивают в нервной усмешке, он не верит ей, не желает верить. Невольно, кажется уже на грани какой-то истерики, Скалби качает головой, беззвучно посмеиваясь.

- О чём ты говоришь... - Не в силах больше сдерживаться он подходит к ней ближе, обхватывает её лицо тёплыми ладонями, стирает уже подсохшую слёзную дорожку, рассматривает её черты. Ждёт, что она рассмеётся, скажет, что разыграла его, а потом поделится какой-то совершенно другой новостью. Помолвка? Снова? Это же какой-то бред! Такого не может быть... - Ты... хорошо себя чувствуешь? - тепло спрашивает Деон, слегка улыбаясь, потому что не собирается воспринимать сказанное ею всерьёз. Ерунда. Даже если помолвка реальна, то её будет легко переиграть. Он напишет матери, устроит встречу, примет любые условия миссис Толипан. Он своего добьётся и никому Эрику не отдаст. Почему она вообще решила, что всё уже решено?