При всей своей внешней девочковости, страсти к платьям, юбкам, каблукам, появившимся у нее в стартовавшем пубертате, Демельза никогда не забывала того, как удобно и весело может быть в одежде попроще, которую не страшно в хлам разорвать, перепачкать или вовсе убить в невосстановимое черти чего. Дома долго над ней смеялись, когда их девочка сменила привычные брюки на длинные юбки с разрезом по боку для игры на виолончели, словно в какой-то момент взросления Мелс перестала воспринимать инструмент, как кару небесную, а теперь ощущала ее, как продолжение своего тела. Тетушка Олив начинала вещать что-то о слишком рано зарождающейся сексуальности, но ее в доме Робинс никто не слушал, потому что их карамелечка Демельза навсегда осталась где-то в возрасте семи или восьми лет, с пронзительными ясными глазенками и огромным красным бантом на макушке, таким большим, что порыв ветра мог превратить ее в геликоптер-геликоптер и унести куда-нибудь подальше. Но вот из угла шкафа достается квиддичная форма и конфетка Мелли, как ее зовет дедуля, превращается в одночасье в Деми-динамит. Шнуровка плотно уже через секунду, длинные волосы собраны в хвост на макушке, на запястье повязана алая ленточка, как оберег от мамы, чтоб ни один бладжер не коснулся ее девочки. В зеркало бросается один мимолетный взгляд, чтобы проверить, насколько она собрана. Ей-мерлин, в этой форме у нее даже спина кажется прямее, да и вся она становится как бдуто бы выше ростом. Демельза чуть подмигивает собственному отражению, прежде чем отправиться на поле для тренировки.
Рио, наверняка, уже там, ведь у нее грядут отборочные, и волнение бурлит в крови вместо эритроцитов. Свои отборочные Мелс не помнила, потому и шутит постоянно, мол, страх отбил все воспоминания, да и жить ведь нужно здесь и сейчас. Все последние события магического мира об этом буквально кричат. Нет времени на то, чтоб сидеть и жалеть себя. Завтра будет неизвестно что, а потому нужно ловить момент.
Полная Дама ворчит от того, как Робинс вылетает из гостиной, и добавляет вслед, что можно и поучтивее обращаться с портретами, но девица лишь потуже затягивает перчатки, вскидывает вверх руку в немом извинении и устремляется к лестнице. Она перепрыгивает через три ступеньки, задевая на очередном вираже щит какого-то рыцаря, извиняется вслух, но не сбавляет скорости. Ее мысли уже на поле, где она рассчитывает провести плодотворную тренировку, помочь подруге, а заодно попробовать новый финт с обманным разворотом.
Солнце вынуждает ее щуриться, прикладывая к глазам ладонь козырьком, Риона действительно уже здесь, кружит в воздухе задумчиво закладывая петли одного ей известного маршрута. Мелс кричит громко, окликая подругу и дожидаясь пока та заметит ее. Ждать долго не приходится, ноги О'Нил ударяются о землю почти беззвучно, и Демельза не может не отметить этого факта, одобрительно кивая.
- Я сильно опоздала? - спрашивает Робинс, поправляя сползающую с хвоста резинку. - Как настрой? - Она смешливо морщит нос в выражении поддержки, - с чего хочешь начать?
Обеими руками Мелс держит свою метлу, ощущая, как хочется просто подняться в воздух поскорее, да зависнуть там вниз головой, чтоб мысли в голове пришли в привычный им порядок.