Drink Butterbeer!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Drink Butterbeer! » Pensieve » 11.10.95. Тишина должна быть в библиотеке


11.10.95. Тишина должна быть в библиотеке

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

https://66.media.tumblr.com/d5727bb65c3cbe78e78832f0c73851cb/tumblr_om0xetstDH1ublox3o1_500.gif
Christopher Hemsley, Hermione Granger
11 октября 1995 года
Библиотека Хогвартса

Гермиона считает, что с ОД это они отлично придумали. Но с ней не согласны генеральный инспектор Амбридж, запретившая все не одобренные ею лично кружки, и Кристофер Хемсли, случайно узнавший про идею организовать Отряд и не пришедший от нее в восторг.

+1

2

Ему было плохо. Откровенно плохо. Мысли никак не покидали голову, и если в начале сентября, когда случилась история с приворотным зельем, Кристофер ещё думал, что это может помочь ему отвлечься, то сейчас он был более чем уверен — все стало только хуже. Впрочем, он не спешил себе признаваться, чтобы расстроен тем, что все вернулось на круги своя, стоило Хейли выпить антидот, который приготовил профессор Снейп.
Что-то случилось в сентябре, что-то незаметно для него самого, и молодой человек оказался окончательно подавленным.
Учеба скатилась. Его проект, его гордость начиная с четвертого курса, замер на середине и не двигался в принципе. Качество домашних заданий упало, но, стоило заметить, что его не особо гоняли по этому поводу, видимо, профессора решили быть снисходительными к подростку, который оказался в таком ужасном положении.
Сегодня Кристофер в очередной раз отправился в библиотеку. Поход в Хогсмид остался позади, вместе с разговорами с Аберфортом, владельцем «Кабаньей головы». Старик был умным, молодой человек понял это сразу, как только с ним встретился, а ещё… тем ещё козлом. Впрочем, он продавал огневиски, закрывая глаза на возраст, и у них воцарился стабильный нейтралитет.
Пропустив обед и ужин, молодой человек буквально зарылся в учебники, твердо решив хотя бы попытаться как следует подготовиться к урокам. Получалось у него из рук вон плохо, и когда в библиотеке появилось знакомое лицо, Кристофер уже потерял всякую надежду на то, чтобы хоть что-нибудь запомнить.
Он вздохнул, отложил учебник в сторону, сосредоточенно массируя виски — кажется, у него начиналась мигрень — а потом посмотрел на Грейнджер, занявшую место за соседним столом.
Они общались с самого её поступления: оба проводили в библиотеке чертовски много времени, и, пожалуй, могли бы назвать друг друга приятелями. Друзья-по-книгам, как выразился однажды Кристофер.
Но сегодня Грейнджер выглядела особенно задумчивой, хотя, возможно, ему показалось. К слову, новый декрет «уважаемой» профессора Амбридж его совершенно не волновал. Хватало и своих мыслей в голове. Хотя, конечно, Кристофер не был бы собой, если бы не связал два события между собой. Это ведь министерство не любило Поттера.
- Я надеюсь, - заметил он, словно обращаясь в воздух, - у вас хватит ума не спалиться перед Амбридж.

+1

3

Амбридж как-то узнала.
Иначе и быть не могло. Сколько шансов на то, что идея настолько непопулярного декрета (который покусился даже на священную корову Хогвартса – вездесущий квиддич) совершенно случайно пришла генеральному инспектору в голову через пару дней после их первого собрания? Можно было даже не доставать пергамент для точных расчетов – шансов ничтожно мало.
А значит, их кто-то подслушал. Или, что гораздо более неприятно, выдал один из тех, кто пришел в Отряд. Думать об этом не хотелось, но ведь сколько человек заглянули в «Кабанью голову» просто из любопытства или за компанию? Никак не меньше трети. Кто-то, в конце концов, мог и передумать ввязываться в очередную авантюру Гарри Поттера и его друзей.
Впрочем, Гермиона не позволяла себе рассматривать эту версию всерьез – сейчас им как никогда важно держаться вместе, ведь новость о запрещающем декрете и так здорово ударила по энтузиазму ребят. Ну ничего. Они обязательно найдут выход. В конце концов, еще никто не смог стать на пути Гермионы Грейнджер к знаниям, не пожалев об этом. Ей просто нужно немного подумать.
Думать Гермиона отправилась в привычное место – в библиотеку. Набрав несколько пособий по Заклинаниям – согласно ее плану подготовки к СОВ, сейчас было самое время повторить все про чары, связанные с манипуляцией размерами – она махнула рукой Кристоферу с Рейвенкло и села за соседний стол. Пожалуй, можно было бы спросить у Хемсли, как понимать один довольно туманный момент в пособии для дополнительного чтения, но в последнее время рейвенкловец был таким мрачным и нервным, что Гермиона не рискнула навязываться. Тем более, если быть совсем уж честной, Чары занимали ее куда меньше, чем мучительные размышления о том, как скрыть от недремлющего ока Амбридж под два десятка человек, практикующихся в настоящей Защите от темных искусств.
Кристофер заговорил первым, и его слова неожиданно оказались настолько созвучными ее мыслям, что Гермиона в первую секунду даже испугалась, что забылась и сказала о своих тревогах вслух.
- Н-не понимаю, о чем ты, - неуверенно пробормотала она. – Мы ничего такого… То есть, тут нет никаких мы, я хочу сказать. Я просто готовлю домашнее задание. Одна.
Врала Гермиона – вследствие отсутствия частой практики – очень неубедительно.

Отредактировано Hermione Granger (05.10.19 14:37)

+1

4

- Хорошо, - Кристофер сложил руки на груди, вперив насмешливый взгляд в Грейнджер. - Давай сыграем в эту игру. Пару дней назад, некая группа студентов решила собраться в заведении, которое не пользуется особой популярностью. Группа, надо заметить, которая никогда особенно между собой не дружила, и вряд ли общалась теснее, чем «привет-пока».
Он не мог сдержаться, поэтому тон, которым сейчас говорил молодой человек, был до крайности саркастичен.
Впрочем, такие вещи помогали ему отвлечься. Кристофер попал в замкнутый круг, когда общение с людьми помогало ему меньше думать о своих проблемах… и, в то же время, люди продолжали его бесить и выводить из того шаткого душевного равновесия, к которому он стремился.
Гермиона была очень умной. Она умудрялась не только отлично учиться, но ещё и подтягивать своих приятелей-обалдуев, чего, кстати, сам молодой человек совершенно не понимал — ведь нельзя же было с ними всю жизнь нянчиться.
И меньше всего ему хотелось, чтобы на её голову свалились какие-нибудь неприятности. Отчасти, потому что разговоры в библиотеке ему нравились. Отчасти, потому что не хотел разочаровываться в её уме и сообразительности. Ведь провести мадам генерального инспектора — это показатель остроты ума и недюжинной смекалки.
- Следовательно, это группа что-то замыслила. И вот, после того, как эта группа студентов пообщалась, выходит приказ о том, что все кружки, не одобренные лично милой профессор Амбридж… что там было, распущены? Не допущены к существованию? - Кристофер покачал головой, словно подтверждая, что он говорит совершенно очевидные вещи. - Только идиот не сложит два и два, Грейнджер. Сразу понятно, что вы что-то затеваете.
В библиотеке, если не считать мадам Пинс, которая скрывалась где-то между стеллажами, на приличном расстоянии от них, не было никого. И молодой человек мог не переживать насчет того, что их кто-нибудь подслушает. А сам он… сам он точно не собирался ни влезать в это дело, ни кого-то ставить в известность. Нейтралитет — вот его девиз.
- Так что, даже не отпирайся, - он развел руками, - бесполезно.

Отредактировано Christopher Hemsley (24.10.19 11:56)

+1

5

Тону Хемсли позавидовал бы даже слизеринец, но обижаться Гермионе было некогда. Она определенно не стала бы подозревать шестикурсника в том, что он и есть этот загадочный шпион Амбридж, хотя бы потому, что искренне верила: люди, которые любят учиться, не способны на такую подлость. Но если предположить, что он просто был в то же время в «Кабаньей голове» (интересно, конечно, зачем, уж точно не писать эссе по Трансфигурации заходил) и, услышав про декрет, сложил два и два, то… То наверняка так же мог сделать и еще кто-то.
Но это неважно. Куда важнее, как теперь себя вести.
Здраво взвесив свои шансы убедительно произнести надменное: «Какая глупость!» и гордо уткнуться в книжку, Гермиона поняла, что, наверное, этим только вызовет лишние подозрения. А может, и разговоры. А еще большей огласки допускать было никак нельзя, поэтому лучше решить этот вопрос с Хемсли прямо здесь и сейчас.
Поднявшись со стула, Гермиона подхватила свои книжки под мышку и решительно пересела на место напротив Кристофера, стукнув томами о столешницу. С дальнего конца библиотеки послышалось грозное шиканье мадам Пинс. Грейнджер ойкнула и, наклонившись к Хемсли, заговорила приглушенным голосом:
- Но ведь в этом не было ничего криминального, правда? Мы собирались до того, как вышел этот дурацкий декрет и ничего не нарушили… Ну и, Кристофер, - не выдержала она, запальчиво сверкнув глазами: - Ну ты же не можешь не согласиться, что это все какой-то деспотизм! Она запрещает нам собираться компаниями, она хочет все контролировать и она Не Дает Нам Знания! – последнее Гермиона произнесла с особенным негодованием. – Уверена, вас она тоже заставляет переписывать параграфы из учебников, но это же бессмысленно! У нас и так проблемы с изучением Защиты, всегда были, эта постоянная смена преподавателей очень мешает нормальному усвоению программы, но хуже Амбридж еще никого не было! Она не просто не помогает – она мешает нам учиться. И вот это уже преступление, а не то, что несколько человек выпили сливочного пива в «Кабаньей голове»!
Она могла бы еще рассказать Кристоферу о шрамах на руке Гарри, но остановила себя: Хемсли пусть и не слишком явно, но все же недолюбливал ее друга, и его злоключения вряд ли могли расстроить рейвенкловца.

+1

6

- Это не деспотизм, - устало ответил Кристофер, когда Гермиона оказалась за столиком, который он занимал. - Все лето «Пророк» писал, что Дамблдор и Поттер врут. Все лето их выставляли выжившими из ума психами. Появление Амбридж — закономерность. Министерству нужны свои глаза в Хогвартсе, чтобы, не дай Мерлин, не допустить чего-то, что их пугает. Я склоняюсь к тому, что они просто боятся, что здесь создадут… группу, которая потом захватит Министерство.
Не смотря на все проблемы, свалившиеся на него, не смотря на то, что в голове крутились сотни разных мыслей, молодой человек не утратил умения рассуждать логически. Кроме того, он ведь собирался пойти работать в Отдел Международного Магического Сотрудничества, когда закончит школу — и именно поэтому старался анализировать происходящее. Кристофер верил, что из него, однажды, получится первоклассный дипломат, и потому старался вникнуть в происходящее.
Грейнджер, сидевшая напротив, пылала праведным гневом, направленным в сторону Амбридж, и молодой человек не мог не согласиться, что она имела на это полное право. Преподавание Защиты от Темных Искусств свелось к банальной зубрежке учебника, в котором не было ни слова о применении магии. И… это было тоскливо.
Сам Кристофер не особо переживал по этому поводу — азы Защиты ему преподавал старый друг Джоан, бывший аврор, недавно вышедший в отставку, и молодой человек помнил большую часть защитных заклинаний. Кроме того… он знал, что не все атакующие заклятия были безобидными. Впрочем, рассказывать об этом всем и каждому он не спешил. Тем более, к таким выводам можно было прийти просто воспользовавшись логикой.
- Вы просто ввязываетесь в опасную игру, - молодой человек чуть подался вперед, вперившись взглядом в Грейнджер. - Амбридж — чиновник из министерства. И она опасна, - он поднял вверх руку, призывая девушку к молчанию. - Опасна, потому что ей недостает элегантности. Её методы будут прямолинейными, что твой таран. Проверка почты, наказания, запреты и прочее. Она будет вербовать на свою сторону стукачей. Но… в общем, она не понимает, как нужно было себя вести. - он помолчал несколько секунд, предоставляя Гермионе возможность переварить сказанное, а потом продолжил. - И в этом вся опасность. Когда станет ясно, что её методы плохо работает, она может перейти черту.
Он замолчал, вновь вернувшись в исходное положение — откинувшись на спинку стал и сложив руки на груди. На ум пришел разговор с Хейли, когда они обсуждали подростковое бунтарство. Это был бунт. Но… слишком похожий на попытки вести себя по-взрослому, когда ты ещё ребенок. Осуждать, правда, их Кристофер не собирался.

+1

7

Иногда Гермиона думала о том, что Шляпа не ошибалась, когда настойчиво предлагала ей учиться на Рейвенкло. Со студентами этого факультета ей всегда было проще всего. Да, конечно, она любила Гриффиндор, но только с подопечными Ровены, заводя какой-нибудь долгий научный разговор, можно было не чувствовать себя бесконечной занудой и получать в ответ не зевание, а активную поддержку. Да, определенно, ей бы очень хорошо училось на Рейвенкло, но в такие минуты, как сейчас, Гермиона не могла не замечать, что между ней и студентами этого факультета есть существенные отличия.
- Подожди… - недоверчиво спросила она, склоняя голову набок. – Ты что, действительно считаешь, что это правильно только потому, что это логично? И нужно смириться с этим? Господи, Кристофер! Это ведь абсурд, ну правда. Как мы можем захватить министерство? Мы же все здесь дети, и не понимать этого… И ведь это просто нечестно, непрофессионально: да, может, они не верят Гарри, но разве это вопрос веры? Седрик погиб, в небе появилась Черная метка – почему бы им хотя бы не проверить то, о чем он говорит? А вместо этого Гарри просто поливают грязью, а к нам присылают эту… эту жабу, которая науськивает нас друг на друга и наслаждается тем, как мы грыземся.
Гермиона выдохнула, чувствуя, как краснеют от гнева ее щеки. Она не ожидала, что разговор зайдет так далеко, и совершенно точно не хотела говорить такие вещи о представителях Министерства человеку, которого не слишком хорошо знала. И больше всего расстраивало ее то, что Кристофер в каком-то смысле был прав: если она хотела сдать СОВ на отлично (а она хотела), если она хотела достичь чего-то важного в будущем, ей нужно было молча переписывать учебник, стараясь выводить строчки аккуратнее, и не высовываться. Но беда в том, что она никак не могла так поступить.
- И думаешь, я не знаю, что она опасна? – тихо и как-то грустно сказала Гермиона. – Да ты бы видел, как она наказывает провинившихся! Это ужасно. Но если она думает, что этим заставляет других себя бояться… Ну что ж, я бояться не стану.

+1

8

- Гермиона, это политика. Эра Фаджа на посту министра — это эра спокойствия. По крайней мере, так они сами считают. Представь, что они чувствуют, когда после процветания наступает регресс? - все-таки Гриффиндор это диагноз. - Фадж — администратор. Возможно, даже талантливый администратор. Но он просто не готов к новому времени. Он боится Дамблдора, которого, в свое время, пророчили на место Министра. И… это паранойя. Такое бывает в смутное время. - Кристофер покачал головой. Юношескому максимализму были подвержены все подростки. Даже он сам, хотя старался с этим бороться. - Я не говорю, что это правильно. Я тебе с самого первого дня нашего общения говорил, что в Магической Британии нет настоящих политиков, которые знали бы свое дело. Я всего лишь объяснил, почему, по моему мнению, все происходит так, как происходит.
Гермиона была умна. Но все-таки, эта маниакальная тяга к справедливости, защите всех обездоленных и пострадавших пересиливала в ней другие качества. Кристофер давно пришел к такому выводу, ещё когда девушка решила бороться за права эльфов, и больше не удивлялся, почему Шляпа распределила её на Гриффиндор.
Но одно стоило сказать точно: неприязни к ней он не испытывал. Она, хотя бы, пыталась урезонивать своих не в меру ретивых товарищей, вечно влипающих в неприятности. За одно это стоило уже поаплодировать, даже не смотря на то, что многие попытки оканчивались провалом. Ещё Кристофер помнил, как ходил к ней в Больничное Крыло, когда Грейнджер пострадала от нападения василиска. Никакой романтики, просто искреннее беспокойство за человека, с которым они каждый день пересекались в библиотеке. Он был на третьем курсе, ещё не совсем подросток, но уже понимающий, как все обстоит на самом деле.
- Никто не хочет верить в плохое, - молодой человек развел руками. - Вспомни Вторую Мировую. До самого последнего момента никто не пытался остановить новоявленного захватчика мира. Вспомни, что получилось у Советов. Они проигнорировали все предостережения, которые получали от перебежчиков и своей разведки. Маги, конечно, лишены логики, но они такие же люди, Гермиона, они подвержены тем же слабостям и порокам.
В такие моменты Кристофер ощущал себя взрослым. Он был умным и начитанным, и, кроме подросткового бунтарства, старался все-таки вести себя соответствующе. Ему скоро должно было исполниться семнадцать — относительно скоро — он стал бы совершеннолетним, а это накладывало на него определенные обязанности.
- Так ты позаботилась о мерах безопасности? И... ты можешь вообще говорить о вашем кружке с кем-то кроме самих членов?

+1

9

В словах Кристофера была правда. Он как будто раздвигал стены библиотеки и предлагал Гермионе взглянуть на вещи шире. Она, конечно, тоже задумывалась о политике министерства, но это казалось ей чем-то довольно далеким, в то время как Хогвартс – вот что было по-настоящему важно. Но Хемсли ясно доказывал ей, что все, что происходит в школе, - только отголосок событий во всей магической Британии. И даже если их маленький бунт увенчается успехом, то что он изменит?.. Ну, возможно, они все чуть лучше сдадут СОВ…
- Извини, - Гермиона как-то застыдилась своей горячности, особенно после того, как Кристофер упомянул события из маггловской истории. В Хогвартсе о ней вспоминали редко, и какое-нибудь восстание гоблинов определенно значило здесь больше, чем Вторая мировая, но Хемсли раздвигал рамки еще шире, выходил на какие-то глобальные категории, и на этом фоне Амбридж казалась какой-то мелкой неприятностью, хоть внутри Гермионы все восставало против такой трактовки событий.
- Ты не подумай, пожалуйста, что мы замыслили что-то запретное или... революционное. Просто хотели собраться и попрактиковаться немного в Защите. Но теперь Амбридж это ни за что не согласует, особенно если увидит фамилию Гарри в списке… Приходится изображать тайное общество, - Гермиона пожала плечами: - Только вдумайся: когда в Хогвартсе ученики собирались тайком, чтобы только подготовиться к экзамену?
Может, конечно, теперь такого никогда и не случится: новый декрет все слишком усложнил.
- Ну… Я ведь говорю о нем с тобой, - неуверенно сказала Гермиона, немного удивленная тем, что Кристофер от поучений перешел к настолько практическим вопросам. Вообще, конечно, ей хотелось и его позвать в Отряд, но, начнем с того, что само название этого предприятия – Отряд Дамблдора – в свете их разговора перестало казаться Гермионе таким уж невинным.
- Хотя, конечно, это плохо. Когда так много людей задействовано, любой может случайно проговориться, и тогда Амбридж узнает о нас раньше, чем мы хоть раз соберемся. Да и если мы найдем хорошее место, где можно тренироваться, нужно придумать надежный способ связи. Шушукаться по углам больше не выйдет, а записки – чудовищно ненадежная вещь. Я хотела найти рецепт каких-нибудь чернил, которые бы показывали сообщение только тому, кому оно адресовано, - такую идею Гермиона подсмотрела на Карте Мародеров, но пока не разгадала, как она была реализована. – Но еще ничего не нашла.
Как-то незаметно она перешла на тот тон, которыми они с Хемсли могли обсуждать какую-то исключительно научную проблему. Задача была поставлена, но методологию ее решения еще стоило подобрать.

Отредактировано Hermione Granger (06.10.19 00:38)

+1

10

- Честно говоря — вообще не в курсе, - улыбнулся Кристофер, в ответ на пожатие плечами. - Я не настолько выштудировал «Историю Хогвартса», чтобы сходу найти пример. Но… может такое уже было? История ведь, штука такая, она любит повторяться, - иногда на него нападало философское настроение и заставляло размышлять о вещах в таком вот обширном ключе. - Но в любом случае, я не думаю, что это кому-то повредит. Может хотя бы кто-нибудь из твоих друзей начнет более прилежно заниматься.
Он просто не мог удержаться от этой шпильки, впрочем, совершенно беззлобной. Ведь тот факт, что гриффиндорцы были не так трудолюбивы был общеизвестным. У них были другие качества, которые присущи их факультету.
Кристофер рассеянно посмотрел на учебник, который лежал перед ним, а потом вновь перевел взгляд на Гермиону, продолжавшую свою мысль. Беседа, как всегда, перешла в совсем другую плоскость, более практическую, что не могло не радовать. А ещё его радовал тот факт, что общаясь на отвлеченные темы, выстраивая логические цепочки и просто занимаясь делом, его нехорошие мысли отходили на второй план, позволяя молодому человеку выдохнуть.
Задумавшись, Кристофер на пару минут выпал из реальности, перебирая в голове варианты, которые можно было бы использовать. Эта задачка, которую подкинула Грейнджер, возможно, самого того не желая, была для него интересным вызовом. Сделать так, чтобы никто не узнал про расцветающее в стенах Хогвартса тайное общество… что может быть лучше для человека, который собирался связать свою жизнь с международной политикой? Да и, если честно, возможность обыграть Амбридж казалась ему вполне неплохим испытанием, можно сказать, его личным экзаменом, для последующей работы в Министерства.
- Могу ошибаться, но о таких чернилах вообще ни разу не слышал, - задумчиво протянул Кристофер, потирая переносицу. - Невидимые — да, такие есть, но их можно прочитать с помощью проявителя. Жаль, что здесь не работает электроника. Пейджер вам бы пригодился. Ты же знаешь его принцип работы?
Пейджер! В голове словно блеснула молния. Молодой человек буквально подскочил на стуле и, бросив Гермионе сдавленное «подожди меня здесь», исчез за одним из стеллажей. Он отсутствовал минут пять, но вернулся в страшном возбуждении, в одной руке держа толстенный фолиант, рассчитанный на седьмой курс изучения заклинаний, а другую поминутно запуская в волосы и отбрасывая назад пряди, норовившие закрыть ему лицо.
Кристофер хлопнул книгу перед Грейнджер, чем вызвал недовольное фырканье мадам Пинс, но, казалось, совершенно не обратил на это внимания. Палец уткнулся в название главы, написанное красивым, размашистым почерком, явно в каком-то старинном стиле.
- Это должно сработать! - глаза Кристофера горели маниакальным блеском ученого, который совершил главное открытие в своей жизни. - Черт меня подери, если мы придумаем что-нибудь лучше!

Отредактировано Christopher Hemsley (06.10.19 01:22)

+1

11

- Боюсь, для этого нужно что-то посерьезнее, - улыбнулась Гермиона. – Империус, например.
Шутки Кристофера о Гарри и Роне ее не задевали – они были беззлобными и совсем не походили на желчные подколки слизеринцев. Тем более, Хемсли наверняка было непросто прочувствовать ситуацию, в которой она оказывалась едва ли не каждый вечер: вряд ли на Рейвенкло, чтобы засадить кого-то за домашку, нужно устраивать шаманские танцы с бубном.
Было здорово, что часть, очень напоминающая поучения от старшего брата (которого у Гермионы никогда не было, но как-то именно так она себе все и представляла), закончилась, потому что она здорово выбивала гриффиндорку из колеи. Ее в целом редко отчитывали, а уж чтобы указывали на поспешность и недальновидность ее действий – такое вообще случилось едва ли не впервые, и не то чтобы эти ощущения можно было назвать приятными. Размышлять над вопросами теории было гораздо привычнее.
- Пейджер? – переспросила Гермиона. – Да, конечно, удобная штука для односторонней связи и всегда можно носить при себе, но…
И тут Кристофер сорвался с места и бросился куда-то вглубь лабиринта книжных полок. Из-за дальних стеллажей высунулось недовольное лицо мадам Пинс, и Гермиона смущенно улыбнулась строгой даме. С библиотекаршей она предпочитала не ссориться: страшно представить, что будет, если та запретит ей ходить сюда или ограничит до трех количество книг, которые можно взять с собой. А ведь с особо нерадивыми учениками она так и поступала, Гермиона сама видела.
Кристофер вернулся через несколько минут – взъерошенный, довольный и, главное, с книгой в руке. Гермиона с интересом взглянула на корешок. Ух ты, такого она еще не читала. Наверное, уровень ЖАБА, не меньше. Она с готовностью склонилась над раскрытым томом и прочла вполголоса:
- «Протеевы чары. Позволяют объединять в единую систему несколько предметов таким образом, что воздействие на один из них проявляется на всех остальных зачарованных объектах»… Кристофер, да это же… - Гермиона осеклась. Она подумала о том, что это чудовищно похоже на Черную метку, которой Тот-Кого-Нельзя-Называть призывает Пожирателей. Но все же… Это заклинание не было темномагическим, а Гермиона давно поняла, что почти любые чары – просто инструмент, который может служить как во зло, так и во благо.
- …потрясающе! – договорила она. – Просто потрясающе. Значит, нужно выбрать предметы, достаточно небольшие, чтобы их можно было всегда носить с собой, и какие-нибудь повседневные, незаметные, чтобы они не вызывали вопросов вне зависимости от того, у кого окажутся. И еще на них должна быть какая-то надпись, которую можно было бы менять, чтобы сообщать дату, место и время… - Гермиона задумалась. Первыми на ум пришли, конечно, учебники или свитки пергамента, но они легко могли оказаться в чужих руках, да и с книгой на то же квиддичное поле могла ходить только она сама, для остальных это выглядело бы слишком подозрительно. – Может… Может, деньги?.. – неуверенно спросила она. – Монеты?

+1

12

Маниакальный блеск в глазах Кристофера потух спустя несколько мгновений. Ему стоило всего лишь моргнуть, как проблемы, преследующие его на протяжении последних месяцев, снова навалились на него, будто физически придавливая к земле.
Молодой человек опустился обратно на стул, рассеянно слушая рассуждения Гермионы, которая пыталась придумать, на каких именно предметах использовать Протеевы Чары. Что ж, ей нельзя было отказать в логике, и Кристофер, если бы не был сейчас погружен в свой омут, определенно похвалил бы Грейнджер, причем совершенно искренне.
О Протеевых Чарах он узнал в прошлом году, от профессора Флитвика, который никогда не отказывал своим студентам в помощи или ответах на интересующие их вопросы. Кристофер хотел тогда, перед самым концом учебного года, зачаровать таким способом блокноты, причем, наложив заклятие так, чтобы оно действовало в обоих направлениях. Крошка-профессор воодушевился, напутствовал своего студента, предлагая тому попробовать свои силы в этом направлении… но учебный год закончился, Кристофер сдал СОВы, и у него просто не осталось времени, чтобы заняться этим проектом вплотную. Лето же спутало все планы, окончательно поставив крест на многих интересных идеях. Или не окончательно — молодой человек не был в этом уверен. Точнее, он надеялся, что однажды у него получится с этим справиться.
- Мне не стоило тебе помогать, - улыбнулся наконец Кристофер, доставая из кармана галеон. - Ты бы и сама до этого додумалась, я более чем уверен. Смотри, - он показал Гермионе ребро монеты. - Видишь эти числа? Это серийный номер. Я думаю, если их заменить на текст, который ты будешь диктовать на своей монете… - многозначительный взгляд вперился в шатенку. - Мне стоит продолжать?
Впрочем, на лице Кристофера играла довольная улыбка — он точно знал, что Грейнджер уловила суть затеи. Вообще, он и правда сомневался, что ему нужно было ей подсказывать, все-таки, девушка была достаточно умна, чтобы и сама прийти к тем же выводам, к которым пришел он в минуту озарения. Так что теперь оставалось лишь трансфигурировать что-нибудь в фальшивые монеты и раздать их членам этого кружка, предварительно наведя на них нужные чары.
Кристофер откинулся на спинку своего стула с видом победителя. Он был уверен, что в этой схватке с мадам Амбридж последнее слово осталось за ним и Гермионой. Пусть схватка была и невидимой, такой, о которой сама леди в розовом даже не догадывалась.
Его не переполняли чувства причастности, нет, молодой человек оставался самим собой, уверенным одиночкой, каким он сделался летом. Но все же, ему было приятно, что он смог кому-то помочь. Мысли, терзавшие его разум, то и дело твердили Кристоферу, что он — бесполезен. Ведь он даже не смог помочь Джоан. Аргументы, что он находился в Дублине и вообще, неизвестно, что бы с ним самим произошло, будь он в ту ночь дома, разум принимать отказывался.
- Слушай, сделай одолжение, - молодой человек посмотрел на Грейнджер, и их взгляды встретились. - Не рассказывай никому, что я тебе помогал. Нет-нет, мне без разницы, если даже Амбридж узнает об этом. Просто… мне хватает слухов, которые ходят по школе. Не хочу, чтобы ещё что-нибудь такое началось.

+1

13

Гермиону и правда захватил азарт, и хоть она видела некоторую снисходительность в сдержанной похвале Кристофера, это ничуть не убавило ее восторга. Тем более Хемсли был старше на курс, с ним не нужно было соревноваться за звание лучшего, а еще его помощь, что бы он там ни говорил, была очень ценна. Когда бы она еще вычитала про эти Протеевы чары – если бы нашла упоминания о них вообще, а время было дорого: нужно было предложить Отряду Дамблдора решение проблемы до того, как у ребят иссякнет энтузиазм.
- Ты – гений! – выдохнула Гермиона. – Серьезно, в других обстоятельствах я бы уже требовала выдать тебе Кубок за особые заслуги перед школой. И ведь лучше всего то, что никто не обратит внимания на эту надпись, если не будет знать, где искать!
Светясь от радости, она быстро развернула пергамент и начала аккуратно переписывать главу про Протеевы чары, чтобы не выносить из библиотеки книгу целиком и не привлекать внимание. Отвлекшись, она не заметила, как исследовательский пыл в глазах Кристофера начал гаснуть, и, подняв глаза на его голос, удивилась переменам. Впрочем, нет, переменами это не назовешь. Хемсли ходил притихший и потерянный с начала года. Она никогда не спрашивала его, почему, но, может, самое время спросить?
- Я никому не скажу, - серьезно пообещала Гермиона. – Думаю, предлагать тебе присоединиться тоже бесполезно? Ты бы мог здорово помочь нам, правда.
Она не совсем понимала, о каких слухах он говорит. Гермиона вообще не интересовалась сплетнями, прекрасно зная им цену. Она и так могла предположить, что услышит: гадости про Гарри – много, гадости о себе – иногда, еще что-нибудь о ком-то из знакомых – тоже неизменно гадкое и не соответствующее действительности. Но с Кристофером, похоже, и правда что-то произошло, и, возможно, лучше узнать об этом от него, а не в толпе на перемене.
- Слушай, ты… м-м-м… может быть, хочешь поговорить? – спросила она, внимательно глядя на Хемсли. – Говорят, иногда легче рассказать что-нибудь случайному человеку, с которым видишься только в библиотеке, чем лучшим друзьям. К тому же, я умею не задавать глупых вопросов и хранить тайны. По правде говоря, я просто мастер по части тайн, я все-таки дружу с Избранным, - она улыбнулась, чтобы у Кристофера была возможность при желании перевести все в шутку.

+1

14

Похвалу слышать было приятно. Доброе слово и дементору приятно, как говорится. Он смотрел на Грейнджер и прикидывала, насколько вообще было реально её предприятие. Молодой человек не сомневался — это не понравится Амбридж. Ещё он был уверен, что эта дамочка сделает все, чтобы прикрыть лавочку и устроить всем, кто принимал участие, «сладкую жизнь». Как уже говорилось, Кристофер относился к даме в розовом с изрядной долей презрения. Даже Перси — он переписывался с ним в прошлом году, когда узнал, что Уизли начал работу в Отделе Международного Магического Сотрудничества — не вызвал у него такого отвращения. Впрочем, Перси вообще был нужен лишь в качестве источника сведений о работе, чтобы Кристофер мог узнать, что его ждет в будущем. Он серьёзно относился к выбору профессии.
- Гермиона, - он улыбнулся, но улыбка вышла не особо веселой, - меня уже назвали чуть ли не внебрачным сыном Тёмного Лорда и Беллатрисы Лестрейндж. Как думаешь, твои однокашники будут рады видеть такого человека в вашем кружке?
Ведь и правда, Кристофер уже слышал такой слух. Он, правда, истерично хохотал, услышав, что о нем думают, но все-таки не мог пропустить это мимо себя без последствий. По сути, они смотрели в корень, ведь родителей его нельзя было назвать ангелочками, судя по всему. Но раскрываться перед Грейнджер, или кем-то ещё, молодой человек не собирался.
Он привык, и знал это, что магическое сообщество подвержено по-истине ужасающим стереотипам. Вообще, если быть честным, Кристофер не боялся, что его жизнь станет сложной — она уже такой стала — но, из чувства рационализма, совершенно не хотел, чтобы кто-то добавил ему проблем. Достаточно было и того, что он перестал блистать на уроках. Стресс — страшная штука.
Немного помедлив, молодой человек посмотрел на Гермиону. Конечно, в её словах была логика, но он не мог перебороть себя. В нем вообще бурлили смешанные чувства, начиная с отвращения, которое он ощущал, когда вспоминал о том, какую идеологию поддерживали родители, и заканчивая ненавистью, которая буквально готова была разорвать Кристофера на куски, стоило ему подумать об аврорах. Они лишили его возможности знать родителей.
- Спасибо, я правда ценю, что ты хочешь сделать, - он покачал головой, вновь откинув с лица нависающие пряди, - но лучше будет, если это останется со мной. Я не сомневаюсь, что ты умеешь хранить тайны. Но... я просто не хочу об этом говорить, Гермиона. Извини. - промолчав несколько минут, словно сомневаясь в том, что был достаточно вежлив, молодой человек все-таки продолжил, - Скажи, - Кристофер повертел в воздухе ладонью, словно пытаясь поймать мысль, - что ты знаешь о боевых заклинаниях и их опасности?
Быть может, ему стоило стать учителем? Вообще, молодой человек полагал, что даже в этом случае он окажется куда более приятным преподавателем, нежели тот же Северус Снейп, при всем уважении к последнему. А насчет его вопроса... он действительно помнил разговоры с мистером Темплом, который много раз повторял фразу, которая въелась в память молодого человека: "Даже Аугаменти можно утопить!".

Отредактировано Christopher Hemsley (09.10.19 00:45)

+1

15

- Мои однокашники, - парировала Гермиона, - организуют тайный кружок под началом человека, которого пару лет назад все считали наследником Слизерина. Слухи быстро забываются.
Горькая шутка Кристофера пролила немного света на то, что с ним происходило. Гермиона припомнила, что, кажется, когда-то он упоминал, что воспитывался тетей. Это не было чем-то удивительным – после первого пришествия Того-Кого-Нельзя-Называть многие ученики Хогвартса были сиротами, да и Крис, кажется, был вполне доволен опекой родственницы – не в пример тому же Гарри, поэтому эта тема возникала в их беседах разве что мельком. И вдруг – какие-то слухи о его родителях. Дурацкие, конечно, ничего нового.
Гермионе очень хотелось сказать, что даже если бы он и правда оказался сыном Волдеморта и Беллатрисы Лестрейндж, это не имело бы никакого значения. Твои родители не определяют, кто ты, генетика вообще мало что может противопоставить воспитанию. И вряд ли бы Гермиона стала относиться к Кристоферу по-другому, даже если бы он вдруг оказался плоть от плоти пожирателей. Это что, как-то повлияло бы на его таланты к Заклинаниям, тягу к знаниям или на то, что он только что просто так помог ей? Нет. Ну так и какая разница?
Но Гермиона промолчала. В мире настоящих чистокровных волшебников ее представления о крови не имели никакого значения. Она магглорожденная. В сложных вопросах родства ее мнения никто не станет слушать, и Крис, не исключено, просто пренебрежительно скривится от ее неуместного замечания.
Не стала она и настаивать на откровенности, прекрасно понимая, что у человека должно быть личное пространство (Ее собственное вообще было размером с Большой зал, так что как тут было не понять).
- Ничего, - улыбнулась она. – Твое право.
Вопрос Кристофера прозвучал неожиданно и немного смахивал на попытку неловко перевести тему, хоть и выглядел он довольно сосредоточенным.
- Хм… Основная отличительная особенность боевых заклинаний в том, что их главное назначение – наносить ущерб противнику, - неуверенно проговорила она, нахмурив брови. – Чаще всего – вообще единственное назначение. Ну а опасность варьируется от класса заклинания и умения мага, как и всегда.

+1

16

- Но я не чертов «Избранный», Грейнджер, - Кристофер покачал головой, устыдившись того, каким ледяным и горьким стал его тон. Не хватало ещё, чтобы девушка подумала, будто он завидует Поттеру. - И слухи не забываются. Они трансформируются, мутируют, превращаются в домысли, которые потом становятся новой реальностью. В них верят. Независимо от того, правда это или ложь.
Об этом говорила Хейли, по крайней мере, когда они ещё общались… и пока не произошло всего того, что произошло. Молодой человек, иногда, задумывался, имела ли она вообще отношение к тому, что о нем судачила половина школы. И ему казалось, что нет, Квентин на такое не пойдет. С другой стороны, она вполне могла это сделать.
Однозначного ответа на свои вопросы Кристофер все равно получить не мог. И когда Гермиона ухватилась за предложенную тему, он выдохнул, ощущая, как начинает медленно спадать напряжение, заставлявшее его сжимать руки в кулаки, под столом, естественно, чтобы не дай Мерлин не начать кидаться во всех заклинаниями. Конечно, он утрировал, но неприятные ощущения все-таки нельзя было просто так пропустить мимо себя.
Нужно было сосредоточиться на разговоре, тем более, он вновь вернулся в практическую плоскость, и Кристофер отчаянно пытался сконцентрироваться. Но мысли то и дело возвращались к родителям, потом их сменила тетушка, а потом… а потом он вновь вздрогнул, когда сознание услужливо нарисовало перед ним владелицу серо-зеленых глаз и белокурых локонов в том самом платье, которое побывало в маггловском ночном клубе.
- Так вот… о чем мы… - пришлось приложить все силы, чтобы не покраснеть как малолетке. Молодой человек гордился тем, что умел владеть собой, но в последнее время это умение начинало его немало подставлять. - Я не про определения. У нас вечная проблема с преподавателями ЗоТИ, и я просил своего знакомого, бывшего аврора, подтянуть меня по части заклинаний. Он не похож на Грюма, не параноик, ну, знаешь, если у него загорятся мусорные баки, он сначала оценит ситуацию, и только потом начнет швыряться заклинаниями, - он сделал паузу, пытаясь сформулировать свою мысль. - Я не знаю, какие вы там будете изучать заклинания. Но… просто пример, если «Остолбеней» попадет вот сюда, - Кристофер дотронулся пальцем до левой части груди, - то это вызовет остановку сердца. Вообще, он мне говорил, такую фразу: «Даже Аугаменти можно утопить». - кажется, его тон вновь стал менторским, и молодой человек поспешил исправиться. - Просто будь осторожнее.
Ему было неловко. Этот разговор уже ушел в какую-то не ту степь, начиная со слухов и заканчивая тем монологом, который сейчас выдал Кристофер. Он вновь погрузился в собственные мысли, пытаясь понять, почему вечно все идет наперекосяк, но не преуспел в этом — нить рассуждений плавно уплыла в сторону истории его происхождения и, сделав круг, вернулась к принцессе льда, заставив молодого человека банально застонать от безысходности.
Он не слышал, что говорила Гермиона, выпав из реальности, и потому, вопрос, сорвавшийся с его губ, оказался неожиданным, похоже, для всех:
- Амортенция работает в обратную сторону?

+1

17

История про аврора вызвала у Гермионы странное чувство, совмещающее одновременно облегчение и беспокойство. Она не слишком верила в то, что все это было затеяно только ради хорошего балла по Защите (и в этом они с Крисом были похожи – Отряд Дамблдора тоже не только про то, чтобы хорошо сдать экзамены, пусть не все его члены так думали). Скорее такая инициатива могла быть знаком того, что угрозу, нависшую над Британией, чувствуют не только они, уже четыре года кряду сталкивающиеся с ней едва ли не лицом к лицу. Это радовало – иногда, когда опасность видишь только ты, а все вокруг на удивление спокойны, начинаешь немного сомневаться в своем душевном здоровье. И одновременно это пугало – порой Гермионе хотелось, чтобы надвигающаяся беда была проблемой только их троих: это как-то сразу уменьшало ее значение, низводило чуть ли не до долгой и очень грязной отработки у Филча.
Но когда шестикурсник Рейвенкло берет уроки у бывшего аврора, а тот рассказывает ему, как убивать, - это уже совсем-совсем другое дело.
- Мы будем осторожными, - кивнула Гермиона серьезно, прекрасно понимая, что ответственность за это ложится прежде всего на нее. – Не будем тренироваться друг на друге, пока не освоим материал достаточно хорошо, и я постараюсь почитать все насчет побочных эффектов. Спасибо, что напомнил об этом.
Иногда Гермиона с некоторым удивлением осознавала, что чересчур освоилась в магическом мире и волшебство стало для нее чем-то вроде огня в камине – мягкой, прирученной и дружелюбной частью повседневного комфорта. Но от простого уголька может начаться пожар, а простое Аугаменти… ну да, может утопить. Нет никаких доказательств обратного.
Гермиона обдумывала это, прокручивая в голове, как добиться максимальной безопасности их занятий и что делать, если кому-то понадобится помощь Больничного крыла, когда Кристофер вдруг снова резко перевел тему… Честно говоря, сегодня это случалось с ним чаще, чем за все время их знакомства.
«Амортенция?» - Гермиона нахмурилась. Любовные зелья совершенно ее не интересовали, и отношение к ним у нее было брезгливое настолько, будто речь шла о черной магии. Грейнджер действительно считала, что одно от другого недалеко ушло, и заставлять человека влюбиться в себя лежит где-то на одной плоскости с Империусом. Тем более, насколько позволяли судить ее довольно обрывочные знания по этому предмету, большинство подобных зелий вызывали скорее любовную горячку, чем более глубокое чувство, а в таком состоянии человеком тоже весьма просто управлять, не рискуя при этом отправиться в Азкабан.
- Не встречала в литературе описания подобных случаев, - настороженно произнесла Гермиона. – Но, с другой стороны, чаще всего сторона, которая варит зелье, уже заинтересована в объекте, тебе не кажется?
Зачем это, ради Мерлина, понадобилось Крису? Он что, подозревает, что его подпоили? Ну, конечно, его меланхолию в последнее время с натяжкой можно объяснить любовными переживаниями, но особенного надрыва и романтического блеска в глазах Гермиона за ним что-то не замечала. Впрочем, она снова напомнила себе, что все это очень далеко от объектов ее научного интереса и она вполне может чего-то не учесть.
- Крис, - спросила она напрямик, наклоняясь над столом. – Ты что, думаешь, что тебе подлили Амортенцию?

+1

18

- Не думай, будто я не знаю, что ты все перепроверишь, прежде чем перейдешь к практике, - Кристофер устало потер переносицу — сказывался недосып. - Просто в мире сейчас столько му….в, которые хотят кого-нибудь хлопнуть, что несчастных случаев лучше избежать, - сказано это было с горькой усмешкой. Он-то точно знал, он с этим столкнулся. - Ты же знаешь, если понадобится помощь, сможешь найти меня в библиотеке.
Улыбнуться получилось, но улыбка вышла какая-то уж слишком вымученная. Но молодой человек не ставил себе невыполнимых задач. И благополучно умолчал о том, что ещё прошлым летом пытался изобретать собственный заклинания, далеко не самые безобидные. Он жил на границе двух миров, стараясь впитать в себя как можно больше полезного из обоих, и лелея мечту, однажды, изобрести заклинание, которое можно было выгодно продать тем же аврорам.
Мистер Темпл, который так же пропал, и не отвечал на его письма, всегда вызывал у Кристофера уважение, и рассказал тому достаточно, чтобы он попытался внести свой вклад в дело. Ведь даже маггловские полицейские могли убивать, чтобы спасти жизни.
Он помолчал, обдумывая, как лучше выкрутиться из сложившейся ситуации. Фраза об Амортенции, вырвавшаяся совершенно случайно, была определенно лишней. Но он не был бы собой, если бы не выкрутился, включив мозг.
- Не мне, - Кристофер покачал головой, поднимая взгляд на Гермиону. - Приятель написал, он в прошлом году выпустился, - ложь должна была быть продуманной и снабженной деталями, чтобы в неё поверили. - Пожаловался, что его разыграли. Подлили приворотку его подруге, с которой он работал. А он, с дуру, взял и поцеловал её, когда она находилась под воздействием, - а сейчас это были уже сухие факты, с которыми молодой человек познакомился лично. - И теперь он мне жалуется, что влюбился, а она на него даже не смотрит. Вот я и подумал… может эта дрянь работает в обратную сторону? Ну, знаешь, остаточные частицы, микроскопические? Передаются через близкий контакт, действуют сильнее, чем само зелье?
Сам он в это решительно не верил. Но боялся признаться себе в том, что случилось. Оставалась слабенькая надежда, что Грейнджер все-таки сможет подтвердить его опасения, сказать веское «Да» и наконец-то дать Кристоферу возможность выдохнуть.
Ну а если нет… что же, ему пришлось бы учиться подавлять эмоции, впрочем, с этим проблем возникнуть было не должно, и стараться игнорировать одну блондинку с зеленым галстуком, так подходящим к её серо-зеленым глазам.
Помотав головой, молодой человек постарался выкинуть из головы нехорошие мысли. Этот вечер нельзя было назвать непродуктивным — он все-таки помог Гермионе — но домашнее задание само собой не могло сделаться. Но об этом можно было подумать и в гостиной.

+1

19

Гермиона предпочла поверить Крису, несмотря на то, что фраза, начинающаяся со слов «Это не я, это один мой друг…», не могла не вызывать подозрений. Но, если честно, было очень сложно, почти невозможно представить, что он сам мог быть способен баловаться с Амортенцией. Кроме того, почему бы Кристоферу и правда не беспокоиться о приятеле до такой степени, чтобы проблема не выходила у него из головы? Помог же он только что Гермионе, причем совершенно бескорыстно? И вообще, это ведь ее вовсе не касается, что там случилось на самом деле, верно? Ей просто дали условия задачки – незачем цепляться к деталям.

- Хммм, - Гермиона честно задумалась еще раз, но память не подбрасывала ничего похожего. – По правде говоря, я не особенно много читала по этой теме. Возможно, что-то такое и есть, бывают же всякие авторские модификации и прочее… Но знаешь, это ведь легко проверить. Действие любого зелья ограничено по времени. Ему следует просто подождать и понаблюдать за собой – если через пару дней… ну, максимум, неделю легче не стало – проблема не в Амортенции. Ну или кто-то подливает ее ему в чай каждое утро.

Гермиона глянула вниз, сдавленно ойкнула, сообразив, что так увлеклась разговором, что не закончила конспект главы по Протеевым чарам, и, окунув перо в чернильницу, добавила, разглаживая пергамент:

- Было бы неплохо еще все же поговорить с девушкой. Хотя бы извиниться за то, что воспользовался моментом, пока она была не в себе. Не припоминаю, чтобы у Амортенции был еще и амнезирующий эффект, так что понятно, почему она даже взглянуть на твоего друга теперь боится. А ведь личный контакт тоже здорово помог бы разобраться в природе его… ну знаешь, чувств.

Отредактировано Hermione Granger (16.10.19 22:42)

+1

20

- В этом главная проблема, - Кристофер потер переносицу, откинувшись на спинку стула. - Мы не можем понять принцип работы зелий и магии. Я с первого курса пытался приложить к магии принципы физики и химии. И терпел фиаско. Поэтому нет никакой информации, как действуют зелья, в какие реакции и с чем они могут вступать. Понимаешь? То есть нет гарантии, что эта гадость не вступила в контакт с каким-нибудь беконом, которое он съел на завтрак, и не дала постоянного эффекта.
По крайней мере, молодой человек не мог исключать такого развития событий. Он предпочитал проанализировать и отбросить все остальные варианты, начиная с экспериментального вида зелья и заканчивая побочными эффектами, прежде чем вернуться к самому очевидному. Самое очевидное пугало его, ведь сейчас было совсем не до того.
По счастью, Гермиона поверила ему, что речь шла о приятеле Кристофера, и молодой человек несколько расслабился, впрочем, ненадолго. Он посмотрел на часы. До отбоя оставалось ещё достаточно времени, но ему было нехорошо. Так всегда случалось, когда он слишком долго времени проводил в компании — в какой-то момент ему становилось в тягость общение и присутствие других людей. В такие моменты молодой человек предпочитал сбежать и побродить по замку в гордом одиночестве, предаваясь, как обычно, размышлениям.
- Вся беда в том, что эффект амнезии действительно присутствует, - молодой человек покачал головой, - это я уже видел лично. В прошлом году было много таких приколов. И человек реально ничего не помнит. Ну, или немного не так: человек ничего не помнит, пока ему не начнут рассказывать о произошедшем, и тогда начинают возникать картинки, образы, обрывочные воспоминания. - кто-то из его знакомых точно так попал и в прошлом году. - Но да. Я уже написал ему, чтобы перестал поджимать хвост и попытался с ней поговорить. Хуже от этого вряд ли станет.
Он поднял сумку и начал засовывать в неё пергаменты и заметки, которые успел сделать, прежде чем в библиотеке появилась Гермиона. Все-таки, Кристоферу отчаянно нужно было остаться в одиночестве, чтобы хоть немного привести в порядок голову. Тем более, все что мог он сделал. Помог Грейнджер, честно попытался её предупредить, что эта история — то ещё сомнительное предприятие, и что нужно быть осторожнее.
- Я, пожалуй, пойду, - он поднялся со стула, подхватывая книгу, которую нужно было отдать мадам Пинс. - Хорошего вечера, Грейнджер. И спасибо за приятную интеллектуальную беседу. Ты знаешь — если что понадобится, я буду тут. И постараюсь помочь.
С этими словами молодой человек отправился к библиотекарше.

+1


Вы здесь » Drink Butterbeer! » Pensieve » 11.10.95. Тишина должна быть в библиотеке