Drink Butterbeer!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Drink Butterbeer! » Pensieve » 27.07.95. Благороднейшее и грязнейшее


27.07.95. Благороднейшее и грязнейшее

Сообщений 1 страница 18 из 18

1

https://i.gifer.com/JSJp.gif
Ronald Weasley, Hermione Granger
27.07.95
Дом Блэков

Орден Феникса - это тайные операции, противостояние Волдеморту и вербовка сторонников? Может быть, для взрослых все так оно и есть. Мы же занимаемся только противостоянием грязи в доме Сириуса, попытками тайно пройти мимо портрета миссис Блэк и вербовкой Кикимера (это все Гермиона).

+1

2

Дома знатных семей с громкими именами Рон представлял... не так. Единственное, что соответствовало его представлениям - дом был большой и старый. Кто-то скажет "древнейший", "старинный" или даже "вековой", но ни одно из этих определений дому на площади Гриммо не подходило. Он действительно был очень старым. И очень грязным. Кто-то может возразить, что ведь у каждой благородной семьи есть домовые эльфы! Что ж, у Блэков действительно был свой домовик, но он тоже не соответствовал представлениям Рональда о домовиках. Кикимер не обладал ни одним качеством, что обычно приписывают этим трудолюбивым существам. В принципе, семейство Блэков всегда было слегка со своими тараканами в голове, стоит вспомнить только мамашу Малфоя, чего уж говорить об их домовике, который был совершенно поехавшим. И, если б не высказывания Кикимера о чистоте крови и осквернителях рода, Рон все бы его простил и наслаждался представлениями, что этот домовой эльф устраивает каждый раз, стоит им только затеять уборку. Но в этом доме ни одно из желаний не исполнялось, и Уизли уже начал к этому привыкать.
В очередной грязной комнате этого бесконечного особняка Рон старательно закрыл дверь на замок, чтобы свихнувшийся домовик не испортил настроение своим бормотанием. Его настроение и без того с самого утра скатывалось к нулю стремительно, словно квиддичный игрок, совершающий финт Вронского. Сначала Букля прилетела и начала клевать его, пока он не накорябал для Гарри несколько строк, потом мама решила, что он уже достаточно самостоятельный, чтобы убираться в комнате без присмотра, и нагрузила работай, в завершение всего неосторожный чих разбудил портрет мамаши Сириуса, и весь дом огласили крики о том, как же их тут ненавидят и куда им следовало бы пойти. Рон даже порывался записать несколько выражений, уж настолько они хороши. Никогда бы и не подумал, что вся эта аристократия умеет так выражаться.
К счастью, в любом плохом всегда есть что-то хорошее, и в комнату для уборки миссис Уизли вместе с Роном направила и Гермиону. Или мама просто решила, что без контроля со стороны ее сын просто уснет в каком-нибудь углу, что, в принципе, он и хотел сделать. В общем, Гермионе мама явно доверяла больше, и в этом ее нельзя было упрекнуть - Рон и сам подруге доверял больше, чем себе.
- Не представляю, каково сейчас Гарри, ему ведь совершенно не говорят ничего, - Уизли вздохнул и посмотрел на свои исклеванные руки. После писем от друга Поттер сразу же становился объектом обсуждений. И Дамблдор, как человек, который запретил говорить другу любую информацию. - Не представляю, зачем это Дамблдору. По мне так всем вместе было бы веселее. Гарри бы даже чувствовал себя здесь как дома - у него дядя орет также громко и противно, как мамаша Блэка.

Отредактировано Ronald Weasley (15.02.20 21:32)

+2

3

В своей жизни Гермионе довелось побывать только в двух домах чистокровных волшебников. И особняк на площади Гриммо, 12 разительно отличался от светлой, пронизанной солнцем «Норы», куда ее позвали на прошлые каникулы. Конечно, Рон и Джинни в своих письмах предупреждали ее, что место, где им предстоит провести остаток лета, не самое веселое, но их описанию определенно не хватало яркости красок.
В доме Блэков было холодно, мрачно и пыльно, стоял какой-то гнилостный сладковатый запах, а еще здесь все время приходилось понижать голос, как будто кто-то недавно умер. На самом деле, конечно, соблюдать тишину нужно было главным образом на первом этаже - из-за портрета матери Сириуса, и Гермиона с первых дней придерживалась этого правила особенно тщательно: нет ничего приятного, если о каждом твоем спуске в холл оповещают весь дом воплями: «Мерзкая грязнокровка!»
Миссис Уизли, похоже, хорошо понимала, насколько этому месту не хватает уюта, и со всей присущей ей энергией вознамерилась сделать дом хоть немного более комфортным. Поэтому, активно привлекая помощь всех своих младших детей и так удачно подвернувшейся Гермионы, она вела настоящую войну за чистоту и порядок, комнату за комнатой отвоевывая у пауков и пыли жилое пространство. Если честно, по мнению Грейнджер, это был еще и тонкий расчет – занятые дети не пытаются лезть во всякие разные взрослые дела. По крайней мере, чем еще объяснить, что всякий раз, когда в доме собирались орденцы, срочно назначалась незамедлительная уборка в самом далеком от кухни закутке?
Если попытки подслушать что-нибудь о делах Ордена или написать о нем Гарри нещадно пресекались, то по крайней мере обсуждать это между собой им не запрещали, и Молли пока не пыталась в военном походе против грязи разделять свои войска, отправляя каждого на отведенную ему делянку. Гермиону это, если честно, очень радовало: ей совсем не нравилось оставаться в этом доме одной. Казалось, он давит на нее, отторгает, пытается выплюнуть на вечно полупустую Гриммо – и Гермиона очень сомневалась, что такие ощущения у нее всего лишь из-за чар, позволяющих обители семейства Блэк сжиматься между одиннадцатым и тринадцатым домами. Так что, когда сегодня миссис Уизли отправила в одну из полузаброшенных гостиных вместе с ней еще и Рона, Гермиона была очень ей благодарна, хоть и помощник из него порой откровенно неважный.
- Давай начнем отсюда? – она указала на заваленную каким-то барахлом каминную полку и обмакнула тряпку в ведре с водой. – Сколько же здесь пыли!..
Рона, впрочем, занимало совсем другое. Гермиона мельком взглянула на свои расцарапанные Буклей руки и тяжело вздохнула:
- Да, я себя чувствую ужасно виноватой всякий раз, как сажусь ему за письмо. Дамблдору, конечно, виднее, но, если честно, я очень боюсь, что еще немного – и Гарри взбесится от неизвестности и наделает каких-нибудь глупостей. А ему же нельзя покидать дом, нам все время это твердят.
Но никто не объясняет, почему. Гермиона, в отличие от Рона, не имела возможности пообщаться с дядей Гарри, но рассказов друга о Дурслях вполне хватило для того, чтобы понимать, насколько томительными для него становятся каждые каникулы в семье у тетки. Как там может быть безопаснее, чем здесь, рядом со всем Орденом Феникса?
- Знаешь, я надеялась, что его все-таки заберут сюда на день рождения. Думала, Сириус там, на собрании, заступится за него, все-таки это был бы первый раз, когда они отмечали бы праздник вместе, семьей. Но, - Гермиона снова вздохнула и раздраженно провела тряпкой по фигурному подсвечнику в виде трехголовой змеи, - наверное, у них в Ордене есть дела поважнее.

Отредактировано Hermione Granger (17.02.20 00:28)

+1

4

Рон лениво повозил тряпкой по полке. Чище от этого ни тряпка, ни полка не стали - только грязь намочил и развез. Уизли оглушительно чихнул от поднявшейся пыли и искренне понадеялся, что громкости его чиха не хватит на то, чтобы разбудить вздорный портрет.
- Прости, - смущенно сказал он, снова принимаясь тереть полку. Иногда ему казалось, что младшие дети для мамы нужны были в качестве домовиков. Никакого отдыха в этом доме - разберите ту полку, вымойте буфет, отнесите шторы в стирку, принесите доксицид, будем бороться с вредителями... Как будто не на каникулы приехал, а на каторгу. С другой стороны, можно было притвориться занятым работой и, усердно натирая тряпкой одну из многочисленных статуэток, подслушать, о чем же говорят взрослые. Ничего конкретного, к сожалению, узнать так и не удалось.
- Дамблдор считает, что Гарри не стоит знать о том, что сейчас у нас происходит, - Рон недоуменно пожал плечами, - Я слышал, как они с мамой говорили об этом. Мама предлагала забрать Гарри на его день рождения, но Дамблдор не согласился.
Уизли грустно вздохнул и уставился на свои руки. Друг наверняка догадался о том, что они с Гермионой на каникулах вместе, а он проводит лучшее время своих каникул в ненавистном доме дяди и тети. Гарри было жаль, но ослушаться прямого приказа Дамблдора Рональд не смел. Это не эссе забыть написать и даже не Снейпу нагрубить.
- Я слышал, что Гарри незаметно охраняют. Не понимаю, почему нельзя привезти его сюда - тут ведь оно надежнее, тут весь Орден собирается.
Рон перестал мучить грязной тряпкой полку и переключился на стоящий неподалеку сервиз. Сервиз выглядел безобидно, даже несмотря на ручки чашек, сделанные в форме змеек. К изображениям змей повсюду он уже успел привыкнуть - в этом доме, казалось, все так и дышало Слизерином.

+1

5

Конечно, Гермиона верила Дамблдору, если не Дамблдору – то кому? Но все-таки иногда директор, кажется, немного… ну, впадает в крайности. То есть разрешить Гарри в прошлом году выходить один на один с драконом – это нормально, а отметить день рождения в кругу друзей – уже нет? Как-то это немного… нелогично. Как будто директору зачем-то нужно держать Гарри подальше от магического мира. И Гермиона поняла бы, если бы вокруг действительно творились ужасные вещи, вот только все дело в том, что с тех пор, как они уехали из школы, не случилось ровным счетом ничего подозрительного. Ну, кроме, собственно, того факта, что им запрещают даже писать нормальные письма лучшему другу, конечно.
- А что такого происходит, Рон? – Гермиона с отвращением посмотрела на грязную тряпку и бросила ее в ведро с водой. – Ты слышал о каких-нибудь внезапных исчезновениях или странных смертях? Пока я была дома, я читала маггловские газеты и даже пару раз получала «Пророк», но там только очередные дурацкие шутки про Гарри… Что мы такого важного должны скрывать, если до сих пор ничего такого не случилось?
Ей бы и радоваться, конечно, но Гермиона никак не могла понять, что все это значит. Война же рано или поздно наступит, и от того, что сейчас все будто поставили на паузу, пружина тревоги внутри только все сильнее сжималась. А если эта тишина так нервирует даже ее, страшно представить, что переживает сейчас Гарри, для которого эта история – куда более личная, чем для них всех.
- Ужасный сервиз, кстати, - ворчливо сообщила она Рону, переключившемуся на посуду, и принялась выполаскивать тряпку в воде. – Не понимаю, зачем везде лепить эмблему своего факультета. То есть, ну, знаешь, я конечно, болею за Гриффиндор, но не уверена, что после выпуска начну украшать свой дом львиными головами и алыми флагами сверху донизу.
Хозяйка обители Блэков, чей портрет висит внизу, наверняка объяснила бы Гермионе, почему. Потому что в ней ни капли чистой крови и она понятия не имеет о том, что означает гордость и слава рода. Впрочем, Грейнджер было бы что возразить: если все, что остается от славы рода всего-то через пятнадцать лет забвения, – это пыль, грязь и раздраженный и хмурый наследник, отсиживающийся в своей комнате, то не так уж много она потеряла, спасибо.
- И все-таки, почему такое затишье, как думаешь? – спросила Гермиона, приведя тряпку в более-менее приличный вид и храбро приступив к покрытой какой-то даже не пылью, а чуть ли не копотью резной шкатулке. – Неужели в прошлый раз, когда Волдеморт пытался развязать войну, все начиналось так же… спокойно?

+1

6

Рон сосредоточенно тёр одну и ту же кружку уже пять минут, совершенно не замечая этого. Мысль о действиях, а точнее, бездействиях, сторонников Того-Кого-Нельзя-Называть не давала ему покоя. Он-то считал, что с возрождением тёмного мага начнётся война, которая выльется в противостояние двух великих волшебников. А на деле одного из этих великих волшебников все теперь считают выжившим из ума стариком, а второго и вовсе мёртвым. Не так он представлял себе войну, и от этого затишья становилось ещё страшнее. Кто знает, что припас для них Тот-Кого-Нельзя-Называть?
- В том то и дело, что не происходит ничего. Я думал, что Сама-Знаешь-Кто сразу же начнёт набирать сторонников, во всеуслышание заявит, что ни одному смертном не удастся его убить, начнёт запугивать и угрожать, но ничего из этого не происходит. Я не понимаю, что творится...
Уизли со вздохом поставил кружку на место и взялся за следующую. В моменты, когда он задумывался о планах Пожирателей, как никогда чувствовалось, что они - всего лишь школьники. Рон хотел бы, как все, беззаботно проводить время летом, вечерами играть в квиддич, ругаться с близнецами, ворчать о домашнем задании, но мысль о том, что что-то назревает, не давала ему покоя. Гермиона наверняка тоже хотела бы провести это лето с родителями, но ей тоже не по себе от произошедших весной событий. И поэтому они сейчас в этом тёмном и сдавливающем со всех сторон доме, натирают до блеска ужасные сервизы, пока внизу взрослые волшебники пытаются что-то делать. Гарри наверняка и того тяжелее - он совершенно один, без крупицы информации.
- Эммм... Да, ты права, сервиз ужасный, - Рон, чья комната была оформлена в кричащих красных цветах, почувствовал, как его уши заалели. - Тут и вправду все такое... Мерзкое. Сразу видно, что дом принадлежит выделывающимся аристократам - таким, как Малфои.
Уизли оставил в покое сервиз, словно кричащий о своем элитном происхождении. Грязная тряпка оставляла разводы на полке, но после полоскания тряпки в ведре едва ли стало лучше. Впрочем, по сравнению с тем, что было, полку можно считать чистой. Рон дернулся, как от пощечины.
- Пожалуйста, не произносит его имени... Я не знаю, почему он решил вести подпольную игру. В прошлый раз все было не так - он сразу обозначил свою силу и начал набирать сторонников. Может, сейчас он хочет, чтобы все поверили в безопасность?

Отредактировано Ronald Weasley (24.02.20 21:13)

+1

7

- Ро-о-он, - укоризненно протянула Гермиона, собираясь было в который раз прочитать лекцию о том, что «страх перед именем только усиливает страх перед его владельцем», но осеклась и не стала развивать тему. В чем-то друг был прав: в этих стенах упоминать Волдеморта совершенно не хотелось. К тому же, это ведь только для нее первая магическая – по большому счету просто исторический эпизод из учебника. Пусть сам Рон, конечно, ничего не помнит о том времени, но ведь каждая волшебная семья тогда кого-нибудь потеряла – и Уизли тоже. Такие вещи накладывают отпечаток, и неудивительно, что Рон до сих пор придерживается этого, дурацкого, в общем-то, суеверия. – Извини, - Гермиона виновато улыбнулась и без особого энтузиазма принялась оттирать бок шкатулки.
- Но ведь у него все равно ничего не выйдет, правда? Дамблдор смог возродить Орден, и… - она замолчала. Чем занимаются так спешно призванные взрослые, было непонятно. Пока это, если честно, выглядело так, как будто они собираются вместе, чтобы отведать пирогов миссис Уизли и поболтать о былых временах. Нехорошо так думать, неправильно… Но как можно противостоять угрозе, которая со времен окончания Турнира никак себя не проявила?
- Слушай, Рон, - размышляя, Гермиона крутила в руках шкатулку, ее стараниями уже начавшую напоминать предмет роскоши, а не материал для растопки камина. – Она не открывается. Как думаешь, стоит вскрыть самим или лучше показать твоей маме?
Сама Гермиона пробыла тут еще слишком мало, чтобы столкнуться с какими-то проклятыми вещами, но Джинни рассказывала ей жуткие истории про комод, который пытается до крови прищемить палец каждого, кто рискует порыться в его ящиках, - по словам младшей Уизли, на прошлой неделе им пришлось здорово с ним повозиться, и без потерь не обошлось. Но и оставлять шкатулку закрытой было не самым лучшим вариантом. Дело было в Кикимере. Несчастный домовик провел слишком много времени запертым в замкнутом пространстве (Это так ужасно – покинуть дом и оставить в нем живое, разумное существо! О чем только думали эти Блэки?), и это немного сказалось на его мировосприятии. В частности, он любил собирать всякий мусор и складировать его в самых неожиданных местах, вот вроде этой шкатулки, например. Возможно, эта его привычка и была причиной тяжелого гнилостного запаха в некоторых комнатах, до которых метла Молли Уизли еще не добралась.
Вспомнив о домовом эльфе, Гермиона, поколебавшись секунду, все же спросила:
- Может, нам все же удастся поладить с Кикимером? Он мог бы многое рассказать о том, что происходит на собраниях Ордена, правда? И вряд ли нарушил бы этим свой долг перед Сириусом – тот, похоже, и сам рад бы с нами поделиться, только все остальные против.
Вообще-то она считала, что Сириусу стоило освободить Кикимера от этого унизительного служения, но любые попытки продвинуть это предложение натыкались на категорические протесты: кажется, все, кроме Гермионы, были уверены, что, лишись домовик обязательств перед главой рода, он тут же сбежит и начнет выбалтывать тайны Дамблдора любому, кто спросит. Ну, вообще-то, это действительно вполне возможно, если продолжать относиться к бедняге как к бездушной мебели. Хотя что уж там, в последнее время здесь даже с мебелью обходятся лучше!
Гермиона раздраженно фыркнула и не менее рассерженно чихнула, поняв, что тоже успела наглотаться пыли.

+1

8

Рон хотел было уже открыть рот, чтобы возмутиться, но Гермиона и не думала упрекать его в трусости.
- Да, я умом-то понимаю, что это глупо. Но когда тебя с пеленок учат бояться, ты боишься, - Рыжий смущенно потупил взгляд. Ни Гарри, ни Гермиона его не понимают в этом вопросе. Друг так вообще при каждом удобном случае зовет Его по имени, не взирая на просьбы Рона. Он снова вздрогнул и принялся натирать полку с особым рвением, хотя на деле только более активно развозил грязь и пыль. Хотел бы он быть таким же бесстрашным, как его друзья.
- Конечно, не выйдет! С нами же Дамблдор, а Дамблдор - единственный, кого он боится, - Уизли перескочил на более безопасную тему, - Знать бы еще, чем Орден занимается. Я уверен, Снейп там просто штаны просиживает. Видела его вчера, выходил с такой кислой рожей, будто одолжение всем делает? - да, присутствие на собраниях Ордена профессора Зельеварения долго было одной из самых обсуждаемых тем. Косточки Снейпу не перемывала разве что только Гермиона, и то потому что слишком вежливая была. По мнению самого Рона, Орден прекрасно бы обошелся и без сальноволосого. Только настроение портится от одного его вида, да молоко на столе скисает.
- Да кому она нужна, раз не открывается? - Уизли выхватил из рук подруги шкатулку и бросил на стоящее в комнате кресло. В этом доме было много интересных вещей, но некоторые из них (подавляющее большинство) лучше было показать взрослым или хотя бы спросить, что с этим делать. Рон давно приметил, что если с таким вопросом подходить к маме, она попробует пристроить куда-нибудь предмет, а если к Сириусу, то тот не глядя выкидывает все. И после пары таких вопросов уже сам решал: если он хочет показать вещицу маме, то отложить ее в важные вещи, а если Сириусу, то сразу на помойку.
- Знаешь, - Уизли почесал нос, не замечая, что успел вымазать руки в пыли, - Я бы, конечно, хотел узнать, что происходит на собраниях. Но слушать, как этот... домовик называет тебя последними словами - нет уж, спасибо. По мне так он выжил из ума и только мечтает перерезать нас всех ночью и остаться один на один с портретом своей обожаемой Вальпурги. Он недавно ночью зашел ко мне в комнату и просто стоял и смотрел, как я спал! Псих.

+1

9

- Ну ты ведь понимаешь – мы должны радоваться каждому человеку, который еще верит Дамблдору, - Гермиона вздохнула. Если честно, хоть ее и очень расстраивала травля, направленная на Гарри, то, как пытались задвинуть на задний план директора, тревожило ее гораздо больше. Авторитет Дамблдора был их главной защитой еще со времен открытия Тайной комнаты – ведь тогда его поручительство практически спасло Джинни и позволило ей жить нормально, без клейма «некогда-одержимой-темными-силами». Если сейчас доверие к директору будет подорвано – а Фадж именно этого, похоже, и добивается! – Хогвартс перестанет быть таким уж безопасным местом. И каково им тогда будет в надвигающейся войне?
– Снейп всегда был на нашей стороне. Мы его много раз подозревали, ты же помнишь, - и всегда ошибались, - Гермиона покачала головой. – Хотя, согласна, радостным его вид не назовешь. Даже не повернулся, когда я с ним на лестнице поздоровалась.
Проследив взглядом за шкатулкой, Гермиона вздохнула и хмыкнула:
- Ну вот, зря только чистила. Рон, а давай ты сразу по всей полке пройдешься и решишь, что точно никому не нужно и можно выбрасывать? Может, так мы выберемся отсюда до вечера, - она посерьезнела: - Не понимаю, почему Сириус так хочет избавиться абсолютно от всего. Это ведь память о его родителях! Да, конечно, выглядит его семья не очень-то… ну, любящей, но неужели у него не осталось совсем никаких хороших воспоминаний?
Гермиона вообще не представляла, как это – жить без поддержки родных. Поэтому очень переживала за Гарри, по-хорошему завидовала Рону и считала, что Перси страшно сглупил.
Про Перси среди Уизли вообще-то говорить было вроде как не принято – Рон предупредил ее об этом чуть ли не сразу по прибытии. И обсудить это хотя бы с самим другом у Гермионы тоже никак не получалось. Рон, конечно, никогда особенно Перси не жаловал, но это все же был его брат, он, наверное, ужасно переживает.
Может быть, можно было бы завести этот разговор сейчас, если бы только в беседе не всплыла тема Кикимера. Грейнджер вспыхнула от негодования и горячо запротестовала:
- Он не псих, Рон! Он просто очень одинокий! Представь, что с тобой стало бы, если бы тебя заперли здесь на десяток лет! Да и его хозяева наверняка были ужасно жестокими людьми – ты только посмотри на эти жуткие головы, это же варварство! Мы наоборот должны показать ему, что волшебники могут быть другими, цивилизованными, что мы готовы полноценно интегрировать домовиков в магическое сообщество… И, кстати, у тебя нос грязный, - закончила она фирменным безапелляционным тоном, но потом смягчилась, улыбнувшись: - Кажется, к концу дня самым пыльным в этой комнате будем мы.
Ей не хотелось ссориться с Роном, хотя ее ужасно злило то, что он не понимает, как бесчеловечно маги поступают с домовиками. Неужели это только потому, что он чистокровный волшебник? Рон всегда казался ей человеком, боровшимся против всякой несправедливости и вообще очень добрым – совершенно непонятно только, почему это не распространялось на эльфов.
Впрочем, Гермионе приходилось признать, что просыпаться ночью под тяжелым взглядом Кикимера – наверняка удовольствие ниже среднего. Ну, теперь, по крайней мере, понятно, почему Джинни запирает дверь спальни. Грейнджер-то думала, что это чтобы на дурацкие шутки братьев не нарваться, и еще гадала – какой в этом смысл, если близнецы умеют трансгрессировать и им уже можно колдовать вне школы?

+2

10

- Да потому что человек, который ведёт себя как моральный урод, скорее всего и есть моральный урод, - ворчливо заметил Рон. Признавать свои ошибки всегда было тяжело, а уж если дело касалось нелюбимого профессора, что с самого первого года обучения только и делал, что унижал и придирался, это становилось почти невозможным. - А не поздоровался он потому что "Я тут один делаю хоть что-то, мисс Грейнджер, и у меня нет ни Машей желания тратить свое время ещё и на вашу Поттеровскую братию", - передразнил профессора Рон, скорчив при этом жуткую рожу. Снейп действительно говорил так, как будто все в Ордене штаны протирают, а он такой единственный ценный работник, от чего Рона периодически коробило. - Ладно, не будем о нем. Как говорится, не поминай Снейпа на каникулах, счастливее будешь.
Уизли задумчиво почесал нос и проверил ближайшую полку на предмет вещей, которые ему на месте Сириуса захотелось бы выкинуть. Он выудил какой-то старый веер, раскрыл его и чихнул от образовавшегося облачка пыли. Веер сложился и напоследок стукнул его по лбу.
- Бесполезный хлам, - обиженно заключмл Рон, отбрасывая веер к нераскрывающейся шкатулке. И что толку держать у себя столько непонятных вещей, будь они хоть времен эпохи короля Артура? - А ты спроси у Гарри, захочет ли он что-то на память от Дурслей? Я бы точно не захотел, будь они хоть трижды мне родственники. Да и потом, если в качестве памяти оставлять все безделушки, так ни одной кладовки на этот хлам не хватит. Хотя, некоторые вещички я бы оставил, а Фред с Джорджем вообще в восторге от находок.
Близнецы в ходе уборки находили столько всего интересного, что порой Рон поражался, как им удается спрятать от мамы свои оттопыренные карманы. Иногда, конечно, Молли ловила их на горячем, но трофеев все равно было много. И еще больше поражало то обилие идей, что приходили в голову Фреду и Джорджу. Все-таки удивительно, как они умудрились едва-едва наскрести себе баллы на экзаменах.
Рон хотел было возмутиться, что этот чокнутый эльф и сам не против, если его голова будет висеть в коридоре, и жуткими он считает только людей из Ордена, что устроили базу в его доме, но Герммона так резко перескочила с темы, что он даже не успел ничего сказать. Впрочем, ругаться с подругой не хотелось, и Уизли решил, как обычно, не обращать внимания на революционные идеи Гермионы.
- Ох, спасибо, - Рон попытался оттереть нос более чистой рукой, - Не понимаю, зачем нам нужно чистить такую кучу комнат. Тааое чувство, будто мама просто специально нагружает нас работой, чтобы мы под ногами не мешались и не подслушивали.

+1

11

- Мммм… А близнецы уже много себе перетаскали? – поинтересовалась Гермиона как бы невзначай.
Активность Фреда и Джорджа в плане магических изобретений вызывала у нее очень противоречивые чувства. С одной стороны, это было первостатейное колдовство, и она не могла не оценить оригинальность некоторых решений. С другой, Гермиона, если честно, считала, что вот именно у этих братьев Рона серьезные проблемы с пониманием границ морали и нравственности. Даже если оставить за скобками то, что все их изобретения были напрямую направлены на то, чтобы нарушать школьные правила, все равно сам факт, что в карманах близнецов оседали действительно опасные вещи, не мог не внушать тревогу. Вряд ли они особенно соблюдают технику безопасности и как следуют тестируют свои новинки перед тем, как начать вовсю использовать на членах семьи. К счастью для Гермионы, Фред и Джордж пока ни разу не сделали ее саму объектом своих розыгрышей – она даже Удлинитель ушей не пробовала, только наблюдала, как им пользуются другие, - но Грейнджер уже давно для себя решила, что из рук близнецов вообще ничего брать не будет, пока у них этот изобретательский зуд не пройдет.
По предположениям Гермионы, это должно было случиться довольно скоро – все-таки близнецам в этом году школу оканчивать, если даже Ж.А.Б.А. не сделают их серьезнее, то надеяться совсем не на что.
Да и вообще, удивительно – когда они только находят для всего этого время, если миссис Уизли нагружает их уборкой не меньше, чем Рона, Джинни и ее саму. А если подозрения Гермионы (и Рона, как выясняется, тоже) верны, то Фреда и Джорджа вообще стоило бы обречь на вечное мытье полов и чистку портьер – совершеннолетние близнецы возмущались недопуском на собрания Ордена куда больше других.
- Не удивлюсь, если так и есть, - вздохнула Гермиона. – Но знаешь, я рада, что мы возвращаем этому дому жилой вид. Хочется надеяться, что со временем орденцев станет больше, и эти комнаты кому-то пригодятся. Это ведь пока единственное, чем мы можем помочь. Рон… - Гермиона немного замялась, - а ты хотел бы сам вступить в Орден? По-настоящему, а не просто чтобы нас не выгоняли из кухни.

+1

12

- На самом деле нет, незадолго до твоего приезда мама спалила их тайник, вот криков-то было, - Рон развеселился. Когда Молли ругает кого-то из детей, за этим всегда весело наблюдать. Если, конечно, он сам не попадал под раздачу. - Так что свою коллекцию им пришлось выкинуть и начать все заново. Не знаю точно, на сколько они продвинулись.
Фред как-то сказал, что любопытные носы он будет отрывать, а Джордж пригрозил отыскать в чулане Блэков парочку упитанных пауков, если Рон будет лезть не в свое дело. После этого желание выведать что-то о бурной деятельности близнецов у младшего брата как-то поутихло. Пусть себе магичат что-то в свое удовольствие, ему моральных травм от Фреда с Джорджем еще в детстве хватило, на всю жизнь. Хотя жаль, конечно, у них в комнате всегда было столько всего интересного, не то что идеальные чистота и порядок в комнате Перси, к которому Рону чаще всего приходилось переезжать, если возникала такая необходимость. Рыжий вздохнул и вновь принялся наводить чистоту в комнате, открыв сервант и выискивая, что бы выкинуть. О Перси после событий этого лета стало говорить не принято, по крайней мере не при родителях. Когда он разругался с семьей, Фред, Джордж, Джинни и сам Рон еще долго потом сидели вместе в одной из комнат и пытались переварить сложившуюся ситуацию.
- Мама вообще о нас чрезмерно сильно печется, - с нотками недовольства сказал Рон. Казалось бы, столько всего произошло с тех пор, как он поступил в Хогвартс, и почти-встреча с призраком Того-Кого-Нельзя-Называть (дважды!), и нападение Блэка, и этот треклятый Турнир, а мама все еще как будто считает его неразумным одиннадцатилеткой, что только-только волшебную палочку в руки взял! Это злило Рональда больше всего. Это он вообще-то круглые сутки находится рядом с Гарри и влипает с ним во все приключения, а взрослые даже боятся не то что рассказать им что-то о своей деятельности, даже другу в письме ничего конкретного написать нельзя. Такими темпами случится что-нибудь непоправимое, а расхлебывать последствия снова придется их троице.
- Конечно хотел бы! Смысл Ордена в том, чтобы противостоять Сама-Знаешь-Кому, а мы разве не этим занимаемся с самого первого курса? - Воодушевленно спросил Рон. Хотя он и сам понимал, что пользу пятнадцатилетний школьник вряд ли сможет принести. - К тому же, вся моя семья там. Кроме тех, кто еще в школе учится, у родителей с этим строго, - уже тише добавил он и снова вспомнил про Перси. Чертов напыщенный индюк!

+1

13

Благослови господи бдительность миссис Уизли! Гермиона улыбнулась, пытаясь представить, что тут творилось, когда тайник близнецов был рассекречен. Вообще-то эта их идея с собственным магазином казалась Грейнджер скорее детской мечтой – несмотря на очевидный талант к изобретательству и розыгрышам, близнецов сложно было представить настоящими бизнесменами. Тут ведь стратегия нужна, план… Стартовый капитал, наконец! Но, приехав на Гриммо, она успела заметить, что Фред и Джордж только еще больше увлеклись этим своим прожектом. Едва ли не больше, чем попытками все-таки попасть на собрания Ордена.
Кстати, о нем. Рон говорил об идее вступить туда с таким воодушевлением, что внутри Гермионы шевельнулся холодный червячок тревоги. Ее собственные эмоции по поводу Ордена были не так однозначны.
- Ну, да, конечно… - неуверенно согласилась Гермиона. Рон, в принципе, говорил правильные вещи. И не она ли сама возмущалась, что к ним относятся, как к младенцам, а Гарри вообще держат в какому-то информационном вакууме? Вот только…
- Слушай, - Гермиона присела над ведром, выжимая тряпку и не глядя на Рона, - а ты не думаешь, что, может быть, твоя мама права? В том, что мы не должны слишком погружаться в дела Ордена. Нам ведь и правда только пятнадцать, Рон! Мы должны думать об экзаменах, о С.О.В., а вместо этого… Не знаю, мне не кажется нормальным, что мы с первого курса противостоим Сам-Знаешь-Кому… То есть нет, ты не подумай, я знаю, что у нас не было другого выхода, вот только после того, что случилось с Седриком…
Гермиона замерла, глядя на мутную грязную воду, медленно кружащуюся в ведре. Смерть Диггори сразу сделала все гораздо серьезнее. Он был талантливым волшебником, уже взрослым по меркам магического мира, честным и храбрым – но его убили, небрежно и походя, как смахивают шахматную фигурку с доски. И ведь то же самое может случиться с Роном или Гарри! Как бы ей хотелось, чтобы ее друзья были нормальными пятикурсниками, а не избранным с повышенным чувством ответственности и истинным гриффиндорцем и сыном семьи Уизли!
- Ладно, извини, зря я это, - Гермиона встала и взмахнула тряпкой. – Ну что, ты с сервантом закончил? Можно уже смыть с него пыль веков?

+1

14

Рон вскинулся. Как это - мама права? Может быть, где-то она и говорила разумные вещи, но держать их в неведении и заниматься черновой работой - это разве права? А еще Гарри! Вот Гарри Рон простить не мог этим "взрослым", запереть друга с дядькой и теткой так надолго, когда ОН вернулся? Да они рехнулись! Уизли знал друга лучше всех их вместе взятых, и рыжий на сто процентов был уверен в том, что с Гарри что-нибудь да приключится. Не хотелось, конечно, играть в Трелони, но предчувствия у него были не самые хорошие.
- О С.О.В.? Гермиона, Сама-Знаешь-Кто вернулся, а ты думаешь только о хороших оценках? Думаешь, он будет спрашивать, что мы получили за заклинания или зельеварение? - Уизли недоуменно уставился на подругу, размахивая руками в процессе бурной речи. Разве он посмотрел, какие оценки получил Седрик, прежде чем убить его? ЗоТИ - вот тот предмет, который сейчас им всем был необходим, но, кроме профессора Люпина, Рон и не знал нормальных кандидатов на эту должность. А Люпина точно не вернут, учитывая текущую ситуацию с Министерством и в целом нелюбовь к оборотням и страх, от которого даже не спасло изобретение антиликантропного зелья. В последнем винить Рон никого не мог - сам испытал то чувство пожирающего ужаса, когда перед ним оказался настоящий оборотень. - У Седрика, я уверен, было все в порядке с С.О.В.ами, но это ему не помогло.
Он осекся, когда увидел замершую Гермиону. Развивать тему дальше внезапно расхотелось, и Рон даже почувствовал стыд из-за того, что снова не сдержался. Грубостей он, конечно, не наговорил, но они оба затронули ту тему, которой они по обоюдному молчаливому согласию старались избегать. Уизли, как друзья, заглядывали к Амосу после всего произошедшего, чтобы поддержать его и его семью, и Рон, кажется, никогда не будет готов обсуждать с кем-либо то, что там увидел. Он осторожно прикоснулся к спине Гермионы. - Прости меня.
Сервант, точно! Как хорошо, когда можно на что-то отвлечься.
- Да-да, я уже почти, осталась только одна полка, - Рон с показным энтузиазмом начал копаться на полке, выкидывая из него кажущиеся бесполезными вещи. - Вот, все готово, теперь можешь привести его в приличный вид. Интересная вещица, - Уизли посмотрел на выуженную из серванта заколку. Камни на ней были слегка потускневшими от пыли, но, должно быть, это украшение стоило целое состояние! Если, конечно, на нем не было никакого проклятия.

+1

15

Рон, конечно, возмутился. Он вообще-то всегда куда более нервно, чем Гарри, реагировал на тягу подруги к учебе, но сейчас дело было, конечно, в другом. Просто каждый из них переживал произошедшее в июне по-разному. Рон вот, как истинный гриффиндорец, стремился действовать, а Гермиона… А Гермиона все больше думала, что Шляпа серьезно ошиблась, выбирая ей факультет.
Неловко улыбнувшись смутившемуся другу, Грейнджер махнула рукой, мол, проехали. Но избавиться от тяжелых мыслей было не так-то легко – мертвое лицо Седрика так и стояло перед глазами. Они были так взволнованы тогда, так переживали за Гарри и всей этой истории с Краучем, что не смогли поговорить о самом главном. И сейчас этот так и не случившийся разговор комом стоял у Гермионы в горле.
- Не держи ее долго в руках, - с тревогой сказала она Рону, неприязненно глядя на заколку, камни в которой – ей это, конечно, померещилось – будто глаза хищного животного, блеснули недобрым огнем. – Брось к остальному мусору, потом с этим разберемся.
Она принялась с ожесточением тереть стенки старого серванта, надеясь, что физическая работа немного разгонит тоску, но ничего не выходило. Как будто с каждым отчищенным дюймом в ней самой, наоборот, накапливалось все больше горечи, злости и отчаяния.
- Я просто не понимаю! – воскликнула она наконец, раздраженно бросая тряпку на полку. – Они ведь все это видели! Видели, как Гарри вернулся с телом Седрика! И Крауча видели! Почему так мало людей готовы что-то делать? Да хотя бы просто - поверить! И даже ваш Перси… Прости, Рон, я знаю, что не стоит об этом говорить, но я даже представить не могла, что он может так поступить!
Перси, вообще-то, Гермионе всегда нравился. Он был целеустремленным, скрупулезным и очень умным. Ну, занудный немного, но не Грейнджер кого-то в этом обвинять. Зато, пока учился в школе, он часто помогал ей в библиотеке и вообще казался таким же славным, как и остальные Уизли. Неужели всего один год работы в Министерстве мог так изменить человека?

+1

16

- Она красивая. Наверное, когда-то эти камни сверкали ярко-ярко, - Рон все никак не мог выпустить из рук заколку. Хотелось положить ее к себе в карман, чтобы хотя бы ненадолго обладать чем-то действительно стоящим, а не думать, найдется ли в кармане пара лишних кнатов и не упали ли монетки сквозь дырку в мантии в подкладку. Заколка словно притягивала взгляд и с каждой секундой она казалась все красивее. Выкинуть такое сокровище в мусор? Вот еще! Сириусу вообще стоило бы выговорить за то, что разбрасывается такими ценными вещами и так легко расстается с семейными реликвиями. Рон же из семейных реликвий видел только диадему гоблинской работы старой тетушки Мюриэль, но та и близко его не подпустила к украшению, сказав, что своим чумазым деревенским видом испортит ей всю картину.
Краем сознания Уизли уцепился за имя Седрика, а затем разговор коснулся и Перси. Тогда они все, как один, подскочили от криков отца, и тихо прокрались на лестницу, осторожно заглядывая на кухню. Отец никогда не кричал, чего бы ни случилось, а тут они словно попали в параллельную реальность. И Перси - их собственный брат! - высказывал отцу, что тот глупый и наивный, и кричал едва ли не громче главы семейства. От шока при виде открывшейся им картины никто даже и не понял сразу, что последует дальше, а когда Перси гордо покинул дом, добавив еще пару обидных фраз, ни один из них не нашел в себе сил спуститься к плачущей матери или застывшему каменным изваянием отцу. Они лишь тихо разошлись по своим спальням, обдумывать произошедшее. Наверное, будь в доме Билл или Чарли, все могло бы сложиться по-другому.
- Ой, она сломалась, - Рональд поднял растерянный взгляд на Гермиону, будто не знал, что хрупкие вещи имеют свойство ломаться. Он кажется, даже не понял, что сжал заколку слишком сильно. Наваждение, созданное драгоценностью, развеялось, и теперь Рон вместо прекрасного украшения видел просто заколку, что когда-то была дорогой и прекрасной, а теперь ее постигла та же участь, что рано или поздно постигает все забытые на долгие годы вещи. Уизли отвернулся от подруги и встал перед небольшой кучей мусора, без сожаления отправляя туда две неровные половинки заколки. В душе было какое-то гадкое ощущение, будто он увяз в липкой паутине. И надо бы остановиться и подумать, но хочется только кричать и вырываться, делая еще хуже. - Лучше не спрашивай ни у кого про Перси. Вообще, забудь о нем. У меня только четверо старших братьев.

+1

17

Рон все же как-то слишком пристально вглядывался в переливы света на камнях заколки, и это было очень странно. Раньше за ним не замечалось какого-то особенного интереса к женским побрякушкам или хотя бы к произведениям ювелирного искусства – хотя эту безвкусную штуковину так и с большой натяжкой не назовешь.  А еще он, кажется, совсем ее не слушал.

- Рон! Да выбрось ты ее наконец! – Гермиона сердито нахмурилась и собралась было сделать это сама, но тут друг как будто очнулся.

- Здорово, теперь-то можно от нее избавиться? – проворчала Грейнджер и снова было повернулась к серванту, решив, что Уизли то ли пропустил ее взрыв возмущения мимо ушей, то ли действительно не хотел обсуждать поступок Перси, но тут Рон все же заговорил. И сказанное Гермионе не очень понравилось. Она вообще не верила в то, что так можно: просто сказать, что больше нет брата, и этим вроде бы решить проблему. Нельзя вычеркнуть члена семьи из жизни только потому, что он сделал ошибку, так не бывает. В доме Блэков это ощущается особенно ясно.

Но если Рон не хочет говорить о Перси, значит, еще не время. Может быть, когда Гарри все же приедет сюда, он быстрее сможет разговорить друга. А Гермиона пока просто неопределенно пожала плечами:

- Хорошо, как скажешь. Не будем об этом.

Как все-таки эти каникулы отличались от прошлогодних! Тогда они были в «Норе», ждали финала чемпионата мира по квиддичу, много смеялись и болтали обо всем на свете. А теперь все, что у них есть, - это этот мрачный дом, зловещие портреты на стенах и целый ворох запретных тем. Хорошо еще, что остается Рон – куда более хмурый и беспокойный, чем обычно, но в остальном все такой же. Хоть какой-то островок стабильности в этом бушующем море не самых приятных перемен.

- Знаешь, - сказала Гермиона, скептически глядя на ведро с водой. – Кажется, вода уже такая грязная, что мы ей ничего не отмоем. Как думаешь, может, спуститься на кухню и попросить поменять? А вдруг твоя мама решит дать нам небольшую передышку, как думаешь?

+1

18

Рон облегченно выдохнул - и когда только успел задержать дыхание? Разговоры о Перси выводили его из себя. Не так сильно, конечно, как отца или мать, но у них четверых - близнецов, Джинни и у него - сложилось впечатление, что Перси семья не нужна. А раз ему она не нужна, зачем тогда он нужен им? Гермиона, конечно, не поймет, ее-то не было рядом с ними в тот день. Но от мысли, что родной брат продался Министерству за мнимое обещание карьеры и кусок хлеба, становилось тошно. Перси всегда грезил Министерством и работой офисного клерка, но никто бы и не подумал, что все обернётся именно так. Хорошо, что Гермиона решила не развивать эту тему, кто знает, чем бы тогда обернулась уборка. Рональд нахмурился. Иногда подруга бывала слишком уж понимающей.
- А мне кажется, что это сам дом такой, сколько его ни отмывай, он все равно будет грязным, старым и пыльным, - ворчливо заметил Рон. Вообще, когда он только приехал сюда, дом вызввал у него другие ассоциации. Такой большой и просторный, комнат хватит на всех, красивые резные перила у лестниц, большая кухня и ещё много всего необычного, дорогого. А потом он познакомился с миссис Блэк, чокнутым домовиком и вековой пылью этого дома, да и дальнейшие воспоминания оказались не самыми приятными. Может, в другой ситуации дом не растерял бы шарма древности и загадки, но сейчас вызывал только желание поскорее убраться отсюда. - Иногда мне кажется, что он просто вытягивает из нас все силы. Но ты права, надо что-то делать с этой водой.
Хорошо бы вообще сказать маме, что они уже закончили, все равно сейчас она слишком занята, чтобы проверять. А комната покроется пылью, как только они уедут, Рон вообще сомневался, что кто-то сюда еще будет заходить. По его мнению, достаточно было бы почистить кухню да спальни и забить на все остальное. Но мама, конечно, думала иначе.
- Главное, чтобы в наше отсутствие этот чокнутый домовик не прошмыгнул сюда.
Рон сгреб в кучу ненужные побрякушки, чтобы выкинуть их до того момента, как Критчер заметит, подхватил ведро в другую руку и кивнул Гермионе на дверь. Он бы ее, конечно, и с пинка открыл, но миссис Блэк научила всех вести себя как можно тише.

+1


Вы здесь » Drink Butterbeer! » Pensieve » 27.07.95. Благороднейшее и грязнейшее