атмосферный хогвартс микроскопические посты
Здесь наливают сливочное пиво а еще выдают лимонные дольки

Drink Butterbeer!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Drink Butterbeer! » Time-Turner » 08.11.96. Somnambulists


08.11.96. Somnambulists

Сообщений 1 страница 20 из 21

1

https://i.ibb.co/tczCkSB/1.gifhttps://i.ibb.co/yWPDJtZ/ezgif-1-d320021c72.jpghttps://i.ibb.co/VgvwGH1/image.gif
Bella Farley, Megan Rowstock
08.11.1996
Хогвартс

https://x-lines.ru/letters/i/cyrillicscript/0041/000000/20/0/ktwg1h3yc3wzr3jycj4zr5uu.png

https://x-lines.ru/letters/i/cyrillicscript/0041/7d3781/20/0/jro8r3mbptwzw3jyqtwgn7byp3zze4djp3u1qh3ycf31y4mwrb3sk3mpqc.png

Отредактировано Megan Rowstock (20.06.23 12:30)

+2

2

[icon]https://i.ibb.co/r4FnKL4/lie.png[/icon]

https://forumupload.ru/uploads/001a/2e/af/686/t702447.gif https://forumupload.ru/uploads/001a/2e/af/686/t364247.png https://forumupload.ru/uploads/001a/2e/af/686/t290534.png
x witchz - the magick x

«Одно дело - преследовать нечто безымянное, но совсем другое - найти его»

Фарли лениво вертит в руке вилку, ковыряя обеденную порцию в тарелке. У нее нет аппетита, но еда — это энергия, значит ей нужно есть. Она смотрит в стену, флегматично подпирая голову рукой, а ее мысли вяло текут в голове. Нет никакого желания разговаривать с кем-то и, будто чувствуя это, все знакомые растворились в воздухе и сейчас занимаются своими делами в других уголках старого замка. Девушка отправляет в рот уже остывшую картошину и запивает ее соком. Кажется, это был последний кусок, который влез в нее. Поэтому она отодвигает тарелку и встает со скамейки, желая поскорее убраться подальше от еды. В последнее время ей совсем не хочется есть, а лежа в своей кровати она беспокойно ворочается, пока не начинает дремать ближе к утру. Из-за этого день смешивается с ночью и кажется, будто он никогда не кончится. От всего этого голова работает хуже некуда.

Можно обратиться за помощью, но пока даже думать об этом как-то страшно. Белла думала, что разговор с Ребеккой поможет выразить все переживания по этому поводу и на какой-то момент это даже помогло. Однако затем навязчивая тревога прилипла к девушке снова, будто усилившись назло отчаянным попыткам спастись. Поэтому пока просить помощи у кого-то еще девушка не хотела. Пыталась справиться сама.

Все мысли Фарли сейчас заняты только этим, а бесконечные попытки решить проблему кончаются только провалом. Снотворное помогает заснуть, но кошмары все равно нарушают покой среди ночи, а просить большего у Помфри равно вызвать подозрения. 

Девушка уверенно шагает в заданном направлении. Коридоры кажутся безликими, а ученики, попадающиеся на пути - незнакомцами. И Белла будто бредет по лабиринту в поисках выхода, но раз за разом натыкается на тупик. Ей нужно в библиотеку, снова. Будто прошлых поесщений было недостаточно. Нужно искать. Снова открыть справочник Филлиды. Опять заглянуть в учебник по зельям в поисках чего-то подходящего. Это становится какими-то бессмысленным ритуалом, успокаивающим блуждающий ум юной волшебницы. Или наоборот? Мысли в ее голове, кажется опять начинают набирать скорость.

Она заходит в библиотеку и так же целенаправленно идет в самый дальний угол. Можно было бы подняться на второй этаж, но нужная ей секция находится на первом. А у нее нет сил бегать туда - сюда, привлекая внимание окружающих и грозно восседающую во главе Пинс. Девушка садится за письменный стол и набирает себе несколько ветхих томиков по гербологии. Казалось, что она пересмотрела и перечитала все книги, которые здесь есть, кроме тех, что хранятся в запретной секции.

Строчка за строчкой. Она ведет пальцем по странице, чтобы не сбиться, но смысл прочитанного просто не воспринимается. На секунду кажется, что кто-то окликнул ее, кто-то жаждет ее внимания и тихо протяжно шепчет ее фамилию, растягивая букву «А». Девушка оборачивается, но никого не замечает. Пусто. Ей снова показалось. Поэтому она возвращается к книге, но не может отделаться от ощущения присутствия кого-то еще.

Время за изучением книг тянется целую вечность и вскоре строчки начинают буквально плыть перед глазами волшебницы, которая не замечает, что уже несколько минут как дремлет на очередным томиком.

Отредактировано Bella Farley (20.06.23 12:00)

+2

3

В любой непонятной ситуации предпочти нудным академическим талмудам модный журнал. Даже в отсутствии в спальне соседок, Меган задергивает все пологи и прищуром провожает расплывающиеся буквы, яркие пятна парадных мантий – если она не успеет сделать предзаказ, с вероятностью процентов эдак в девяносто пять придет на рождественскую вечеринку своей великосветской матушки в точно таком же наряде, что и старшая троюродная сестра. Страницы шелестят под пальцами размеренно и убаюкивающе, Ровсток раздражается и долго смотрит в потолок, карикатурно закатывая глаза и поджимая губы от преследующих ее мыслей. Не хочется никого видеть, не хочется ничего решать, не хочется даже долбанных платьишек, что прилипли к подмигивающим, глянцевым фотомоделям, словно вторая кожа. Мэгги поднимает вверх растопыренную пятерню с поблескивающими в зыбком мерцании свечей серебряными кольцами и долго, бездумно изучает ее в легком полумраке. Падающие тени создают иллюзию, будто под прозрачной кожей что-то шевелится. Что-то зловещее и насмешливое. Что-то, чему нет дела до шелка и кружев, лишь опошляющих бесценный лик совершенства.

В общей гостиной сегодня особенно шумно, и крики дождавшихся конца учебной недели студентов доносятся даже сюда, в комнату старшекурсниц, где Меган Ровсток уже вовсю малюет губы темной помадой, делая их похожими на тонкую сливовую кожуру.
В ее сумке – перо и полупустая чернильница, пара свитков свежего пергамента, перевязанных изумрудной лентой, а также разбросанные по дну пустые склянки из-под духов и зелий. Даже сейчас Мэгги надушилась так, словно собралась распугивать приведений.

Только безумец отправится в вечер пятницы в библиотеку, потому слизеринка и решает прихлопнуть сразу обоих зайцев: убедиться в собственном отрыве от сводящей с ума реальности и разделаться с огромным объемом домашки, чтобы последующие два дня бессовестно прогуливаться по промозглой территории Хогвартса и читать любовные романы у уютно потрескивающего камина. И, может быть, она перестанет наконец валять дурака и займется созданием очередного оберега, если найдет подходящее на то место.
Ей говорили, что никого не должно быть рядом. Она может рассчитывать только на себя и больше не причинять боли тем, кто пытается ей помочь.

«Я могу спасти тебя», - голос наполняет гостиную, и смех одноклассников превращается в жужжание пчелиного роя, готового ужалить множеством стальных жал, с кончиков которых капает смертельный яд. Голос наполняет ее саму и также быстро исчезает, оставляя растерянную девчонку пугливо озираться по сторонам и крепче прижимать к груди расстегнутый портфель.

Огонь горит. Языки пламени слизывают с лица слезы, оставляя на щеках саднящие ожоги. Танцуют под эпилептический бой барабанов.

Обитель мадам Пинс и впрямь не может похвастаться популярностью в столь поздний час - если кто и не закидывается по углам сливочным пивом или чем покрепче, то лишь по воле необъяснимого случая.

Меган неслышно проходит в самую глубь зала и едва не вскидывает ладони при виде Беллы Фарли, сладко сопящей над распахнутыми, словно крылья бабочки, страницами многочисленных справочников. Какая неописуемая прелесть, даже сейчас, когда все празднуют и веселятся, наша ответственная староста серьезна и собрана. Ну почти. Не считая того малюсенького нюанса, что на ее бледной щечке ребристой полосой отпечатался ветхий книжный корешок.

И Ровсток непременно прошла бы мимо, уселась за столик неподалеку и терпеливо, как остроносый гриф, дожидалась бы воплей мадам Пинс о том, что спят – в спальне, а в библиотеке – учатся, если бы ее взгляд не упал на заголовок одной из глав, очевидно интересующих хаффлпаффку.

- Эй, это что? – девчонка резко выдергивает учебник из-под головы Беллы (ничего себе подушка!) и бегло читает витиеватый текст, прежде чем с подозрением уставиться на однокурсницу. – Ты что задумала? Может быть, мне стоит кому-нибудь об этом рассказать?

Подозрение, разъедающее стойкость, будто пролитая кислота, могло бы выдать мотивы и внезапный испуг Мэгги, но та спешно берет себя в руки, принимаясь безостановочно хватать остальные книги, разложенные перед Фарли кричащим компроматом, и тихонько посмеивается высоким заливистым смехом. Так слышится звон колокольчиков, приближающийся в кромешной темноте.

- Как интересно, Беллочка…

+1

4

[icon]https://i.ibb.co/r4FnKL4/lie.png[/icon]

Неуловимое ощущение которое растворяется при малейших попытках осознать происходящее. Ты не спишь и не бодрствуешь. Тогда где ты? И как отсюда выбраться? Мысли девушки замедляются и плывут, как мертвые души по реке Стикс, а мышцы расслабляются, заставляя все тело обмякнуть. Она не замечает, как утыкается носом в книгу, как складывается рука, подпирающая голову, как сильно упирается грудная клетка в твердую столешницу. Дремота окутывает ее за плечи, словно одеялом, и девушка перестает видеть даже плывущие перед собой строчки из книги.

- Белла, - волшебница слышит голос матери, такой нежный и приятный на слух, от которого буквально щемит сердце, - просто зажмурься и все исчезнет.

Фраза раздается эхом, и девушка растерянно оглядывается по сторонам в попытках найти источник звука. Взглянуть на мать воочию, хотя бы на мгновение, чтобы запечатлеть этот образ в памяти. Однако пространство вокруг трансформируется с каждым ее движением. Один шаг и библиотечные стеллажи почему-то расставлены иным образом, словно бесконечный коридор, уходящий куда-то далеко. Еще один и она уже на втором этаже, стоит перед ограждением, пытаясь сориентироваться в пространстве.

- Зажмурься и все исчезнет, моя дорогая, - снова раздается приятный голос матери, отчего на глазах выступают слезы.

Громкий хлопок и Фарли выкидывает из полудремы. Тело в последнюю секунду успевает сориентироваться, и девушка «клюет» головой в воздухе, а не расшибает лоб об стол. Такое резкое пробуждение заставляет почувствовать себя неприятно и Белла, пытаясь понять, что происходит, выпрямляется и растерянно смотрит по сторонам. Она замечает Ровсток почти сразу, сложно не заметить, когда та стоит прямо перед твоим носом и ехидно перебирает страницы книги, словно пытаясь выбрать с чего начать.

Фарли закрывает лицо ладонями и начинает сильно тереть глаза, пытаясь прийти в себя. Библиотека. Книги. Попытка справиться с бессонницей и кошмарами. Она искала здесь что-то успокаивающее, то, что лечит взволнованные мысли. Нашла? Хаффлпаффка восстанавливает ход событий шаг за шагом, пока не осознает, что просто заснула над книгами. Или не заснула? Прячется в ладонях еще несколько секунд, игнорируя все вопросы Меган, а затем поднимается с места.

«Не задавай мне вопросов, и я не стану тебе врать»

- Отдай, - она задвигает стул, на котором только что сидела и протягивает руку вперед, надеясь, что главная слизеринская змейка сегодня в плохом настроении и не готова играться с мышкой-Фарли. В ответ Ровсток по-хозяйски загребает в свои руки книги, разложенные на столе, явно чувствуя свое преимущество. И только сейчас староста понимает бедственность своего положения.

- Ты мне не слышишь? – спрашивает больше из вежливости, а затем выдергивает книгу, которую девушка с нескрываемым ехидством рассматривала, - слушай Меган, если я не ошибаюсь, ты же куда-то шла?

Слова сами вылетают из ее рта и кажутся такими резкими, что Белле становится неловко от своей грубости. Но все ее состояние, как физическое, так и психологическое буквально пульсирует усталостью и напряжением. Поэтому на вежливость у нее просто не остаётся сил. Она смотрит на обложку томика «Обычные магические болезни и недомогания», который все еще держит Ровсток и неожиданно вспоминает о том, что в запретной секции есть книга, которая была бы ей полезна.

«Сильнодействующие зелья! Вот где точно должно быть что-то, подходящее»

Отредактировано Bella Farley (26.06.23 14:37)

+1

5

Выжидающе, словно притаившаяся в джунглях дикая кошка, Меган постукивает длинными ногтями по корешку книги, с нескрываемым любопытством наблюдая за тем, как хаффлпаффская милаха Фарли пытается проснуться и наконец понять, что же здесь произошло в те сакральные минуты, пока она так сладко предавалась грезам. Ровсток, честно говоря, до фени, что ей там снилось, пусть даже Грэм, в неглиже зазывающий принять вместе с ним ванну в комнате старост, лишь бы девчонка не комментировала свои приключения в царстве Морфея вслух. С нее достаточно собственных кошмаров, в которых пляшущие на стенах длинные тени оживают и, подобно лианам, хватают ее за запястья, душат, ласково оплетая шею побегами, что цветут ядовитыми плодами.

Мэг то и дело просыпается среди ночи и в кромешной темноте сырых подземелий вглядывается в свои ладони, яростно вытирает их о холодные простыни и очень нескоро приходит в себя, осознавая, куда на самом деле исчезла льющаяся бурной тропической рекой кровь.

- Не отдам-не отдам, они мне тоже нужны, - дразнится слизеринка, ловко отскакивая на шаг назад и прижимая к груди ворох схваченных со стола изданий, хаотично торчащих острыми уголками так, что Меган вынуждена поддерживать пару из них высоко поднятым коленом.

- Тю, как же грубо, бельчонок, вот твой братик так со мной не разговаривает, поучилась бы у негооооо манеееееерам, - справочники один за другим отлетают за соседний столик, скрытый от строгой мадам Пинс массивным, старомодным шкафом. Ровсток бросает на очередной из них презрительный взгляд, шипит под нос что-то, смутно похожее на «Чушь какая, какой хлам», до тех пор, пока в ее ловких пальцах, увешанных кольцами по самые фаланги, не остается один-единственный томик с весьма компрометирующим заголовком «Обычные магические болезни и недомогания». Сосредоточенная на осмыслении художественного интереса Беллы, Мэгги снова расплывается в широкой улыбке и подсаживается, двигая ту бедром, чтобы они обе могли убраться на тесной скамье.

- К мадам Помфри обратиться не пробовала? – она оказывается к однокурснице так близко, что со стороны обманчиво чудится, будто они – две закадычные подружки, шушукающиеся в уединенном месте о всяких глупостях, вроде парней или новых нарядов. Тяжелый, стесняющий дыхание аромат духов окутывает Фарли токсичным облаком, но Мэг и не думает соблюдать дистанцию и уважать ее личное пространство. – Выглядишь вполне здоровой, - она даже опускает свою ледяную ладонь хаффлпаффке на лоб, мол, вот видишь, абсолютно никакого намека на повышенную температуру тела.

Она не сразу отмечает синие тени под глазами и довольно изможденный вид, но разве это не норма для всех без исключения ботаничек? Немудрено, если Фарли даже засыпает в обнимку с учебниками – выпила бы бодрящего отвара или устроила бы себе выходной, в конце концов, не на одних же отработках с Монтегю уединяться. Нет, эта ходячая иллюстрация к поговорке «в тихом омуте пикси водятся» явно что-то вынюхивает. Меган бессознательно одергивает широкие рукава мантии и оттягивает задравшийся край юбки, под которым виднеется белесая полоска шрама, оставшегося после злосчастного пожара в библиотеке. Она умышленно отказалась сводить его заклинаниями, оставила как некое напоминание о тех вещах, которые любой вменяемый человек пожелал бы забыть.

- Джейк однажды здорово мне помог, - вдруг откровенничает Ровсток, отпрянув от Беллы всего на ширину ладони, однако так и продолжая неуважительно прокручивать в руках принадлежащую ей книгу. – А я могла бы помочь тебе. Усыпим старую ведьму и поищем в Запретной секции всю необходимую тебе информацию?

«Заодно я выясню что ты собираешься выведать и незаметно захвачу кое-что для себя»

- Сонный порошок, - она выуживает из сумки маленький бархатный мешочек, туго набитый измельченными травами, и машет им перед лицом факультетской старосты.

- Ну что? – Меган траурно звякает браслетами, протягивая ладонь, и мягко ухмыляется уголком рта. – Или струсишь? Страшная Ровсток толкает нашу хорошую девочку на скверное преступление. Боюсь, от такого греха тебе будет уже не отмыться.

+1

6

[icon]https://i.ibb.co/r4FnKL4/lie.png[/icon]

Меган игриво игнорирует такой агрессивный выступ со стороны Фарли. Ведь вся эта картина явно ее забавляет. Уснувшая в библиотеке староста, над томиками о волшебных болезнях и проклятиях, с огромными синяками под глазами и уставшим видом. Картина, которую и маслом не напишешь. В любой другой ситуации Белла бы просто ушла, а если бы Меган пошла за ней, то постаралась бы заболтать слизеринку и сбежать. Ей всегда так ловко удавалось уходить от неприятных расспросов. Но в этот раз, все совсем иначе. Фарли еле ворочает языком, а мысли в голове лениво и медленно переходят одна в другую. Ориентация в пространстве все еще немного нарушена, поэтому, когда «отвадить» Ровсток не получилось, Белла лишь беспомощно возвращается на место и садится на лавочку.

— К мадам Помфри обратиться не пробовала?

Фарли молчит. Ребекка пыталась затащить ее к Помфри несколько раз, особенно после того, как узнала все от и до, но Белла наотрез отказывалась от официальной медицины. Ей казалось, что она сулит ей много проблем. Староста брала снотворное в больничном крыле – всего пару раз, и то пришлось объяснять чуть ли не пол часа, что зачем, а главное почему. Поэтому нет уж, будет умирать, но к Помфри – не пойдет.

Не удостоив вопрос ответом, Фарли вздыхает и чувствует аромат духов Ровсток. Слизеринки всегда были такими. Одеты с иголочки, носят всегда самые модные платья и мантии, ходят с высоко задранным носом и смотрят на других, как на грязь. Белла, конечно, не сильно верила сложившимся стереотипам, но когда приходилось пересекаться с кем-то из «змей», то всегда старалась быть внимательной. После всех историй с Монтегю, она была уверена, что их острые языки прошлись по ней ни один раз. Сама Белла лично им ничего не сделала, но раз уж промелькнула перед носом, то будь добра садись в котел, мы тебя варить будем.

От этой мысли Фарли стало не по себе. Она развернулась к Ровсток лицом и взглянула так, будто впервые ее видит, таким отчужденным взглядом, пытаясь собраться с мыслями, кажется та говорила что-то про Джейка.

— Джейк однажды здорово мне помог. А я могла бы помочь тебе. Усыпим старую ведьму и поищем в Запретной секции всю необходимую тебе информацию?

В этой фразе было странно все. Во-первых, почему, зачем и каким образом Джейк бы стал помогать Меган? Во-вторых, почему она предлагает помощь? В-третьих, усыпим?! Хаффлпаффка даже приоткрыла рот от удивления, пораженная не только смыслом, который вкладывала Ровсток в предложения, но и самим фактом такой щедрости. И пока староста пыталась осознать эту реальность, девушка достает откуда-то мешочек с травами. Она машет им прямо перед лицом Беллы, будто дразнит, показывая, что все это не шутка.

– Так, стоп, - словно защищаясь от такого напора, староста выставляет руки вперед и откидывается на спинку, - давай мы немного остановимся.

Фарли даже не знала с чего начать и что сильнее всего ее задевает. То, что Меган так легко предлагает усыпить мадам Пинс. То, что подбивает Фарли проникнуть в запретную секцию. Или то, что вообще сидит с ней здесь рука об руку, будто подружка детства. И ведь слизеринку совсем не смущает, что она собирается провернуть все это со старостой, будто видит ее насквозь и знает, что та и сама была бы не прочь прогуляться среди интересных книжек.

– Пинс опытная волшебница, которая не даст усыпить себя сонным порошком двум сошедшим с ума ученицам, - понизив голос бурчит Белла, будто давно уже решила все для себя, - и вообще, с чего ты решила, что мне нужно в запретную секцию?

+1

7

Мэгги старается быть терпеливой, держит на лице эту приклеенную дежурную улыбочку, от неестественности которой по коже бегут мурашки, и ждет, пока Белла справится с шарахнувшим ее, словно удар молнии, шоком. Если вы когда-нибудь встречали коллекционеров фарфоровых кукол, вы, должно быть знаете, каково это – остаться с ними в одной комнате за запертой дверью.

- Конечно, остановимся, до отбоя примерно… - она поднимает голову и упирается пустым, разномастным взглядом в массивные часы, стоявшие в углу. Их стрелки лениво переваливают за круглую отметку. – Три часа, так что у нас в запасе уйма времени, торопиться некуда, - и Ровсток достает из сумки стеклянную баночку с пронзительно-алыми леденцами, один из которых закидывает в рот, а затем нетерпеливо разгрызает. – Будешь?

Она прекрасно понимает, в чем кроется основная причина замешательства хаффлпаффки, девочки, которая привыкла, что ее остерегаются, уважают, что стоит ей лишь слегка нахмурить тонкие брови, и всякий нарушитель не только исчезает с горизонта, но чудесным образом исправляется и начинает нашу блюстительницу боготворить, словно нет на Туманном Альбионе более яркого источника света. Мэгги же вытирает ножки о всевозможные правила, которым так рьяно следует Фарли, но на этом не останавливается: цепко хватает однокурсницу за руку и, как обольстительная сирена, волочит ее за собой в самый беспроглядный омут.

- А вот это уже совсем другой разговор, лапочка, - радостно резюмирует слизеринка, барабаня длинными ногтями по корешку одной из разбросанных на столе книг. – Я понимаю, ты боишься, что старая горгулья нас разоблачит, и у тебя отнимут твой прелестный значок, - она проводит по черно-желтой эмблеме отличия большим пальцем и принимает скучающий вид, будто хочет растянуть время, как пережеванную жвачку Друбблс, и наклеить ее на приколотый к мантии Беллы кусок железки.

- Аааааа, - наконец заключает Ровсток, строя то ли крайне оскорбленную, то ли до ужаса раздосадованную гримаску, хотя, уголки ее губ все же ползут вверх, прекрасно соответствуя плещущимся в глазах смешливым пикси. – Так тебе все-таки туда не нужно? Ты поэтому перелопатила здесь гору хлама, тратя на это вечер пятницы, пока твои однокурсники развлекаются и пьют сливочное пиво? Я так и подумала.

Меган ждет буквально минуту, шурша сухими страницами, вдыхая их пыльный, застарелый запах и словно теряя к собеседнице всякий интерес. Фарли сдастся. У нее на лице – многодневная усталость и безысходность, а такие люди особенно падки на искушение, ими движет отчаяние и желание как можно скорее отыскать выход в бесконечном лабиринте повторяющихся поворотов, которые никуда не ведут.
Мэгги узнаёт в ней себя. Им нужно одно и то же.

- Знаешь, а ты совершенно права, - ее рука взмывает к уху, за которое она заправляет упавшие на глаза волосы, тем самым демонстрируя полную сосредоточенность и серьезность намерений. – У меня есть идея получше. Она не вызовет подозрений и проста в исполнении. Ты же у нас такая ууууумница-разуууумница, так часто зависаешь в библиотеке, возвращаешь книжки вовремя и в безупречном состоянии, - Ровсток нисколько не сомневается, что Белла уже поняла, к чему она клонит, но все равно считает своим долгом озвучить не самую невинную затею вслух. – Просто попроси у Пинс одну книгу, я уверена, в ней ты найдешь все необходимое. Сейчас, - она снова роется в портфеле, выуживает оттуда чистый кусок пергамента и перо с чернилами, отрывает уголок, пишет аккуратным, убористым почерком название редкого, но весьма нелицеприятного своими иллюстрациями томика «Сильнодействующих зелий», написанного Финеасом Борном. 

- Давай, она не откажет, а я помогу найти и приготовить любое зелье оттуда, если оно тебе подойдет. Да не смотри ты с таким подозрением! Ну хорошо, - Мэгги вздыхает и, убирая со стола все письменные принадлежности, признается: - Я бы тоже взглянула на эти рецепты, ты – это просто повод и возможность их заполучить.

На всего один, конкретный рецепт, но Фарли об этом знать совсем не обязательно.

+1

8

[icon]https://i.ibb.co/r4FnKL4/lie.png[/icon]

— Аааааа. Так тебе все-таки туда не нужно? - спрашивает Ровсток и продолжает сыпать колкими замечаниями в сторону Фарли. Которая, к слову, сама еще не определилась нужно ли ей в запретную секцию или нет. С одной стороны книги, которые находятся там хранят в себе очень опасные, но в то же время и очень действенные знания обо всем, что касается магического мира. Белла воображала, что в тех книгах есть ответы на все ее вопросы. С другой стороны, она наступает на те же самые грабли, соглашаясь на такую авантюру. И не замечать схожести в этих событиях просто невозможно. Тогда Софи Фосетт подсела к ней в коридоре. В этот раз Мегган Ровсток предлагает свою помощь в библиотеке. Не лучшим ли решением будет остановить этот круг?

Все это время Фарли молчит. Слушает жужжание Меган, которая, пожалуй, за пару минут произнесла больше слов в отношении Беллы, чем за все семь лет учебы. А они ведь были сокурсниками. Если бы не это жесткое разделение на факультеты, если бы Слизерин не выращивал таких заносчивых и надменных учеников, возможно, они пересекались бы чаще. А сейчас, староста понимала, что за эти семь лет впервые общается с слизеринкой тет-а-тет.

— Просто попроси у Пинс одну книгу, я уверена, в ней ты найдешь все необходимое, - проговаривает Меган и быстро записывает название на клочке бумаги, как только Белла бросает взгляд на буквы, внутри нее что-то переворачивается. Либо на слизерине учат легилименции, либо у них намного больше общего, чем может показаться на первый взгляд. Однако на идею Ровсток хаффлпаффка лишь удивленно вскидывает брови.

— Давай, она не откажет, - начинает девушка, реагируя на выражение лица Беллы.

— Слушай, - прерывает свое молчание девушка и поднимается с места, - я сделаю это только доказать тебе, что эта плохая затея.

В ее голосе слышится раздражение, еле уловимое, но заметное для внимательного собеседника. И либо это сказывается усталость, либо что-то другое. Белла не дожидается реакции слизеринки, а возвращает ей клочок бумаги с названием справочника. Чувствуя довольство Ровсток, которая к слову предпочитала наблюдать за происходящим издалека, староста пересекла большой читальный зал и направилась прямо к столу библиотекаря. За ним восседала грозно и величественно мадам Пинс, соблюдая тишину и покой во всем, что она делала.

— Мадам Пинс, - полушепотом говорит Белла, привлекая внимание библиотекаря, - дело в том, что я готовлю доклад о разных магических зельях. Я выбрала оборотное, в качестве предмета для изучения, но оказалось, что информация о нем в учебниках очень краткая. Например в справочнике "1000 магических растений и грибов" есть список ингредиентов, но указано, что информация об его истории и происхождении находится в книге "Сильнодействующие зелья".

Белла ненадолго замолкает, чтобы перевести дыхание. Внимательный взгляд Пинс заставит понервничать любого.

— Вот уже несколько дней, я прихожу сюда и ищу справочник. Но оказалось он находится в запретной секции из-за того, что там много опасных и жутких рецептов. В целом, я поддерживаю тот факт, что подобного рода книги находятся под строгим наблюдением и защитой, но может быть вы могли бы мне выдать книгу сюда, в читальный зал, чтобы я смогла подготовиться к докладу. Естественно под вашим пристальным наблюдением, - Фарли сцепляет руки в замок за спиной, нервничает и пытается выглядеть увереннее.

[newDice=1:10:0:чет - Пинс разрешит, нечет - Пинкс не разрешит]

+1

9

Меган делает все, чтобы Белла ей поверила. На самом деле в подобного рода лжи нет ничего примечательного: в голосе отсутствует глубина, заставляющая взирать на собеседника, слегка приоткрыв рот и широко – глаза, в движениях не заметна нега и грань, разделяющая фальшивый соблазн и истинную нежность. Мэгги в полной мере осознает, что действует грубо, как и то, что с Фарли, которой очевидно нечасто доводилось слышать вранья, этот фокус пройдет.

- Не попробуешь – не узнаешь, - а вот скрывать раздражение, бурной рекой разливающееся внутри нее из-за нерешительности старосты, у слизеринки выходит на ура. Они ведь почти подружки, глядишь, в скором времени будут щеголять в идентичных платьях цвета пыльной розы на свадьбе Селины и Джейка – так чего заламывать руки и продолжать строить себя пресвятую мученицу, попавшую в плен к змею-искусителю?

Спутать ее мысли, связав их в тугой клубок, и пусть она блуждает в них и заблуждается, что они все еще принадлежат ей.

Ровсток провожает худенькую, напряженную недоверием и безысходностью спину мимолетным поворотом головы, прячется за ветхим переплетом одного из ботанических справочников, едко пахнувших ей в лицо застарелыми страницами. Лучше Пинс оставаться в неведении, с кем спуталась ее прилежная любимица, в конце концов, подставлять Беллу в планы Меган совсем не входит, а репутация, то и дело таскающей из библиотеки книги сомнительного содержания девчонки, в последнее время оставляет желать исключительно лучшего.

От тишины, льющейся в уши тяжелым свинцом, болит голова. Чеканящие шаги хаффлпаффки предельно четкие, как если бы она по-солдатски заучивала один и тот же размеренный ритм несколько долбанных лет.
Давай, хорошая девочка, соври.

Фарли что-то объясняет мадам Пинс, перекатывается с пятки на носок, отводит взор. Мэгги не слышит, о чем они разговаривают, она крепче сжимает полуразвалившийся корешок, чувствует, как по фалангам рассыпается книжная пыль, и высовывается украдкой, будто подглядывает за целующейся парочкой или страшным преступлением.

Лицо Ровсток расцветает улыбкой, когда Белла проходит мимо, нарочито не проявляя к ней никакого интереса, не привлекая внимания, вся натянутая, как струна.

Любого можно водить за нос, даже видавшую виды библиотекаршу, через которую прошла не одна тысяча студентов, извивающихся в своих нелепых оправданиях. Вероятнее всего, если что-то пойдет не так, к малышке Фарли будет куда меньше доверия, но разве Мэгги это должно беспокоить? У лучших лжецов рано или поздно тоже не остается выбора.

Боковое зрение рисует ей однокурсницу, удаляющуюся в сторону Запретной секции, в самое сердце этого места, темное, мрачное, полное загадок и тайн. Меган закидывает ногу на ногу и терпеливо ждет, ее волнение выдает разве что подергивающаяся на кончике ступни туфля, в момент готовая улететь под соседний стол. Девчонка жует нижнюю губу и неторопливо собирает вещи, пока за спиной не раздается уже ставший знакомым, набивший оскомину стук каблуков. Белла. С запылившимся фолиантом, зажатым длинными, тонкими пальцами. Даже теперь, когда она его достала, в ее руках он выглядит инородно.

- Я горжусь тобой, Фарли, ты самая лучшая, - Мэг ловит ее за локоть и оттаскивает в другую часть помещения, подальше от любопытных желтоватых глаз, в угол, куда едва добирается свет, протягивающий распахнутую пятерню от ближайшего канделябра с огарками полуистлевших свечей. – Она не разрешила взять книгу с собой? Может, выдернем страницы? – Ровсток хихикает в ладонь, сталкиваясь с ледяным взглядом старосты, и примирительно поднимает руки вверх. – Да я пошутила, мне тоже, знаешь ли, жить не надоело. Так что тебе было нужно? Выглядишь ты паршиво, - без обиняков заявляет она и как ни в чем не бывало продолжает: - Зелье сна? Что, я угадала?

+1

10

[icon]https://i.ibb.co/r4FnKL4/lie.png[/icon]

Сцепленные в замок руки за спиной - это единственное, что выдает сильное волнение хаффлпаффки. Она выдерживает внимательный и недоверчивый взгляд библиотекаря, потому что понимает - именно сейчас она принимает решение и просто нельзя выглядеть неуверенно или робко, ведь это вызовет вопросы. Кажется, что пауза длится целую вечность и именно в тот момент, когда Белла открывает рот чтобы добавить в свое оправдание еще пару невинных фраз, Пинс соглашается.

- Пойдемте со мной, мисс Фарли, - женщина выходит из-за стола и неспешным, но уверенным шагом следует к запретной секции, не оглядываясь, чтобы проверить идет ли следом ученица или нет.

Белла же, не ожидая такой легкой "победы" немного задерживается на месте - не верит в то, что женщина действительно согласилась, без длинных уговоров и просьб. А затем догоняет ее спустя пару секунд, выдерживая дистанцию. Когда они проходят мимо стеллажей, где сидит Ровсток, Белла делает вид, что вообще не замечает слизеринку, сидящую на скамейке. Просто следует за Пинс, не отвлекаясь. Когда обе доходят до запретной секции, которая закрыта всевозможными замками и заклинаниями, Фарли из любопытства наблюдает за тем, как библиотекарю удается ловко снять все чары и замки с дверей. Буквально простым взмахом руки.

Еще несколько секунд и она проходит внутрь, оставляя Мирабеллу у входа. Пока Пинс искала необходимый справочник, Фарли с интересом рассматривала запретную секцию, ту ее часть, которая была не скрыта от глаз. Многочисленные книги, толпились на полках стеллажей, небольшие витрины с артефактами и книгами, закрытыми на замок, располагались по обе стороны. Некоторые из экспонатов, к слову, пытались вырваться и подпрыгивали на месте, когда к ним кто-нибудь приближался. В этой секции было намного интереснее, чем во всей библиотеке. Однако попасть сюда легальным образом было почти невозможно. От этой мысли Беллу отвлекает Пинс, которая появляется перед девушкой так же неожиданно, как и ее разрешение на использование справочника из этой секции.

- Я не могу записать на вас эту книгу, юная леди, - стальной голос женщины звучит очень строго, - поэтому у вас есть не больше получаса.  Книгу не копировать, только переписать от руки.

В ответ Фарли судорожно кивает, а затем обхватывает справочник двумя руками и прижимает к груди, будто самое ценное, что у нее сейчас есть - это справочник и доверие Пинс. Она разворачивается на пятках и удаляется в сторону стеллажей, где ее ожидает Меган. Шаги девушки, ровные, четкие, словно солдатский марш, совсем не подходят к ее внешнему виду, к ее юбке и аккуратной блузке белого цвета.

— Я горжусь тобой, Фарли, ты самая лучшая, - такими словами встречает ее Ровсток и от этого все внутри сжимается. Даже дышать становится чуть труднее, словно воздуха в просторной библиотеке становится все меньше и меньше.

Нужно быть осторожнее. Нужно держаться на расстоянии, - думает Мирабелла, но вот Мэган хватает ее под локоть и тащит за собой. Если минутой ранее, когда все это было еще только идеей, хаффлпаффка могла развернуться и остановить ход событий, то сейчас, этот критический момент был упущен. И она лишь поддается. Следует за искусителем и пытается держать ухо востро.

– Она не разрешила взять книгу с собой? Может, выдернем страницы? - глаза Фарли расширяются, она вдруг резко отстраняется от слизеринки и буквально хватается за книгу, как за сокровище. И даже когда, поражённая реакцией старосты, Меган объясняет, что все это шутка - Белла не может расслабиться.

– Так что тебе было нужно? Выглядишь ты паршиво. Зелье сна? Что, я угадала? - Фарли не успевает за мыслями Ровсток, за тем с каким напором она шла к своей цели, за тем, как ловко обвела ее вокруг пальца и добралась до желаемой цели руками другого человека. С каких пор они вообще так мило ведут разговор?!

– Я..., - начинает Фарли, но обрывает себя на полуслове, думая о том, как бы правильнее объяснить то, что ей нужно, - в голове последнее время много мыслей. Переживаю из-за учебы и предстоящих экзаменов. Не могу уснуть. Я не хочу идти к Помфри, но если не справлюсь сама - не останется выбора.

В конце пожимает плечами, будто все это так - не больше чем попытка помочь себе. Будто она сама не страдает от ночных кошмаров. Будто не просыпается среди ночи с колотящемся сердцем в груди. Будто это не она слышит голоса в тишине и чувствует присутствие кого-то другого. Нет. Она всего лишь не может уснуть из-за беспокойных мыслей и сейчас важно, чтобы Ровсток тоже поверила в это. Или хотя бы сделала вид.

– Тебе же самой тоже что-то нужно. Ты использовала меня в своих интересах. Тебе даже ничего делать не пришлось, просто подсела и подала "отличную" идею, - Белла вздыхает и отворачивается от Ровсток, кладет книгу на письменный стол и аккуратно открывает ее на первой странице.

Шершавые страницы кажутся такими легкими, невесомыми, что касаться их нужно было, как крыла мотылька.

+1

11

Она знает, что будет дальше. Фарли попереминается с ноги на ногу за спиной строгой, похожей на гигантскую хищную птицу библиотекарши, а после вернется, опустив взгляд и буравя пол своими необыкновенными светлыми глазами. Люди предсказуемы, у каждого в шкафу один и тот же запас скелетов, которых и остается что закапывать темной ночью под прицелами окон, зияющих вдалеке желтым светом. Меган поддевает ветхие книжные корешки кончиком волшебной палочки и старается выбросить из головы собственные секреты – впору самой писать мемуары и прятать их по таким вот Запретным секциям, куда пускают исключительно примерных девочек.

Жаль, но Ровсток к их числу не относится: никогда она не чтила ничьих правил, выделялась безрассудной непокорностью и встревала в переделки, из которых впоследствии не могла выкарабкаться в одиночку. У Мэг на лбу написано, что она – дракклова неудачница, белая ворона в черных перьях, балансирующая над пропастью, ей еще падать и падать, и биться о щербатые колья равнодушных скал.

Белла возвращается незаметно. Не сразу удается распознать ее бесшумную, виноватую поступь; кругом все шуршит, шепчет, стучит, скребет и царапается, словно рой потревоженных насекомых взмыл в застоявшийся, пыльный воздух, чтобы укорить их обеих в бесчестии. Обманщицы. Хаффлпаффку такое определение, безусловно, огорчит, ведь, в отличие от Мэгги, ей вряд ли доводилось погружаться личиком в грязь по самые уши. После подобных процедур сложнее расхаживать по школе, гордо задрав подбородок. Каждый не применит обратить на тебя внимание и непременно ткнет пальцем в тяжело вздымающуюся от рыданий грудь.

- До экзаменов еще целый год, - кажется, Фарли вошла во вкус. Ложь поистине притягательна, даже если ты всего-навсего пытаешься спасти собственную шкуру, парируя нападки слишком внимательных, возмутительно-любопытных слизеринок. – Продолжишь в том же духе, и тебя еще до Рождества отправят в Мунго на реабилитацию.

«Как мою тетушку», - подкрадывается непрошеное воспоминание. Оно жалит мысли, словно злокачественная опухоль, поселившаяся в мозгу. - «Интересно, она уже довела до белого каления других пациентов?»

- Обижаешь, Беллочка, - Ровсток собирается глубоко вдохнуть - так астматики хрипло выискивают живительный глоток воздуха - но передумывает и закашливается, внезапно отмахиваясь от собеседницы, как от назойливой мухи. Извольте, она ведь сама к ней прицепилась и толкнула на невообразимое, смелое, парализующее. – Теперь у тебя есть я и вот эта славная книженция. Давай выясним все, что нам нужно и слиняем отсюда, а то посмотри, сколько вокруг завистников, - кисть ее руки поднимает вверх столп пыли, что растворяется в тонких, подобных замершему выстрелу, лучах заходящего солнца. – Ты – любимица большинства учителей, спорим, они тебя ненавидят? А вот мне, представь, абсолютно плевать, даже если дражайшие преподы возведут тебе памятник прямо в центре Большого зала.

Меган улыбается и заправляет ей за ухо выбившуюся прядь волос. Она не лукавит, ее и впрямь не трогают высшие баллы, черными завитками зияющие на страницах чужого аттестата, и что однокурснице нисколько не пришлось напрягаться, чтобы вызвать у Пинс полное доверие. Она не выносит Беллу совсем по другой причине.

- Ну да, использовала, - Ровсток закидывает в рот еще один ярко-алый леденец и облизывает липкие губы. – Поступи точно также со мной, я помогу тебе приготовить любое зелье, какое пожелаешь. Вместе веселее, - добавляет она, хотя, по лицу Фарли и гадать не приходится – она наразвлекалась с хитровыдуманной гадюкой на долгие годы вперед. – И, само собой, мне тоже кое-что отсюда нужно, - стучит длинным, опасно-острым ногтем по рассыпающемуся переплету справочника, зажатого в пальцах старосты. – Я же не извращенка, я не испытываю «подруг», просто чтобы понаблюдать за их грехопадением.

Стрелки часов режут круглый циферблат на неравные доли.

- Знаешь, кто придумывает запреты, Фарли? – Мэгги понижает голос до шепота. – Пустые, как чашки, люди.

Белла – не размазня. Белла – отличная девчонка, и Ровсток это чувствует. Все внутри бунтует, бушует штормящим морем, выходит из берегов, потому что сама она давно достигла дна и слишком отчетливо, словно это было вчера, помнит, как темно на глубине.
Тем временем, хаффлпаффка с благоговейным трепетом касается истрепанных страниц и, кажется, перестает дышать, прикасаясь к миру тайного, запретного, того, что совсем неспроста завесили множеством замков. Меган закатывает глаза и просяще протягивает распахнутую ладонь ей навстречу.

- Позволишь? – она кивком указывает на фолиант и смотрит внимательно, как если б вознамерилась провести сеанс гипноза прямо посреди библиотеки, но губы больше не дрожат, фальшиво и натянуто растягиваясь струной, что готова лопнуть. Из каждой трещинки потечет кровь, хлынет по отравленным венам, только не захлебнись. – Обещаешь не подглядывать? Я просто перепишу один рецепт. Только один.

Она не обманывает.

- А потом ты скопируешь тот, что необходим тебе, вернешь книгу мадам Пинс, и мы выйдем отсюда, делая вид, что этого разговора никогда не было.

Твои страхи – бутафория, обрушившаяся на сцену после того, как опустили занавес. Я покажу тебе, чего в действительности стоит бояться.

Белла храбрая, решительная, гордая.

Но Мэгги не выносит ее совсем по другой причине.

Потому что сама она – нет.

+1

12

[icon]https://i.ibb.co/r4FnKL4/lie.png[/icon]

Честно говоря, тяга Фарли к книгам была примерно равна ее любви к растениям. И несмотря на полезность обоих увлечений, все-таки было в этом что-то нездоровое. Книги заменяли Фарли друзей. Персонажи и сюжеты становились воспоминаниями, ведь она настолько сильно погружалась в написанную историю, что иногда с трудом осознавала себя в реальности. Наверное, если бы был способ окунаться в книги с головой, как в тот же омут памяти, Фарли непременно пользовалась этим.

Сейчас, когда раскрытый фолиант лежал прямо перед ней, Белла, испытывая восхищение и благоговение, моментально забывает про Ровсток, про то как она воспользовалась ею в своих интересах и тоже имела определенные виды на справочник. Хаффлпаффка лишь завороженно рассматривает оглавление, в котором перечислены содержащиеся рецепты зелий, каждый раз отмечая, что попади эта книга в неправильные руки – быть беде.

И только когда протянутая рука слизеринки маячит перед глазами, Белла выпрямляется, переводит удивленный взгляд на девушку и хмурится, чувствуя зародившееся раздражение.

- Обещаешь не подглядывать? Я просто перепишу один рецепт. Только один, - Меган продолжает заигрывать с Беллой, словно они давние подружки, знающие друг про друга все и перетягивает книгу поближе к себе. Девушке ничего не остается, как снова пойти на поводу, снова поддаться на провокацию. Она разворачивается на 180 градусов, оказываясь спиной к столу, вытягивает ноги вперед и откидывается назад.

- Кажется проблемы здесь не только у меня, - тихо бурчит себе под нос хаффлпаффка, делая это так, что Меган непременно услышит ее слова и снова, по-змеиному приветливо, скажет не совать свой нос в чужие дела. Обе они теперь связаны одним секретом, значит ли это, что завтра они сядут на уроках вместе, а послезавтра пойдут в главный зал бок о бок, чтобы пообедать за одним столом? Белла ухмыляется своим мыслям, а затем поднимает голову вверх. Как же жутко хочется спать.

Она не подглядывает за Ровсток, а закрывает глаза и делает глубокий вдох и выдох, успокаивая блуждающие мысли. Честно говоря, ей конечно было интересно, что же скрывается за этим пронзительным взглядом Меган, за ее притворством и наигранной доброжелательностью, но не настолько, чтобы заводить разговор на этот счет. Фарли чувствовала усталость и когда внимание ее возвращалось к телесным ощущениям, то напряжение отчетливо пульсировало буквально в каждой клеточке. Поэтому сейчас ее больше занимала мысль о том, как помочь себе справиться со всем этим. Стоит ли обращаться за помощь? Если стоит, то к кому? Кому сейчас можно довериться? Нужно ли беспокоить Джемму своими тревожными письмами? Или лучше все-таки поговорить с Джейком? Помириться с Бекс? Поговорить с Грэмом?

- Ты закончила? – неожиданно прерывает тишину Мирабелла, - Пинс дала всего пол часа.

Не дожидаясь ответа от девушки, Белла возвращается в прежнее положение. Она разворачивается к столу и протягивает руку к книге, надеясь, что Ровсток без боя решит сдаться.

+1

13

Когда Меган переписывает рецепты из ветхого фолианта, она совсем не старается, чтобы ее почерк казался филигранным, изящным, таким, каким она привыкла его видеть в своих личных ежедневниках, куда, как правило, записывает собственные наработки и идеи. Белла замечает, что времени у них в обрез, и Ровсток, безусловно, склонна ей в этом вопросе верить.

- У всех есть проблемы, птичка, - девчонка словно отмахивается от нее одним только тоном своего низкого, певучего голоса. Точно так же, как Фарли забывает про нее, Мэг на короткое мгновение взаимно отбрасывает существование самой старосты на второй план. Или на третий. Или на драккл его разбери какой еще. – Про мои ты знать не захочешь. А вот я по доброте душевной так стараюсь тебе помочь, и что же? Черная неблагодарность. И почему же именно нас, слизеринцев, все, как один, называют эгоистами?

Ровное дыхание Беллы заставляет Мэг поднять голову, неохотно оторвать взгляд от неровных строк своих спешных записей и, черт, да, посочувствовать. Настоящую усталость, ту, которая оставляет отпечаток на коже, делая ее неестественно бледной, которая лопает капилляры, сосуды в воспалившихся глазах, и превращает все движения в подобие пантомимы, ни с чем не перепутаешь.

- Почти, - Ровсток ставит размашистую кляксу, заливая чернилами последние пару букв в заключительном слове рецепта, недовольно шипит, но по выражению ее лица, тем не менее, можно прочитать, что результатом их малюсенького заговора она, как минимум, удовлетворена. – У меня хорошая память, выписала только граммовку и основные предостережения. А их, стоит заметить, здесь дракклово множество. И почему по-настоящему классные зелья настолько сложные? – слизеринка протягивает книгу Белле, без споров, ухищрений, хотя, видит Мерлин, ей чертовски хочется побегать по библиотеке, подняв рассыпающийся в руках фолиант над головой, и еще немножко подразнить чрезмерно серьезную старосту, возможно, впервые в жизни решившуюся нарушить школьные правила. – Не будем огорчать старушку, ей и так нелегко. Поговаривают, что за ней приударил Филч, представляешь? Гадость несуразная. В общем, ты не заставляй ее нервничать еще больше и иди первая, чтобы она на меня ничего не подумала, встретимся у статуи двухголовой горгульи, лады? Только не убегай.

Меган дожидается, пока хаффлпаффка вернет мадам Пинс ее драгоценный справочник и скроется в дверном проеме, едва слышно скрипнув давно несмазанными петлицами, затем медленно поднимается со скамейки, расправляет юбку и прошмыгивает следом, оставляя после себя сладкий шлейф самодельных духов.

Фарли же не думала, что отделается одним лишь рецептом? Мэгги честно-пречестно желает ей помочь, и чтобы она, в свою очередь, помогла ей.

- Беееееллоооочкааааа, - девчонка появляется за спиной своей однокурсницы почти бесшумно, только тонкие каблуки ее туфель размеренно и гулко стучат по каменному  полу. – Ты ведь согласна, что не стоит тянуть? Расскажешь мне о своих кошмарах, а я поделюсь своими, устроим чисто женские посиделки, я знаю одно место, где нас никто не потревожит.

В отличие от утомленной Фарли, Меган взбудоражена, возбуждена, ее пульс стучит так громко и так часто, что ей чудится, будто он перебивает звучание ее голоса, все еще тошнотворно-елейного, как испорченная патока, все еще страшно соблазнительного, чтобы не повестись на каждую озвученную им авантюру.

- Ты же хорошая, ты не бросишь человека в беде, - Ровсток умильно поджимает губы, а ее большие разноцветные глаза кажутся еще выразительнее, когда она буквально хватает руку хаффлпаффки и крепко стискивает ее в своих, слегка подрагивающих от нетерпения ладонях.

- Пожааааааалуйста.

+1

14

[icon]https://i.ibb.co/r4FnKL4/lie.png[/icon]

За все семь лет учебы Белла пересекалась с Ровсток разве что на совместных занятиях или в темных коридорах школы. Но тогда они обе проходили мимо друг друга, будто чужие. Они и правда были чужими. Но сейчас, что-то совершенно меняется в характере их взаимодействия. Меган ехидничает, театрально улыбается и все ее жесты кажутся хаффлпаффке неестественными. Это дружелюбие почему-то заставляет насторожиться. Возможно, если бы минутами ранее девушка не уснула над книжкой, то была бы сейчас собраннее и более внимательно относилась ко всем жестам слизеринки, но сейчас ей просто хочется немного расслабиться. Выдохнуть, снять с себя груз всех этих секретов и тайн, кошмаров, преследовавших ее ночами. Просто быть семикурсницей, которая готовится к завтрашнему занятию по заклинаниям, но у Ровсток на нее были  совсем другие планы.

- В общем, ты не заставляй ее нервничать еще больше и иди первая, чтобы она на меня ничего не подумала, встретимся у статуи двухголовой горгульи, лады? Только не убегай, - почти заговорщически произносит девушка и всем своим видом показывает, что ждет пока Белла сделает первый шаг. Фарли еще с минуту смотрит на нее пустым взглядом, то ли в надежде, что девушка окажется просто ее фантазией из снов и исчезнет сама, то ли проверяя настойчивость и серьезность намерений. Но не дождавшись от Ровсток никакой интересной реакции лениво собирает разложенные вещи в школьную сумку, а затем берет справочник и поднимается с места.

Тихий вздох и Фарли разворачивается к девушке спиной, отчетливо понимая, что не сможет нарушить молчаливое согласие и останется ждать слизеринку у горгульи, несмотря на то, что это не сулило ей ничего хорошего.

- Мадам Пинс, - начинает говорить девушка мягким голосом, возвращая книгу библиотекарше, - я Вам очень благодарна за помощь. Я очень рассчитываю получить высокий балл за свой доклад.

Белла даже улыбается, своей ангельской улыбкой, выражая искреннюю благодарность и мысленно думая о том, что в случае чего Пинс может стать соучастником в их "деле". Ведь она согласилась дать ей эту книгу. Более того, она вынесла ее из запретной секции. От этой мысли у Фарли начинает кружиться голова и она, быстро попрощавшись с женщиной спешит выйти из библиотеки. Подальше от этих книг.

В большом полупустом холле на удивление тихо и прохладно. Это действует на Фарли успокаивающе. Она аккуратно, нерешительно подходит к статуе и оглядывается по сторонам. Так выглядят неумелые преступники. Осторожные, тревожные и сомневающиеся в своих действиях, будто даже в выражении их взгляда написано "я не умерен, что мне стоит это делать". Девушка заламывает руки за спиной и пытается дышать ровно, сохраняя остатки самообладания.

— Беееееллоооочкааааа, - спустя несколько минут протяжный голос Меган с нотками приторного самодовольства раздаются где-то рядом и это заставляет Фарли развернуться на звук. Она еще с минуты внимательно слушает сокурсницу и даже не отдергивает руку, когда девушка кепко сжимает ее в своей, но в этом во всем все равно было что-то настораживающее. "Женские посиделки". Белла и в своей-то факультетской спальне избегала подобных мероприятий, что уж говорить об откровениях с тем, кого не так хорошо знаешь.

- Слушай, Меган, - наконец решает ответить Белла, выдержав минутную паузу, - я не уверена в том, что это все хорошая идея. На самом деле я думала обратиться к Помфри, если буду понимать, что не справляюсь. И вроде как, я пока справляюсь. Если тебе нужна моя помощь - хорошо. Я согласна помочь тебе, но если для этого потребуется нарушить пол сотни школьных правил - то это не ко мне.

Она поправляет ремешок сумки, который сполз с плеча и скрещивает руки на груди. Говорят, что зажатые и закрытые позы показываю недоверие и абсолютно точно, Белла еще до конца не решила, доверяет ли она Ровсток или нет.

- Что ты хочешь сделать? - напрямую интересуется хаффлпаффка, - и с чем тебе помогал Джейк?

+1

15

Нетерпеливая. Жадная. Меган ни на мгновение не выпускает прохладную ладонь Беллы из своей, непривычно горячей, словно температура тела вдруг резко подскакивает до лихорадочных показателей. Фарли не зря считается одной из самых умных волшебниц на курсе: она внимательна, осторожна и ведома настолько, насколько сама позволяет. Ровсток почти восхищена, несмотря на то, что уговаривать упрямицу у нее нет ни времени, ни настроения.

- Мерлин и все основатели, Беллочка! – она ослабляет мертвую хватку, чтобы красноречиво всплеснуть руками. – Разумеется, это отвратительная идея, хуже не придумаешь. И, давай начистоту, ты ничего не ожидаешь от Помфри, иначе бы уже давно к ней обратилась. Мы обе знаем, что у тебя не банальный насморк и не перелом лучевой кости, но старушка давно растеряла все навыки, и два этих недуга – ее потолок. Если тебе не нужна моя помощь, я настаивать не стану, хоть мне и ужасно интересно, что на самом деле кроется в этой благодетельной, невинной головке, - слизеринка делает шаг навстречу, как если бы в самом деле собиралась разглядеть на застывшем, напряженном лице Беллы нечто нетривиальное, вместо припаянной к нему бледной маски усталости и недоверия. Мэг это отнюдь не обижает, она сама – чаша, переполненная тайнами, льющимися через край черной, липкой субстанцией. Все светлое окрасилось и смешалось. – Но ты не справляешься. И я тоже.

Она понижает голос до шепота и заводит однокурсницу за угол, в кромешную темноту, за которой тянется пустынный, продуваемый сквозняками коридор. Резко останавливается, оборачивается через плечо и произносит едва разборчиво, так, чтобы Фарли пришлось поднапрячь слух:

- Нет таких правил.

На нее смотрит тугой узел из переплетенных нервов. Скрещенные предплечья, колени, поджатые губы – все говорит о том, что с куда большей охотой староста барсуков развернулась бы и ушла прочь, оставив ее разбираться со своими проблемами в одиночку.

Она понятия не имеет, как много Ровсток наворотила, и что самой ей не справиться.

- Да все будет нормально! Мы просто начнем варить жуть какое занятное зелье, оно поможет мне избавиться от одной… неприятности, - уклончиво объясняет девчонка, не придавая значения тому, насколько двусмысленно звучат ее слова. – Кстати, если ты запомнила рецепт «своего», то я к твоим услугам. Так сказать, выступлю в роли независимого ассистента, - она неожиданно фыркает. – Ну надо же… Прости-прости, просто это так удивительно.

Что именно ей кажется удивительным, Меган вслух не озвучивает. В любом случае, все происходящее между ними, все, о чем они обе недоговаривают, выходит за всевозможные рамки.

- Сюда, - темнота давит на веки и оглушает. Мэг проходит вдоль стен, невесомо касаясь прохладной поверхности кончиками пальцев, зажигает прогорклые свечи, заточенные в канделябрах. – Не поверишь, но твой брат тоже помогал мне варить зелье. Прямо здесь, в этом кабинете.

Она плакала у него на плече от страха быть отвергнутой. От злости и разочарования. От бессилия и никчемности инструментов, нисколько не содействующих ей в бесчисленных попытках достичь желаемого. У Ровсток тогда впервые опустились руки, а рядом не оказалось никого, кроме Джейка Фарли. Парня, которого она несправедливо считала недостойным ее лучшей подруги, но оказавшегося надежнее всех, кого она когда-либо имела несчастье узнать.

Даже если они больше никогда не возвращались к этой теме.

«Что насчет тебя, Белла? Настолько ли ты благородна, как твой возлюбленный близнец?»

Мэгги использует манящие чары, чтобы притянуть в заброшенную аудиторию котел и все необходимые ингредиенты, забирается с ногами на пыльную парту и принимается небрежно болтать ступней, с которой вот-вот слетит ее вычищенная до блеска туфелька.

- Беллочка, ну чего ты такая кислая? - пеняет не совсем внятно: во рту у нее простая черная резинка для волос, которые она заделывает в замысловатую и не очень опрятную прическу. – Наше развлечение обещает быть сугубо академическим, все как ты любишь. Улыбнись. О, ну наконец-то, - Мэг обращается к небольшому, но увесистому котелку, прилетевшему прямиком в ее приветливо распахнутые ладони.

- Если выжмешь сок из белладонны и дурмана, я буду тебе крайне признательна, - разводя под котлом огонь, Ровсток оборачивается к Белле, и в густом полумраке мерещится, будто она ей подмигивает.

Игра теней и двух девочек, у который в самом деле нет ничего общего.

+1

16

[icon]https://i.ibb.co/r4FnKL4/lie.png[/icon]

Меган удивительно активна и бодра. Она настойчива, напориста, не уговаривает, а буквально заманивает Фарли в свою авантюру. Ее елейное «Беллочка» словно заклинание, заставляет хаффлпаффку безоговорочно подчиняться. Молча потакать каждому движению и каждому жесту. Она ведь даже не сразу замечает, как обе они уже отошли от библиотеки, спустились с лестницы и снова погрузились в полумрак одиноких школьных коридоров. И не успевает вставить ни единого слова поперек, молча слушая ее голос, будто мантру.

– Да все будет нормально! Обычно так говорят, перед тем, как случится что-то плохое.

- Нет таких правил. Скорее всего это значит, что правила все таки будут нарушены.

Однако Белла не улавливает эти маркеры, а заходит в густую темноту класса следом за Ровсток. И кажется, будто обратной дороги уже нет.

Меган по-хозяйски, одним взмахом, зажигает свечи и класс озаряется мягким и теплым светом. Белла по прежнему завороженно рассматривает комнату и никак не может очнуться. Так и пребывает в каком-то медитативном состоянии, будто вот-вот готова отключиться. Слизеринка тут же организовывает пространство и перед девушками оказывается большой котел, алхимические приборы и инструменты. Белла успевает заметить, как Меган аккуратно вынимает своими тонкими длинными пальцами рецепт зелья.

В школе было много бесхозных помещений, в том числе классы и кладовые, которые многие студенты использовали в своих целях. Это казалось неизбежным, ведь в таком огромном замке было удивительно многолюдно. А каждому рано или поздно хотелось немного личного пространства. Но именно в этом классе Белла не была ни разу. Именно поэтому ей потребовалось немало времени, чтобы все рассмотреть.

Обветшалые школьные парты со слоем пыли, сломанные инструменты и приспособления для занятий, брошенные небрежно пергаменты в углу, а где-то даже белела паутина. Несмотря на все это, было видно, что Ровсток пришла сюда не в первый раз. И тогда Фарли невольно задумывается о том, чем же слизеринка могла заниматься здесь и каким образом Джейк оказался в этом же кабинете в прошлом. Неужели история повторяется? Под звонкий голос девушки, мысли хаффлраффки лениво копошились в голове, заставляя потихоньку приходить в себя.

- Наше развлечение обещает быть сугубо академическим, все как ты любишь. Улыбнись, - вылавливает указание Фарли и тут же повинуется, даже не задумываясь. Она натягивает улыбку, слабую, неуверенную, но улыбку. И Ровсток остается довольна результатом.

Слизеринка не дает Фарли сказать, командует и дает указания четко и ясно. Отчего староста только вздыхает. Она думает о том, что страшнее: зелье, которое она помогает варить или ее согласие на такую авантюру. Ведь Белла староста! В ее прямые обязанности входило следить за порядком и не допускать сомнительных авантюр. И вот она в итоге становится пособницей! Какая ирония.

Белла наконец отходит от входа, подходит к столу и среди всех разложенных ингредиентов и инструментов берет листья и стебли белладонны. Где она их взяла? Затем аккуратно выкладывает в глубокую чашку, словно готовит вкусный пирог. Для чего ей это зелье? А после начинает раздавливать и растирать листья, превращая все в зеленую кашицу. От чего ей хочется спастись?

Круговые движения и работа руками действует на хаффлраффку успокаивающе. И она наконец отрывает взгляд от растения и всматривается в уверенные движения Меган.

– Больше всего яда содержится в корнях, - невпопад, буквально после десятиминутного молчания говорит Белла, будто Ровсток только что спросила ее об этом, - особенно в конце вегетационного периода. В средневековье из белладонны готовили мазь, которую использовали во время судов над ведьмами. А для каких целей собралась использовать ее ты? Раз уж мы теперь напарники - никаких секретов.

Белла останавливается и смотрит на результат, затем аккуратно отделяет мякоть  от сока и переливает получившееся в небольшую пробирку. Затем ставит ее в подставку, берет следующий ингредиент и принимается делать тоже самое с дурманом.

Удивительная смелость вдруг нашла на хмурую Беллу, которая в обычный день вела бы себя иначе. Она бы не согласилась на такую авантюру, упрямилась бы до конца и вовсе не уснула бы над книгой в библиотеке. Но после этого дурацкого похода в запретный лес, что-то внутри нее перестало быть прежним. Осталось только понять как теперь с этим жить.

– Что написано в твоих заметках? Сколько капель дурмана тебе нужно?

Белла беспардонно перебивает Меган, считая, что вежливость можно отложить, когда имеешь дело с таким сложным зельем и ядовитыми ингредиентами. В конце концов, лишняя капля и обе они попадут в ситуацию, когда ничего исправить уже нельзя. Одна станет жертвой, а другая - преступником.

Отредактировано Bella Farley (01.05.24 20:14)

+1

17

Вот так просто? Фарли сама не своя: светлый взгляд стекленеет, словно хмурое небо разверзается и приглушенно гремит где-то вдалеке, пока ты спешно закрываешь окна на надежную задвижку, плотно зашториваешь и с головой прячешься под одеяло. У Фарли слишком бледное и слишком неживое для такой правильной девочки лицо. Староста и отличница – это как клеймо на всю жизнь. И у Меган где-то под ребрами пылает и жжет свое собственное.

«Восковая Белла» настолько послушная, что приходится замереть и порыться в памяти - уж не использовала ли ненароком запрещенное заклятие подчинения, пока хаффлпаффка сладко посапывала на библиотечном столе?

Она в самом деле превосходно справляется. Достаточно обратить внимание на то, как порхают над котлом изящные пальцы, утопая в густом, молочном дыме, как беспрепятственно и невесомо режут ядовитый корень белладонны, будто в насмешку названной в ее честь – ладонь не дрожит, не запинается ни на мгновение. Ровсток сама не замечает, как задумчиво трет глаза, размазывая тушь и черный карандаш по векам.

- Жуть какая, - откликается она на сессию познавательных фактов, слизанных из, позвольте предположить, толстенного фолианта по Истории магии, который, кроме ботанеющих близнецов, никто в школе наверняка и не читал. – Как славненько, что мы живем не в средневековье, согласись? Хотя, большинство из бедняг и ведьмами-то не были, - слизеринка ведет плечом, как если бы хотела таким образом поправить сползший с него ремешок от портфеля или лямку ночной рубашки. – Я никого не собираюсь мучить или травить, если тебя это так беспокоит, - Ровсток закатывает разноцветные глаза и, порывшись в глубоких карманах мантии, высыпает на стол горсть белых веточек. – Это зелье исключительно для личного пользования. Я сама собираюсь его выпить.

Собираюсь умереть.

В сумке она находит пестик и без разбора принимается толочь им все, что минутой ранее выудила на свет. Белые веточки оказываются птичьими и рыбьими костями.

Осознав наконец, насколько неоднозначно звучит ее объяснение – будто она издевается или излишне драматизирует, Мэгги жеманно хихикает в мертвенно-бледный от порошка кулак и делает глубокий вдох, стараясь как можно аккуратнее подобрать слова.

Нельзя говорить Фарли о том, что снадобье, которое они здесь варят, даже не внесено в список изученных международной конфедерацией магов, а рецепт, что Мэг манипуляциям заставила ее достать – лишь подспорье для правильно подобранной дозировки лишь части ингредиентов. Если Белла узнает правду, она точно расскажет обо всем Спраут.

- Оно в самом деле ядовито, - отрицать очевидное глупо, хаффлпаффская староста хоть и наивна, как первокурсница, но не вчера же родилась. – И от него нет противоядия. Я собираюсь его изобрести.

Ровсток звучит уверенно и гордо, она давно продумала ответы на все неудобные вопросы, она превосходна в искусстве лжи буквально с пеленок, была вынуждена врать родителям, врать друзьям, врать себе. В какой-то момент она настолько погрузилась в эту пучину карамелизированной неправды, что перестала адекватно воспринимать реальность. Потом это естественным образом прошло, но привычка осталась, сидит на языке и лопается горечью, когда снова наступает время обманывать. 

- Ммм… думаю, четырех будет достаточно, - тон Ровсток настолько легкомысленен, что вызвал бы у профессора Снейпа неукротимый гнев, а у Слагхорна – праведный ужас. Какой реакции ожидать от Фарли Меган не знает, ей в общем-то все равно, это только ее дело и ничье больше. – Только не добавляй их в общий котел, я попробую сначала нейтральный вариант. Подержишь меня за ручку?

Белле, должно быть, легко делить все на черное и белое, сортировать людей, мол, этот хороший, этот плохой, этот отпетый негодяй (привет, Грэм), но велик шанс его исправить, перекроить, прочистить мозги, ведь есть, Мерлин свидетель, есть там еще что-то славное.

В Мэгги разглядывать нечего. Ее сколько ни препарируй – язык на замок, сердце на тысячу ключей, холодная, как айсберг, и улыбается морозно, даже если хочет по-доброму, искренне, губы все равно кривятся так, что во рту чувствуется этот химозно-сладкий, вишневый привкус.

- Выглядит, конечно, довольно мерзко, - резюмирует девчонка, лениво помешивая содержимое котла. Рука вздрагивает в последний момент, но Ровсток успокаивает себя тем, что зелье не окончено, не ядовито.

А следовательно – непредсказуемо.

- За твое здоровье, Беллочка, - в нос ударяет меловой, стерильный запах, в глубине души Мэг жаждет, чтобы Фарли ее остановила, взорвала в зажатых пальцах черпак, пошла и настучала на нее преподам.

Горло обжигает гнилостный кипяток, кажется, так и должно быть, они большие умнички, такие талантливые зельеварки, куда деваться.

- Ну вот, ничего страшного не прои… - хорошенькая мордочка однокурсницы расплывается перед взором слизеринки, как если бы кто-то попытался стереть ее с поля зрения. Становится очень жарко.

Жарко и темно.

Меган едва успевает ухватиться за край запыленной парты, прежде чем ударяется о нее спиной и теряет сознание.

+1

18

[icon]https://i.ibb.co/r4FnKL4/lie.png[/icon]

Фарли по прежнему заколдована происходящим процессом. Как ловко они все таки справляются с подготовкой ингредиентов. Будто всю жизнь работали у одного котла, перехватывая из рук в руки работу друг друга. Белла сама удивляется, как быстро утихает внутри нее тревога. Замечает это по тому, как в голове не остается никаких лишних мыслей кроме тех, что касаются процесса.

– Ммм… думаю, четырех будет достаточно, - легко отвечает Ровсток, и Фарли бормочет, что в сочетании с белладонной четыре капли - это много.

Меган будто не слышит или специально игнорирует это замечание, продолжая в шуточной манере испытывать судьбу на прочность. Это ставит Беллу на место. Здесь она не имеет права на решающий голос. Она лишь помощница_соучастница, на нее можно спихнуть всю вину, или опереться, если что-то пойдет не по плану. Но не более. Они не_подруги, чтобы рассказывать друг другу задушевные истории. Они не_приятельницы, чтобы попытаться вежливо помочь друг другу. Здесь они чужие друг другу. Дальнейшая работа проходит в молчании, под тихий звон пробирок с ингредиентами, кипение воды в котле и тихое шипение горелки.

– Выглядит, конечно, довольно мерзко, - резюмирует Ровсток, нарушая получасовое молчание. Она скептически смотрит на свое варево, поднося черпак к носу, и от Фарли не ускользает дрогнувшая рука слизеринки. Так бывает, когда стоишь на краю пропасти, готовясь прыгнуть, и в самый последний момент, когда у тебя еще есть шанс развернуться, что-то внутри начинает молить о пощаде. Но ты делаешь шаг вперед и все это было в итоге бессмысленно - ведь ничего уже не изменишь. Вот и слизеринка, все-таки делает этот шаг и это запускает цепочку непонятных, но решающих событий.

– За твое здоровье, Беллочка, - поднимая черпак к губам, произносит Ровсток. И когда, очнувшаяся от наваждения, Фарли резко приближается к девушке, чтобы выхватить его, та уже успевает сделать несколько глотков.

Белла слышит комментарий слизеринки, и только потом приближается к ней. Именно в таком порядке все это произошло. Оказываясь слишком близко к котлу, терпкий запах зелья проникает в нос Беллы настолько сильно, что у нее начинает кружится голова. Девушка крепко хватается за стол двумя руками и в следующее мгновение замечает, что Ровсток теряет равновесие, даже не пытаясь ухватиться за что-то. Гулкий звук ее падающего тела раздается так громко, что Фарли охватывает самый настоящий ужас. Хаффлпаффка снова пытается резко, одним ловким движением поймать Меган, помочь ей, защитить, но успевает только опуститься на колени рядом. Что же произошло?!

Медленные, вялотекущие мысли начали хаотично двигаться с удвоенной скоростью, биться в черепной коробке, как глупые мухи об стекло. Также быстро сейчас стучит ее сердце. Девушка трясет Меган за плечи и чувствует, как дрожат теперь ее руки.

– Ровсток! - Белла срывается на крик и он выходит таким отчаянным, что буквально разрывается сердце. Так кричат не люди, а звери, жалобно и протяжно.

– Меган, очнись! - добавляет чуть позже, переставая трясти девушку, аккуратно опуская ее на пол, обвивая ее голову ладонями, ощупывая, на наличие открытых ран или ушибов, - нет-нет-нет.

К глазам тут же подступают слезы и Белла ловко смахивает их одной рукой. Она проверяет дыхание слизеринки, прикладывая ухо к ее груди, но не может сообразить. Она слышит свое сердцебиение или нет?! Ею овладевает паника, именно поэтому движения дерганые и хаотичные. Она откровенно не знает, что делать и совсем не может собраться с мыслями, чтобы найти ответ.

Позвать кого-то на помощь?
Добежать до лечебного крыла?
Оставить Ровсток здесь одну и сходить за кем-нибудь?
Остаться здесь и просто ждать?

Фарли снова смахивает слезы, чтобы не мешали, а затем аккуратно кладет слизеринку в устойчивое боковое положение. Если вдруг Меган начнет тошнить, она хотя бы не захлебнется. После такого, определенно точно нужно идти к Помфри или к любой медсестре, что попадется на пути первой. Поэтому Белла решительно поднимается на ноги, но от быстрого и резкого движения у нее снова начинает кружиться голова. Требуется пару секунд, чтобы прийти в себя и не рухнуть рядом. Она нащупывает парту и опирается на нее, как на спасательный плот. Прикрывает глаза, в попытке вернуть кружащийся перед глазами класс, но от этих попыток, все еще быстрее начинает крутиться перед глазами. Голова отчего-то начинает болеть, пульсировать в висках и теперь уже Белла обхватывает ее своими ладонями, интуитивно, будто это способно помочь ей сейчас.

Свет в классе стал приглушеннее, будто кто-то потушил половину свечей. И теперь по стенам ползли тени, как щупальцы огромного осьминога, переплетаясь вместе с пылью, всеми неровностями и шероховатостями каменных стен. Фарли опускает взгляд в пол, но пытаясь сосредоточиться на своих туфлях, удержать взгляд на обуви чтобы не потерять равновесие и сознание, но замечает что-то странное. Сквозь каменные плитки, аккуратно выложенные определенным узором и сколотые в некоторых местах, начинает просачиваться черная жидкость. Как кровь, проступает через одежду, так и эта черная, густая субстанция заполняет собой пространство. Она растекается повсюду, окружает ее обувь, заползает под мантию Меган, которая лежит рядом.

Меган!

Белла снова кидается к девушке, только теперь пытается спасти ее от пребывающей воды. Падает на колени, хватает девушку за руки, тянет на себя, ощущая всем телом как холодная вода проникает под одежду. Девушка чувствует этот затхлый запах воды с озера, будто во время цветения и что-то сковывает ее тело настолько, что она уже не может ничего сделать, просто прижимает к себе слизеринку и наблюдает, как вода пребывает к ним обеим.

Это должно пройти, это все нереально. Это должно пройти, это все нереально, - повторяет про себя хаффлпаффка, как мантру, в надежде, что это действительно поможет.

Отредактировано Bella Farley (31.05.24 07:41)

+1

19

Падение длится недолго. Оно выбивает дух одним мощным ударом о дно, болезненно ноют лопатки и затылок, весь липкий от крови и спутавшихся в ней темных волос. Меган пытается закричать, но изо рта вверх вырывается лишь тоненькая вереница пузырьков, хочет пошевелить рукой, но не может и пальцем. Ледяная вода заполняет легкие покалыванием тысячи остро заточенных игл.

- Фарли! – зовет она, широко распахивая глаза в непроглядную темноту. – Фарли, пожалуйста, помоги мне! – и не остается никакой гордости, все желание уколоть и поддеть смывает очередная электрическая рябь в позвоночнике. Ноги путаются в водорослях, высоко уходящих к самой поверхности, а где-то вдалеке слышится размеренное гудение, с каждым мгновением становящееся все громче. Оно приближается неминуемо.  – Фарли! Вытащи меня! – голос слизеринки срывается на визг, ей уже давно не было так страшно.

Голова болтается из стороны в сторону, но Ровсток оставляет всякие попытки пошевелиться, что-то теплое и невидимое, с легким цветочным ароматом касается ее лица.

Здесь она полностью обнажена, и шквал эмоций обрушивается на нее полыхающей лавиной.

Мэг с трудом поднимает руки, чтобы закрыть ими ушные раковины, которые так настойчиво щекочут потемневшие нителлы.

Белла хватает ее за плечи в надежде привести в чувства. Кое-где сквозь каменную кладку прорывается бурая озерная растительность, она тянется к девушкам подобно ядовитым змеям, почуявшим опасность. Тени опоясывают аудиторию, превращая ее в филиал иллюзорной, находящейся вне времени и пространства преисподней, откуда им при любом раскладе не удастся сбежать. Звук, нелепо схожий с песнью китов, заполняет собой комнату, и тьма послушно ползет за ним, пожирая на своем пути весь оставшийся свет. Уровень температуры в кабинете падает практически до нуля.

Все еще бесцельно блуждая в лесу из водорослей, Ровсток неизбежно начинает вспоминать, а мягкий, взвинченный до предела голос хаффлпаффки тонет в китовьем крике.

Вспышка, и мама поправляет на ее детском личике глазную повязку, ослепительно сверкающую драгоценными камнями (это должно было ее утешить?), в которой Мэгги вовсе не нуждается. В Азкабане заключенным затягивают бечевкой руки на случай, если те вздумают использовать против своих палачей и дементоров беспалочковую магию или напасть на них с кулаками, однако, в поступке родителей маленькой Ровсток было нечто более извращенное, они словно не понимали, что выступают главными обвинителями собственного ребенка, который едва ли научился контролировать неожиданно проснувшееся в нем волшебство.

Вода прибывает все быстрее, становится чернее и гуще, от нее пахнет тухлой, давно сгнившей тиной.

Вспышка, и ее окружают девочки с факультета, тычут в нее пальцами и не подбирают уничижительных слов. В прическе Меган, как неопровержимая улика - блестящие заколки Селины, а на лице главной красавицы курса – неприязнь и отвращение.

Водоросль обвивает тонкую лодыжку Беллы и завязывается на ней узлом.

Вспышка, Ровсток сидит в пустом классе и прячет лицо в ладони. На стене перед ней мокрое пятно, а на полу - разбитый пузырек из-под любовного зелья.

В кабинете становится почти нечем дышать и совсем не остается света. Последние три свечи рассредоточились по разным углам, и их зеленоватое, болотное пламя постепенно гаснет.

Вдруг слизеринка резко распахивает глаза, таращится на Фарли, не моргая, капилляры лопаются, а ресницы становятся влажными от слез. Вспышки не прекращаются.

На полу в агонии корчится Фенвик. Тит, развалившийся в гостиничном кресле и не обращающий на нее внимания, над чем-то громко смеется со своими приятелями. Верх Астрономической башни и ворох рассыпавшихся под ногами бусин. Африканские джунгли и широкая белозубая ухмылка, сводящая с ума в самом неромантическом понимании. Чьи-то сколькие руки тянут ее на дно, касаются бедер и предплечий, шепчутшепчутшепчут, и хочется слушать их до бесконечности. Она захлебывается. Задыхается до спазматических хрипов в легких.

- Белла… - губы едва шевелятся, но Мэг вспоминает и то, как они пришли в заброшенную аудиторию, как поставили на огонь старый котел, приготовили зелье… малолетние волшебницы сварили плохо изученное снадобье, в состав которого входит немыслимое количество ядовитых, галлюциногенных трав – о чем они только думали? – Я сейчас… мне… - взгляд слизеринки становится более осознанным, она приподнимается на локтях, из последних сил отодвигаясь от Фарли на безопасное для той расстояние (надо же, в кои-то веки заботится о других?), и ее выворачивает наизнанку мощной струей черной воды. Мэгги закашливается, из ее горла лезет склизкий мох, она вынуждена вытаскивать его самостоятельно трясущимися пальцами, засунутыми в рот.

Сразу становится легче. Девчонка вытирает губы мокрым рукавом и, покачиваясь, садится на колени, чтобы как следует оценить обстановку. Она снова в Хогвартсе, и больше ничто не утащит ее обратно.

- Не представляешь, как я рада тебя видеть, - усмехается Ровсток, пряча страх и стыд за неуместным сарказмом. - Почему оно не пропало? – брезгливо обрывая режущим заклинанием тянущийся к ее запястью водорослевый побег, спрашивает Меган, про себя отмечая, что с тех пор, как она очнулась, воды натекло уже по пояс. – Нужно это убрать. Ты дружишь с домовиками? Вы ведь живете возле кухни. Ладно-ладно, я пошутила. Я облажалась, мне и наводить порядок... Эм, Фарли, ты только, пожалуйста, не кричи и не дергайся, просто ползи в мою сторону, хорошо?

Тень от стены отрывается и медленно тянется к взлохмаченным русым волосам, почти касаясь выбившейся пряди, когда Мэгги ее замечает.

«Только бы оно ее не сожрало. Монтегю мне потом шею свернет»

+1

20

[icon]https://i.ibb.co/r4FnKL4/lie.png[/icon]

Ощущения были столь реальны, что у Фарли закрадывались серьезные сомнения в нереальности происходящего. Черная, словно нефть (если бы Фарли знала, что это такое) болотная вода заполняла пространство старого заброшенного класса очень быстро. Просачивалась через самые маленькие трещины и зазоры. Девушка чувствовала холодную воду в своих туфлях, ощущала ногами, как она поднимается к ним все выше и выше, но удивительным образом не могла и пошевелиться. Она только посильнее подтянула слизеринку к себе и зажмурила глаза. Наверное, не будь она так напугана сейчас, то попыталась проанализировать ситуацию, а затем уже предпринять шаги по ее разрешению. Можно было бы действительно позвать кого-то на помощь или хотя бы выбраться из класса до того, как вода накроет их с головой. Однако девичье сердце стучало так гулко, что перебивало любые мысли.

Сознание приходит к слизеринке так же быстро, как она упала в обморок. Ровсток неожиданно дергается, поднимается на локтях и отталкивает Фарли от себя, отползая в сторону. Она ползет прямо по воде, погружая в нее руки и колени. Фарли успевает подумать, что теперь она никогда не забудет этот запах, прежде чем Меган начинает тошнить. Черная жидкость вырывается наружу и Белла хочет отвести взгляд, чтобы не смотреть, но по прежнему не может пошевелиться. Тело ощущается цельным, словно высеченным из камня, тяжелым. Даже на слезы не остается никаких сил. Слизеринка запускает пальцы в рот и силой вытаскивает склизкий мох или водоросли из своего горла. Староста чувствует, как от увиденного, тошнота подкатывает и к ее горлу. Однако Меган вдруг разворачивается к ней, вытирая рот рукавом своей кофты и все уходит на второй план.

Безумная Ровсток храбрится, находит силы на улыбку. Но Фарли не сдерживает своего шока. Кажется, это видно не только на ее болезненно бледном лице, но и в стеклянном взгляде. Белла боится теперь уже не столько черной и мутной воды в классе, сколько саму Меган и ее фантазий. О девушке ходили разные слухи, но Фарли не слишком им доверяла, да и в целом не сильно интересовалась жизнью других. Особенно за их спиной. Но сейчас, наблюдая все это, участвуя в этом ритуале, она невольно думала о том, что с Меган Ровсток что-то не так. Что-то сделало ее такой. Вынужденной защищаться колким юмором и елейной улыбкой, где бы она не была и в какой ситуации не оказывалась.

– Эм, Фарли, ты только, пожалуйста, не кричи и не дергайся, просто ползи в мою сторону, хорошо? - Белла не сразу понимает, что девушка обращается к ней, а потом тратит целую минуту, на то чтобы заставить тело снова слушаться. Она разминает пальцы рук прежде чем встать на четвереньки. Погрузив руки в воду, она чувствует шершавый каменный пол, но черная вода настолько сильно окрашена, что руки моментально исчезают из вида. Белла неуверенно двигается вперед. И хотя между девушками не больше двух метров, дорога кажется бесконечной.

Когда Меган оказывается на расстоянии вытянутой руки, Фарли неожиданно останавливается. Что-то тянет ее назад, что-то тягучее и плотное обвивает ее тело и Белла больше не может идти дальше. Она повинуется силе, которая обволакивает, вьется вокруг шеи, сдавливает горло и только сейчас хаффлпаффка хватается за свою шею. Какая-то сила вредила ей, словно накинутая на шею петля медленно, но неумолимо сжимала горло. Глаза Беллы тронуты страхом. Она пытается ослабить хватку, но не может даже ухватиться за своего обидчика. Дергается в воде, как маленький зверек, пойманный в капкан. Дергано, резко, так несуразно, что это даже вызывает смех. Последнее, что успевает сделает Белла - это прокряхтеть короткое и сдавленное «Меган».

Глаза хаффлпаффки закрываются и теперь ее очередь погружаться в мир грез. Ей в один миг кажется, что тело плюхается в эту черную воду и камнем остается лежать на полу. Плотная, тяжелая жидкость окутывает ее со всех сторон. Забирается в уши и глушит любые звуки, даже гул собственного сердца. Проникает в ноздри и тогда этот гнилой запах становится всеобъемлющим. Накрывает все тело, словно тяжелое одеяло, мешая двигаться и не позволяя сопротивляться. Белла удивительным образом чувствует облегчение от всего происходящего. Не нужно ничего делать и ни с кем бороться. Нужно только расслабиться и уснуть.

Сон приходит мгновенно. Картинки, образы, один за другим оказываются реальными, сотканными из воспоминаний. Фарли оглядывается по сторонам и не понимает где находится. Сотни, нет тысячи, стеллажей в темном полумраке и на каждом стоит тысяча, нет сотня тысяч, аккуратных шаров. Они мерцают, их содержимое переливается перламутром. Белла без страха и сожаления тянется к одному из них, а в нем видит собственную смерть. Неожиданное прозрение пугает и она пытается поставить шар на место. Не получается. Не получается все вернуть назад и оставить нетронутым. Теперь она проклята этим знанием и неизбежность, неотвратимость пугает не хуже монстра из темного леса.

Поэтому Фарли приходится бежать. Если не получается изменить ситуацию, то может получится сбежать от нее? Она срывается с места, перебирает ногами неосязаемый воздух, пытаясь придать своему телу скорости. Однако сложно бежать быстро, когда ты не знаешь куда бежать. Воздух неожиданно морозный, холодный, в нем нет запаха; в нем нет ничего. И остается только делать бессмысленные движения, наблюдая за тем, как эти бесконечные стеллажи с тайнами проносятся мимо тебя, как пейзажи за окном поезда. Поезда, который отходил с лондонского вокзала, с платформы, которая скрыта от взгляда магглов.

Неожиданные декорации на первый взгляд кажутся такими знакомыми и приятными. Каждый ученик школы знаком с этим моментом, когда родители провожают тебя в школу, когда крепко обнимают, беря с тебя обещание, что ты будешь писать им письма. Только на этот раз Беллу провожает не отец. Ее провожают незнакомые люди. Мужчина и женщина так волнуются. Они так любезны с ней, но в этой любезности нет совершенно никаких чувств. Фарли ощущает себя неловко, ей хочется побыстрее скрыться в вагоне, чтобы никто не увидел ее с этими людьми. Поэтому она хватает свою сумку и мчится в поезд, пробираясь через сотни учеников. Все они почему то обращают на нее внимание. Перешептываются, когда смотрят ей прямо в лицо, отводят взгляды. Ей становится не по себе, снова.

Свободное купе кажется таким привлекательным, в нем можно скрыться от всего: от шума, от косых взглядов, от лживых улыбок, от назойливого ощущения тревоги. Фарли усаживается на свое место и отводит взгляд в сторону, наблюдает из окна статичный пейзаж. Ей хочется занять удобное положение, расслабиться, откинуться на спинку сиденья и пофантазировать о чем-то своем. Однако как только она делает это, как только прикрывает глаза, то слышит, как в ее пустое купе кто-то заходит. Если сделать вид, что ты спишь, никто же не станет тебя будить? Фарли кажется эта идея привлекательной. Однако в нос ударяет какой-то неприятный запах. Он густой, терпкий, от него невозможно избавиться. Что-то идет не так. Белла открывает глаза, чтобы понять почему он возник и первое, что она видит - старуху.

Скрюченные нос и глубокие морщины делают внешний вид женщины каким-то неправильным, некрасивым. Коричневые пятна на ее коже моментально вызывают сильное отвращение. Ее внезапное появление заставило сердце биться сильнее, а дыхание затихнуть от страха. Ведьма, а это была именно она Фарли не сомневалась в этом, с огнем в глазах и зловещей улыбкой на искаженном лице, словно призрак из кошмара, медленно приближалась к ней. Такое столкновение с этим зловещим существом окутало хаффопаффку мраком неизвестности и подстерегающей опасности, заставив ее вглядываться в бездонные глазницы, словно в пропасть. Она не могла отвести глаз, как сильно бы не пыталась.

Девушка открыла рот, чтобы закричать, но из ее рта не вырвалось ни звука, словно горло заполнилось той самой черной водой. Последнее, что она успела сделать, это закрыть глаза от страха, приготовившись к худшему, к неизбежному, к неотвратимому. Однако в следующий момент, когда она откроет глаза ведьма куда-то исчезнет, а вместо нее появится Меган и старый заброшенный кабинет в котором юные волшебницы нарушили парочку школьных правил.

+1


Вы здесь » Drink Butterbeer! » Time-Turner » 08.11.96. Somnambulists