атмосферный хогвартс микроскопические посты
Здесь наливают сливочное пиво а еще выдают лимонные дольки

Drink Butterbeer!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Drink Butterbeer! » Time-Turner » 22.06.96. Реквием по сове


22.06.96. Реквием по сове

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

https://forumupload.ru/uploads/001a/2e/af/593/946567.gif https://forumupload.ru/uploads/001a/2e/af/593/575297.gif
Anna Mirfield, Anthony Rickett
22 июня 1996
Хогвартс

Павшим героям поём мы славу.

[icon]https://i.ibb.co/Y0JxFJj/THORESEN.png[/icon]

Отредактировано Anna Mirfield (06.07.23 22:31)

+2

2

Нужно было что-то делать, но Анне, как назло, на ум не шло ничего дельного. И начать надо было, наверное, с того, чтобы вытереть поплывшие глаза и стереть потекшую подводку, а потом обернуть тельце совы собственной мантией и начать делать что-нибудь, хотя где-то очень глубоко внутри Анна понимала, что делать что-то уже поздно. Надо найти хозяина этого бедного совенка, подумала Анна, но одна только мысль, чтобы показаться на глаза перваку, потерявшему сову, вызывала приступ легкой паники.

Она не очень хорошо знала хаффлпаффцев - пересекалась по обязанностям старосты с Фарли и Тейтом, немного общалась с Лианной - и то только в компании Кэти - слышала про Чонси и Фоули, но на этом и все. Среди них наверняка было немало хороших людей, но ни к кому из них Анна не пошла бы с подобной проблемой на руках. За исключением Тони, потому что ему эта сова была знакома как никогда хорошо. Проблема заключалась еще и в том, что она лишь смутно представляла себе, где его искать - не по всей же школе бегать с криками, Тони, ты где, выходи?!

Поэтому начать решила с гостиной барсуков, и хоть тут ей повезло, наверное, впервые за последние несколько недель, когда сначала экзамены, чуть ли не всю душу из нее вынувшие, потом Амбридж с ее наказанием, а теперь еще и полумертвая сова на руках, как будто всего остального было мало. Не дочищенные кубки оказались забыты (как потом выяснится, до них уже никому не будет дела), а Анна спешила к подземельям.

- Слушай, ты знаешь Энтони Рикетта? - спросила она первого попавшегося третьекурсника, идущего со стороны хаффлпаффских комнат. И, дождавшись, пока третьекурсник внимательно изучит сначала ее саму, задержав взгляд на префектском значке, и невнятный комок мантии в ее руках, а потом неуверенно кивнет, продолжила:

- Если он в гостиной, можешь позвать его, пожалуйста? - кажется, мантия пропиталась насквозь, во всяком случае Ане казалось, что пальцы у нее влажные и дело было вовсе не в тех слезах и растекшейся подводке, что она вытерла со своего лица. Но она старалась об этом не думать.

В конце концов, она просто растерялась.

Твоя магия испортила мне всю жизнь, - так и слышится Анне в тихом шорохе подземелий, потрескивании подсвечников и глубоких звуках откуда-то из недр замка, ведь в Хогвартсе никогда не бывает абсолютной тишины - замок живет и дышит, существуя в каком-то своем ритме, и ему совершенно недосуг, какие там маленькие драмы случаются у шестикурсников и их домашних животных. Ты должна быть сдержаннее, Анна, - вторит призрачный голос отца.

- Смотри, что ты натворила, Мирфилд, - тихо самой себе говорит Аня и пытается прислушаться к дыханию из свернутой кульком мантии, но не слышит ровным счетом ничего.

[icon]https://i.ibb.co/Y0JxFJj/THORESEN.png[/icon]

Отредактировано Anna Mirfield (19.07.23 08:43)

+2

3

Конец июня в Хогвартсе – время обычно сонное и бестолковое. Экзамены сданы, мысленно многие уже дома, и в гостиной то и дело повисают ленивые паузы, обрываются на полуслове разговоры, а самым популярным занятием становится бездумное разглядывание потолка. Кажется, что все темы давно обсудили, новые заводить нет смысла, большая часть жильцов замка уже сидит на чемоданах, а сама школа превратилась в затертую одежку, которая своим подросшим студентам не по размеру, и они ждут не дождутся возможности сбросить ее, как ставшую маленькой за учебный год форму.

Этим летом у долгих пауз есть и другие причины – совсем недавно стало известно о возрождении Волдеморта, и ученики Хогвартса, которые если и застали времена тирании темного волшебника, то совсем их не помнят, теперь пытались понять, что делать, когда давняя страшилка из родительских рассказов вдруг стала реальностью.

В окружении Тони, кажется, никто ни до чего особенно не додумался: не было ни паники, ни бравурного куража, даже разговоров об очередном подвиге Поттера старались не заводить. Будто все разом условились пожить и подождать, что будет. А там, мол, посмотрим.

Устроившись в креслах за одним из круглых столов, Рикетт и Флит негромко обсуждали грядущий выпускной семикурсников: Герб рассказывал, что кто-то из Рейвенкло хочет зачаровать стул под Снейпом, чтобы тот ровно в девять вечера превратился в козла. Тони всеми фибрами души надеялся, что этим смельчаком окажется не Джей – для Сэмуэльса хотелось долгой и счастливой жизни, а разъяренный профессор зелий сводил шансы на это к нулю.

- Тони! – запыхавшийся Артур с третьего курса перебил Герберта на полуслове. – Тебя староста ищет, она там, - он махнул рукой в сторону выхода. – Как к лестницам поворачивать.

Сердце Рикетта подпрыгнуло аж к кадыку и тревожно затрепыхалось где-то там. Староста? Селина?..

С Мур они не разговаривали уже несколько недель – с того самого дня в библиотеке. И это было хорошо, это было правильно, это жутко его мучило, но по крайней мере давало наконец дышать – так какого драккла ей взбрело в голову все начинать сначала?

- Угу, - совладал наконец Тони с голосом и поднялся. – Пойду узнаю, что стряслось.

- Порядок, Рикетт? – уточнил Флит, провожая его настороженным взглядом. Тони снова угукнул в ответ и направился к бочке у входа.

Мелькнувшие в полутьме коридора светлые волосы заставили сердце Рикетта рухнуть от кадыка куда-то там в район пяток, но почти сразу он понял, что это все же не Мур. Аня. Об Ане он почему-то не подумал – наверное, потому что она никогда не искала его у гостиной, ограничиваясь парой слов у учебных кабинетов да встречами в пустом классе для зубрежки, которые, впрочем, из-за сданных экзаменов уже сошли на нет.

- Хэй, Ань, - Тони махнул рукой, не понимая, чувствует он все же больше облегчение или разочарование, но почти сразу выбросил это из головы, стоило ему получше рассмотреть гриффиндорскую старосту.

Ведь на Мирфилд буквально лица не было.

- Что случилось? – встревоженно спросил Тони, а потом обратил внимание на какой-то сверток, завернутый в мантию, в который Аня судорожно вцепилась. Ткань была в странных разводах, а между складок едва проглядывало что-то пестрое – будто птичьи перья.

– Можно я посмотрю? – спросил Рикетт, пытаясь осторожно раздвинуть края свертка и не поддаваться накатившим подозрениям, что такое оперение он где-то уже видел.

+2

4

Долго ждать, баюкая сверток, ей не пришлось, но распознать выражение лица Рикетта в уютном полумраке этой части подземелий она не смогла, да и в тот момент это интересовало ее меньше всего. Может быть, это все-таки не кровь, а ей просто кажется, и это у нее руки просто вспотели, а вместе с ней и целая мантия. Да и откуда из такого маленького совиного тельца вдруг столько крови, он же не больше кулака размером, там и крови-то должно быть две пипетки, не больше. 

- Тут...вот... - бессвязно пролепетала Анна, и ее собственный голос послышался ей до невозможности тоненьким и плаксивым, как у капризной обиженной первокурсницы. Такая детская манера разговаривать особенно раздражала ее отца, и Анна довольно быстро научилась держать свой голос бесстрастным и ровным, отчего порой казалась старше своего возраста. Как же она сейчас ненавидела себя за эту слабость! Почему-то перед Тони ей хотелось казаться сильной, веселой, когда никакие проблемы ей нипочем, и самая большая из них - это сбежавшая трансфигурированная лягушка.

- Это Мистер Перышко, - протягивая сверток Тони, добавила Аня, потому что в кульке из мантии трудно было разобрать хоть что-то, хотя пестрые перья проглядывали и тут и там. - Он в трофейном зале в вазе сидел, я пыталась его у Монтегю забрать. И на него рыцарские доспехи упали.

Сбивчиво объяснила староста, не понимая, что может сложиться впечатление, будто доспехи упали на Монтегю, а не на птицу. Уж в этом-то случае она бы не пошла к Тони жаловаться, скорее - в гриффиндорскую башню в доброй вестью о том, что наконец укокошила мерзкого слизеринца, так может МакГо ей еще и накинула призовых баллов сверху за героическое деяние. Потому что вряд ли найдется гриффиндорец, который не пострадал от неуёмной натуры Монтегю.

Но ей не хватило духу сказать, что это она во всем виновата, что это из-за нее упали доспехи и попали прямо на совенка. Хотя куда логичнее бы было обвинить во всем этого психа Монтегю и успокоить свою совесть, мол, это он плохой, а она тут хорошая и вообще, она хотела сову спасти, а не угробить, это все он виноват, придурок, что вообще полез отнимать у нее Перышко. Оставил бы в покое - и ничего не случилось бы.

- Я не знаю, что делать, - призналась она в собственном незнании. Животные всегда вызывали у нее инстинктивный страх, который шел из детства, с того самого нападения бездомной собаки, поэтому и УЗМС она никогда не жаловала и продолжать изучать не стала, чем, вероятно, расстроила добродушного великана, преподающего Магических животных. Единственное живое существо, которое относилось к ней более менее равнодушно и даже могло проявлять какие-то признаки симпатии, был ее старый толстый кот, который был слишком ленивым для того, чтобы демонстрировать в принципе какие-то эмоции, отличные от постоянного желания поглощать кошачий корм. И Анну это вполне устраивало. Она не хотела ничего менять и тем более возиться с чьими-нибудь плохо воспитанными птицами.

[icon]https://i.ibb.co/Y0JxFJj/THORESEN.png[/icon]

Отредактировано Anna Mirfield (19.07.23 10:03)

+1

5

Оперение казалось Тони знакомым, потому что про Мистера Перышко в последнее время часто вспоминали в барсучьей гостиной.

Хозяин совы, неловкий первак, такое же взъерошенное недоразумение, как и его питомец, птицу явно очень любил. Вот только делал это инфантильно, по-детски, чаще мучая Перышко, чем заботясь о нем. Неудивительно, что весьма свободолюбивый совенок нередко сбегал от удушающей опеки и не появлялся на глаза владельцу по несколько дней.

Пропал он и в конце июня, и сначала никто не придавал этому значения. Но время шло, до отъезда из школы оставались считанные дни, и мальчишку потихоньку начинали готовить к тому, что Перышко покинул его навсегда, став вольной птицей в шотландских лесах.

Сам Тони считал, что бешеный совеныш еще вернется. Но точно не думал, что вот так.

- Это Мистер Перышко, - подтвердила Аня то, о чем Рикетт уже и сам догадывался. И протянула сверток. Забирая его, Тони почувствовал, как руки пачкает что-то липкое. Ладони Ани блеснули красным.

- Опять Монтегю? – он торопливо развернул сверток. – Ох е…

Вообще-то в прошлый раз слизеринец пытался Перышко лечить. Методы, конечно, выбирал очень сомнительные, но все же. Но теперь на тельце совы не было видно никаких особых попыток ее спасти. Если было еще что спасать.

Безжизненное тело совенка казалось совсем легким. Тони положил его на пол, подстелив грязную гриффиндорскую мантию, и аккуратно коснулся пальцами того места, где обычно бешено трепыхалось мелкое птичье сердце. Ничего. Рикетт несколько раз слегка нажал на грудную клетку, потом без особой надежды сколдовал Оживляющее и наконец поднялся на ноги, озадаченно глядя на то, что совсем недавно было до ужаса беспокойной совой.

- Наверное, уже ничего, - медленно сказал он Ане. – Из меня так себе ветеринар, но… - Тони покачал головой, а потом посмотрел на гриффиндорку.

- Слушай, ты молодец, принесла его... Еще и с Монтегю из-за этого… Прости, в общем. Ты как? Сильно испугалась? – участливо спросил он.

Такой расстроенной Тони Мирфилд еще не видел. Но это было и понятно. Сколько бы Рикетт ни говорил, что не любит животных, вид мертвого совенка – того самого, что клевался как бешеный и приносил одни только неприятности, - что-то переворачивал даже в нем. А ведь еще придется как-то сказать об этом владельцу. Или не говорить?

Ладно, это потом. Пока надо убедиться, что Аню это все не слишком потрясло. И что Монтегю не успел ей навредить. Грэм ведь иногда берегов совсем не видит. Драккл, неужели это он зашиб бедного Мистера Перышко? Историю с доспехами Тони не очень понял.

+1

6

Только отдав скомканную невнятного вида мантию, Анна заметила на своих руках что-то красное, и отупело уставилась на собственные ладони так, будто впервые в жизни их видела. Она не боялась вида крови, в этом мире вообще было мало того, что могло ее действительно как-то напугать, если это только не огромные дворовые собаки и не разгневанная профессор МакГонагалл, потому что в этом случае Анна предпочитала встретиться лицом к лицу с собакой, чем с деканом. Но то опасение, что она старательно загоняла вглубь себя, что это вовсе не кровь совы, а просто...просто что-то другое, вдруг вылезло со всей своей ужасающей ясностью, что прятаться от него стало попросту нереально. Это была именно что кровь, и она переливалась бордовым в теплом свете настенных факелов, пока Анна завороженно рассматривала руки, чуть поворачивая их то так, то эдак в свете огня, пока Рикетт осматривал тельце несчастной совы.

А потом он подтвердил, что делать ничего уже вовсе и не нужно, и Аня все прекрасно поняла и без лишних слов. Она не двинулась с места и продолжала держать ладони перед собой, словно некую драгоценную святыню - боялась опустить вниз и испачкать, помимо мантии, еще и школьный жилет и юбку.

- Ничего? - внезапно севшим голосом переспросила Анна, потом замолчала и как-то резко, рвано выдохнула, как будто собиралась разрыдаться прямо здесь. Она на самом деле чувствовала какое-то мерзкое щекочущее чувство в горле, котрое появляется, когда рыдания теснятся где-то глубоко, но все еще не находят выхода. И она не собиралась давать им выхода. Назад, глупые!

- Да я...нет. Я в порядке, - не сильно уверенная в своих словах, ответила Анна и протянула Тони руки жестом, каким ребенок протягивает взрослому испачканные после сладостей ладони. -  У меня только руки все в... Ты не поможешь? У меня палочки с собой нет.

Филч сразу предупредил, чтобы они не вздумали пользоваться магией, и Анна ее попросту не стала с собой брать, чтобы не возникало соблазна ею воспользоваться и тем самым нарушить запрет. Смотритель, может, и сквибб, но магию чует за милю, как и его кошка, и новые проблемы в довесок к тем, что у нее уже были, Анна получить не хотела. Только вот проблемы сами ее нашли.

- Надо, наверное, сказать мальчику о совенке, - продолжила староста. - Я скажу. Это ведь из-за меня на него доспехи упали. Я не думала, что все так получится.

Все это было не больше, чем простая случайность, не то место и не то время, но Анна понимала, что должна сама рассказать, хочет она того или нет. Потому что это будет честно по отношению к первокурснику. Что бы она сама почувствовала, если бы с ее старым, толстым, ленивым котом случилось нечто подобное, а от нее бы скрыли сей факт? Он был не самым идеальным на свете питомцем, но, в конце концов, Анна его по-своему любила.

Осталось только подобрать подходящие слова, и куда-то убрать тельце, чтобы оно выглядело не так устрашающе. Вряд ли там зрелище, подходящее для одиннадцатилетнего ребенка.

[icon]https://i.ibb.co/Y0JxFJj/THORESEN.png[/icon]

+1

7

Говорить Ане о том, что Перышко мертв, Тони немного боялся. Все-таки они были в школе магии, где разбитое можно было починить, сломанные кости – срастить, а любое проклятье – обратить вспять, поэтому все неизбежное и непоправимое здесь шокировало особенно сильно.

И пусть даже отношения с птицей у Мирфилд не то чтобы задались, после того, как Аня принесла ее сюда, Рикетт понял, что она чувствует ответственность за бестолкового совенка. А к своей ответственности гриффиндорка относилась очень серьезно. По крайней мере, этим Тони объяснял себе, почему она не бросила заниматься вместе с ним после несколько неловкого разговора про поцелуи. Наверняка взяла на себя ответственность за лохматого хаффлпаффца, не сумевшего подружиться с лестницами, точно так же, как и за его-не-его глупую птицу. Мол, эти двое точно совсем пропадут без надежного присмотра.

Вот Перышко, собственно… Да.

Новость о том, что птенца уже не спасти, Аня восприняла все же спокойнее, чем опасался Тони. Хотя все равно что-то в ее голосе было такое, надломанное, и в какой-то момент Рикетту показалось даже, что она вот-вот заплачет. Не понимая, что делать, и боясь влезть с ненужными утешениями, Тони стоял сгорбленный, не зная, куда девать руки и взгляд. Не зная, чем тут помочь – если не Перышку, то хотя бы Мирфилд.

Оказалось, что чем-то помочь он все же может. Удивленно и настороженно Рикетт посмотрел на протянутые к нему ладони, липкие от крови, а потом увидел беззащитно-растерянный взгляд Ани. Глаза у нее были голубые-голубые. И теплые. Совсем не как у Селины, взгляд которой затаскивал в холодную бездну. Живые.

Драккл его знает, с чего Тони вдруг вздумалось сравнивать, да еще в такой ситуации, и, ругнувшись про себя (и на себя), Рикетт торопливо кивнул и лихорадочно зашарил в карманах, чтобы выудить свою палочку.

- Да, конечно, это ерунда, сейчас… - пробормотал он, больше не поднимая взгляда.

Крови было так много, что Тони, водя вдоль ладони девушки палочкой, опасался обнаружить на коже царапины, оставленные когтями или клювом. Но руки гриффиндорки оказались целыми и, закончив с чисткой, Рикетт неловко улыбнулся.

- Вот, теперь порядок. Могу помочь и с мантией, когда… уберем его отсюда.

Самым разумным будет отвести Аню в башню, передать в заботливые руки подружек, а с совой разобраться самому. Но Мирфилд как будто хочет еще больше себя доконать.

- Давай, может, я? Мы знакомы немного, и, ну… Будет лучше, если он узнает обо всем в гостиной, где многие смогут его поддержать, - предложил Рикетт.

Вообще-то он всерьез рассматривал вариант не говорить мелкому ничего вообще. Но тут лучше посоветоваться с кем-то, кто разбирается, как ладить с детьми.

- И это… - Тони серьезно глянул на Аню и сказал твердо: - Ты не виновата. Не знаю, что у вас там стряслось, но вряд ли ты хотела зашибить птицу. Он просто был, - Рикетт вздохнул, - бедовый.

Тони повернулся к лежащему на полу совенку. Вот же, глупый комок перьев, вздумал тоже… умирать.

- Наверное, лучше похоронить его самому, - задумчиво сказал он, припоминая, где в хозяйстве у Хагрида можно взять лопату. – Ты не против, если я принесу тебе мантию потом? Я почищу, не переживай, а могу вообще сразу домовикам отдать.

+1

8

Аня все-таки не разревелась. Щекочущее ощущение в горле побыло и пропало - за все эти годы Анна научилась с ними справляться. Отец не переносил вида женских слез, и это Анна поняла довольно рано. Стоило только ему заметить хотя бы тень влаги на глазах, как он невероятно раздражался, как будто слезы - нечто такое, появление чего ты можешь с легкостью контролировать, так же как собственные движения руками или ногами. И только после развода родителей Анна стала замечать за собой, что она вообще довольно плаксивая, как будто все те невыплаканные слезы за семнадцать лет ее жизни пытались найти выход именно сейчас.

Но рыдать над чужой птицей, согласитесь, довольно странно. Тем более если птица сама постоянно вляпывалась с неприятные ситуации и попадалась на глаза всяким слизеринцам. И криворуким гриффиндоркам, что уж там. Анна, может, и чувствовала себя виноватой, что бы там ни говорил Рикетт, но первый шок прошел, и устраивать трагедию на людях она не планировала. В следующий раз будет аккуратнее.

- Думаешь? - она взглянула на свои чистые стараниями Тони руки, как будто спрашивала именно у них, а не у хаффлпаффца, потом опустила руки вниз, не найдя в них изъяна и не получив, естественно, никакого от них вразумительного ответа. На руках не осталось ни пятнышка крови, даже царапин никаких не было, чистенькие, как будто она вообще была не причастна к смерти совенка. Вина только все равно душила изнутри, но со своими демонами она разберется как-нибудь сама. 

Если честно, Анне не хотелось сейчас ни с кем еще разговаривать, тем более объясняться с первокурсником. Да, она вроде как староста, поэтому легко может наступить на горло своим хочу и не хочу из-за своих обязанностей, но...

- Можно я лучше пойду с тобой? - предложила Анна. Она, конечно, не питала слабости к всяким похоронам домашних животных, но чувствовала, что уже успокоилась и просто обязана довести дело до конца.  - А то пришла на тебя все свалила, и тебе теперь мои проблемы разгребать. Еще и возиться...со всем этим.

А ведь у него могут быть какие-то свои дела, от которых она его оторвала внезапным появлением.  Но Мирфилд на самом деле была очень благодарна Тони, что тот ввязался и не просто махнул рукой и вернулся обратно в гостиную, оставив ее разгребать все последствия, а продолжает стоять тут и еще что-то пытается за нее решить. Было в нем что-то очень теплое, уютное, домашнее, такое, к чему хотелось тянуться, как к согревающему камину. Может быть, именно поэтому она и пошла к нему, подспудно ощущая в нем какую-то основательную уверенность и готовность помочь, хотя и не могла знать это наверняка, ведь они общались не так много и часто, чтобы она его хорошо успела узнать.

- Глупо, конечно, все вышло, - с досадой призналась Анна. Вообще не надо были идти к Тони, разобралась бы как-нибудь сама, а теперь еще и неловко, что оторвала его от дел. В конце концов, она же всегда решала свои проблемы самостоятельно, но на горизонте появился Рикетт, и как-то очень плавно он оказался в круге ее общения. Сначала все та же сова, потом трансфигурация и сбежавшая лягушка-пергамент, а теперь вот снова сова. Такими темпами они будут пересекаться только когда у кого-нибудь снова будут проблемы, а эта тенденция не очень радовала, если честно.

[icon]https://i.ibb.co/Y0JxFJj/THORESEN.png[/icon]

+1

9

То, что Аня не стала сразу с ним спорить насчет того, кто принесет хозяину Перышка дурную весть, Рикетт воспринял как добрый знак и энергично закивал. Не сразу, впрочем, сообразив, что Мирфилд все равно на него не смотрит, продолжая пристально изучать свои ладони, будто пытается обнаружить пропущенное хаффлпаффцем пятно.

- Да, уверен, незнакомой старосты он еще и испугаться может, - на всякий случай подтвердил свои кивки словами Тони. – Наши перваки такие, знаешь, стеснительные.

Вообще-то первокурсники барсучьего факультета были разными. И в глубине души Рикетт считал, что стеснительность – не главная их черта. Главная черта – стремление залезть тебе на шею и ноги свесить. Причем не всегда в переносном смысле.

Но, в любом случае, появление на пороге их гостиной старосты Гриффиндора, которая будет объяснять, что случайно прибила чужую сову, вызовет слишком много вопросов. Например, откуда она эту сову вообще знает. А Тони о той истории с Грэмом до сих пор предпочитал особенно не распространяться.

В общем, со всех сторон хороший вариант – разобраться с этим неприятным делом самостоятельно. Вообще не понятно, почему Мирфилд он так волнует.

- Это была хаффлпаффская птица – так что это наши проблемы, - пожал плечами Рикетт, который не видел ничего странного ни в том, что Аня пришла именно к нему, ни в том, чтобы после этого брать ситуацию в свои руки.

Не то чтобы староста Гриффиндора напоминала даму в беде, но все-таки в каких-то вопросах Тони был с собой честен: раз уж считаешь девушек слабыми беззащитными созданиями, будь готов брать на себя больше ответственности.

– Правда хочешь пойти? Ну ладно, - Рикетт глянул на часы, которые ему по традиции подарили на совершеннолетие, и он едва успел привыкнуть к ним на руке. – До ужина должны успеть, никто и не заметит, что куда-то выходили.

Пусть он бы с более спокойной душой отправил Мирфилд в башню, это выглядело неплохим компромиссом. И Аня не будет чувствовать себя так, будто натворила дел и убежала – кажется, именно это ее особенно беспокоит. Да и Тони, если честно, немного обрадовался, что заниматься похоронами чужой птицы предстоит не в одиночку. А то тоскливо это.

Рикетт поднял с пола сверток, решительно замотал его как следует, чтобы тело Перышка не бросалось в глаза, и, досадливо поморщившись, палочкой убрал с мантии несколько особенно заметных пятен. Чтобы не задавали лишних вопросов, если вдруг по пути встретится кто. Слишком много пришлось бы объяснять.

- Да ладно, бывает, - ободряюще улыбнулся он Ане. – Сейчас разберемся.

После череды нелепых случайностей сегодняшнего дня им вроде как начало везти: из замка удалось выбраться без инцидентов, а к стене хижины Хагрида на самом виду действительно было прислонено несколько лопат, одна – даже не исполинского полувеликаньего размера, а попроще. Наверное, отработки кто-то проходил, а может, Клуб Травологии отрывался на грядках напоследок.

Тони, конечно, знал, что небольшую ямку можно выкопать и просто магией, но, если честно, ему хотелось немного поработать руками. Монотонная и простая работа неплохо успокаивает, а он, как ни старался держать ситуацию под контролем, был в довольно растрепанных чувствах.

- Как думаешь, тут нормально? – спросил Рикетт, останавливаясь недалеко от опушки. – Надеюсь, мелкий не решит место поклонения у могилки организовать. Как бы его тогда какая-нибудь лесная тварь в чащу не утащила.

Вообще, те, кто знал Перышко при жизни, запросто могли представить такое развитие событий. Не было бы ничего удивительного, если бы совенок стал причиной неприятностей для жалких людишек и после своей скоропостижной кончины.

Отредактировано Anthony Rickett (28.08.23 20:56)

+1

10

Тони, конечно, лучше было знать хаффлпаффских первокурсников, и, по всему, выходило, что они и правда очень сильно отличаются от юных львят. Уж какими, а стеснительными их было точно не назвать, на самом деле Анна еще никогда не встречала настолько же наглых и безбашенных малышей, как гриффиндорских перваков. Уж к кому-то из своих она пошла точно сама, не прибегая к помощи Тони, но проблема была именно в том, что сова была хаффлпаффской.

- Да, правда хочу пойти, - подтвердила она, чтобы ей было не так совестно за эту случайную смерть. И как бы Рикетт не старался убедить ее в том, что это ничего, это бывает, как-то не легко свыкнуться с мыслью, что из-за тебя кто-то лишился своего питомца. Пусть совенок был бедовым, несносным, постоянно находил на свою голову какие-то неприятности, для кого-то он был любимцем, за которым ухаживали, которого гладили по пестрой головке, пушистым перышкам, которому украдкой совали совиные вафли и кого так метко назвали Мистером Перышко.

А теперь от него осталось только маленькое, изломанное тельце, завернутое в ее мантию, как в погребальный саван. Аня была достаточно сознательной и разумной для того, чтобы понимать - век домашних животных короток, но она совершенно точно не хотела быть причиной того, что чей-то век оборвется по ее вине.

В кои-то веки им по пути никого не попалось, и даже на улице никого не было, так что удалось без свидетелей дойти до хижины лесничего. Аня сначала не поняла, почему именно сюда, это было бы логично, оставайся у совенка еще какая-то надежда пережить этот день, а когда было ясно, что уже все, то зачем его было нести к лесничему, если так ничем было не помочь. Впрочем, Аня тут укаорила себя за недогадливость - она совершенно не подумала о том, что для этого может потребоваться лопата. В конце концов, у Тони все еще была палочка, в отличие от нее самой.

- Может, тогда лучше ближе к Озеру? - предложила Анна. Она чувствовала себя какой-то потерянной, как будто случилось что-то серьезное,и  она сразу растерялась, не зная, что ей делать. И вся ее обычная собранность и взрослость вдург оказались какой-то шелухой, которая слетела с нее буквально в одно мгновение. И в этом состоянии было мало приятного. - У воды земля мягче, будет проще к...

Почему-то Аня не смогла себя заставить произнести вслух то, что хотела сказать насчет земли, невразумительно запнулась, помолчала и сказала совсем другое: - И от леса подальше. На всякий случай.

Говорят, что домашние животные нередко похожи на своих хозяев, и, если взять это за правило, то она легко могла себе представить владельца совенка - такого же взъерошенного, шебутного и несносного, вечно попадающего в неприятности и каким-то чудом из них выбирающегося. Мелкого, суетного, больше похожего на воробья. Не ровен час, и правда пойдет к лесу горевать над потерянным другом, потом проблем не оберешься, если тоже попадет в беду. Тут просто так в мантию не завернешь и не спишешь на несчастный случай.

- Никогда еще не чувствоала себя такой бесполезной, - со вздохом добавила Аня, которой только и оставалось, что идти за Тони и ничего, в принципе-то, и не делать, потому что палочки у нее не было, а мантию с совой и лопату хаффлпаффец держал самостоятельно.

[icon]https://i.ibb.co/Y0JxFJj/THORESEN.png[/icon]

+1


Вы здесь » Drink Butterbeer! » Time-Turner » 22.06.96. Реквием по сове