Интуиция у Ройдена была не каким-то эфемерным даром прорицания, а скорее шрамом. Следствием отцовских уроков, где ошибка стоила боли, а невнимательность — жизни. И сегодня этот шрам ныл с самого рассвета.

Это было то самое липкое, тягучее предчувствие беды. Знаете, такое, будто бы скоро что-то случится. Случится что-то прям отвратное, такое прям гадкое. Но может, предчувствие — это только предчувствие? Просто нервы, натянутые струной после похорон директора и того хаоса, в который погрузилась школа.

Рой загнал эти мысли поглубже, туда же, где хранил воспоминания о горящей оранжерее матери. Лишние эмоции сейчас — непозволительная роскошь. Вокруг и без того хватало дерьма - Пожиратели, смерть Дамблдора, грызня чистокровных элит, которым хотелось крови грязнокровок. Мир стремительно катился в бездну, и Барлоу просто старался занять в этом падении место поудобнее, чтобы при приземлении не переломать хребет.

Лютный переулок встретил их привычной смесью сырости и опасности. Рой пришел сюда не гулять, его отец всегда умел находить сыну занятия даже на каникулах. Нужно было передать послание одному из «деловых партнеров». Конверт перекочевал из мантии Роя в руки нужного человека быстро, почти неуловимо, некая ловкость рук, отточенная годами жизни с отцом-контрабандистом. Кажется, даже Нотт не заметил, где и что произошло.

Так было безопаснее. Для самого Нотта. Меньше знаешь — крепче спишь, а Барлоу привык заботиться о своих, пусть и делал это молча, без пафосных речей.

Тео выглядел не очень. Ройден прекрасно помнил ту ночь в Хогвартсе. Нотта вырубили. Зачем-то полезли в пекло и другие, благо Питер и Кинжал оказались умными ребятами и держались от бойни подальше. Сам Рой тогда даже не подумал кинуться в бой с палочкой наперевес. Героизм — удел Гриффиндора, а удел Барлоу — выживание. Он не предполагал, что часть его друзей ринется в бой, и теперь вид  осунувшегося Нотта вызывал глухое раздражение пополам с сочувствием.

Они остановились у покосившейся витрины с сушеными ингредиентами. Ройден не стал спрашивать «как ты». Это был пустой вопрос, на который у таких, как они, не существовало честного ответа. Вместо этого он чуть толкнул друга плечом, привлекая внимание.

— Хочешь, угощу выпивкой? Знаю одно место. — Это была та самая слизеринская забота, которая не раскрывалась в ванильных признаниях, а была наоборот привилегией двух взрослых юношей, которым нести в скором времени на своих плечах бремя своих фамилий. Алкоголь и тишина — лучшее лекарство для расшатанных нервов.

И все же предчувствие действительно было не очень. Холод в районе солнечного сплетения не отпускал. Но Рой вместо этого лишь пожал плечами, глядя на хмурое июльское небо, затянутое грязно-серой пеленой, так непохожей на разгар лета.

— Опять туман. — Констатировал он, засовывая руки в карманы брюк и щурясь от влажного ветра. — Солнца нам не скоро увидеть.

Отредактировано Royden Barlow (19.12.25 10:33)

Первым инстинктом было вытащить палочку, но руки Роя уже заломили, прежде чем пальцы коснулись кармана. Двое. Нет, трое, тот самый третий материализовался из тени, перекрывая выход из переулка. Даже четверо, учитывая, что скрутили и Нотта. Профессионалы драккловы.

Барлоу не дергался, не вырывался сразу. Отцовские уроки намертво впечатали в него одно правило - сначала оцени расклад, потом действуй. Пожиратели...Маски, мантии, та самая уверенность в движениях, которую дает безнаказанность. Рой скосил взгляд на Нотта — того тоже держали, и в глазах друга мелькнуло что-то между паникой и подозрением.

Тот тип, что держал Роя, дернул сильнее, разворачивая лицом к стене. Слизеринец сделал вид, что подчинился, но в последний момент резко подался назад, всем весом навалившись на Пожирателя. Тот не ожидал, пошатнулся, хватка ослабла на долю секунды и этого хватило.

Барлоу рванул руку вбок, выкручиваясь из захвата, локтем полоснул по ребрам противника. Удар вышел жестким, таким как его учил бить отец еще в десять лет, когда швырял сына в тренировочные схватки со своими людьми. Пожиратель выдохнул, согнувшись, и Рой успел развернуться, но второй уже был рядом.

Кулак в челюсть. Рой качнулся, но устоял, сплюнув кровь. В ушах зазвенело, но сознание оставалось ясным. Он привык к таким ударам, как и привык и к худшему.

— Шустрый. — Процедил первый Пожиратель, выпрямляясь и потирая ребра. — А ты кто, сученыш?

Вопрос прозвучал почти с любопытством, словно Рой был интересной находкой, а не помехой. Юноша сжал челюсти, но зло прошипел в ответ:

— Барлоу.

Второй Пожиратель шагнул вперед, перехватывая его за плечо, разворачивая к третьему.

— Мы из ваших. — Попытался сбавить тон Рой. — Это ошибка.

Третий, тот что постарше, окинул его оценивающим взглядом. Барлоу чувствовал, как напряжение растет, как каждая секунда тянется, словно перед падением в морскую пучину с завязанными руками. Знакомое чувство. Мерзкое.

— Выруби. — Бросил старший, махнув головой в сторону слизеринца. — Нас он не интересует.

Рой успел только дернуться, когда удар пришел сбоку, а когда упал, то ощутил и тяжелый ботинок в висок. Мир качнулся, зрение затуманилось, боль была резкой, пульсирующей, раскатывалась волнами по черепу, но Барлоу пока что держался в сознании. Другой бы вырубился, но он был закален к подобному, хотя, Мерлин, как же больно...

Слизеринец обмяк, прикрыл глаза почти полностью, оставив лишь узкую щель. Дышал тяжело, натурально, чувствуя привкус крови во рту, притворяясь, что таки отключился.

Пожиратели переключились на Тео. Голоса доносились приглушенно, сквозь звон в ушах, но Рой вслушивался, хватаясь за каждое слово. Зачем? Зачем они здесь? Почему схватили именно их? Теодора? Рой знал, что с Пожирателями не шутят. Один неверный шаг — и можно не просто получить по башке, а вообще не встать.

Нотт. Только бы он не наделал глупостей...

Голова раскалывалась, виски пульсировали, но Барлоу собрал всю волю в кулак и продолжал прислушиваться. Выжить. Понять. Не дать себя убить. Не дать убить друга. Все остальное — потом.

Отредактировано Royden Barlow (24.12.25 10:23)