Horatio Pershore, Sally-Anne Perks
1 июля 1996 года
поместье ПерксI've been left out alone
Like a damn criminal
I've been praying for help
'Cause I can't take it all.
01.07.96. Bring me back to life
Сообщений 1 страница 3 из 3
Поделиться102.11.24 21:04
Поделиться204.12.24 22:30
- Добрый день, миссис Перкс. – Выйдя из камина, Горацио отвесил приветственный полупоклон хозяйке дома. Его ждали, поскольку визит был обговорён заранее, как и способ прибытия. – Новая причёска вам очень идёт. – Юноша вежливо улыбнулся, как того требовал этикет. Но он никогда не питал тёплых чувств к будущей тёще. И в глубине души Першор словно ощущал взаимность. В связи с чем всерьез опасался, что, став главой семьи, женщина захочет пересмотреть былые договорённости. С другой стороны, свадьба была хорошим способом избавиться от давящей ноши в виде заражённой Салли-Энн. И это Гор прекрасно понимал, отчего миссис Перкс была вынуждена оставаться приветливой и милой. Но отчего-то слизеринцу казалось, что время для принятия важных решений значительно сократилось, и надо было действовать более решительно. Часы в гостиной пробили полдень.
- Здравствуй, Горацио, - женщина улыбнулась в ответ. – Ты очень мил. – Она взмахнула волшебной палочкой, убирая золу с гостя и, заодно, пола. – Она у себя. – Гор отметил, что в последней фразе хозяйка дома даже не старалась скрыть пренебрежение, обозначив дочь безликим «она», вместо имени. Благодарно кивнув, давая понять, что более не смеет досаждать своим присутствием и лишними разговорами, парень устремился к лестнице, ведущей на второй этаж, где располагалась комната подруги.
В последний раз, когда Горацио здесь был, в доме царила совсем иная атмосфера, и он казался более живым, словно под половицами чувствовалось бьющееся сердце. Сейчас же, несмотря на прошедшие несколько месяцев, в поместье будто бы продолжал царствовать траур по умершему хозяину, в погребении которого юноша принимал непосредственное участие из-за обстоятельств смерти мистера Перкса. Вдова, подкрепляя слова галлеонами, очень просила у отца Гора оставить в секрете факт нападения оборотня. В результате чего в деле покойного появилась очередная «стандартная» отметка с описанием трагической случайности, причиной которой стало неудачное падение головой на камень. Куда сложнее было восстановить изуродованное лицо, которое заживить не представлялось возможным, в связи с чем Першоры, отец и сын, прибегли к довольно редкой практике создания, по прижизненному портрету, маски, которая должна была стать второй кожей, не отличимой от неё, и не вызывающей подозрения. С чем профессионалы своего дела справились на отлично, точно зная, что ни у кого, из присутствовавших на обряде прощания, не возникло вопросов.
Дойдя до нужной двери Горацио коротко постучал, и, дождавшись разрешения войти, зашёл в комнату, в которой, несмотря на довольно свежий вид Салли, умудрившейся даже повесить плакат, чего раньше, насколько знал юноша, ей дозволено не было, витало ощущение больничной палаты, где находился тяжелобольной пациент.
- Привет, - Гор улыбнулся, снимая с плеча сумку и доставая из нее мешочек с любимыми сладостями девушки, который протянул ей. – Тебя хотя бы гулять выпускают? – Поинтересовался юноша, зная из писем, что довольно долгий период подруга жила словно заключенная в темнице, и только относительно недавно получила условную свободу. Спрашивать о том, как у Перкс дела, слизеринец посчитал глупым, поскольку было очевидно, что в сложившейся ситуации, девушка не могла чувствовать себя хорошо. – Из последних новостей: Дамблдор вернулся в Хогвартс, а Амбридж, после встречи с кентаврами, его покинула. – Произнёс Горацио будничным тоном, садясь в кресло около кровати. У него эта информация не вызывала никаких эмоций, а вот гриффиндорцы, казалось, поголовно, были на седьмом небе от счастья, поэтому Першор счёл, что Салли-Энн это хотя бы порадует. Впрочем, возможно, девушка уже была в курсе произошедшего. – Пивз гнал её до самых ворот замка, колотя тростью. А, может, и дальше. – Гор пожал плечами, словно такое происходило каждый день. Но ему не хотелось, чтобы подруга чувствовала себя оторванной от мира и пропускающей всё самое интересное. В конце концов, в глазах слизеринца этот год не был особо примечательным, а все значимые события, пожалуй, уместились бы в одном письме, поэтому юноша не слал их чаще раза в неделю. – Ты-то вернёшься в школу?
Поделиться328.12.24 15:06
Лёгкие штрихи аккуратно ложились на холст. Замок, который рисовала Салли, постепенно приобретал яркие краски, становился более живым. Её рука двигалась уверенно, словно танцуя над полотном. Каждый мазок добавлял деталям замка новое измерение - старинные каменные стены, увитые плющом, начинали дышать историей. Мягкие оттенки неба над башнями играли на контрасте с тёплыми тонами каменной кладки. Творчество было единственным спасением девушки на данный момент. Это занятие здорово отвлекало, помогало развеять все мысли и забыться. Не думать о том, что в глазах матери теперь куда больше отвращения и презрения, чем теплоты и нежности, которые девочка хоть и иногда, но всё же замечала в детстве. Не думать о том, что произошло тем роковым апрельским вечером. Не думать о том, кем она теперь стала. Девушка тяжело вздохнула, на миг зажмуривая глаза, и принялась работать кисточкой усерднее. Тяжелые воспоминания приходили в самый неожиданный момент, но с течением времени Перкс научилась абстрагироваться от них и переключать своё внимание на другие вещи.
После весенних каникул Салли-Энн не вернулась в школу, что весьма опечалило её. Хогвартс всегда был для девушки некой "отдушиной". Местом, где она чувствовала себя более уверенной, свободной, там не было необходимости безукоризненно следовать правилам, которые устанавливал дома отец. Однако, после двух недель постельного режима, миссис Перкс сообщила о том, что приняла решение оставить Салли дома до конца учебного года во избежание неприятных последствий недуга девушки. Сказано это было довольно холодным, равнодушным тоном, без проявления какой-либо теплоты в голосе или хотя бы сочувствия. Для женщины дочь отныне стала монстром, низшим существом. Бельмом в глазу, которое портило её идеальную картину жизни. Впрочем, нельзя сказать, что Анна Перкс слишком уж сильно печалилась из-за смерти мужа. Иногда Салли задумывалась - испытывала ли её мать душевную привязанность хоть к кому-нибудь или же вся она насквозь пропитана фальшью и лицемерием?
Несмотря на то, что колдомедик сказал о том, что раны затянутся и полноценным оборотнем юная волшебница всё же (к счастью!) не стала, девушка чувствовала себя настоящим чудовищем. Ведь она не только частично заразилась ликантропией, но и убила собственного отца! Каким бы он не был жестоким по отношению к ней, Салли вряд ли имела право отбирать жизнь другого человека. Хоть тот поступок и был совершён в порыве гнева, ярости и копившихся с детства обид, это её не оправдывает. Убийца и полуоборотень в одном флаконе - кому она теперь нужна? Девушка прекрасно понимала, что если о её постыдной тайне станет кому-нибудь известно, - от неё отвернутся все. Одна только мысль об этом вызывала неприятные мурашки по всему телу, а сердце больно сжималось. Что же она наделала? Салли думала, что если отец исчезнет из её жизни - станет проще. Но девушка ошиблась. Всё стало только хуже.
Единственный человек, который помог ей не сойти с ума в этот тяжёлый период, и с которым Салли вела достаточно активную переписку - Горацио Першор, самый близкий друг и по совместительству жених. Ему волшебница доверяла все свои переживания, зная, что он не осудит. Хотя, что касается помолвки... Состоится ли она теперь - это очень большой вопрос. Возможно, Першоры захотят разорвать брачный договор. По крайней мере, девушка слышала, как мать делилась с кем-то опасенями на счёт этого. Ну, конечно, кто захочет породниться с прокажённой девицей?!
***
Часы пробили полдень. Сегодня Салли должен был навестить Гор. Этот факт сделал день не таким гадким, как предыдущие, ведь если не учитывать служанок и домовых эльфов, можно было сказать, что девушка лишена человеческого общества. Когда раздался стук в дверь, Салли отложила принадлежности для рисования, поспешила встать и произнесла вежливое "войдите".
- Привет! Рада тебя видеть, - искренне улыбнулась гриффиндорка. - Присаживайся, - она указала на кресло, а сама опустилась на кровать. - Как дела в школе? - задала девушка первый пришедший в голову вопрос. Слушать от друга происшествиях в Хогвартсе было куда приятнее, чем томиться в одиночестве, словно заключённая. - Думаю, Амбридж понесла вполне заслуженное наказание за то, во что превратила школу, - Салли тихо рассмеялась. Впервые за последний месяц. Хоть в целом девушка выглядела вполне спокойно, волнение не покидало её. Нужно было обсудить с другом одну важную вещь - их помолвку.
- Я вернусь в школу уже в следующем году. Мать настояла на том, чтобы я осталась дома, - Перкс недовольно фыркнула. - Меня отпускают гулять, но только под пристальным надзором слуг. Впрочем, раз ты здесь - может быть, прогуляемся вдвоём? Не думаю, что она будет возражать, - подразумевая под словом "она" мать, предложила девушка. - Мне бы хотелось поговорить с тобой с глазу на глаз.