Софи наконец-то отложила перо, закончив записывать все, что ей было нужно и ответила Эдгару:
- Я решила хотя бы попытаться взяться за ум, чтобы ничего не взорвать. А что уж получится дальше  - посмотрим. Я все еще помню неудачные побочные действия своего зелья.

[newDice=1:10:5:ну что, теперь меня постигнет участь Уокера?]

Однако, стоило девушке вспомнить свои эксперименты с Уокером, как все идет наперекосяк: она сбивается с точно написанного собой рецепт и уныло смотрит на свое испорченное зелье.

- Ну, тестировать его я точно не буду, спасибо хоть оно не взорвалось...

Отредактировано Sophie Fawcett (08.05.25 15:03)

Эдгар выразительно и с осуждением посмотрел на Софи, что не поддержала коллективное настроение дать бой конформизму.

— Убежден, что любой взрыв это прекрасный повод для нового витка исследований, — подушнил Эдди и с тоской поглядел, как Фосетт что-то делает со своим зельем.

Лучше бы она его позвала с просьбой подсобить, нежели травила сокурсников.

Повернув голову, Эдгар заметил «путь стыда» от лица Мур. Не сдержав ухмылки, Эдди нарочито медленно сделал ручкой Селине, дав понять, что он, как и всякий хороший друг, все увидел, все запомнил и ничего, никогда, ни за что не забудет. А то и напомнит несколько раз.

После того, как Эдди удалось пробраться в голову и воспоминания Селины, та стала казаться совсем иной. Не ледяной королевой, а перепуганным замерзшим воробушком. Сиротинушкой.

[newDice=1:10:4:зонко+клуб зелий]

И если в теории Эдгар мог себе позволить страдать ерундой, то в делах практики он банально не умел работать плохо. Эдди быстро сварил кровевосполняющее зелье, немного подумал и добавил в его рецепт что-то от себя. Вспомнил несколько рецептов из старых фолиантов и навскидку решил поэкспериментировать.

Его зелье не только продолжило выполнять свои обычные функции, но и добавляло целебных свойств. Судя по взгляду профессора, тот был доволен.

— Фосетт, если что, я могу провести тебе пару уроков, — улыбнулся одними глазами Эдди, глянув на Софи.

Отредактировано Eddie Carmichael (08.06.25 15:24)

Кристофер, как всегда, был собран и сосредоточен, до тех пор, пока в его ладони не оказалась морковка. Морковка! Точнее огрызок. В руках. Его. Тут бы любой опешил!

– Ты…ты… зачем? – Судя по улыбке друга, это "зачем" было лишним. Крис вздохнул и принял дар как должное, пытаясь не морщиться, думая о том, что слюни МакЛаггена остаются невидимыми чернилами на его руке.  — Спасибо, Кормак, оценю это как символ нашей дружбы. И надеюсь, ты больше не будешь есть яйца докси. Ни на спор, ни по любви.

И, конечно, именно в этот момент Слагхорн решил вспомнить о существовании "мистера Гарфилда" и корнеплодов, которые Крис мог засунуть прямо себе в…зелье.

Щеки старосты внезапно вспыхнули до ушей, и это было тем более обидно, что он-то знал, что он даже не ел ее! Это все Кормак! И разговорчики капитана Хаффлпаффа, которой хотелось превращать мужиков возле себя в спортивный эталон, а не доходяг, которыми многие из них пока еще и были. Сжав зубы и молча кивнув, Гарланд с достоинством, насколько это было возможно в подобной ситуации положил морковку рядом с котлом. На всякий случай. Корнеплод, как ни как. Вдруг и правда пригодится.

Его взгляд скользнул по Тоби, который бурно возмущался тем, что пропустил главное развлечение. Криса это не удивляло. Все гриффиндорцы возмущались. Он ведь и сам был не лучше.

А потом из уст профессора прозвучала фамилия. "Мур" и словно кто-то незаметно наступил ему на грудную клетку. Он не сразу поднял взгляд, потому что прекрасно знал, кого увидит, а в ту сторону он намеренно старался не смотреть все занятие, занимая себя спортивными отмазками.  Селина Мур. Громкое имя, слишком часто произнесенное чужими голосами. Громче, чем хотелось бы. Резче, чем он мог себе позволить. Впрочем, это имя внутри больше не болело так как раньше. И Крису совсем не хотелось делать ее снова главным ингредиентом своего бурлящего любовного зелья, так что бросив хмурый взгляд в сторону слизеринцев, Гарланд быстро вернулся в реальность, слушая Эпплби.

Та шептала Тоби что-то о хэви метале, хихикала, корчилась от слов о яйцах докси и просила Криса остановить этих двоих. Но он лишь покосился на Тоби, потом на Кормака, понимая, что некоторых людей может перевоспитать лишь жизнь.

— Вы оба… — Он хотел сказать "сумасшедшие", но этому всему соответствовало еще и другое определение. – Вы оба гриффиндорцы. И именно поэтому я считаю, что старосты нашего факультета должны выбираться в двойном размере. Лучше в тройном. А то моргнул и все, чужое яйцо у вас во рту! Докси плачут, а вы жуете. А потом где-то вздыхает мадам Помфри от того, что нужно выполнять двойную работу, и я рву на себе волосы. Седые. Мне и правда, кажется, что они прорезались. Вот тут на затылке.

Крис даже наклонился и ткнул куда-то в свою шевелюру, лишний раз демонстрируя свой нервозный тип. А когда выпрямился, то заметил, как Тэмзин устало прячет лицо в ладонях, явно расстроенная неудачным зельем. И, возможно, разговорами о бывшем. Он понимал эту боль. Не знал как поддержать ее, но понимал как это терять тех, кого еще недавно любил и думал, что это навсегда.

– А может тебе немного грустно именно потому что ты давно не пробовала вкусных кексов? – Крис попытался улыбнуться, не зная как можно поддержать девушку. – На кухне мне становится спокойнее. Может и у тебя есть такое место, кроме этих ваших стадионов, где всё становится другим?

И где не болит. Хотя бы на какое-то время.

[newDice=1:10:0:готовим этот ваш драконий тоник]

Эксперимент провален. Вот вам и морковка. Драконий тоник это вам не рот Кормака МакЛагена - туда любую фигню не засунешь.

Отредактировано Christopher Garland (08.04.25 23:34)

И совсем не порядок. Игривое настроение волшебницы улетучивается так же быстро, как пар над котлами. Так что и придумать, как усовершенствовать противоядие от обычных ядов, у Селины не получается. Она просто пишет, пишет и пишет, все, что есть в голове, — а там, поверьте, целая война соображений и воображений. И столько раз зачеркивает и переписывает заново, сомневаясь, не перепутала ли, потому что мысли разбегаются в разные стороны, что результатом ее труда становится самый обычный рецепт. Еще и исписанный вдоль и поперек ее исправлениями, что на нее совершенно не походит, ведь обычно девушка ведет конспекты с прилежным старанием, даже ошибки аккуратно выделяя где-то на полях. Сегодня же что-то явно идет не так…

Мур бросает на парней взгляд исподлобья и награждает особенно колкими переглядками Монтегю, не слишком задумываясь о том, жив ли тот вообще после ее ударной терапии. Щеки горят красным, хотя она перебирает с десяток дыхательных упражнений, стремясь взять уже себя в руки в самом деле, а не только умело делать вид, и старательно утопает носом в собственных рукописях, пряча лицо ото всех вокруг за волосами. Даже хвост распускает, будто бы задумавшись при попытке пересобрать прическу — все, лишь бы получить мнимый момент наедине с собой, не выдавая внутренних баталий.

Не она это вовсе. И дело даже не в том, что благовоспитанные леди обходятся охами, вздохами, максимум, криками и ловкими пощечинами, оставляя месть на потом, давая ей охладиться, хотя бы, до комнатной температуры, а никак не подключают к защите кулаки или колени, чтобы лишить обидчика детородных органов. Просто… Вот что она там только что ляпнула? Точно ли это была староста школы, а не какая-нибудь бескультурная хабалка? Еще и на удивленных глазах многоуважаемого профессора Зелий. Стыд да и только!

Лицо Слагхорна застывает у Селины перед глазами вместо проклятого клочка бумаги с названием доставшегося ей зелья. В ушах же — звук, что издал Грэм, в то время, как она бесконтрольно ответила. Отреагировала. Агрессией на агрессию. Бездумно. Эмоционально. Все, как она сама не любит.

Девушка отлично понимает, что декану все доложат, и их ждет непростой разговор. Снова. И вообще ее сейчас уже удалят с занятия, — хорошо, если вообще пустят в класс вновь — поэтому машинально подвигает ближе собственные канцелярские принадлежности на пару с учебником, едва не смахивая измазанное чернилами перо на свою белоснежную блузку, которую кое-кто облапал… Фу!

Она отодвигается на стуле с приглушенным скрипом за пару секунд до того, как к ней обратится преподаватель, и машинально кивает ему, стоит только обратиться, безропотно соглашаясь:
— Конечно, профессор.
А потом уже понимает, что удача на этот раз все же находится на ее стороне, поэтому ее не выставили вон, а просто потребовали переместиться.

Собирает вещи, бросив на Грэма еще один испепеляющий взгляд, и, прижимая к груди, перетаскивает те прочь, попутно цепляясь пальцами за плечо Ровсток, будто бы прощаясь на остаток занятия и сожалея, что приходится оставлять ее один на один с разбушевавшимися парнями. А та просится пересесть следом, и Селина с трудом сдерживает польщенную улыбку, пробираясь вдоль столов.

Не нужно, чтобы кто-то видел или знал, что у нее на уме. Взгляд холодных зеленых глаз как раз цепляется за салютующего Эдди, в ответ на жест которого девушка многозначительно кивает головой и нарочито заносчиво задирает маленький нос к потолку. Ее все так же заботит собственная репутация. Или же уже не настолько, раз волшебница идет на поводу чувств, что личных, тайно и скрытно, так и публичных, если задуматься про выходку того же Монтегю?

Ответов не знает. В ее хорошенькой голове так много всего, что она, пожалуй, вот-вот лопнет. Ровно так, как делает ее чудесный мыльный пузырь, защищающий от любых тяжелых размышлений о скопившихся в ее жизни неразрешенных проблемах, кроме будоражащей влюбленности. От того Мур снова чувствует себя опустошенной. Будто исписалась подобно перу в руках, закончилась, как чернила в склянке. Груз этого мира вновь наваливается ей на плечи, отчего слизеринка тут же горбится не под стать собственным привычкам. Точнее, тени от них.

В ней много старых установок и новых убеждений, прежних страхов и свежих мечт. Много, очень много всего. И хочется разобраться во всем, но сил нет. Времени нет. А кутерьма творящихся вокруг событий захватывает все старательнее, не позволяя заглянуть внутрь себя и просто расставить все по местам.

— Угощу им Монтегю, — уголками губ улыбается Селина, расправляя заготовленный рецепт на новом месте, когда Мег устраивается рядом.
— Или думаешь, с него на сегодня уже хватит? — с толикой беспокойства добавляет она и бросает на волшебника быстрый взгляд.
Похоже, что жить тот все же будет. А вот разговоров по углам коридоров об очередном событии с ее участием не избежать. Мерлин, за что только?

Времени на приготовление зелья остается не так уж и много. Поэтому вместо того, чтобы изобретать что-то новое, Мур старается идеально выполнить базовый рецепт. В ее голове наконец появляется пара-тройка идей, что можно с сделать с противоядием, но они остаются на потом, когда она убедится, что не перепутала ничего на память.

Темные волосы вновь оказываются собранными в высокий хвост. Сосредоточенный взгляд, пока она подготавливает ингредиенты, отчасти контрастирует с несдержанной улыбкой удовольствия, получаемого от процесса… Она взмахивает палочкой над котлом, тут же отвлекаясь на то, чтобы растолочь что-то. Практически не уставая. Довольно помешивает содержимое, добавляет ягод и помешивает вновь, когда из-за плеча слышится приглушенный писк.

— Что? — переспрашивает Мур, отвлекаясь от процесса, чтобы обратить внимание на успехи подруги.
— Мег? — снова задает вопроса она, замечая как резко переменилась Ровсток и теперь несет несвязную околесицу.
Она даже думает, что та шутит, играет с ней, подначивает. Но девушка уже резко отодвигается в проход между партами, заходясь будто в трансе, и Селина спохватывается, наконец сложив в уме элементы несложного уравнения.

— Профессор! — звучный голос старосты школы выдает ее обеспокоенность, пока та быстрым движением накрывает результат экспериментов подруги крышкой и рукой смахивает прочь поднявшийся опасный дым.
— Прошу прощения. Но боюсь, у нас тут… — волшебница обрывается на полуслове, замечая испуганный взгляд Ровсток и старательно тянет ее стул обратно, чтобы ухватить ту за руку и кое-как обнять и успокоить.
— Могу я сопроводить Меган в Больничное крыло?
Не дожидаясь ответа Слагхорна, Селина уже спешно собирает их вещи, наспех взмахивая своей волшебной, чтобы закончить базовое зелье. Ни о каких улучшениях не может идти и речи. По коже начинают передвигаться неприятные мурашки.

Пришло ее время волноваться за подругу.

[newDice=1:10:2:Противоядие от обычных ядов]

Отредактировано Selina Moore (14.04.25 15:40)