Значок старосты приятно тяготил мантию, а регулярные, все чаще, встречи Отряда, словно придавали всему еще больший смысл. Поначалу Ханна всерьез опасалась, что поймают, что звание старосты у нее заберут за нарушение новых, пусть бессмысленных, но все еще официальных правил, однако же сейчас эта тайна придавала больше уверенности в себе. Тем более что заклинания у нее на диво неплохо удавались, даже хорошо, что правда будто не особо помогало не думать и не бояться за предстоящий экзамен, порой просыпаясь в холодном поту от кошмара с несданными предметами и отчислением из школы раньше срока - даже Амбридж с ее правилами пугала меньше. Ей нельзя было так подвести и родителей, что Хогвартс закончили более чем удачно, и саму себя и...

Аббот остановилась, ведомая нахлынувшим воспоминанием, образом, что не выходил из головы, тем более когда коридор будто до сих пор помнил его шаги, сколько бы времени не проходило - совсем недостаточно на ее взгляд. Седрик... ими гордился бы, наверное. Точно. Даже если сам к этому дню уже должен был выпуститься. О том что их с Эрни назначили старостами, сообщить Диггори она хотела бы даже больше, чем родителям. И получить короткое письмо с поздравлением и словами, что он в ней не сомневался. Пусть ранее она не поднимала эту тему и весь прошлый год они общались заметно меньше, находясь в одних стенах, все же... турнир.

Девушка сама не замечает, как тяжелая походка уносит ее к залу славы в коридоре - туда, где остаются имена квиддичистов, в отдельном приложении и старост и особенно - участников турнира, что за все годы школы кажется было не так уж много. У нее оставались пара колдографий, совместных с Седриком, но именно там, словно его присутствие все еще ощущалось. На старые вырезки из газет было же слишком больно смотреть, а тут... будто всегда было, есть и будет его место. Заслуженное и незабытое.

Подойдя ближе, касается стекла скрывающего значки с именами. Если бы только он мог снова быть здесь... просто быть.

Шаги сбоку заставляют вздрогнуть и обернуться. Время уже вечернее, ужин прошел, а сюда редко ходили посетители в обычное время, а тут... Ханна прищурилась. Третьекурсница? Гриффиндорка? Ох...

Она узнала. Память услужливо подкидывал образ этих примечательных кудряшек, именно с гриффиндора, не могла четко вспомнить от чего помнила это чувство неприятия, чувство недовольства, но примерно воспроизводились в тех же воспоминаниях громкие выкрики, дерзкое поведение, как для такой малышки.

- Привет?... - Осторожно начинает хаффлпаффка, только сейчас отнимая руку от стекла. Она с трудом вспомнила фамилию. - Вейн, так? Что ты тут делаешь так поздно? - Еще не запрещено, но уже не очень то ясно. Коридор вел разве что к паре кабинетов, что уже были закрыты и внутреннему двору, для которого было поздновато, особенно третьекурснице.