Всё вокруг казалось Лаванде непривычным и каким-то неправильным, и это ощущение началось конечно же задолго до вчерашнего пира в честь нового учебного года, который сам по себе выглядел странно и почти абсурдно, но при этом совершенно ясно предвещал, что впереди их ждёт, возможно, самый сложный учебный год за всё время в Хогвартсе.
Единственным, что действительно помогало сохранять остатки спокойствия - надёжное плечо Шеймуса, крепко сжимающего её руку, и возможность быть рядом с важными для неё людьми, причём первое место в этом весьма коротком списке занимал всё тот же Финниган.
Лав-Лав мысленно улыбнулась, вспоминая, как вчера, на том странном напряжённом вечере, Шеймус совершенно открыто, никого, не смущаясь и даже не пытаясь делать вид, будто это случайность, взял её за руку прямо на виду у всей школы, и от этого воспоминания по телу разлилось мягкое, успокаивающее тепло.
Сейчас он же тащил её к первой парте прямо под носом у декана, и этот момент в свою очередь разблокировал ряд последовательных воспоминаний. За предыдущие шесть лет случаи, когда Лаванда Браун добровольно выбирала занять место под носом у преподавателя можно пересчитать по пальцам. И большинство этих случаев выпаду на период, когда её роман с Уизли был в активной фазе.
Сидеть здесь, прямо перед профессором, было более чем странно, потому что, сколько Лав себя помнила, это место всегда было… ну, практически официально зарезервировано если не всей троицей, то как минимум Гермионой Грейнджер.
Браун нервно осмотрела первые ряды, ,словно там всё ещё могли сидеть те, кто занимал её годами – Грейнджер, Поттер и Уизли. Она чуть поёрзала на стуле и бросила быстрый взгляд на парту перед собой, словно проверяя, действительно ли они заняли именно это место.
Первая парта. Прямо под носом у МакГонагалл. Она и Шеймус. Шеймус и она.
Странное ощущение.
А тех троих даже в школе не было.
И от этого больно щемило сердце. Как бы Лав-Лав не злилась на Рона или Гермиону это совсем не значило. что она желала бы им смертельной опасности, которой вся троица и была сейчас подвержена, с учетом и статуса крови Гермионы, и статуса нежелательного лица номер один, которым Министерство Магии наградило Гарри. Где бы они не были, вместе или по-отдельности.
От грустных мыслей отвлек голос Шеймуса.
— Я думаю… — она на секунду запнулась, выбирая слова осторожнее обычного, зачем-то мельком бросая взгляд на своё отражение в зеркале, — что профессор МакГонагалл прекрасно понимает всё то же самое, что и мы с тобой. Если не больше.
Лаванда слегка наклонилась ближе к нему, чтобы вероятность быть услышанными сократилась до минимума.
— И, наверное, именно поэтому она и делает вид, что всё идёт как обычно. - Лав кивнула в сторону кафедры, где с невозмутимым, как могло показаться видом, стояла декан. - Потому что если даже её уроки перестанут выглядеть нормальными, то тогда… — Браун тихо выдохнула, многохначительно возведя глаза к потолку, так и не договорив фразу до конца, пытаясь заодно сконцентрироваться на самотрансфигурировании.
Получилось так себе.
— Нееееееет, — трагично прошептала она, не отрывая взгляда от зеркала. И относилось оно больше к моменту её неудавшейся трансфигурации, чем к напоминанию Шеймуса о Роне. Хотя и к этому немножко тоже.
— Знаешь, Шей, я вынуждена признать, что на фоне того, что только что произошло со мной, твой цвет волос выглядит почти образцом аккуратной и продуманной трансфигурации.
Взгляд блондинки снова скользнул к зеркалу на столе, и она почти сразу поморщилась, потому что отражение напомнило ей о собственной неудаче.
Из её ушей по-прежнему свисали две идеально гладкие, шелковистые пряди волос, выглядевшие так, словно над ними несколько часов трудился лучший волшебный стилист Британии. Лав-Лав осторожно потянула одну из них, и волосы мягко скользнули между пальцами.
— И самое обидное во всей этой истории, — скорбно добавила она, — что выглядят они даже лучше, чем те, что у меня на голове.
[DrinkDice=1:10:0:полноценный пост ночью]
Отредактировано Lavender Brown (15.03.26 22:26)
